Изменить все

      Я застыла, прижав смартфон к уху так сильно, что он впился в кожу. В голове — полная пустота. Только стук сердца, отдающий в висках, и его голос, такой близкий, будто он стоит рядом.       — Я, — мой голос предательски дрогнул. — Я в парке. У «Милана».       — Где именно, у ручья? — он говорил быстро, деловито, и в его тоне не было ни тени насмешки. — Там, где скамейки из бревен?       — Да...       — Не двигайся. Я буду через десять минут.       И он сбросил вызов.       Я смотрела на погасший экран смартфона, не в силах пошевелиться. Что я наделала. Случайно набрала. Случайно. А он... он серьезно. Он реально едет.       Беги, — шепнул внутренний голос. Сядь в такси и уезжай. Не нужно этого. Тебе не нужно это.       Но ноги не слушались. Я сидела на скамейке, глядя, как солнечные блики скачут по воде ручья, и чувствовала себя героиней глупого романа, которая сама влипла в историю, от которой потом не сможет отмыться.       Десять минут.       Я сглотнула. За эти десять минут я могла бы уйти. Могла бы позвонить Ане, пожаловаться, посмеяться над собой. Но я не двигалась.       Потому что часть меня — та самая, которую я так старательно подавляла — ждала его.       Он приехал.       Я услышала знакомый низкий звук мотора раньше, чем увидела машину. Серебристый «Астон Мартин» мягко притормозил у края парковой дорожки, и из него вышел Максим.       В черной рубашке с закатанными рукавами, без пиджака, с ключами в руке. Он огляделся, и его взгляд сразу нашел меня.       Я поднялась со скамейки, чувствуя, как к щекам приливает жар. Белая футболка, серые штаны, кроссовки. Волосы в пучке, никакого макияжа. Отличный вид для человека, который только что «случайно» позвонил мужчине.       Максим шел ко мне быстро, решительно. И только подходя практически вплотную, он чуть замедлил шаг, будто вдруг осознав, что происходит.       — Саша, — он остановился в шаге от меня, и я увидела в его серых глазах тревогу. Настоящую, неподдельную. — Ты в порядке?       — Я, — я нервно сунула руки в карманы штанов. — Я не... это вышло случайно. Я не хотела...       — Что вышло случайно? — он нахмурился, и я поняла, что он не шутит. Он правда думал, что случилось что-то плохое.       — Звонок, — я сглотнула. — Я листала контакты и.. случайно нажала. Я пыталась сбросить, но не успела.       Максим смотрел на меня. Секунду. Две. Три.       А потом — и это было самое странное — он улыбнулся. Не насмешливо. Не с облегчением. А как-то... тепло. Словно я сказала что-то, что его тронуло.       — Случайно, — повторил он и мне показалось, что его губы тронула легкая улыбка. — Конечно.       — Максим, мне правда неловко, — я отвела взгляд. — Ты мог бы не приезжать.       — Мог бы, — согласился он. — Но не стал.       Повисла пауза. Где-то вдалеке смеялись дети, и этот звук казался сейчас неестественно мирным на фоне того, что творилось у меня внутри.       — Поехали, — сказал он вдруг.       — Что? — я подняла на него глаза.       — Поехали. — Он уже разворачивался к машине. — Мне нужно с тобой поговорить. И не здесь.       — Максим, я...       — Саша, — он остановился и посмотрел на меня через плечо. В его взгляде было что-то, от чего у меня перехватило дыхание. — Пожалуйста.       Я не успела ответить. Ноги уже сами несли меня к машине.       В салоне его Астона пахло кожей и тем самым древесным ароматом, который я узнала бы из тысячи. Максим завел мотор, и мы тронулись с места.       Между нами повисло молчание — густое, плотное. Я смотрела в окно, но ничего не видела. Только мелькающие фонари, силуэты деревьев, чьи-то размытые фигуры на остановках.       — Куда мы едем? — наконец спросила я.       — Ко мне.       Я дернулась.       — Максим...       — Саша, — он бросил на меня быстрый взгляд. — В офисе нельзя. В кафе — тем более. Антон нашел кое-что. И пока дело не закрыто, это нужно обсудить без лишних ушей.       Антон. Это имя заставило меня насторожиться.       — Что он нашел?       — Поговорим на месте, — его пальцы слегка постучали по рулю. — Просто поверь мне.       Поверь мне.       Эти слова повисли в воздухе. Я посмотрела на его профиль — напряженная челюсть, сосредоточенный взгляд. И поняла, что верю. Несмотря на все. Несмотря на фамилию. Несмотря на страхи.       Я верю.       Его квартира располагалась в одном из новых жилых комплексов на окраине города. Высокий этаж, панорамные окна, вид на весь город. Когда мы вошли, я невольно задержалась в прихожей, оглядываясь.       Минимализм. Никаких лишних вещей. На стене — большая абстрактная картина в черно-серых тонах. На полу — темный паркет. Воздух пах кофе и чем-то еще — его парфюмом, который уже стал для меня узнаваемым.       — Проходи, — он закрыл дверь и кивнул в сторону гостиной. — Я быстро.       Я прошла дальше, чувствуя себя чужой в этом пространстве. Здесь не было ничего личного — ни фотографий, ни книг на виду, ни даже кружки на столе. Все было стерильно, выверено, как в дорогом отеле.       Или как в убежище, — пронеслось в голове.       Максим вернулся через пару минут с планшетом в руках.       — Садись, — он указал на темный диван у окна.       Я села, и он устроился рядом, но не слишком близко. Между нами оставалось расстояние — достаточное, чтобы я не чувствовала себя в ловушке, но недостаточное, чтобы я могла расслабиться.       — Антон нашел человека, — он разблокировал планшет и повернул его ко мне. — Это один из тех, кто работал на конкурентов. Низшее звено, но он был в курсе некоторых деталей.       На экране было фото мужчины — лет тридцати, с тяжелым лицом и шрамом над бровью.       — Его зовут Виктор, — продолжил Максим. — Мелкий криминал, связи с группировкой, которая стоит за нашими конкурентами. Антон вышел на него через старые контакты.       — И что он сказал? — я наклонилась ближе, вглядываясь в фото.       — Сказал, что их наняли запугать Станислава Владимировича. Чтобы он оформил партнерство с ними. Но потом... — Максим запнулся. — Потом что-то пошло не так.       — Что значит «не так»?       — Виктор говорит, что приказ об убийстве отдал не их босс. Кто-то другой. Кто-то, кого он не знает.       Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.       — То есть Станислава убили не из-за сделки?       — Похоже на то, — Максим убрал планшет и посмотрел на меня. — Но Виктор не знает, кто отдал приказ. Он только слышал, что это кто-то «сверху». Очень высоко.       Я молчала, пытаясь сложить пазл в голове. Картина не складывалась.       — Максим, — я подняла на него глаза. — Если это не конкуренты, то кто?       Он не ответил сразу. Смотрел на меня долго, будто взвешивая что-то.       — Я не знаю, — наконец произнес он. — Но я найду. Обещаю.       Обещаю.       Это слово повисло в воздухе. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри борются два чувства: надежда и страх. Надежда — что он найдет убийцу. Страх — что он уже знает, кто это, но не говорит.       — Почему ты помогаешь мне? — спросила я вдруг.       Максим моргнул, явно не ожидая такого вопроса.       — Что?       — Почему, — я повторила, и мой голос прозвучал тверже, чем я ожидала. — Ты мог бы просто оформить партнерство и забыть о нас. Но ты здесь. Ты ищешь. Ты рискуешь. Почему?       Он смотрел на меня. И в его взгляде было переживание.       — Я уже говорил, что был знаком со Станиславом и, думаю, я бы в любом случае решил разобраться в этом деле, просто не заходил бы так далеко. Но за эти дни, увидев тебя, начав тебя узнавать, что-то изменилось, — он выдержал паузу. — Я понял, что не могу иначе, — серьезно ответил он. — Потому что, когда я вижу тебя, — он запнулся, будто сам удивился своим словам. — Когда я вижу, как тебе больно, я.. не могу просто остаться в стороне.       Я застыла в удивлении, так и не подобрав слов для ответа.       — Я знаю, — он отвел взгляд. — Я знаю, что ты мне не доверяешь. И имеешь право. Но я, — он снова посмотрел на меня, и в его глазах была такая боль, что в груди что-то защемило. — Я хочу, чтобы ты знала: я на твоей стороне. Всегда.       Внутри меня все разом перевернулось.       — Пойдем, — он вдруг поднялся. — Я сделаю чай.       Его кухня была такой же стерильной, как и остальная квартира. Темные шкафы, хромированная техника, никаких мелочей на столешнице.       Максим двигался уверенно, привычно, и я смотрела на него, чувствуя странное спокойствие. Здесь, в его квартире, с ним, я впервые за много дней почувствовала, что могу выдохнуть.       — Сахар? — он обернулся.       — Нет, спасибо.       Он поставил чайник, и между нами повисла тишина — но уже другая. Не напряженная, а теплая.       — Максим, — я прислонилась к столешнице, прокручивая множество вопросов в голове. — Зачем ты это делаешь?       — Что именно?       — Пытаешься… Сблизиться со мной. Настоял на встрече, доверил мне столько информации. Довез меня до дома, когда мне стало плохо. Уложил спать, позвонил Ане, чтобы она пришла ко мне. После всего, что я наговорила, не легче было бы просто оставить меня самой разбираться во всем?       Он усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.       — Да, так было бы легче. — он повернулся ко мне. — Но я не могу так. Я не хочу так. И сам не знаю — почему. Ты думаешь, я не понимаю, что каждый день рядом с тобой — это риск? Что если кто-то узнает, что я связан с тобой...       — Что тогда?       — Тогда под ударом будешь ты.       Я замерла.       — Саша, — он подошел ближе, и я почувствовала его запах, его тепло. — Я не могу просто уйти. Не сейчас. Не в момент, когда ты можешь быть в опасности.       — А я в опасности? — мой голос прозвучал тише, чем я хотела.       — Пока нет, — он посмотрел мне в глаза. — Но я не могу это гарантировать.       Я молчала, чувствуя, как внутри что-то обрывается.       — Почему ты мне это говоришь? — наконец спросила я.       — Потому что ты имеешь право знать, — он поднял руку и, прежде чем я успела отстраниться, заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос. — И потому что я, — он сделал паузу. — Я не хочу, чтобы ты думала, что я просто играю с тобой.       Его пальцы задержались на моей щеке на секунду. И в этой секунде было больше, чем во всех его словах.       Когда я собралась уходить, было уже поздно. Максим проводил меня до выхода из жилого комплекса, и мы остановились у тротуара, смотря друг на друга и не зная, что сказать. Воздух был прохладным, ночной город шумел где-то вдали, а здесь, у подъезда, стояла тишина, которая умиротворяла.       — Спасибо, — наконец произнесла я. — За все. За чай. За то, что выслушал. За то, что… просто был рядом.       Максим чуть наклонил голову, и в его серых глазах мелькнуло что-то теплое, но сдержанное.              — Саша, — его голос был тихим. — Будь осторожна. И… — он сделал паузу, будто взвешивая слова. — Напиши мне, когда доедешь домой. Просто чтобы я знал, что с тобой все в порядке.       Я кивнула, чувствуя, как в груди разливается тепло — от того, что кто-то впервые за долгое время просто… беспокоился. Без скрытых мотивов. Без игры.       — Хорошо, — произнесла я. — Напишу.       Он не стал меня обнимать. Не стал прощаться как-то иначе. Просто кивнул.       Я села на заднее сиденье, и такси тронулось. В окне мелькнул его силуэт — неподвижный, чуть размытый в свете уличных фонарей. И только когда машина свернула за угол, я позволила себе выдохнуть.       В салоне пахло чистотой и чем-то чужим — не его парфюмом, не его теплом. И от этого как-то странно стало пусто.       Я смотрела в окно, на мелькающие огни ночного города, и думала о том, как странно устроена жизнь. Еще несколько дней назад я подозревала этого человека в связи с убийством моих родителей. А сейчас — мысленно благодарю его за то, что он просто был рядом, когда мне было плохо.       Что это, Саша?       Я не знала ответа. Но знала одно: я больше не могу притворяться, что он для меня — просто знакомый.       И это пугало меня больше всего.       Такси остановилось у моего дома. Я расплатилась, вышла на прохладный ночной воздух и поднялась к себе. В квартире было темно и тихо. Привычно.       Я разделась, прошла на кухню, налила себе стакан воды и выпила его залпом. Потом достала смартфон.       Пальцы замерли над клавиатурой.       Что написать?       «Доехала» — слишком сухо.       «Спасибо за вечер» — слишком официально.       «Я в порядке» — слишком… закрыто.       Я напечатала, стерла. Напечатала снова, стерла. Вдохнула. И отправила первое, что пришло в голову:       «Доехала. Все хорошо. Спасибо тебе еще раз.»       Ответ пришел почти мгновенно. Будто он ждал.       «Рад это слышать. Спокойной ночи, Саша.»       И еще одно сообщение, следом:       «Если что-то понадобится — в любое время. Я на связи.»       Я смотрела на экран долго. Потом убрала телефон на тумбочку, выключила свет и легла в кровать.       Закрыла глаза. И впервые за много дней уснула без тревоги.