Горькие пряники

Она встала рано. Оделась в белое платье — то самое, в котором ходила на первый приём к врачу. Заплела волосы в косу, хотя руки дрожали. На кухне она нарезала тесто — снова пряники, в форме нот, только теперь они были не сладкими, а горькими, потому что она не добавила сахара. Он проснулся от запаха выпечки и улыбнулся — впервые за месяц. Ему показалось, что она возвращается, что она прощает. — Амина? — позвал он, выходя из спальни. Она стояла у плиты, спиной к нему, и её плечи были ровными — она не плакала. — Я испекла, — сказала она тихо. — Хочешь? Он подошёл, взял пряник, откусил. Поморщился — горько, до тошноты. Но он улыбнулся. — Вкусно, — соврал он. Она обернулась. В её руках был нож — кухонный, длинный, который он купил неделю назад, чтобы резать хлеб. Она смотрела на него спокойно, почти умиротворённо, и улыбалась той же улыбкой. — Ты никогда не умел врать, — сказала она. — Я знаю, что они горькие. Как и всё, что ты мне говорил. Он хотел сделать шаг, но она поднесла нож к своему запястью — быстро, решительно, без колебаний. Кровь брызнула на белую плиту, на свежие пряники, на его лицо. Она зажмурилась, выдохнула — и уронила нож. — Ярик, — прошептала она, оседая на пол. — Ты сказал, что из меня не родится ничего нормального. Ты был прав. И я тоже не смогла родить. Ничего. Ни ребёнка. Ни любви. Ни... надежды. Он бросился к ней, но она оттолкнула его окровавленной рукой, оставляя алый след на его щеке. — Не трогай, — выдохнула она. — Дай мне уйти. Ты всё равно не хотел меня. А теперь я не хочу тебя. Она закрыла глаза, и кровь всё текла, растекаясь по белому кафелю, смешиваясь с мукой и какао, превращаясь в грязное месиво. Ярик орал, звонил в скорую, прижимал полотенца к её запястьям, но она уже не открывала глаз. Она улыбалась. И в этой улыбке не было ни боли, ни страха. Только покой. Когда врачи приехали, она была мертва. Они констатировали смерть от кровопотери в 11:47 утра. Он сидел на полу, весь в её крови, и сжимал в руке горький пряник. Откусил ещё раз — и не смог проглотить. Он смотрел на её руки, на запястье, где зияла глубокая рана, и думал о том, как много раз он мог остановить её. Сказать что-то другое. Не ударить. Не сказать про «нормальное». Просто быть рядом. Но он был рядом только в конце. Когда уже ничего нельзя было исправить. На столе осталась записка. Единственная, которую она не сожгла: «Ты не любил меня. Я знаю. Но я любила тебя. До самого конца. Просто твоей любви было мало, чтобы я осталась. Мои пряники были горькими, как правда. Прощай». Он прочитал это, и заплакал. Не мучительно. Не страшно. А тихо, по-детски, уткнувшись лицом в её холодную ладонь, и шептал в неё: — Прости... Я люблю. Теперь люблю... Но поздно. И дождь за окном всё шёл. Как в тот день, когда всё началось. Только теперь он не прекратится. Никогда. Спасибо за прочтение первой концовки, мои фанфики есть еще на Wattpad и боты в c.ai, найти их можно в моем тгк https://t.me/FanfictionNeverlove , в закрепленных