Глаза не врут

Чёрное облегающее платье легло по фигуре идеально, подчёркивая линии, которые я почти забыла. Высокие ботфорты добавили уверенности, а лёгкий макияж — только то, что нужно, чтобы выглядеть естественно, но красиво. Волосы я слегка уложила, позволив им свободно падать на плечи. В зеркале отражалась незнакомка — та, кого я почти не узнавала. Сойдёт. Для одного вечера. Такси ждало у подъезда, и я нырнула в его тёплый салон, позволяя городу за окном расплываться в разноцветные пятна огней. В баре было шумно, но не навязчиво. Табачный дым смешивался с ароматом дорогого парфюма, музыка играла приглушённо, не мешая разговорам. Он заехал в бар после встречи с поставщиком. Настроение было... ровным. Не отличным, но и не паршивым — таким, когда хочется просто посидеть в тишине, не думая о делах. Тяжёлая дверь поддалась толчку, выпуская его в клуб табачного дыма и приглушённого света. Вадим махнул бармену, не глядя на меню, и через мгновение перед ним уже стоял стакан с виски. Он осмотрелся — привычно, машинально, сканируя пространство. Народу было средне: кто-то сидел по углам, кто-то у стойки. Его взгляд скользнул по залу и замер на фигуре девушки, что сидела одна у барной стойки. Интересная. Не броская, нет. Что-то другое. В том, как она держалась, была внутренняя собранность, которую не спрятать ни под дорогой одеждой, ни под слоем макияжа. — Не занято? — спросил он, кивнув на пустой стул рядом. Голос был спокойный, без напора. Он поставил стакан на стойку и сел, не дожидаясь ответа — но и не нарушая её личное пространство. Услышав голос рядом, я повернула голову. И внутри всё застыло. На мгновение воздух стал плотным, вязким, и мне показалось, что я забыла, как дышать. Вадим. Здесь. Живой. Почти такой же, как десять лет назад. — Нет, — бросила я, поворачиваясь обратно и крутя в руке бокал с коктейлем — жест, который должен был казаться естественным, но на деле лишь выдавал моё волнение. Как тесен этот мир. Я только начала с ним работать, и вот мы уже сидим рядом. Если бы он знал... Господи, если бы он знал, кто я на самом деле. Но не сейчас. Это может обернуться очень плохо для нас двоих. Он заметил напряжение. Краем глаза — как она повернулась, как застыла на долю секунды, а потом отвернулась. Что-то не так. Или показалось? — Впервые здесь? — спросил он просто так, чтобы что-то сказать, и сделал глоток виски. — Или ты из постоянных? Просто раньше не видел. Голос ровный, без намёка на заигрывание. Просто разговор. — Первый раз, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Военная выправка, въевшаяся в кровь, помогала держать себя в руках. — Давно хотела прийти сюда, да всё как-то не получалось. Кивнул. Провёл пальцем по ободку стакана, разглядывая янтарную жидкость, едва бросая на нее короткие взгляды, будто пытаясь зацепиться за что-то в те короткие мгновения. — Удачно выбрала. Бар нормальный. Виски особенно хороший. Помолчал пару секунд, давая тишине повиснуть между ними. Допив остатки, поставил стакан на стойку. — Одна сидишь? Или ждёшь кого? Посмотрел на неё — мельком, без давления. Просто из вежливости, чтобы поддержать разговор. — Сразу на «ты»? — усмехнулась я, чувствуя, как внутри отпускает напряжение. Обычный разговор. Ничего больше. — Одна. Уголок его губ дёрнулся в лёгкой усмешке — едва заметной, но искренней. — Мог на «вы». Но не люблю официоз. Повернулся к ней чуть боком, одну руку положил на стойку, а второй расслабленно оперся о спинку барного стула. — А ты? Вопрос повис в воздухе, не требуя уточнения. Что именно — «на ты или на вы»? Или про то, одна ли она? Вадим оставил это на её усмотрение. Его взгляд скользнул по её лицу — быстро, цепко, отмечая детали. — Когда как, — ответила я, делая глоток коктейля. Сладковатый вкус обжёг горло, но не заглушил того странного чувства, которое поселилось внутри. — Понятно. Вновь молчание повисло меж ними. Посмотрел на сцену, где настраивали инструменты, потом снова перевёл взгляд на неё. — Расслабляешься или прячешься? — спросил он спокойно, почти лениво. Но вопрос был прямым, без уверток. — В смысле? — усмехнулась я, играя роль — не самой умной, но и не глупой. Просто девушки, которая не привыкла к таким прямым вопросам от незнакомцев. — В прямом. Ты выглядишь как человек, который пришёл не веселиться. А скорее... забыться. Он смотрел прямо, без усмешки. В его глазах не было давления, только спокойное любопытство. — Я ошибаюсь? — Даже не знаю, — я пожала плечами. — Скорее и то, и другое. — С лёгкой улыбкой я встретила его взгляд. — А ты? Он усмехнулся, делая знак бармену — повторить. — Я? — перевёл он взгляд на стакан, разглядывая, как свет играет в янтарной жидкости. — Работа такая. То расслабляться, то прятаться. Иногда — и то, и другое одновременно. Дождался, пока бармен поставит свежий виски, сделал глоток, чувствуя, как тепло разливается по груди. — Но сегодня — просто захотелось выпить. Не в одиночестве. Повернулся к ней, вглядываясь в черты лица. Взгляд задержался на глазах — там было что-то знакомое, но он не мог понять, что именно. — Ты местная? Или проездом? Я хмыкнула на его слова, чувствуя, как внутри что-то ёкает. Слишком много совпадений и точек соприкосновения во всем это. Да еще и за такой короткий срок. — Местная. Ты тоже, видимо? — Угадала. Живу здесь. Работаю... тоже здесь. Сделал глоток. Посмотрел на сцену — музыканты уже вышли, начали играть что-то джазовое, медленное, с лёгкой грустинкой. Вадим же лениво крутил стакан в одной руке, порой смотря на нее. — А чем занимаешься, если не секрет? Вопрос был брошен как бы между делом, но он слушал внимательно. Такие вещи всегда говорили о человеке больше, чем внешность. — Я консультант по арт-банкингу, — ответила я, не уточняя, но и не уходя от ответа. Я дала ему возможность задать вопросы, если ему будет интересно. Приподнял бровь, обдумывая услышанное. Взял стакан, сделал глоток. — Арт-банкинг, — повторил он, растягивая слова. — Звучит дорого. Повернулся к ней, опираясь локтем о стойку. — То есть... помогаешь богатым дядям вкладывать деньги в картины? Или продаёшь то, что висит в музеях? В голосе слышалась лёгкая насмешка, но не злая. Скорее любопытная, как у человека, который привык разбираться в людях. — Скорее богатые дяди, — легко усмехнулась я, отвечая на его вопрос его же словами. — А ты чем занимаешься? Спросила, слегка оперев голову на руку, стараясь выглядеть расслабленной. Он усмехнулся, отпил виски, поставил стакан. Провёл пальцем по столешнице, собираясь с мыслями. — Я? — сделал паузу, давая себе мгновение. — Вроде как бизнес. Консалтинг. Помогаю людям решать... деликатные вопросы. Посмотрел на неё — взгляд цепкий, изучающий. — Тоже дорого. Но меньше искусства, больше... практики. Кривая усмешка тронула уголок его губ. — Скучно рассказывать. — Понятно… Я, кстати, Аня, — улыбнулась я, протягивая руку. Сердце билось быстрее, но я старалась не подавать виду. Он кивнул, принимая информацию. Внутри что-то кольнуло — Аня. Похоже на... Нет. Не та. Та была Аля. И она мертва. Десять лет уже. — Вадим. Сказал просто, протягивая руку — коротко, по-мужски пожать. Ладонь сухая, тёплая, хват уверенный. — Приятно познакомиться, Аня. — Взаимно, — улыбнулась я, чувствуя, как странный холодок пробегает по спине. На секунду его взгляд задержался на её лице — глаза, скулы, линия челюсти. Ничего общего. Или... — Давно в этом бизнесе? В арт-банкинге, — уточнил он, отводя взгляд к барной стойке. — Да нет, года четыре, наверное… А ты в своём? Сделал глоток, пожал плечами. — Давно. Лет десять, если считать с того момента, когда понял, что это моё. Повертел стакан в руках, наблюдая, как янтарная жидкость плещется о стенки. — До этого был... в госструктурах. Но это быстро надоедает. Бюрократия. Начальники. Правила. Вновь его губы дрогнули в какой-то простой, но в то же время завораживающей ухмылке, будто бы он смотрел на всю эту жизнь через призму иронии. — Консалтинг — свободы больше. Деньги быстрее. И морда целее. Посмотрел на неё. Взгляд стал чуть мягче, заинтересованнее. — А ты как в своё дело попала? По образованию искусствовед? Или экономист? — О, нет. Я вообще по образованию юрист. Пошла, наверное, как и все. А потом поняла, что не особо моё. Он приподнял бровь, отпил виски. — Юрист, говоришь? — в голосе проскользнула лёгкая насмешка. — Тогда мы коллеги почти. — Едва вскинул брови, — Я тоже учился на юрфаке. Правда, бросил после третьего курса. Понял, что хочу не бумаги перебирать, а... — пауза, — влиять на процесс напрямую. Смотрел на неё с лёгкой улыбкой, ожидая реакции. — Ты тоже бросила или доучилась? — Доучилась… — кивнула я, чувствуя, как разговор становится всё более личным. «Осторожнее, Аня. Ты слишком близко к краю.» — витало напоминание где-то в периферии сознания. — Слушай, а можно за нескромный вопрос? Ты военный? Просто смотрю на тебя… и… ну, мужчина ты крепкий. — Можно. И нет, — ответил с легко ухмылкой, ставя стакан на стойку. — Не военный. Просто... спорт. И жизнь такая — иногда приходится быть крепким. — А что, похож на военного? Или просто понравилось, что крепкий? В голосе — лёгкая провокация. Он смотрел на неё с любопытством, как человек, который не прочь поиграть. — Да нет, — легко усмехнулась я, будто даже чуть смущённо. — Ну не знаю даже. Просто смотрю, и кажется, что ты военный. — Бывает. Внешность обманчива. После чуть хриплого смех шк сделал паузу. Допил виски, отодвинул стакан по барной стойке. — Ладно, Ань. Приятно было поболтать. Но мне пора. Достал бумажник, выложил на стойку несколько купюр — за себя и за её коктейль. Встал, поправил куртку. Посмотрел на неё сверху вниз, коротко задержав взгляд. — Может, ещё увидимся. Короткий кивок. Развернулся и пошёл к выходу, не оглядываясь. — И мне тоже, — сказала я в пустоту. — До встречи.

***

Он вышел на улицу. Сырой ветер ударил в лицо — отрезвил. Вадим замер на минуту, достал сигарету, прикурил. Аня Имя зацепилось где-то под рёбрами. Не потому, что она была особенной. Просто... созвучие. — Дурак, — сказал он себе под нос, выпуская дым в серое небо. Десять лет прошло. А он всё помнил. Аля. Взрыв. Кровь. Её глаза перед тем, как... Он тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Затушил сигарету о стену, пошёл к машине. Уже завтра его ждут нескончаемые дела по работе, новые проблемы от самой жизни. А девушка в баре... просто случайность.

***

Когда Вадим ушёл, я позволила себе выдохнуть. Воздух вышел из лёгких с тихим свистом, и я почувствовала, как дрожат руки, которые я спрятала под стойкой. Господи. Как спустя столько лет мы случайно встретились?… Я смотрела на дверь, за которой он исчез, и чувствовала странную пустоту внутри. Десять лет я жила с мыслью, что он мёртв для меня, а я — для него. И вот он сидел рядом. Говорил со мной. Смотрел на меня. Я подняла руку, подзывая бармена. Голос прозвучал глухо, будто со стороны. — Сто коньяка, пожалуйста. Бармен кивнул, и через мгновение передо мной стояла рюмка с янтарной жидкостью. Я взяла её, чувствуя, как холод стекла обжигает пальцы. Сделала глоток — и наконец позволила себе просто дышать.