Греховные чувства

Прощальная прогулка

╰── ☾︎❦︎☽︎ ──╯

Сад встретил дам лёгкой прохладой и ароматом влажной травы. Из-за ночного дождя на зелёных листьях остались жемчужные капли росы. Камни хрустели под каблуками сапог девушек, заглушая тишину, в которой они шли. Ветер качал лепестки красных роз, лилейники и гортензии. Они проходили сквозь стены из кустов, выйдя в самый центр, где возвышались вишнёвые деревья с сочными плодами. — Плоды уже созрели, — констатировала Долорес, подойдя ближе к дереву. — Доминик слишком занят, что запускает всё поместье? — Вы хотите поговорить о моём муже? — Элеонора, приподняв подол платья, перешагнула с тропы на траву следом за Долорес. — Нет... Я бы... — она умолкла, кривя губы. Долорес явно было трудно подобрать или проговорить то, что она хотела. Сделав вдох, дама облокотилась о ствол дерева, разглядывая узор коры. — Если речь не о Доминике, тогда зачем вы позвали меня на прогулку? Не говорите, что и вправду захотели посмотреть на новые цветы. —Элеонора встрепенулась, подходя ближе к Долорес и заглядывая в лицо, которое та так старательно прятала. — Я бы хотела извиниться перед вами, — начала Долорес, но голос её пресёкся. Она замолчала, подбирая слова, и продолжила чуть тише: — За то, что не смогла взять власть над эмоциями. — Мне не послышалось? — Элеонора приблизилась, пытаясь разглядеть даму. — Прекратите так пристально смотреть. Но Элеонора сделала ещё шаг, зажимая Долорес между собой и вишней. Рука дамы легла на бледную щёку, поворачивая лицо Долорес к себе. Они смотрели друг на друга, молча разглядывая знакомые мягкие черты лица. В этот момент им не нужны были слова — всё ненужное осталось за пределами сада. Элеонора приблизилась к щеке дамы, одаривая ту короткими поцелуями. Долорес же первой прильнула к тёплым губам Элеоноры, сминая их своими. Они были горькими на вкус из-за помады, но такими же тёплыми, как ночью. Их прервал скрип чужих сапог. Они отстранились друг от друга, пальцами вытирая губы. Элеонора, сжав подол платья, отошла на два шага назад, оглядываясь. Дыхание её было сбито, а щёки порозовели от беспокойства. По каменной тропе шла служанка — спина ровная, выражение лица умиротворённое. Она остановилась где-то на середине пути, когда Элеонора вышла к ней. — Леди Элеонора, госпожа Долорес с вами? — спросила она спокойным тоном. — Она пошла дальше, пока я переводила дыхание, — единственное, что она смогла выдавить. — А что случилось? — Пришло письмо от Джеймса Мортона. Его состояние ухудшилось, и он просит госпожу Долорес вернуться домой. Элеонора сжала покрепче ткань платья. — Ох... Всё очень серьёзно? — К сожалению, да. — Я обязательно передам ей это сообщение, Сесилия. — Благодарю вас. Служанка ушла. Элеонора проводила её взглядом и уже собиралась вернуться к Долорес, но та вышла к ней сама. Объяснять что-то было не нужно. — Вы уедете? — шёпотом спросила Элеонора. — Да, мне придётся покинуть вас. — Долорес мотнула головой в сторону беседки, приглашая пройти туда. Элеонора кивнула, соглашаясь, и направилась следом за дамой. Там, сидя на деревянных лавочках, дама прильнула головой к плечу задумчивой Долорес. — Вы приехали совсем недавно и теперь уедете. Это так несправедливо, — с обидой пробормотала Элеонора. — Скоро это всё кончится. — Вы имеете в виду его смерть?.. — Элеонора подняла голову, глаза её округлились, подобно серебряным монетам. — Да, иного выхода нет и никогда не будет. Но это должно случиться точно не сейчас. — Я просто не хочу, чтобы с вами что-то произошло. Вдруг вас посадят в тюрьму или, того хуже, в лечебницу... — Я добавляю болиголов маленькими дозами ему в вино и иногда в кофе, не каждый день, конечно. Всё происходит постепенно: быстрая утомляемость, головокружение, ноги словно ватные... — Пожалуйста, без подробностей. — Элеонора отвернула голову, прикрывая рот рукой. — Врачи спорят: один винит во всём работу, другой — дурную кровь. Единого диагноза никто поставить не может. Постельный режим и опиум с ртутью добивают его нервную систему. — Вы думаете, сможете получить свободную жизнь благодаря этому?.. Вы ведь знаете, как относятся к вдовам, а его родственники отнимут его магазин. Вы ведь останетесь ни с чем. — Вы слишком много думаете о плохом, это отрицательно отражается на здоровье. — Долорес облокотилась на спинку скамейки. — Вы заставляете меня задумываться об этом. — Элеонора теребила в пальцах прядь своих волос. — И когда вы приедете ко мне снова? — Осенью, но, если всё пойдёт не так, как я запланировала, то только зимой. — Что? Но это так долго. — Элеонора развернулась к ней. — Не можете ли вы хотя бы заезжать к нам один раз в месяц? Мне будет этого достаточно! — Я постараюсь, но не могу ничего обещать вам. — Долорес задумалась, постукивая каблуком по деревянному полу. Элеонора смотрела на её задумчивый вид. Долорес была подобна каменным статуям — сидела ровно и без единого движения, лишь грудь поднималась и опускалась, выдавая дыхание. Губы Долорес были слегка прикушены, а руки, как две цветущие ветви, лежали на её коленях, но иногда одна поднималась, заправляя мешающую прядь за ухо. Элеонора не отвлекала Долорес — вдруг в голову дамы придёт решение этой проблемы, а она так бесцеремонно собьёт её с мысли. Такое недопустимо. — Я могу пригласить вас в наше поместье, заодно покажу новую коллекцию парфюма. — Долорес перевела взгляд на Элеонору. — Не думаю, что получится. Доминик... — Он не сможет держать вас взаперти без причины, или вы сами не хотите? — дама наклонила голову. — Я не то чтобы не хочу... — Элеонора замялась. — Хорошо, я согласна. — Тогда я напишу вам... Мм, примерно в августе. Как вы на это смотрите? — Я буду ждать с нетерпением. Долорес кивнула и положила голову на макушку Элеоноры. — Надо будет приказать служанкам собрать вещи и подготовить карету, — бормотала Долорес, потираясь головой о чужую. — Я попрошу Сесилию к вечеру собрать твои вещи, а завтра утром для тебя будет готов экипаж. — Сесилия? — неожиданно поинтересовалась Долорес. — Да. А что-то не так? — Элеонора глядела куда-то вдаль сада, не двигаясь, чтобы не сбросить с себя Долорес. — Просто постарайся говорить при ней поменьше. — Хотите сказать, что она будет всё рассказывать Доминику? — Нет, вашей свекрови. — Почему вы так решили? — Элеонора всё же поравнялась с Долорес, заставляя ту отстраниться на пару сантиметров. — Я очень наблюдательная. — Вы очень скрытная, — поправила Элеонора. — Может быть, и так, но вам стоит поучиться этому, понимаете? — Я понимаю, но не смогу всё решать так, как вы. — Вам не обязательно делать всё, как я, главное — не позволяйте принижать себя. — К чему вы клоните? — Доминик слишком много на себя берёт, вам не кажется? — Нет, даже не начинайте об этом. — Элеонора отстранилась дальше. — Я сейчас не о том. Отстаивайте себя словами. — Долорес поднялась. — Если я начну ему грубить, то он просто вышвырнет меня как неугодную. — Элеонора сжала губы в тонкую нить, руками крепко сжимая ткань платья. — Я ему этого не позволю. — Спасибо вам. Они ещё какое-то время бродили по саду, наслаждаясь погодой и вниманием друг друга. Элеонора взяла руку Долорес, оглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем, пока дама рассказывала о растениях и о том, как их можно использовать. — А вот это — полезно для... — Долорес не успела договорить. Её перебила служанка, та самая Сесилия. — Госпожа Элеонора, госпожа Долорес, вас ждут к чаю. Элеонора вздрогнула, сжав двумя руками предплечье Долорес. Дама тоже была поражена незаметным появлением служанки — если бы Сесилия не заговорила, они бы и не узнали, что она стоит совсем близко. — Хорошо, мы поняли, — ответила Долорес, взяв себя под контроль. Сесилия поклонилась и скрылась за кустами роз. — Она очень тихая, — констатировала Элеонора, когда к ней вернулся дар речи. — Давайте не будем обсуждать её здесь. Нам стоит принять приглашение. Элеонора кивнула, направляясь за Долорес.

✦ ────── ☾♛☽ ────── ✦

Утро следующего дня встретило поместье Серпенс бурно. Слуги под командованием главного дворецкого перетаскивали сумки — их оказалось больше, чем Элеонора себе представляла. К тому же к багажу Долорес прибавились и сумки Маргарет: женщина, погостив один день у Доминика, решила навестить и дочь с зятем. От такой новости Доминик улыбался и Маргарет, и Долорес, пропуская мимо ушей колкости матери. Элеонора стояла рядом с Долорес, пока та поправляла крупную шляпку с чёрными перьями и мишурой. Этот аксессуар добавлял даме некую строгость, но это и было великолепно. Она иногда отводила взгляд на чемоданы, чтобы служанки не поймали её за неподобающим поведением. Элеонора сделала шаг и лёгким касанием поправила горловину одеяния Долорес. Ей было горестно от осознания, что пора расставаться. Хотелось прикоснуться ещё раз, и ещё, и ещё, чтобы кожа запомнила теплоту чужой. Элеонора проводила Долорес и Маргарет до самых ворот. Объятий на прощание не было — лишь кроткие кивки, улыбки и слова. Сердце изнывало, желая накинуться на девушку, взять в плен и не отпускать ни на минуту. Она покусывала губы, стараясь не разрыдаться, глядя на то, как экипаж отдаляется от неё.

☾︎❦︎☽︎