Наблюдатель

Проснуться следующим утром оказалось гораздо труднее, чем я ожидала. За окном по-прежнему царил полумрак — дневной свет не проникал в жилой сектор, поэтому я потеряла ощущение времени. Лишь взглянув на часы, поняла, что безнадежно проспала будильник. Наскоро умывшись холодной водой, я уже собиралась выйти из комнаты, но, взявшись за ручку, машинально надавила на нее вниз. Замок не поддался. Я дернула еще. И только после этого открыла дверь. Да, странная привычка. Возможно, со стороны она выглядела глупо, хотя мне всегда становилось спокойнее, когда я лишний раз убеждалась, что нахожусь в безопасности. Я поднялась на уровень выше, следуя указателям, и вскоре оказалась в общей столовой. Первое, что бросилось в глаза — люди. Их было так много, что на мгновение я замерла у входа. Над залом стоял непрерывный гул десятков разговоров, звон столовых приборов и негромкая музыка, льющаяся из динамиков под потолком. Почти все столики были заняты, а повара за раздаточной стойкой едва успевали пополнять подносы с горячей едой. Я с любопытством огляделась. За соседними столами сидели сотрудники самых разных отделов: одни были одеты в ярко-желтые комбинезоны производственного сектора, другие — в белоснежные халаты, третьи носили строгие деловые костюмы с фирменными бейджами Playtime Co. До чего же огромной была эта компания. — Простите, — я подошла к первому попавшемуся столу, — здесь свободно? Один из мужчин переглянулся с коллегой, затем поднял глаза. — Вообще-то мы ждем человека. — Понятно, извините. В последний раз я себя чувствовала так неловко в свой первый день в колледже. Спустя пару минут, когда мой кофе остыл, я нашла пустое место и присела. — Можно? Я подняла голову. Передо мной стояла девушка примерно моего возраста с подносом в руках. Темные волосы были собраны в высокий хвост, а поверх светло-голубой рубашки висел такой же бейдж, как у меня. — Конечно. Она благодарно улыбнулась и села напротив. Несколько секунд мы ели молча, потом она вдруг сказала: — Не принимайте близко к сердцу. — О чем вы? — Встрепенулась я. Она кивнула куда-то в сторону столиков. — Это. Я непонимающе посмотрела на нее. — Новеньких здесь редко принимают с распростертыми объятиями. Особенно тех, кто работает в нижних секторах. — Правда? — Угу. Она пожала плечами. — Через неделю забудут. — Она тут же замолчала, но спустя пару секунд протянула руку. — Я Эвелин. Работаю в архивном отделе. — Эмили. — Знаю. Уже успели обсудить. Я невольно рассмеялась. — Неужели? — Playtime Co. живет слухами быстрее, чем производит игрушки. — Можно на «ты»? Мне кажется, так будет проще. Эвелин хихикнула. — Конечно. Терпеть не могу все эти официальности! — Давно ты здесь работаешь? — Почти год. И нет, отвечу сразу — мне не нравится. — Вот как. — В августе заканчивается мой контракт, и я уеду. Честно говоря, уже устала сидеть под землей среди бесконечных папок. Рано или поздно начинаешь забывать, какого цвета настоящее небо. — Внимание, сотрудники. Рабочий день начинается через пять минут. Просим занять свои рабочие места. Женский голос в громкоговорителе прозвучал удивительно спокойно и даже дружелюбно, однако эффект оказался мгновенным. Еще секунду назад столовая гудела разговорами и смехом, а теперь все торопливо поднимались из-за столов, убирали подносы и быстрым шагом направлялись к выходу. Всего за несколько мгновений уютное помещение превратилось в настоящий поток людей. Мы не успели попрощаться с Эвелин. Тогда мне и в голову не могло прийти, насколько ценным окажется это случайное знакомство. Я вновь оказалась в приюте, и детский смех уже разносился по всему комплексу. Кто-то рисовал за длинными столами, кто-то строил башни из деревянных кубиков. Казалось, что вчерашнее волнение осталось где-то позади. Я уже не чувствовала себя чужой. По крайней мере, рядом с детьми. Стоило мне появиться в игровой комнате, как несколько малышей сразу заметили меня. — Мисс Андерсон! — Она пришла! — А вы сегодня опять будете читать сказку? — Обязательно, — улыбнулась я. — Но сначала мне хотелось бы кое с кем познакомиться поближе. Мой взгляд остановился на мальчике, который сидел в самом углу комнаты, крепко обнимая колени. — Томми? Он поднял голову и тут же отвел взгляд. Я медленно подошла, но не стала садиться рядом. Сначала опустилась на корточки в нескольких шагах от него, чтобы не вторгаться в его пространство. — Можно я присяду здесь? Он ничего не ответил. Я приняла это за молчаливое согласие и осторожно села на пол. Несколько секунд мы просто молчали. — Знаешь... — тихо сказала я. — Иногда знакомиться с новыми людьми бывает страшно. Особенно когда этих новых людей слишком много. Томми сильнее прижал колени к груди. — Я не собираюсь заставлять тебя разговаривать. И никуда не потащу против твоей воли. Он недоверчиво посмотрел на меня. — Но если однажды тебе захочется порисовать... собрать пазл... или просто посидеть рядом, мой кабинет всегда открыт. Даже если ты не скажешь ни слова. — Томми! — резко окликнул женский голос. — Тебе нужно особое приглашение? Томми вздрогнул. Я машинально обернулась и увидела воспитательницу. — Все в порядке, миссис Кью. Не нужно. Женщина смерила меня недовольным взглядом и все же промолчала. Несколько секунд вокруг стояла тишина. Я не смотрела на Томми и только после почувствовала, как кто-то несмело коснулся моей ладони. Я опустила взгляд. Он по-прежнему не поднимал головы, крепко сжимая рукав своей кофты свободной рукой. — Я... пойду, — едва слышно прошептал он. — Хорошо. — Я тепло улыбнулась. Томми молча переступил порог моего кабинета и сразу замер. Я не торопила его. Лишь закрыла за нами дверь, оставив ее приоткрытой — так детям обычно спокойнее. Маленькое помещение освещалось теплым светом настольной лампы. У окна стояли два мягких кресла, на низком столике лежали цветные карандаши, коробка с кубиками, несколько настольных игр и плюшевый медведь с потертым ухом. Мальчик внимательно осматривал комнату, словно пытался понять, нет ли здесь подвоха. — Можешь сесть, где захочешь. — Спокойно сказала я. Он посмотрел сначала на кресло, потом на ковер и в конце концов осторожно опустился прямо на пол, крепко прижав к себе колени. Я села немного поодаль. Между нами оставалось достаточно места, чтобы он не чувствовал себя загнанным. Несколько минут прошли в полной тишине. Для меня молчание никогда не было чем-то страшным. Но, всегда легче, когда тебе есть с кем помолчать. Я взяла со стола чистый лист бумаги и карандаши. — Предупреждаю сразу, рисую я ужасно. Нарочно небрежно вывела круг. Потом пририсовала четыре короткие лапы и два огромных уха. Получилось что-то среднее между собакой и картошкой. Я задумчиво посмотрела на рисунок. — Не очень. Несколько секунд он даже не смотрел в мою сторону, затем краем глаза я заметила, как уголки губ Томми едва заметно дрогнули. — Это... не пес. — Нет? — Я искренне удивилась. Он несмело покачал головой. — Тогда кто? Томми пожал плечами. — Не знаю... Я сделала вид, будто серьезно задумалась. — Значит, существо неизвестного происхождения. Даже звучит интереснее! Мальчик тихонько хмыкнул. Настолько тихо, что другой человек, наверное, и не услышал бы. Для меня этого оказалось достаточно. Я медленно подвинула коробку с карандашами ближе к нему. — Хочешь исправить мой рисунок? Он долго не решался. Потом осторожно вытянул один зеленый карандаш и подполз ближе. — Вот. Я внимательно посмотрела. — Хвост. — Угу. Я еще нарисую друга ему. — А у тебя есть друзья? — Была...Лили. — Я заметила, сегодня ее нет. Она заболела? Томми резко перестал рисовать, и карандаш замер над листом. Он начал тяжело дышать, поэтому я сразу поняла, что поторопилась с вопросами. — Ее... За дверью послышались шаги, отчего он посмотрел в сторону выхода и покачал головой. — Не знаю. На пороге раздался стук. — Мисс Андерсон? Я поднялась. — Войдите. Это была миссис Кью. Идеально прямая, со сцепленными за спиной руками. — Прошу прощения, что отвлекаю. Через десять минут обед. Детей уже собирают в столовой. — Спасибо, сейчас закончим. Она кивнула, но не спешила уходить, ее взгляд остановился на Томми. Мальчик моментально опустил голову и сильнее сжал карандаш. Я не могла этого не заметить. Почему он так ее боится?.. — Кстати, — произнесла я как можно непринужденнее. — Хотела спросить. Вчера я познакомилась с девочкой по имени Лили. Сегодня ее почему-то нет. Она заболела? На лице миссис Кью не дрогнул ни один мускул. — Лили перевели. — Перевели? — Да. По решению руководства. — В другой корпус? — Это внутренняя информация. Она улыбнулась. Но эта улыбка получилась какой-то восковой... — Не беспокойтесь, мисс Андерсон. С девочкой все хорошо. После этих слов она перевела взгляд на Томми. — Пора идти. Томми тотчас перечеркнул все свое творчество карандашом и медленно поднялся. — До свидания. Дверь закрылась, я еще несколько секунд смотрела им вслед. Почему-то слова миссис Кью совсем меня не успокоили. Остаток дня пролетел незаметно. Почти все время я провела рядом с детьми. Мы рисовали, лепили из пластилина и собирали пазлы. Майкл без умолку рассказывал обо всем на свете, остальные лишь молча сидели рядом, украдкой поглядывая в мою сторону. Я постепенно запоминала имена, привычки, характеры и ловила себя на мысли, что начинаю чувствовать себя здесь гораздо увереннее. — Вы не останетесь с нами? — тихонько пропищала одна из девочек. Я аккуратно поправила на ней одеяло и улыбнулась. — К сожалению, нет. — Но скоро же придет котик! — с надеждой произнес Майкл. — Мисс Андерсон, — жалобно прошептала Кейт, крепче прижимая к себе плюшевого зайца, — вы же обещали! Я невольно почувствовала укол вины. В кабинете меня ждали незаполненные отчеты, а откладывать их на завтра совсем не хотелось. — Я оставляю вас в надежных лапах, — мягко ответила я. — Завтра мы обязательно дочитаем сказку. — Правда? — Майкл оживился. — Обещаю. Стоило мне оказаться в коридоре, как шум детских голосов остался позади. Вокруг стало непривычно тихо. Длинные лампы под потолком горели через одну, оставляя между островками света широкие полосы полумрака. Да и свет был довольно приглушенным. Где-то в глубине комплекса мерно гудела вентиляция, а мои шаги гулким эхом разносились по пустому коридору. Я ускорила шаг, направляясь к выходу, но с каждой секундой мне становилось все прохладнее. Вдруг впереди стены окрасились в едва заметный красноватый оттенок. Сначала я решила, что где-то включилось аварийное освещение или мигает сигнальная лампа одного из технических отсеков. Свет был настолько слабым, что казался почти нереальным. Я подняла взгляд. В конце длинного коридора, где красноватое свечение растворялось в темноте что-то высокое медленно пересекло коридор. Я отчетливо разглядела огромное существо, которое двигалось совершенно бесшумно. Узкая кошачья морда, эти непропорционально длинные лапы и хвост, лениво скользивший следом. Это был Кот-Дремот, только совсем не тот, что лежал на моей кровати. У меня перехватило дыхание, когда его стеклянные глаза на мгновение повернулись в мою сторону. Я машинально попятилась назад, стараясь не издать ни звука. Сердце билось где-то у горла. Нет... Этого не может быть. Я отчаянно цеплялась за мысль, что всему найдется разумное объяснение. Долгий день, усталость, полумрак... Может быть, воображение просто сыграло со мной злую шутку. Я опустила глаза, пытаясь привести дыхание в порядок и, когда снова посмотрела вперед, темно-фиолетовый силуэт исчез. Только красноватого дыма все так же лениво скользили по стенам. Я медленно выдохнула. Показалось... Сделав неуверенный шаг вперед, я почти убедила себя, что действительно стала жертвой собственного переутомления. Снаружи приюта было непривычно тихо. Лишь редкие гирлянды мерцали вдоль дорожек, выхватывая из темноты небольшие участки пути. Искусственное небо над головой давно погасло, и окружающее пространство казалось чужим и безжизненным. Свежего воздуха здесь, конечно, не было. Не придумав ничего лучше, я быстрым шагом направилась к своему кабинету. С каждым поворотом сердце билось все сильнее. Ладони вспотели, дыхание сбивалось снова и снова, а по спине то и дело пробегал холодок. Меня не покидало ощущение, что кто-то молча провожает меня взглядом. Я торопливо заперла дверь изнутри и только после этого смогла выдохнуть. Подойдя к кулеру, я налила себе стакан воды. Пальцы дрожали так сильно, что несколько капель пролились на столешницу. Сделав глоток, я поняла, что не чувствую ни вкуса воды, ни холода стекла в ладони. Тишина раздавливала настолько, что я до сих пор слышала лишь собственное дыхание и бешеный стук сердца. Возьми себя в руки, Эмили. Это не могло быть настоящим. Резкий телефонный звонок разорвал тишину, как паутину. Я вздрогнула и выронила стакан. Он с глухим звоном ударился о пол, расплескав воду. Телефон продолжал настойчиво звонить. Почти не отдавая себе отчета в своих действиях, я схватила трубку. — Кабинет психолога, мисс Андерсон. Чем я могу помочь? Тишина повисла в трубке. Сначала я решила, что кто-то ошибся номером. Но спустя несколько секунд различила неровное дыхание. — ...Вы ведь не положите трубку? Это был детский голос. Тихий, немного хриплый и удивительно осторожный. Связь постоянно потрескивала, поэтому мне невольно пришлось прижать трубку ближе к уху, чтобы не пропустить ни слова. — Конечно, я не положу. — Я...я.. Я перебила малыша своим вопросом. — Тебе не спится? — мягко спросила я. — Если хочешь, я могу прийти. В какой ты комнате? — Мне нельзя. — Ничего страшного. Иногда разговаривать по телефону даже легче. Ты можешь рассказать мне все, что захочешь. Я выслушаю. — Тогда... пока пусть это будет секрет. — Конечно, — я улыбнулась, этот внезапный разговор с маленьким незнакомцем успокоил меня, — могу я узнать твое имя? Снова наступила пауза. — Олли.