Часть 2
11 июля 2026 г., 23:46
Кингсли медленно поднялся из-за длинного овального стола.
На нем уже лежали десятки папок с золотыми печатями Международной конфедерации магов, схемы Министерства, планы охраны и списки иностранных делегаций.
Он обвел взглядом присутствующих:
Гарри Поттер — старший аврор, отвечает за безопасность делегаций. Дин Томас — начальник Разведывательного отдела Аврората. Перси Уизли — глава Департамента международного магического сотрудничества. Сьюзен Боунс — директор Департамента магического правопорядка. Руководитель отдела магического транспорта (камины, порталы, аппарация). Начальник службы протокола Министерства.
— Что ж, коллеги... — спокойно произнес министр. — Похоже, настал день, когда Великобритания будет принимать с распростертыми объятиями человека, которого одиннадцать лет назад сама практически вытолкнула за свои границы.
В кабинете повисла тишина.
Никто не стал спорить.
Все понимали, о ком идет речь.
— Гарри, докладывайте.
Поттер поднялся.
Перед ним сама собой развернулась карта Министерства.
— Прибытие делегации Соединенных Штатов назначено на девять часов утра. Используется международный правительственный портал класса «Альфа». Территория будет полностью перекрыта за два часа до прибытия.
Он коснулся палочкой карты.
На ней загорелись красные и золотые линии.
— За безопасность отвечают сорок восемь авроров. Из них двенадцать входят во внутренний круг сопровождения. Еще двадцать четыре будут находиться в гражданской одежде среди гостей. Остальные займут позиции по периметру Министерства.
Дин Томас продолжил:
— Разведка уже месяц проверяет всех сотрудников, допущенных к мероприятию. Проверены гостиницы, маршруты передвижения, поставщики продуктов, обслуживающий персонал, домовики, почтовые совы и даже флористы.
Несколько человек невольно усмехнулись.
— Это не шутка, — сухо ответил Дин. — Последние три покушения на иностранных министров начинались именно с обслуживающего персонала.
Перси Уизли открыл следующую папку.
— Помимо американской делегации прибудут представители Японии, Франции, Германии, Италии, Норвегии и Швейцарии. Всего более двухсот официальных гостей. Такого международного саммита Британия еще не принимала.
Кингсли медленно кивнул.
— Именно поэтому мы не имеем права ошибиться.
Он сцепил руки за спиной.
— Месяц назад я находился с официальным визитом в Нью-Йорке...
Министр ненадолго замолчал.
— И, признаюсь честно... я был поражен.
Он посмотрел на каждого сидящего за столом.
— Я посещал Министерство магии Соединенных Штатов еще при предыдущем министре. Хорошее учреждение. Но сейчас...
Он покачал головой.
— Сейчас оно работает как идеальный механизм. Ни одной лишней задержки. Ни одной потерянной бумаги. Любой вопрос решается за минуты. Все цифровые архивы защищены так, что наши специалисты только разводили руками. Сотрудники знают свои обязанности до мелочей.
Кингсли усмехнулся.
— А ведь все эти реформы проводились одновременно с работой над лекарством от ликантропии.
В кабинете стало совсем тихо.
— Скажу откровенно... — произнес он уже тише. — Иногда я жалею, что одиннадцать лет назад мы увидели в Драко Малфое только сына Пожирателя смерти.
Мы слишком поздно поняли, какой потенциал потеряла Британия.
Несколько человек невольно переглянулись.
Даже Гарри ничего не сказал.
Кингсли тем временем открыл последнюю папку.
— И есть еще одна новость.
Он положил перед собой тонкий лист пергамента.
— Малфой прибывает не один. С семьей.
По кабинету прошел едва уловимый шепот.
— По нашим данным, на официальном приеме впервые появится миссис Малфой.
Он выдержал паузу.
— За одиннадцать лет никто так и не выяснил, кто она. Ни журналисты. Ни Международная конфедерация. Ни наши дипломаты. Даже в американском Министерстве ее имя знают лишь несколько человек.
Кингсли усмехнулся.
— Иногда мне кажется, что охраняют ее строже, чем самого президента магического конгресса.
Кто-то негромко рассмеялся.
— Но самое любопытное не это.
Министр слегка наклонился вперед.
— Все, с кем мне удалось поговорить в Нью-Йорке, говорили одно и то же. Если хотите договориться с Малфоем... Сначала расположите к себе его жену. Он делает для нее всё. Оберегает так, словно от нее зависит вся его жизнь. Говорят, он не принимает ни одного действительно важного решения, пока не обсудит его с ней. Некоторые даже шутят, что настоящим министром Соединенных Штатов является вовсе не Драко Малфой. А его жена. Просто мир пока не знает ее лица.
Последние распоряжения были отданы.
Папки одна за другой исчезали в кожаных портфелях, чиновники обменивались короткими замечаниями, обсуждая графики, маршруты и списки приглашенных.
Стулья со скрипом отодвигались от длинного стола.
Совещание подошло к концу.
— Благодарю всех, — произнес Кингсли. — Через три дня проведем итоговую проверку.
Сотрудники начали покидать кабинет.
Гарри уже взял лежавшую перед ним папку, когда услышал спокойный голос министра.
— Гарри... останься.
Поттер молча кивнул.
Дверь закрылась.
Защитные чары, наложенные на кабинет, едва заметно вспыхнули голубоватым светом, полностью изолируя помещение от посторонних ушей.
Кингсли не спешил начинать разговор.
Он подошел к широкому окну, из которого открывался вид на залитый солнцем Атриум Министерства, некоторое время молча наблюдал за снующими внизу волшебниками, а затем медленно повернулся.
— Есть еще один вопрос.
Гарри снова сел за стол.
— Я собираюсь направить официальный запрос начальнику службы безопасности министра Малфоя.
Поттер вопросительно поднял взгляд.
— С какой целью?
— Предложить включить одного британского аврора в состав личной охраны миссис Малфой на время пребывания делегации в Лондоне.
Несколько секунд Гарри просто смотрел на него.
— И вы хотите, чтобы этим аврором был я?
— Именно.
В кабинете вновь повисла тишина.
Гарри нахмурился.
— Вы действительно считаете, что Малфой согласится?
Он откинулся на спинку кресла.
— Одиннадцать лет никто не знает, как выглядит его жена. Никто не знает ее имени. Ни одной фотографии. Ни одного публичного появления.
Он покачал головой.
— Человек, который столько лет скрывал собственную семью, вряд ли позволит сотруднику британского Министерства находиться рядом с ней.
Кингсли едва заметно улыбнулся.
— Именно так я думал сначала.
Он сложил руки за спиной и медленно прошелся вдоль кабинета.
— Но потом появилась другая информация.
Он остановился.
— Если сведения американской стороны верны, миссис Малфой впервые появится на официальном государственном приеме.
— Это слишком странно, — тихо произнес Гарри.
— Согласен.
Кингсли кивнул.
— А потому я сделал вывод, что Малфой сознательно меняет свою политику в отношении семьи.
Он собирается показать миру то, что скрывал одиннадцать лет.
— Или считает, что больше нет причин скрывать ее.
— Возможно.
Министр ненадолго задумался.
— В любом случае попытаться стоит.
Если он согласится — ты станешь единственным британским аврором, допущенным к ее охране.
Если откажется...
Кингсли пожал плечами.
— Тогда ты, как и планировалось, возглавишь внешнюю охрану всей американской делегации.
Ничего не изменится.
Гарри несколько секунд молчал.
— Почему именно я?
Кингсли внимательно посмотрел ему в глаза.
— Потому что я доверяю тебе.
И потому что ты лучший аврор, который у меня есть.
Мне нужен человек, способный сохранять хладнокровие при любых обстоятельствах.
Гарри медленно кивнул.
— Хорошо.
— Пока никому ни слова.
Даже своим сотрудникам.
— Разумеется.
Поттер поднялся.
Кингсли проводил его взглядом до двери.
— Гарри...
Тот обернулся.
— Как бы ни сложилось... оставь прошлое в прошлом.
На этой неделе оно может стать нашим самым опасным врагом.
Гарри ничего не ответил.
Лишь коротко кивнул и вышел из кабинета.
Дверь за его спиной тихо закрылась.
Шаги эхом разносились по пустому коридору Министерства.
Он шел к своему кабинету, перебирая в голове детали предстоящей операции.
Маршруты.
Графики.
Расстановку авроров.
Протоколы безопасности.
Имя Драко Малфоя уже давно не вызывало в нем той ярости, что одиннадцать лет назад.
Осталось лишь холодное, профессиональное безразличие.
По крайней мере, ему так казалось.
Он еще не знал, что через несколько дней судьба заставит его встретиться не только с Драко Малфоем, но и с человеком, которого он уже давно перестал надеяться увидеть вновь.
*************************
Высокие панорамные окна Министерства магии Соединенных Штатов выходили на вечерний Манхэттен.
За стеклом переливались огни магического Нью-Йорка. В воздухе, между небоскребами, медленно скользили зачарованные экипажи, а чуть ниже по невидимым магическим трассам двигались сотни служебных метел, оставляя после себя тонкие серебристые следы.
На сорок втором этаже, в зале стратегического планирования, за длинным столом уже собрались руководители всех подразделений.
Начальник службы безопасности.
Директор международного сотрудничества.
Руководитель отдела магического транспорта.
Командующий специальным аврорским корпусом.
Начальник медицинской службы.
Глава разведывательного управления.
Представители протокольного отдела.
На стене висела огромная зачарованная карта Европы.
В центре ярким золотым цветом сияла Великобритания.
Драко Малфой молча вошел в зал.
Все присутствующие одновременно поднялись со своих мест.
— Добрый вечер, господин министр.
Он коротко кивнул.
— Присаживайтесь.
Не теряя ни секунды, Драко подошел к карте.
Одно движение палочки.
Над столом возникла объемная трехмерная проекция Министерства магии Великобритании.
Коридоры.
Лифты.
Атриум.
Залы заседаний.
Даже аварийные выходы были обозначены разными цветами.
— Начнем.
Его голос звучал спокойно.
Без спешки.
Без лишних эмоций.
— Доклад по маршрутам.
Начальник службы безопасности поднялся.
— Разработано шесть основных маршрутов и двенадцать резервных.
— Почему двенадцать?
— Согласно вашему распоряжению.
— Нет.
Почему именно двенадцать?
Мужчина на секунду растерялся.
— Потому что...
Драко спокойно смотрел на него.
— Потому что именно столько вариантов позволяет городская сеть международных порталов, господин министр.
— Верно.
Малфой кивнул.
— Но вы забыли еще два.
Он поднял палочку.
На карте появились две новые линии.
— Старый дипломатический тоннель под Темзой и закрытый маршрут Международной конфедерации.
Начальник безопасности заметно побледнел.
Он действительно упустил их.
— Исправьте.
— Да, господин министр.
Драко уже перевел взгляд дальше.
Ни упрека.
Ни раздражения.
Просто констатация ошибки.
— Рассадка.
За столом поднялась молодая ведьма из протокольного отдела.
Перед всеми появились парящие схемы банкетного зала.
Драко несколько секунд внимательно изучал их.
Потом молча передвинул три таблички с фамилиями.
— Нет.
Министр Японии не должен сидеть рядом с представителем Норвегии.
В прошлом году между ними произошел дипломатический конфликт из-за торгового соглашения.
Пусть между ними будет французская делегация.
Женщина быстро внесла изменения.
— Далее.
Он снова посмотрел на схему.
— Почему американская делегация сидит спиной к главному входу?
— Так предусмотрел британский протокол.
— Меня не интересует британский протокол.
Меня интересует безопасность.
Разверните стол.
Еще одно движение палочки.
Вся схема изменилась.
Теперь каждый сотрудник службы безопасности видел сектор своей ответственности.
— Господин министр...
начальник охраны нерешительно поднялся.
— Мы подготовили внешний и внутренний периметр.
Двадцать четыре сотрудника будут сопровождать делегацию.
Тридцать два займут позиции внутри Министерства.
Еще сорок восемь будут работать под прикрытием среди гостей.
Драко молча слушал.
— Снайперы?
— Шесть.
— Мало.
— Добавим.
— Добавьте четыре.
И замените две позиции.
Он указал на крышу соседнего здания.
— Отсюда обзор лучше.
Начальник охраны посмотрел на карту.
Через несколько секунд медленно кивнул.
— Вы правы.
Я не заметил.
В кабинете никто не удивился.
Все давно привыкли.
Малфой замечал абсолютно всё.
Даже то, что остальные считали мелочами.
Доклады продолжались почти два часа.
Проверяли гостиницы.
Проверяли поставщиков еды.
Проверяли каминную сеть.
Проверяли медицинские бригады.
Даже запасные палочки каждого члена делегации были внесены в отдельный реестр.
Наконец Драко закрыл последнюю папку.
— Есть вопросы?
Наступила тишина.
Затем начальник службы безопасности медленно поднялся.
— Господин министр...
Сегодня утром пришел официальный запрос от Министерства магии Великобритании.
Все взгляды сразу устремились к нему.
— Они просят разрешить одному британскому аврору войти в состав личной охраны... вашей супруги.
На лице Драко не дрогнул ни один мускул.
Только пальцы, лежавшие на столе, едва заметно замерли.
— Имя?
— Гарри Поттер.
В кабинете стало настолько тихо, что было слышно мерное тиканье старинных часов.
Несколько руководителей незаметно переглянулись.
Все знали историю своего министра.
Все понимали, что это имя значило для него.
Но никто не осмелился нарушить молчание.
Драко медленно закрыл лежавшую перед ним папку.
Его серые глаза остановились на начальнике охраны.
— Подготовьте для меня полный протокол допуска.
Я приму решение лично.
И только после этого в кабинете снова зазвучали голоса. Никто не заметил, что впервые за весь вечер министр магии Соединенных Штатов на несколько секунд задумался не о безопасности делегации.
А о прошлом, которое через несколько дней должно было снова постучаться в его жизнь.
В тот же вечер. Нью-Йорк. Особняк Малфоев.
Изумрудное пламя камина вспыхнуло ярче обычного. Через мгновение из него уверенным шагом вышел высокий светловолосый мужчина в идеально сидящей темно-синей мантии министра магии Соединенных Штатов.
Едва его ботинки коснулись белого мрамора гостиной, как тишину огромного дома разорвали два счастливых детских голоса.
— Папа!
— Папочка!
Драко даже не успел снять перчатки. По широкой лестнице, едва не сталкиваясь друг с другом, к нему неслись двое детей.
Восьмилетний Скорпиус. И пятилетняя Аврора.
— Осторожнее! — успел только сказать Драко, но было уже поздно.
Аврора с разбега повисла у него на шее, обхватив тонкими ручками так крепко, словно не видела отца целую вечность. Следом налетел Скорпиус.
Драко тихо рассмеялся. Одной рукой легко подхватил дочь на руки, а затем опустился на одно колено и свободной рукой крепко притянул к себе сына.
— Ну здравствуй, чемпион.
Скорпиус уткнулся лицом в плечо отца.
— Ты обещал прийти раньше...
В его голосе слышалась самая настоящая детская обида.
— Мы тебя ждали.
— И я тоже ждала, — серьезно заявила Аврора, нахмурив маленькие бровки. — Я даже не стала есть десерт.
Драко удивленно посмотрел на дочь.
— Неужели?
— Да.
Она кивнула с таким важным видом, что он не смог сдержать улыбки.
— Потому что хотела есть его вместе с тобой.
Сердце болезненно сжалось. Каждый раз. Каждый вечер. Стоило ему переступить порог дома, все проблемы, бесконечные совещания, международные переговоры, ответственность за целую страну исчезали.
Здесь он переставал быть министром. Для этих двоих он был просто папой. И это звание он ценил гораздо больше любого другого.
— Простите меня, мои хорошие.
Он поцеловал дочь в макушку.
Потом потрепал сына по светлым волосам.
— Совещание затянулось. Я очень старался освободиться раньше.
— Ты всегда так говоришь, — буркнул Скорпиус.
— Потому что это правда.
— Мы все равно скучали.
— Я тоже.
Тихий женский голос заставил всех троих одновременно обернуться.
— Дайте папе хотя бы войти домой. Он только вышел из камина. Дайте человеку отдышаться.
Дети одновременно обернулись.
На лице Скорпиуса появилась хитрая улыбка.
— Мам...
Из коридора неспешно шла молодая ведьма.
На ней было темно-бордовое платье, мягко струившееся при каждом шаге.
Пышные каштановые кудри свободно спадали на плечи, а теплые янтарные глаза светились той самой улыбкой, которую Драко узнал бы из тысячи.
Он замер. Как и каждый вечер. Словно видел ее впервые. Девять лет брака ничего не изменили. Он по-прежнему не мог спокойно смотреть на собственную жену- Гермиону Малфой.
Она улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Только уголками губ. Но этого оказалось достаточно, чтобы внутри него снова стало тихо.
Дом. Вот что она для него значила. Дом.
Она подошла ближе. Аврора тут же потянулась к матери.
— Мамочка, папа пришел!
— Вижу, солнышко.
Она ласково погладила дочь по волосам, а затем подняла взгляд на мужа.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Без слов.
За девять лет они научились понимать друг друга одним взглядом.
Она первой сократила оставшееся расстояние. Легко коснулась ладонью его щеки. Потом привстала на носочки. И нежно поцеловала его в губы.
— Привет, любимый.
На лице министра магии Соединенных Штатов появилась улыбка, которую никогда не видел ни один журналист. Та самая. Настоящая. Живая.
Он осторожно поставил Аврору на пол. Одной рукой притянул Гермиону к себе за талию.
Так близко, словно не видел ее несколько месяцев, а не всего один день.
Уткнулся носом в ее волосы. Закрыл глаза. Глубоко вдохнул. Жасмин. Ваниль. И едва уловимый запах старых книг.
Запах, который за десять лет стал для него самым родным на свете.
— Привет, малышка...
Тихо прошептал он.
— Я скучал.
Гермиона тихонько рассмеялась.
— Мы не виделись всего десять часов.
— Для меня это слишком долго.
Она покачала головой.
— Ты неисправим.
— Благодаря тебе.
Она ласково провела ладонью по его щеке.
— Тяжелый день?
Драко усмехнулся.
— Британцы попросили включить Гарри Поттера в состав твоей личной охраны.
На мгновение в гостиной стало тихо.
Гермиона едва заметно напряглась.
Только Драко почувствовал, как под его ладонью на ее талии дрогнули мышцы.
Он сразу стал серьезнее.
— Эй...
Он осторожно коснулся ее подбородка.
Заставляя посмотреть ему в глаза.
— Не думай об этом сейчас.
Она слабо улыбнулась.
— Я и не думаю.
— Врешь.
— Немного.
Он снова притянул ее к себе.
Прижался лбом к ее лбу.
— Пока я рядом...
Он говорил почти шепотом.
— Никто не причинит тебе боль. Никогда.
Она закрыла глаза.
И по-настоящему расслабилась. Потому что знала.
Если Драко Малфой что-то обещал... Он всегда держал свое слово.
Десять лет назад
Австралия встретила Гермиону тишиной. Не было вспышек колдокамер. Не было журналистов, карауливших у дверей. Не было бесконечных вопросов, обвинений и заголовков, в которых ее имя склоняли на все лады. Впервые за долгие годы она смогла просто идти по улице, не оглядываясь по сторонам.
Первое, что она сделала, — вернула родителям память. Это был самый страшный разговор в ее жизни. Они долго молчали. Мама плакала. Отец, не скрывая слез, просто крепко обнял дочь.
— Почему... — дрожащим голосом спросила мать. — Почему ты так поступила с нами?
Гермиона не смогла ответить. Она только сильнее прижалась к ней.
— Простите меня...
Их объятия длились, казалось, целую вечность. Почти три месяца Гермиона жила вместе с родителями. Она заново училась быть дочерью. Они вместе завтракали. Гуляли по берегу океана. Смотрели фильмы. Мама снова заставляла ее надевать теплый свитер вечерами, а отец спорил с ней о книгах так же, как много лет назад.
Но постепенно Гермиона начала понимать... Она не могла остановиться. Ей нужно было двигаться дальше. Она всегда любила учиться. Исследовать. Открывать новое. И однажды вечером, за семейным ужином, она тихо произнесла:
— Я хочу поступить в университет.
Родители переглянулись.
— В магический? — спросил отец.
— Да.
— В Британию вернешься?
Она сразу покачала головой.
— Нет. Не сейчас. Может быть... когда-нибудь. Но не сейчас.
Она подала документы сразу в три лучших магических университета мира. Канаду. Америку. Францию. Через месяц пришел ответ.
Все три университета были готовы принять Гермиону Грейнджер. Но только один предложил полную исследовательскую стипендию. Высший магический университет Соединенных Штатов Америки.
— Ты уверена? — тихо спросила мама, помогая складывать вещи.
Гермиона застегнула чемодан.
— Нет.
— Тогда почему едешь?
Она грустно улыбнулась.
— Потому что если останусь здесь... так и не начну жить заново.
Америка оказалась совсем другой. Огромный университет поражал своими размерами. Несколько корпусов. Десятки лабораторий. Собственный исследовательский центр. Самая большая библиотека по зельеварению в мире. Общежитие напоминало скорее дорогой жилой комплекс, чем студенческий корпус. Гермиона быстро обустроила небольшую комнату. Разложила книги. Расставила фотографии родителей. Положила на прикроватную тумбочку старую волшебную палочку. И впервые за долгое время почувствовала... Спокойствие.
Первый учебный день. Аудитория высшего зельеварения постепенно заполнялась студентами. Гермиона вошла одной из последних. В руках — тяжелая стопка учебников. Она подняла голову...
И замерла.
Возле окна, облокотившись о стол, стоял высокий светловолосый парень. Серые глаза встретились с янтарными. Время будто остановилось.
— Малфой...
Едва слышно сорвалось с ее губ. Он смотрел на нее так же потрясенно.
— Грейнджер...
Несколько секунд они просто стояли. Не веря собственным глазам. Ни один из них даже представить не мог, что спустя тысячи километров от Британии судьба снова столкнет их лицом к лицу. Первым тишину нарушил профессор.
— Мисс Грейнджер? Мистер Малфой? Вы знакомы?
Драко первым пришел в себя.
— Учились вместе.
Профессор улыбнулся.
— Тогда прекрасно. Думаю, с лабораторными работами проблем не возникнет. Вы будете работать в одной группе.
Они одновременно посмотрели на преподавателя. Потом друг на друга. И почти одновременно тяжело вздохнули.
Через неделю они уже вместе сидели в библиотеке. Еще через две — спорили над составом экспериментального зелья. Через месяц перестали обращаться друг к другу по фамилии.
— Ты опять не спала всю ночь?
— Откуда знаешь?
Драко усмехнулся.
— У тебя появляется вот эта складка между бровями.
Она машинально коснулась лба.
— Нет у меня никакой складки.
— Есть.
— Малфой...
— Уже Драко.
Она закатила глаза.
— Хорошо. Драко.
Он довольно улыбнулся.
— Так намного лучше.
Через два месяца они начали встречаться. Без громких признаний. Без красивых речей. Все произошло настолько естественно, что однажды Гермиона просто поняла — она уже не представляет ни одного своего дня без него.
Спустя год они поженились. Тихо. Без прессы. Без сотен гостей.
На церемонии присутствовали только родители Гермионы, родители Драко и несколько самых близких друзей.
После регистрации Драко взял ее за руку.
— Жалеешь?
Она удивленно посмотрела на него.
— О чем?
— Что вышла за меня.
Гермиона рассмеялась.
— Малфой...
Он вопросительно поднял бровь. Она специально улыбнулась.
— Простите... Малфой.
Он сделал вид, что тяжело вздохнул.
— Теперь ты тоже Малфой.
— Привыкаю.
Она подошла ближе.
— Но знаешь...
— Что?
— Мне очень нравится быть Гермионой Малфой.
Он улыбнулся так искренне, что она в очередной раз поняла — сделала правильный выбор.
После окончания университета они полностью погрузились в науку. Именно тогда родилась идея создать собственную компанию. Malfoy Pharmaceuticals. Драко занимался финансами. Инвесторами. Переговорами. Строительством исследовательских центров. Юридическими вопросами. Позже — политикой.
Гермиона же практически поселилась в лаборатории. Именно для нее Драко построил один из самых современных исследовательских комплексов магического мира.
— Это все слишком...
Она растерянно оглядывала огромную лабораторию. Новейшее оборудование. Редчайшие ингредиенты. Десятки рабочих столов.
— Драко... Это невозможно...
Он улыбнулся.
— Возможно.
— Но зачем?
Он посмотрел на нее так, словно вопрос показался ему странным.
— Потому что ты заслуживаешь лучших условий для работы.
Она покачала головой.
— Это безумно дорого.
— Я знаю.
— Ты сумасшедший.
— Только когда речь идет о тебе.
Она рассмеялась и крепко его обняла. Годы шли. Компания росла. Открывались новые филиалы. Фамилия Малфой постепенно становилась символом научного прогресса. А затем Драко неожиданно ушел в политику. Он проводил реформы. Менял систему управления. Выигрывал выборы. Стал министром магии Соединенных Штатов.
Но дома все оставалось по-прежнему. Каждый вечер он первым делом заходил в лабораторию жены.
— Ты опять забыла поужинать.
Гермиона виновато поднимала голову от очередного котла.
— Еще пять минут.
— Нет.
Он подходил к столу. Тушил горелки. Закрывал записи.
— Драко!
— Никакой науки на голодный желудок.
— Я почти закончила.
— Ты это говоришь уже три часа.
Она улыбалась.
— Ты невозможен.
— Я знаю.
И каждый раз он уводил ее домой.
Все эти годы Гермиона категорически отказывалась появляться на публике.
Однажды вечером, когда журналисты снова осаждали ворота особняка, она тихо сказала:
— Я больше не хочу жить так, как жила в Британии.
Драко внимательно посмотрел на нее.
Она продолжила:
— Я не хочу, чтобы обсуждали мои платья. Мои слова. Мои выходы. Я не хочу читать статьи о себе. Не хочу, чтобы наши дети росли под объективами колдокамер. Я хочу просто жить.
Он взял ее ладони в свои.
— Хорошо.
Она удивленно подняла глаза.
— И все?
— И все.
— Ты не будешь уговаривать меня?
— Нет.
— Но ведь тебе наверняка хочется показать миру свою семью.
Он улыбнулся.
— Конечно хочется.
Она виновато опустила голову.
— Прости...
Драко мягко коснулся ее подбородка.
— Гермиона. Посмотри на меня.
Она подняла глаза.
— Для меня ты не политический инструмент. Не украшение приемов. Не красивая картинка для газет. Ты — моя жена. И если ты хочешь прожить всю жизнь вдали от камер... Так и будет. Я сделаю все, чтобы никто не посмел нарушить твой покой.
Гермиона крепко обняла его.
— Спасибо...
— Мне не за что благодарить. Я защищаю свою семью.
Пять лет спустя именно Гермиона закончила работу над лекарством от ликантропии.
Вся лаборатория праздновала. Инвесторы уже подсчитывали будущую прибыль.
Но вечером, оставшись с мужем наедине, она произнесла:
— Мы не будем зарабатывать на этом.
Драко удивленно посмотрел на нее.
— Это спасет тысячи жизней.
Такие вещи нельзя делать предметом роскоши.
Пусть страны покупают лицензию. Пусть проходят аудит. И только потом получают доступ. Но цена должна быть доступной каждому.
Несколько секунд он молча смотрел на жену.
Потом улыбнулся.
— Именно поэтому я тебя люблю.
Через несколько дней Гермиона сама заговорила о том, чего Драко ждал много лет.
Они сидели на террасе, наблюдая, как дети играют в саду.
— Драко...
— М-м?
— Я поеду с тобой в Британию.
Он повернул голову.
— Ты уверена?
Она медленно кивнула.
— Да.
— Это будет первый раз...
— Я знаю.
Он не перебивал. Не убеждал. Ждал.
— Думаю... пришло время перестать прятаться.
Драко долго смотрел ей в глаза.
Потом осторожно взял ее руку и поцеловал тонкие пальцы.
— Спасибо.
— За что?
— За доверие.
Она улыбнулась.
— Только пообещай мне одну вещь.
— Любую.
— Если в какой-то момент я пойму, что не справляюсь... Мы сразу уедем. Неважно, что подумает весь мир.
Драко даже не дал ей договорить.
— Обещаю.
Он обнял ее. Крепко. Так, словно хотел защитить от всего мира.
******************
Гарри вернулся домой далеко за полночь. Едва он переступил порог, как из гостиной донесся громкий детский смех. Кто-то носился по лестнице. Что-то с грохотом упало. Через секунду раздался возмущенный голос Джинни:
— Осторожнее! Я же просила не бегать по дому!
Гарри устало прикрыл глаза. Даже не снимая мантии, он тяжело выдохнул.
— Рон...
Тихо произнес он сам себе. Кроме младшего Уизли, устроить такой шум было некому. Он прошел в гостиную. Как и ожидалось.
На полу среди игрушечных драконов сидели трое девочек — дочери Рона и Лаванды. Рядом, размахивая деревянной палочкой, бегал сын Гарри.
Сам Рон удобно развалился в кресле с кружкой сливочного пива.
Лаванда помогала Джинни накрывать на стол.
— О! — широко улыбнулся Рон. — Герой дня пришел!
— Папа!
Сын тут же бросился к Гарри. Тот поймал мальчика на руки и крепко обнял. Усталость хоть ненадолго отступила.
— Как дела, чемпион?
— Мы строили крепость! Но тетя Джинни сказала убрать ее.
— Потому что крепость была посреди кухни, — послышался недовольный голос жены.
Гарри поставил сына на пол.
— Иди помоги девочкам.
— Хорошо!
Мальчик убежал обратно.
Гарри снял мантию и повесил ее на вешалку.
— Ты опять поздно.
Джинни даже не посмотрела в его сторону. Она с каким-то раздражением расставляла тарелки на столе.
— Совещание затянулось.
— Конечно.
Она фыркнула.
— В последнее время у тебя постоянно что-то затягивается.
Гарри промолчал. Спорить не хотелось. Совсем. Рон сделал большой глоток пива и усмехнулся.
— Что говорит Кингсли? Готовится расстилать красную дорожку перед Малфоем?
Гарри сел за стол.
— Готовится принять министра другой страны так, как того требует дипломатический протокол.
— Еще скажи, что он им восхищается.
— Не скажу. Потому что это правда.
Рон удивленно поднял брови.
— В каком смысле?
— Кингсли месяц назад был в Нью-Йорке. Говорит, Министерство магии США работает безупречно. Все процессы перестроены. Документооборот. Безопасность. Управление. Реформы. По его словам, Малфой полностью изменил систему.
Лаванда присвистнула.
— Ничего себе...
Рон лишь скривился.
— Ну конечно. Еще немного — и ему памятник поставят.
— Рон...
— Что?
Он пожал плечами.
— Я просто не понимаю, как человек с таким прошлым вообще оказался министром.
— Потому что его избрали.
Спокойно ответил Гарри.
— Американцы голосовали.
— Значит, плохо знают, кем он был.
— Или хорошо знают, кем он стал.
В комнате повисла короткая тишина. Даже Джинни перестала стучать тарелками.
— Он приедет не один.
Наконец сказал Гарри.
— Вместе с семьей.
Лаванда тут же оживилась.
— С семьей?
Джинни обернулась.
— Подожди...
Она удивленно посмотрела на мужа.
— Неужели мы наконец увидим миссис Малфой?
Гарри кивнул.
— Скорее всего. Кингсли сказал, что она впервые появится на официальном государственном приеме.
— Невероятно...
Пробормотала Лаванда.
— Одиннадцать лет весь мир пытается выяснить, кто она. И никто ничего не узнал.
Она с любопытством посмотрела на остальных.
— Как думаете, кто она?
— Наверняка какая-нибудь американская модель.
Усмехнулась Джинни.
— Или дочь миллиардера.
Добавил Рон.
— Малфой всегда любил роскошь.
— Не обязательно.
Тихо произнес Гарри. Все посмотрели на него. Он задумчиво вертел в руках вилку.
— Если бы он хотел жениться ради денег или положения... Он сделал бы это еще много лет назад. Но он скрывал жену одиннадцать лет. Так не поступают люди, которым нужна красивая картинка для газет.
Рон громко фыркнул.
— Не говори мне, что ты теперь еще и защищать его будешь.
— Я никого не защищаю. Я говорю то, что вижу.
Лаванда задумчиво улыбнулась.
— А мне почему-то кажется, что она очень красивая.
Джинни усмехнулась.
— Или очень страшная. Поэтому и прячут.
Рон рассмеялся.
— Тогда это многое объясняет.
Все засмеялись. Кроме Гарри. Он почему-то вспомнил слова Кингсли.
"Если хочешь договориться с Малфоем, сначала расположи к себе его жену."
Странно. Очень странно. Человек, который одиннадцать лет держал семью вдали от чужих глаз... Вдруг решил показать ее всему миру.
Что-то изменилось.
И Гарри никак не мог понять — что именно.
