(-)143

Конец октября.

День начался как обычно. Серо, холодно, хочется спать. Уже в классе я заметил — что-то изменилось. Я встретил на себе новые взгляды. Учитель сунул мне в руку очередной талон и добавил: "Останешься после уроков. Кабинет алгебры, в четыре". Видимо, буду отрабатывать все свои опоздания мытьём кабинета. Слухи в школах разлетаются быстро, и эта — не исключение. Теперь мне весь день предстояло слушать чьи-то перешептывания обо мне. Сначала подумал, мол, это из-за очередного опоздания, но до меня довольно быстро дошло, что нет. Я сидел на алгебре, когда с заднего ряда донёсся приглушённый голос. — ...я-то думал, это стиль такой, а она реально... Договорить не дали — кто-то шикнул, кто-то тихо засмеялся. Учитель продолжал объяснять новую тему, но я уже не слушал. В ушах звенело. Слова застряли в голове, словно заевшая пластинка. Я сидел ровно, не оборачиваясь. Смотрел в тетрадь, но буквы перед глазами расплывались. Кто-то зашептал снова, на этот раз тише, почти неразборчиво. Я не вслушивался, но знал — они говорят обо мне. Всегда говорили обо мне. Просто теперь у этого разговора появилось имя. Воздух в классе стал гуще. Я чувствовал спиной каждый взгляд. Даже те, которых не было. Тишина между словами учителя казалась громче самих слов. Быть в центре внимания — настоящая пытка. Хотелось выйти, но я остался сидеть, вытерпев урок до конца. Я вышел из кабинета последним. Морально готовился ко встрече с оживлённым коридором, где и там меня, скорее всего, не оставят в покое. Но выйдя из кабинета я понял, что внимание учеников переключилось на что-то более интересное. Из-за угла послышался грохот, крики, звук удара. И я понял, в чем дело. — Фелпс, ты совсем больной?! Прокуренный голос Ларри нельзя было спутать ни с чем. Только вот в таком тоне я слышал его впервые. Когда я добежал до поворота, их уже растаскивал учитель. Через толпу можно было разглядеть, как Фелпс пытался вырваться, а Ларри молча вытирал разбитую губу рукавом. Обоих увели к директору. Я проводил парней взглядом, понимая, что сегодня после уроков будет весело не только мне. У шкафчиков я наткнулся на Кейт. Она стояла со своей компанией и что-то оживлённо рассказывала. Стоило нам встретиться взглядами — она отвела глаза. Но в этом секундном взгляде было всё: и стыд, и знание, и что-то ещё. Я сразу всё понял, но не стал спрашивать или упрекать её. Просто захлопнул шкафчик и пошел на следующий урок.

***

На следующих уроках по школе уже гуляла новость о недавней драке, а не обо мне. Я мысленно благодарил ребят за устроенную шумиху, потому что понимал — на какое-то время можно было выдохнуть. Но, несмотря на это, всё равно был как на иголках. Особенно в моменты, где кто-то мерзко тянул моё имя, когда я поднимался, чтобы ответить. После уроков я столкнулся с Ларри. Тот дернулся, но расслабился, когда понял, что это я. Я же быстро окинул его взглядом, проверяя, насколько всё плохо. На этот раз четко и вблизи. Он выглядел помотанным, но не всё так плохо — отделался парой ссадин и разбитой губой. — Ну и видок у тебя. Ларри хмыкнул и тут же поморщился. Видимо, губа болела. — Трэвис снова включил пастора и нёс бред. Я решил, хватит с него проповедей. Я прыснул смехом, не удержавшись. — Ну, заслужил. — Зато теперь я иду драить лабу, — он кивает в сторону лаборатории и прикладывает к губе платок. — Спасибо хоть, без Трэвиса. Я замолчал, переваривая. — Вас ведь двоих задержали? Джонсон кивнул. Я напряжённо выдохнул, понимая, что Фелпса, скорее всего, отправили на уборку класса вместе со мной. — Понятно. Ну, удачи в отмывании грехов, — я неловко похлопал его по плечу и направился к кабинету алгебры. Кажется, уборка класса обещала быть немного более нервной, чем хотелось бы.

***

Уже стоя на пороге заметил блондинистую макушку. Я нервно сглотнул, пусть и ожидал его увидеть. Хотел уж было развернуться и уйти, но быстро передумал, когда тот меня заметил. И судя по его взгляду, меня он увидеть не ожидал. Пришлось зайти. Учитель кратко объяснил нам, что делать, и вышел из класса. То ли за какими-то документами, то ли за чем-то ещё. Понятное дело, ему было в лом сидеть здесь с нами. Я старательно тёр доску, желая побыстрее закончить и свалить. Руки уже пропитались запахом мела и мокрых тряпок. Фелпс же громко, почти агрессивно перетаскивал парты. Через пару-тройку таких я не выдержал грохота, что будто забивал гвозди в и без того уставшую голову. — Ты можешь потише? Он глянул на меня исподлобья. Фыркнул, ничего не ответив. Через пару секунд всё же подал голос — вымученный, но оттого не менее раздраженный. Тот звучал скорее как мысли вслух, а не прямая попытка вывести на разговор. — Вечно судьба с тобой сводит. Как специально, — Фелпс осёкся, понимая, что сболтнул лишнего. Пытаясь вернуть разговору привычный тон, добавил: — Бесишь. Я пожал плечами. — Тоже не в восторге. Он замер. На секунду перестал двигать парту и посмотрел на меня. Даже без злобы. Так, словно пытался понять, что я на самом деле имел в виду. Я не отвёл взгляд — Фелпс сделал это первым. И снова взялся за парту, на этот раз почти без звука.