Приключения Томми или сам накосячил.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. СУБЛИМАЦИЯ. Часть первая. Превращение. Томми стоял в центре лаборатории, чувствуя, как его новое тело наполняется силой. Он только что проснулся после трансформации, только что осознал, что больше не пустой, что внутри него горит собственный свет. Он чувствовал, как энергия течёт по венам, как мышцы становятся крепче, как мир вокруг начинает казаться более чётким и ясным. Он сделал шаг вперёд, готовый задать вопрос Джамбе, готовый потребовать объяснений. Но Джамба опередил его. Синекожий учёный стоял за пультом, и его четыре руки-щупальца ловко перебирали рычаги и нажимали кнопки. Две руки работали с планшетом, третья регулировала показатели на экране, а четвёртая указывала на Томми. — Отлично, — сказал он, даже не поднимая головы. — Ты активировался. Чувствуешь себя хорошо? Это нормально. Новое тело всегда требует адаптации. — Что ты сделал со мной? — спросил Томми, сжимая кулаки. — Я чувствую... себя иначе. Я не пустой. — Да, — кивнул Джамба. — Теперь ты — Эксперимент 629. Моё новое творение. И, честно говоря, ты мне не очень нужен. Я создал тебя случайно. Ты пришёл через портал, твоя структура оказалась интересной, я решил поэкспериментировать. Но у меня уже есть другие планы. Ты — ценный материал. Я могу продать тебя коллекционеру. Или использовать как запасной экземпляр. — Что?! — Томми опешил. — Ты хочешь... продать меня? — А что ты хотел? — Джамба наконец поднял голову, и его большие чёрные глаза смотрели на Томми с холодным любопытством. — Ты думал, я буду растить тебя, воспитывать, учить? Я — учёный. Я создаю. А что делают с созданным? Используют. Или продают. — Я не вещь! — крикнул Томми, делая шаг вперёд. — Я человек! Ты не имеешь права! — Право? — Джамба усмехнулся. — Право даёт сила. А у меня есть сила. И сейчас я собираюсь превратить тебя в более удобную форму для транспортировки. Процесс сублимации — это переход из твёрдого состояния в сжатое, минуя жидкое. Простыми словами — ты станешь маленьким, компактным. И не будешь доставлять хлопот. Томми отшатнулся, но пол под ним уже засветился. Вокруг него начали подниматься прозрачные стенки, образуя капсулу. Он ударил кулаком по стеклу, но оно было крепче стали. — Отпусти меня! — закричал он. — Я не хочу! Я буду сопротивляться! — Сопротивление бесполезно, — спокойно ответил Джамба, поворачивая рычаг. — Просто расслабься. Это не больно. Ну, почти не больно. Томми почувствовал, как его тело начинает сжиматься. Сначала — давление, затем — острая боль, пронизывающая каждую клетку. Он чувствовал, как кости сжимаются, как мышцы спрессовываются, как кожа стягивается вокруг уменьшающегося тела. Сознание тоже сжималось — мысли становились короче, обрывочнее, мир вокруг терял объём и глубину. Последнее, что он увидел, — лицо Джамбы, которое становилось всё больше по мере того, как он сам становился всё меньше. А затем — ничего. Только холодная гладкая поверхность, тишина и ощущение собственной сжатой сущности, упакованной в серебристый шарик. Часть вторая. Кейс. Джамба стоял над столом и смотрел на серебристый шарик. Он протянул одну из своих рук, взял его, покрутил, поднёс к свету. — Хорошо, — сказал он вслух. — Компактный, гладкий, никаких дефектов. Отличный образец. Он открыл металлический кейс, который стоял на соседнем столе. Внутри было ровно семьсот ячеек. Большинство из них были заняты — эксперименты с первого по шестьсот двадцать восьмой, а также с шестьсот тридцатого по семьсотый. Все они лежали на своих местах, аккуратные, гладкие, переливающиеся холодным светом. Только одна ячейка пустовала — под номером шестьсот двадцать девять. Шестьсот двадцать девятый эксперимент не удался. Джамба создал его несколько лет назад, но структура оказалась нестабильной, образец рассыпался ещё на стадии сублимации. Ячейка так и осталась пустой — как напоминание о неудаче, как заноза, которую он не мог вытащить. Он давно искал замену, но подходящий материал не попадался. До сегодняшнего дня. Джамба аккуратно положил новый шарик в пустую ячейку. Она щёлкнула, закрываясь, и серебристый шар исчез внутри, став тем самым недостающим звеном — шестьсот двадцать девятым. — Наконец-то, — сказал Джамба, закрывая крышку кейса. — Коллекция полна. Все семьсот на месте. Шестьсот двадцать девятый наконец-то заполнил свой пробел. Он провёл одной из рук по поверхности кейса, чувствуя удовлетворение. Теперь это была не просто коллекция. Это было завершённое собрание — от первого до семьсотого, без единой пропущенной ячейки. Он ждал этого момента годами. В этот момент раздался звук — далёкий, но нарастающий. Гул, от которого вибрировали стены. Где-то в коридорах послышались шаги — тяжёлые, ритмичные, множественные. Джамба поднял голову. Его глаза сузились. Он быстро переключил панель монитора и увидел на экране отряд. Десять существ в чёрных бронекостюмах, с оружием на изготовку. Они двигались слаженно, профессионально, перекрывая коридоры. Среди них были ящероподобные гуманоиды с длинными хвостами и чешуйчатыми мордами, которые бесшумно скользили по полу. Рядом с ними шагали слизеподобные — их тела переливались, меняли форму, обтекая углы, как жидкий металл. Двое птицеподобных с острыми клювами и перьевыми гребнями на головах держали в руках длинноствольные бластеры. Позади всех шёл массивный, похожий на горную глыбу, с толстой кожей и четырьмя глазами — командир. Джамба не знал ни одного из них. И знать не хотел. Он видел только эмблемы на их броне — знак Галактической Федерации, службы безопасности. — Нашли, — прошептал он, хватая кейс. Он не тратил времени на переговоры. Не кричал, не угрожал. Он просто знал: если этот отряд дойдёт до его лаборатории, его арестуют, а коллекцию конфискуют. Всё, над чем он работал годами, пойдёт прахом. Четыре его руки работали одновременно. Одна набирала код на панели аварийного люка. Вторая держала кейс. Третья толкала в сторону приборы, освобождая путь. Четвёртая уже открывала люк в полу. Он прыгнул вниз, не оглядываясь. Часть третья. Корабль. Джамба упал в небольшой отсек, где его ждал корабль. Маленький, юркий, готовый к старту. Он захлопнул люк над собой, врубил двигатели на полную мощность. Корабль рванул вверх, пробивая потолок лаборатории. Обломки металла и искры полетели в стороны. В тот же момент отряд безопасности открыл огонь. Разноцветные лучи бластеров прорезали воздух, выжигая дыры в стенах. Один луч скользнул по обшивке, оставляя чёрную полосу. Другой — чиркнул по крылу. Но Джамба уже рвал пространство. Корабль нырнул в звёздное небо, оставляя лабораторию и преследователей далеко внизу. Он вывел судно на орбиту, проверил показатели — повреждения минимальны, топлива достаточно. Он откинулся в кресле и перевёл дыхание. Четыре его руки, всё ещё напряжённые, медленно расслабились. Он перевёл взгляд на металлический кейс, который лежал на соседнем сиденье. Все четыре руки одновременно потянулись к нему — проверить, на месте ли он, не повреждён ли, цела ли крышка. Джамба взял кейс в руки. Он чувствовал его вес — 700 ячеек, 700 экспериментов. Каждый из них стоил целое состояние. Каждый был уникален. И теперь все они принадлежали ему. Законченная коллекция. Идеальная. Он провёл одной из рук по гладкой поверхности кейса, затем нажал кнопку открытия. Крышка поднялась, открывая аккуратные ряды ячеек. Шарики лежали на своих местах — все, от первого до семьсотого. И в самом конце, под номером 629, лежал свежий шарик, который когда-то был курсантом Томми. Он аккуратно вписался в общий ряд, как будто всегда там был. Джамба закрыл кейс, защёлкнул замки. Он чувствовал удовлетворение, граничащее с эйфорией. Годы работы, риска, бегства — всё это было не зря. Теперь у него есть то, что можно продать. И покупатель уже ждёт. Он нажал кнопку связи на панели управления. Канал зашипел, затем стабилизировался. На экране появилось изображение — существо, похожее на крупного грызуна, с красными глазами, которые горели в полумраке. Маленькие лапки сжимали край стола, и голос — писклявый, но деловой — раздался из динамиков: — Джамба. Ты живой. Я уже думал, что тебя схватили. — Живой, — ответил Джамба. — Все образцы при мне. Кейс заполнен. Шестьсот двадцать девятый наконец-то на месте. Красноглазый грызун одобрительно кивнул: — Хорошо. Я жду тебя возле зелёной планеты. Третьего круга от жёлтого карлика. Там безопасно. У меня есть связи. Прилетай, я проверю товар и заплачу. — Ты получишь всё, — сказал Джамба, прижимая кейс к себе. — Все семьсот экспериментов. Каждый уникален. Каждый стоит своих денег. — Деньги будут, — ответил грызун, улыбнувшись острозубой улыбкой. — Но сначала — доставка. Я жду через три сектора. Не опаздывай. Экран погас. Джамба выдохнул. Все четыре руки одновременно потянулись к штурвалу и приборам — проверить курс, скорость, топливо. На голографической карте мерцала точка — третья планета от жёлтого карлика. Голубой шар с зелёными и белыми пятнами. — Третий круг, — сказал Джамба, глядя на приближающуюся планету. — Там нас не достанут. И там нас ждёт покупатель. Он взял кейс, поставил его на колени, пристегнул ремнём, чтобы не упал. Четыре руки обхватили штурвал, и он повернул корабль к сияющему вдалеке голубому шару. Внутри кейса, в ячейке под номером 629, спал серебристый шарик. Томми ничего не чувствовал. Он не знал, что его жизнь стала товаром. Не знал, что его будущее зависит от того, заплатит ли красноглазый покупатель. Он просто ждал. В тишине. В темноте. В упакованной вечности.