Лекарство для ремезара

В кают-компании царил тягучий, душный полумрак, сквозь который пробивалось лишь тусклое освещение. Тишину нарушало лишь монотонное шуршание скрабберов. Лирен осторожно приоткрыла тяжелую дверь, и её взгляд моментально прикипел к массивной, напряженной спине ремезара. В тусклом свете его широкие плечи казались высеченными из темного камня. Темную бархатистую кожу, обычно украшенную лишь россыпью уникальных белесых пятен, сейчас уродовали жуткие, пульсирующие жаром ярко-красные следы. Они змеились по бугрящимся мышцам, словно трещины на остывающей магме. Раэль сквозь стиснутые зубы издавал тяжелые вздохи. Его крупные пальцы неловко держали баночку с резко пахнущей заживляющей мазью. Он извивался, тщетно пытаясь дотянуться до пылающих ран между лопаток, и каждое движение отдавалось дрожью в его теле. — Ого, какие живописные узоры, — её голос прозвучал чуть хрипло, но Лирен привычно спрятала подступившую слабость и накрывший её с головой страх под маской напускного сарказма. Отрицать было глупо: когда Раэль перестал отвечать по устройству связи прямо в эпицентре шторма, она испытала все оттенки леденящего, всепоглощающего ужаса. Её сердце до сих пор отчаянно билось где-то в горле. — Давай сюда, герой, пока ты себе окончательно спину не вывихнул, — Лирен сделала шаг внутрь, плотно прикрывая за собой дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине слишком громко. Раэль резко обернулся. Его мышцы рефлекторно напряглись, а на лице, покрытом испариной, мелькнула вспышка боли. Он попытался сфокусировать на девушке помутневший от магического отката взгляд. — Лирен? Что ты… — тяжело выдохнул мужчина. Удивление в его глубоком, рокочущем голосе мгновенно сменилось тревожностью, стоило ему осознать её присутствие. — Тебе нельзя здесь находиться. Судно всё ещё нестабильно, у нас критическая перегрузка внутренних систем. Его упрямая забота, даже в таком разбитом состоянии, сладко кольнула где-то под ребрами. Но Лирен лишь вздернула подбородок, медленно, словно хищница, сокращая расстояние между ними. — Ага, вижу я твою «перегрузку», — скептически фыркнула она, останавливаясь так близко, что кожей ощутила исходящий от его разгоряченного тела жар. Она требовательно протянула руку ладонью вверх. — Давай сюда свою мазь. И даже не думай со мной спорить. — Не утруждай себя, Лирен. Я могу справиться и сам, — голос Раэля прозвучал снисходительно, хотя в уголках его губ затаилась напряженная складка. Он упрямо повел плечами, не желая обременять её. Ремезар совершенно не привык к тому, чтобы о нём заботились. А уж тем более девушки. — Оставь своё благородство для изнеженных дам из Нового Света, когтястый, — хмыкнула Лирен, окончательно сокращая дистанцию. Она бесцеремонно выудила из его непослушных пальцев банку, мимолетно мазнув своей ладонью по его жесткой коже. — С твоими когтями ты скорее рискуешь исполосовать спину на жгуты. Не дергайся. Запах горьких трав ударил в нос, когда она щедро зачерпнула густую мазь. Лирен замерла на секунду, глядя на воспаленную плоть, и её сердце вновь тоскливо сжалось. — Как там говорят детям? «Немножко пощиплет?» — усмехнулась она, но голос предательски дрогнул, выдавая её с головой. Она сделала глубокий вдох и прикоснулась к нему подушечками пальцев. Контраст был ошеломляющим: её прохладные руки и его раскаленная, пышущая жаром спина. Как только мазь коснулась краев ожога, под пальцами Лирен мощно перекатились литые мышцы. Раэль шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы и слегка откинул голову назад, обнажая сильную шею. Девушка принялась медленно, мягкими круговыми движениями втирать спасительную субстанцию в раны. Она кожей чувствовала каждый изгиб его тела, каждый старый шрам, скрытый под темной кожей. Лицо ремезара казалось расслабленным, но это было лишь иллюзией абсолютного контроля: его густые черные ресницы мелко, невесомо подрагивали, выдавая ту борьбу, что бушевала внутри. Мазь вступила в реакцию с магией, и раны с шипением начали стягиваться, выделяя легкий светящийся пар. Раэль протяжно выдохнул. Этот низкий, вибрирующий где-то в его грудной клетке звук отдался прямо в кончиках её пальцев, заставив по спине Лирен пробежать горячую волну мурашек. Она невольно задержала ладонь на его лопатке чуть дольше необходимого, очерчивая контур мышцы. — Больно?.. — одними губами прошептала она, окончательно отбросив спасительную маску язвительности. — В мире не так много вещей, которые не мог бы вытерпеть ремезар, — спокойно ответил Раэль. Он не открыл глаз, словно вслушиваясь в каждое её движение и растворяясь в этих прикосновениях. — Это моя работа, Лирен. Аверрис сосредоточенно обрабатывала каждый пылающий след, пока рваные края ран окончательно не стянулись под слоем целебной мази, оставляя после себя лишь гладкую, блестящую от пота кожу. Но когда дело было сделано, она, влекомая внезапным порывом, не убрала руки. Вместо этого Лирен медленно провела ладонью по спине ремезара, дразняще очерчивая подушечками пальцев рельеф мощных мышц. Под этим невесомым прикосновением тело Раэля натянулось, как тетива. Он судорожно вдохнул, и его широкая грудная клетка резко взмыла вверх. Боги, как же ей это нравилось. Нравилось чувствовать, как этот с виду невероятно сдержанный мужчина отзывается на каждую её ласку. Как обостряются линии его скул, когда он сжимает челюсти в отчаянной попытке подавить рвущееся наружу влечение. На губах Лирен расцвела коварная и хищная улыбка. Она скользнула ладонью выше, к основанию шеи, и принялась мягко разминать напряженное плечо. Губы вдруг нестерпимо обожгло от непрошеного воспоминания: их жадный, пропитанный отчаянием поцелуй на продуваемой ветрами палубе. То, как неимоверно бережно его сильные руки сжимали её тогда, пытаясь своей нежностью заглушить боль от царапин, которые он сам же нанес ей по чудовищной неосторожности. — Ты чем-то… взволнована? — вибрирующим от сдерживаемого напряжения голосом спросил ремезар. Он не оборачивался, но отрицать очевидное не имело смысла. Благодаря их связи после ритуала он безошибочно читал её эмоции, чувствуя, как в ней прямо сейчас вскипает и бурлит жгучая смесь адреналина и желания. — Просто переживаю, что ты склеишь ласты раньше времени и не доведешь нас к Разлому, — с наигранной беспечностью солгала Лирен, напоследок дразняще проведя ногтями по его лопаткам. Ей стоило огромных усилий заставить себя прервать этот контакт. Насилу оторвав от него руки, она медленно обошла Раэля, грациозно остановившись прямо перед ним. Внешне он выглядел уже куда свежее: дыхание выровнялось, а напряжение вокруг глаз немного спало. Однако её цепкий, потемневший взгляд скользнул по его мощной груди и мгновенно зацепился за упущенную деталь: тонкую, пульсирующую жаром багровую полосу ожога, скрывавшуюся прямо под выступающей ключицей. Место, требовавшее особо пристального внимания. Раэль вскинул голову, встретившись с ней тяжелым, проницательным взглядом. Даже сейчас, когда он сидел, а она возвышалась над ним, его монументальные габариты сводили эту разницу в росте на нет. — Остался ещё один, и будешь совершенно здоров, — хрипловато усмехнулась Лирен. И, не разрывая зрительного контакта, в котором уже вовсю искрило напряжение, она плавно опустилась перед ним на колени. Воздух в кают-компании мгновенно сгустился. Взгляд ремезара потемнел, зрачки стремительно расширились, почти полностью затопив радужку. Лирен смотрела в эти бездонные глаза не отрываясь, чувствуя, как её кожу пробивает горячая, пульсирующая волна возбуждения. — Я мог бы… и сам, — сдавленно проговорил Раэль. — Не дергайся, — безапелляционно перебила девушка. — Ты в руках лучших. Щедро зачерпнув остатки мази, она придвинулась вплотную. Прохладные пальцы осторожно легли на раскаленную плоть под ключицей. Раэль резко затаил дыхание. Его широкая грудь замерла, а взгляд жадно следил за каждым её действием. Лирен видела, как он тяжело сглотнул, как крупный кадык на его сильной шее дернулся, выдавая бурю, бушующую внутри. Когда последняя рана затянулась, Лирен медленно вскинула на него глаза. Её губы непроизвольно приоткрылись, а взгляд, словно намагниченный, соскользнул на его рот. — Тебе уже лучше? — вкрадчиво спросила она. Её пальцы, забыв о спасительной мази, принялись медленно, изучающе скользить по его напряженной груди, которая теперь вздымалась всё чаще и тяжелее. — Намного, — с явным усилием усмехнулся ремезар, сжимая челюсти. — Встань с колен, Лирен. — Не привык, чтобы девушки стояли перед тобой на коленях? — она лукаво склонила голову набок. Её подушечка пальца дразняще медленно, словно вырисовывая узор, очертила жесткие кубики его пресса, заставляя мышцы рефлекторно сжиматься под её рукой. — Это мужчина должен быть у ног своей женщины, — глухо ответил Раэль. От этих слов у Лирен сладко перехватило дыхание. Испытывая его выдержку на прочность, она повела рукой еще ниже, пересекая опасную черту и спускаясь к самому низу живота, где под кожей отчаянно пульсировал жар. Рука ремезара молниеносно взметнулась, инстинктивно желая перехватить её запястье и прекратить эту сладкую пытку. Но он замер в сантиметре от её кожи. Его пальцы дрожали от напряжения, но он так и не коснулся её, до одури боясь оцарапать её своими смертоносными когтями. Пользуясь его беспомощной заминкой, Лирен дразняще царапнула ноготком по покрывшейся крупными мурашками темной коже. Убедившись, что довела его до грани, она плавно скользнула рукой обратно вверх. Раэль рвано выдохнул, явно ожидая пощады. Но он жестоко ошибался: на губах девушки расцвела откровенно коварная, многообещающая улыбка. — Если женщина становится перед мужчиной на колени, это вовсе не значит, что она повержена, — томно промурлыкала Лирен. Она нарочито медленно и провокационно облизала пересохшие губы, и Раэль мгновенно поймал это движение потемневшим, по-настоящему голодным взглядом. То, с каким изощренным, сладким садизмом она испытывала его выдержку на прочность, становилось почти невыносимым. Плотно прижав раскрытую ладонь к его груди, Лирен вновь скользнула вниз, собирая кожей жар его тела. На этот раз она не остановилась на животе. Её рука уверенно опустилась ниже, смело накрывая грубую ткань штанов там, где она уже до предела натянулась, выдавая его пульсирующее, болезненное возбуждение. Ей до дрожи в коленях нравилось дразнить его. Нравилось выбивать почву из-под ног этого несокрушимого воина, наблюдая, как суровый ремезар балансирует над пропастью, держась на одних лишь жалких остатках силы воли. — Не изводи меня, Лирен… — на грани отчаяния выдохнул Раэль. Каждая мышца в его теле натянулась струной в мучительной внутренней борьбе. Инстинкты требовали немедленно впиться в неё, подмять под себя, забрать то, что она так откровенно предлагает, в то время как остатки разума вопили о необходимости немедленно откинуть её руку. — Разве ты не жаждешь женской ласки? — невинно пролепетала девушка. Она уверенно обхватила его вздымающуюся плоть через плотную ткань. Раэль со свистом втянул сквозь стиснутые зубы воздух и до боли зажмурился, словно от удара. Меж его широких темных бровей пролегла глубокая складка. — Держу пари, — продолжила Лирен, дразняще усиливая нажим, — с такими выдающимися данными тебе от девушек ещё и отбиваться приходится. — Я давал клятву ремезара… навсегда отрекаясь от любых отношений, — рвано, с трудом ворочая языком, выдавил мужчина. Его огромные ладони намертво вцепились в края стула, на котором он сидел. В густой тишине кают-компании отчетливо раздался жалобный треск дерева, когда острые когти ремезара, не в силах сдержать напряжение хозяина, глубоко вонзились в древесину, оставляя в ней рваные, грубые борозды. — Но ведь это никак не помешает твоему ремеслу, — вкрадчиво, словно змей-искуситель, прошептала Лирен. Она принялась медленно, ритмично поглаживать его, чувствуя, как под её ладонью плоть каменеет всё сильнее, отзываясь судорожными толчками на каждое её движение. — Наоборот… это лишь снимет напряжение и придаст тебе сил. Она беззастенчиво, с упоением пользовалась своим преимуществом. Лирен прекрасно понимала: даже если бы он сейчас захотел её остановить, то просто не посмел бы. Не рискнул бы перехватить её руки, боясь одним неверным, дрогнувшим движением вонзить в её нежную кожу свои когти. Это осознание дарило ей чувство абсолютной, головокружительной, до краев пьянящей власти. — Да и разве я делаю что-то плохое? — порочно улыбаясь, прошептала она, глядя снизу вверх на его искаженное страстью лицо. — Ты же сам говорил, что привык обходиться самостоятельно. Но, знаешь… с такими когтищами это, должно быть, то ещё неудобство… Окончательно осмелев от безнаказанности, Лирен решительным движением скользнула рукой под грубую ткань его штанов. Отбросив последние крохи сомнений, она нашла и уверенно обхватила его обжигающе горячую, пульсирующую плоть. Воздух в кают-компании разорвал первый, хриплый и надломленный стон, сорвавшийся с искусанных губ ремезара. — Остановись, Лирен… — простонал Раэль, тяжело запрокидывая голову назад. Черные пряди прилипли к его взмокшему лбу, а на шее вздулись вены. — Ты же знаешь… знаешь, что я не посмею тебе помешать… Но вместо пощады её прохладные пальцы сжались чуть сильнее. Лирен сделала первое, невыносимо медленное скользящее движение вниз. Огромное тело ремезара содрогнулось, словно от разряда тока, а в звенящей тишине отчетливо раздался скрип стиснутых зубов. — Так ты коротал свои одинокие вечера? — девушка растянула губы в довольной, коварной улыбке хищницы, откровенно упиваясь его мучениями. — Без когтей ведь куда удобнее, правда? Она усилила нажим, задавая тягучий, сводящий с ума ритм. Нарочито неспешно вела рукой то вверх, то вниз, дразня каждый оголенный нерв. Раэль держался из последних сил, но природа взяла свое: сдавшись, он глухо зарычал и подался узкими бедрами навстречу её руке, непроизвольно ища большего трения. — Признайся… — жарко зашептала она, склонившись ближе к его лицу. — Хоть раз представлял на этом месте меня? — С постыдной частотой, — на рваном, судорожном выдохе ответил Раэль. В этот момент он окончательно потерял над собой контроль. В затуманенном от страсти разуме сейчас пульсировало лишь одно первобытное, дикое желание, выжигающее мысли о долге, клятвах и чести: только бы она не останавливалась. И Лирен не собиралась. От того, что она вытворяла с этим несокрушимым мужчиной, низ её живота тянуло в сладкой истоме. Она невольно сжала бедра, до крови закусывая губу, пьянея от нахлынувших чувств. Сейчас он принадлежал ей целиком и полностью. Она диктовала правила, она контролировала каждый вздох. А этот пугающий ремезар, способный голыми руками сокрушать врагов, даже не смел к ней прикоснуться, лишь слепо сгорая в огне её абсолютной власти. Лирен, не сводя с него глаз, медленно скользнула ладонями вверх, задерживаясь на плечах Раэля, прежде чем полностью разомкнуть руки. Она плавно поднялась с колен, выпрямляясь перед ним во весь рост. Раэль, затаивший дыхание в ожидании продолжения, издал едва слышный, разочарованный выдох. Его темные брови сошлись на переносице, а в потяжелевшем взгляде промелькнула тень досады. — Ооо, наш суровый ремезар опечален… — хохотнула Лирен. Она сделала полшага назад, и её изящные пальцы легли на лямки черного платья. Принять решение надеть его сегодня для посещения корабля Раэля определенно было её лучшим выбором. Лирен до дрожи желала этого мужчину. Влечение было настолько сильным, что у неё сводило скулы, а тело наливалось сладкой, тягучей истомой, которая разносилась по венам раскаленной лавой. И Раэль чувствовал это. Благодаря их связи, он буквально кожей ощущал, как она сгорает в этой страсти, которая ничуть не уступала его собственной. Помутневшим от вожделения взглядом он наблюдал за тем, как черная ткань медленно и дразняще соскальзывает с её плеч. Пусть он уже видел её обнаженной на озере, но сейчас, в этом душном полумраке, она казалась ему древней, прекрасной и опасной богиней, сошедшей с небес. Его глаза жадно скользили по каждому сантиметру её тела: по острым ключицам и обманчиво хрупким плечам, за этой нежной оболочкой которых скрывался настоящий боец, по округлой груди, которая часто и высоко вздымалась от неровного дыхания, по плоскому, поджарому животу и плавным изгибам бедер. Она полностью освободилась от одежды, и ткань черным облаком опала к её ногам. Сейчас Лирен не испытывала ни капли смущения от своей наготы. В её взгляде читалась пьянящая решимость. Все её существо кричало об одном: она полностью, без остатка хотела принадлежать ему. Ремезар медленно поднялся. Под весом его монументального тела жалобно скрипнул стул, нарушая сгустившуюся тишину. Не отрывая от затаившей дыхание Лирен глубокого, потемневшего от жажды взгляда, он плавно поднял свои огромные ладони. В полумраке кают-компании раздался резкий хруст. Раэль безжалостно обломил смертоносный коготь на указательном пальце. За ним последовал второй хруст, затем третий. Лирен в шоке приоткрыла губы, наблюдая, как сильные руки воина методично уничтожают собственное оружие, пока на пол не осыпался ворох обломанных, острых как бритва лезвий. — Ты ведь… ты ведь добровольно делаешь себя слабее… — выдохнула Лирен, пораженная этим актом покорности и абсолютной преданности. — Моя регенерация работает намного быстрее, чем ты думаешь, — глухо отозвался он. В два широких шага он преодолел разделявшее их расстояние, оказываясь вплотную. Раэль поднял руки и нежно, с благоговейным трепетом обхватил её лицо. Теперь он мог не бояться ранить её в порыве страсти. Шершавый, горячий большой палец ласково огладил её скулу, спустился к бешено пульсирующей жилке на шее и заботливо откинул тяжелую копну белых волос ей за спину. Лирен замерла, кажется, совершенно перестав дышать. Он прикасался к ней так, словно она была величайшей святыней, хрупкой статуей из тончайшего стекла. Горячие пальцы ремезара медленно заскользили ниже, к груди, оставляя за собой дорожку из обжигающих мурашек. Его широкая ладонь невесомо накрыла её округлость, а большой палец мягко очертил затвердевший сосок. В это же время вторая рука Раэля по-хозяйски сомкнулась на её талии, крепко и надежно, прижимая к своему раскаленному телу, но не причиняя ни капли боли. — Ты самая необычная, самая прекрасная девушка, которую я когда-либо встречал в своей жизни, — жарко прошептал он у самых её губ. В его низком голосе вибрировала неподдельная искренность. — Ты лишила меня покоя, Лирен Аверрис. — Рада стараться, — с привычной дерзкой усмешкой попыталась парировать Лирен, но слова превратились в сдавленный, прерывистый вздох. Пальцы без предупреждения скользнули вниз, ложась прямо на её влажную, пульсирующую от вожделения плоть. По телу Лирен будто ударил мощный разряд тока, выбивая из легких весь кислород, и девушка издала низкий, тягучий стон, инстинктивно подаваясь бедрами навстречу его руке. Теперь Раэль изучал её. С невероятной, бережной нежностью, присущей только этому суровому воину, он ласкал её. Но эти выверенные, невесомые прикосновения не успокаивали, а лишь безжалостно раздували бушующий внутри Лирен пожар, доводя её до исступления. Его пальцы глубоко утопали в тягучей, горячей влаге, ритмично растирая её по самой чувствительной коже. — Наша связь оказалась куда сильнее, чем я мог себе представить… — хрипло проговорил Раэль. Его губы скользнули по её челюсти, обжигая дыханием. — Я нутром чувствую твое желание, Лирен. И оно окончательно лишает меня рассудка. Его губы жадно, но с поразительной, трепетной нежностью накрыли её рот, мгновенно увлекая в глубокий и невыносимо тягучий поцелуй. Лирен тихо ахнула в его губы и судорожно вцепилась в массивные плечи ремезара, чувствуя, как пол уходит из-под подкосившихся ног. Она всем своим существом вжималась в его литое тело, отчаянно зарываясь пальцами в густые темные волосы на его затылке. Каждое движение его языка высекало искры под кожей, и Лирен, сгорая от нетерпения, бессознательно подавалась бедрами навстречу его руке, ища спасения от этой сладкой пытки. С тяжелым, рваным вздохом Раэль с трудом разорвал этот одуряющий поцелуй. В его глазах полыхал настоящий пожар, но он уверенно перехватил её за руку и потянул за собой в сторону широкой кровати. Он плавно опустился на край матраса, вновь оказываясь лицом к лицу со стоящей перед ним Лирен. Девушка смотрела на него потемневшим, откровенно голодным взглядом, тяжело дыша. — Боюсь, что тебе может быть больно, так как мы… — голос Раэля дрогнул. Он запнулся, с затаенной тревогой оглядывая хрупкое, изящное тело Лирен. — Мы слишком разной комплекции. — Это ты так скромно намекаешь на свои выдающиеся достоинства? — игриво изогнула бровь Лирен. Ее взгляд пламенеющим румянцем скользнул по его напряженному до предела органу, который действительно был куда внушительнее, чем у мужчин Старого Света. От одного его вида внутри всё сладко сжалось. — Я не из пугливых, господин ремезар, — промурлыкала она, облизнув пересохшие губы. — И всё же, Лирен, — настойчиво произнес Раэль. Его забота даже сейчас, на самом краю бездны вожделения, пробирала до мурашек. — Для первого раза будет лучше и безопаснее, если ты сама будешь контролировать процесс и глубину. — Для первого? — лукаво сверкнула глазами девушка, мгновенно уловив суть оговорки. — Значит, будут ещё? Она довольно усмехнулась и грациозно, словно хищная кошка, забралась на кровать. Лирен перекинула ногу, устраиваясь так, чтобы её колени оказались по обе стороны от мощных бедер ремезара. — И мне даже не придется снова тебя уговаривать? — дразняще прошептала она. С этими словами Лирен подалась вперед и плавно качнула бедрами. Её истекающая горячей влагой плоть дразняще скользнула по его раскаленной, пульсирующей головке, обжигая обоих. Раэль запрокинул голову и со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Его огромные ладони намертво вцепились в мягкие бедра девушки. Ремезар напрягся до предела, загоняя глубоко внутрь все свои дикие порывы, и послушно, с благоговением отдавая ей в руки все бразды правления. — Сам напросился, — дерзко ухмыльнулась Лирен, хотя в её потемневших глазах уже плескалась неконтролируемая жажда. Опираясь руками на его широкие плечи, она плавно начала опускаться бедрами вниз. Твердая, обжигающе горячая плоть неумолимо заскользила внутрь, безжалостно, но так невыносимо сладко растягивая её недра. Мышцы Лирен рефлекторно содрогнулись, сжимаясь вокруг него тугим, влажным кольцом в попытке вместить в себя этот пугающий объем. Ощущение абсолютной, распирающей наполненности вышибло из легких весь кислород. Запрокинув голову так, что белые волосы тяжелым водопадом рассыпались по спине, девушка протяжно простонала. Её пальцы судорожно сжались, и ногти до белых полумесяцев впились в темную кожу на плечах ремезара, отчаянно ища опоры в этом урагане чувств. — Понимаю… понимаю, почему в вашем ордене запрещают любые связи… — на прерывистом, дрожащем выдохе пролепетала она, даже не пытаясь открыть плотно зажмуренные глаза. Наслаждение затапливало её с головой, стирая границы реальности. — Я готова прямо сейчас всё бросить и сбежать в Новый Свет… Она продолжала медленно, смакуя каждую секунду, насаживаться на него, пока вдруг не почувствовала легкую, отрезвляющую вспышку боли внизу живота. Раэль оказался прав. Он не вошел в неё даже до конца, но его сильные ладони уже жестко сомкнулись на её талии, блокируя движение и не давая опуститься глубже, чтобы она случайно не навредила себе. Он тяжело дышал, глядя на её искаженное негой лицо помутневшим взглядом. Ремезар терпеливо, стиснув челюсти до скрипа, ждал, пока её хрупкое тело растянется и привыкнет к шокирующим ощущениям. Для него эти мгновения тоже были поистине изощренной пыткой: внутри Лирен было обжигающе тесно. Рассудок мужчины стремительно утекал сквозь пальцы, уступая место первобытным инстинктам. Спустя долгую, звенящую от напряжения минуту, Лирен судорожно выдохнула — дискомфорт отступил, растворившись в тягучей истоме. Она чуть подалась вперед и плавно качнулась бедрами, осторожно приподнимаясь и тут же со скользким звуком опускаясь обратно. Задав этот медленный и сводящий их обоих с ума темп, девушка начала двигаться, отчаянно желая прочувствовать его силу и мощь в полной мере. Лирен нашла свой идеальный тягучий, дразнящий ритм, заставляющий каждую клетку тела вибрировать от запредельного наслаждения. С каждым новым скольжением вниз она вбирала его чуть глубже, привыкая к нереальному объему и пульсирующему жару тела. Звук их влажного соприкосновения гуляющим эхом отражался от стен кают-компании, смешиваясь с тяжелым, прерывистым дыханием. Раэль держался на одной лишь нечеловеческой воле. Его огромные ладони, покоящиеся на её бедрах, то сжимались, оставляя на бледной коже горячие следы, то слегка ослабляли хватку, поощряя её движения. Он не отрывал от Лирен пылающего, потемневшего взгляда, впитывая каждую эмоцию, отражающуюся на её лице: приоткрытые влажные губы, сведенные от удовольствия брови, разметавшиеся по плечам белые волосы. — Быстрее… Лирен, прошу, — хриплым, сорванным шепотом выдохнул ремезар. Его грудная клетка ходила ходуном. Девушка послушно ускорила темп. Её тело уже пылало в предвкушении разрядки, низ живота стягивало тугим, горячим узлом. Влажная плоть отзывалась на каждое движение сладостным трением, рассудок окончательно помутился. В какой-то момент Раэль, больше не в силах сдерживать рвущуюся наружу звериную сущность, глухо зарычал. Его пальцы жестче впились в её бедра, и он начал подаваться навстречу каждому её движению, выбивая из Лирен высокие, звонкие стоны. Он задал новый, безжалостный темп. Осторожность отступила на второй план, уступая место всепоглощающему голоду. Лирен запрокинула голову, чувствуя, как мир вокруг сужается до одной точки абсолютного экстаза. Её ногти скребли по его напряженным плечам, пока внутри разгорался настоящий сверхновый взрыв. — Раэль! — вскрикнула она, когда невыносимая волна удовольствия ударила по нервам. Её мышцы судорожно сжались, плотно обхватывая его напряженную плоть, пульсируя и содрогаясь в мощном оргазме. Этого оказалось достаточно, чтобы окончательно сокрушить остатки его железной выдержки. С гортанным рыком ремезар вбил бедра вверх в последний, самый глубокий толчок, доводя её до крика, и резко вышел, изливаясь на её бедро. Его тело пробила крупная дрожь. Несколько долгих мгновений они оставались неподвижны, оглушенные силой того, что только что произошло. Тишину нарушало лишь бешеное биение двух сердец и хриплое дыхание. Обессилевшая Лирен медленно, словно тряпичная кукла, опустилась на его широкую влажную грудь. Раэль с невероятной нежностью обнял её одной рукой, прижимая к себе так крепко, словно боялся, что она растворится в воздухе. Его губы коснулись её макушки. За стенами кают-компании всё ещё бушевал шторм, а судно жалобно скрипело, но здесь, в этом душном полумраке, существовали только они двое, связанные теперь чем-то гораздо большим, чем просто страсть. Лирен лениво приподняла голову, смахнув прилипшую ко лбу белую прядь, и скользнула взглядом по свежим полумесяцам от своих ногтей на его темных плечах. — Что ж, — протянула она с привычной лукавой ухмылкой, с трудом восстанавливая сбившееся дыхание. — Для ремезара, у которого «критическая перегрузка внутренних систем», ты проявил просто поразительную работоспособность. Раэль бархатисто рассмеялся, и этот звук приятной, глубокой вибрацией отдался в её груди. — А ты, сеньорита Аверрис, оказалась эффективной заживляющей мазью, — парировал ремезар, лениво перебирая её волосы. На его суровом лице расцвела редкая, расслабленная улыбка. — Хоть и моя священная клятва пала смертью храбрых. — О, не льсти себе, когтястый, — фыркнула Лирен, удобно устраивая подбородок на его груди и прикрывая глаза. — Это была экстренная медицинская процедура. Исключительно в спасательных целях.