AppleMedia (Tricolor AU)

Комната оверлорда утопала в душном, непроглядном полумраке. Единственным источником света был огромный настенный экран, на котором сейчас разворачивалась абсолютно нелепая мелодрама с нарисованными уточками в главных ролях. Посреди этого мрака высился некогда роскошный, дорогой синий диван. Сейчас он был полностью завален пустыми шуршащими пакетами из-под чипсов, а на полу вокруг него сиротливо громыхали пустые бутылки из-под алкоголя. Вокс лежал на этом диване, глубоко съехав вниз и безвольно откинув голову на подушки. Он тупо, не моргая, смотрел на экран, на эту глупую передачу, которая почему-то была единственным, что сейчас хоть немного отвлекало его от всего дерьма, происходящего в его жизни. 80% НЕОДОБРЕНИЯ. Самый низкий рейтинг за всю историю его смерти. И ведь ему не помогла даже песня с извинениями! Типа, целая песня! Да что с этими грешниками не так? Вокс медленно поднял руку, сделал еще один глоток холодного виски прямо из горлышка свежей бутылки и устало, с невероятной болью в голосе выдохнул в пустоту комнаты: — Аластор… Теледемон чувствовал, что в этот раз проебался сильнее, чем когда-либо. Да, их отношения всегда были сложными, но они никогда не пытались убить друг друга всерьез. Теперь же... теперь Вокс ждал, когда Аластор придет отомстить. Сначала он нервничал, думал, как будет извиняться и умолять простить его, убеждать, что все те слова были сказаны не всерьез. Потом страх постепенно перешел в мучительное ожидание, а ожидание — в тяжелую депрессию и глухое уныние. Демон надеялся, что Аластор просто изощренно мучает его, дает ему мариноваться в ожидании и страхе перед расплатой, но тот все не шел. Месть — это блюдо, которое подают холодным, но Вокс чувствовал, что Аластор вообще забыл, каким вкусным десертом он может быть. Вокс просто не мог жить так, как сейчас. Он не мог выдержать без возможности наблюдать за Радиодемоном, без того, чтобы быть центром его внимания. Они не были друзьями уже давно, и за эти годы он научился довольствоваться малым — быть его врагом. Неужели и это он теперь потерял? Внезапно нелепая передача с уточками на экране прервалась. Вместо неё запустилась яркая, навязчивая реклама новых секс-игрушек от ValTek. Вокс громко и мучительно застонал, закрывая лицо руками. Это зрелище ударило под дых, став жестоким напоминанием о том, что он просрал не только свои сложные, безумные отношения с Аластором и уважение партнеров, но и собственную компанию — технологическую империю, которую он годами, по кирпичику, строил с самого нуля. У него не осталось абсолютно ничего. Он официально самый слабый, самый бесполезный член V’s. Перед лицом теледемона внезапно возникла бледная ладонь, протягивающая ему аккуратно сложенный платочек. Вокс, всё ещё погружённый в своё беспросветное уныние, неосознанно принял его и прижал к экрану, вытирая проступившую влажную дорожку слезы. И лишь секунду спустя до его затуманенного алкоголем разума дошло, что вообще произошло. От резкого испуга Вокс истошно взвизгнул, задергал ногами и с грохотом свалился с дивана прямо на кучу пустых пакетов и бутылок. С трудом приподнявшись на локтях, он уставился вверх. Его удивление за долю секунды переросло в липкий, первобытный страх. На краю его дорогого синего дивана, неловко и как-то миролюбиво улыбаясь, сидел сам Люцифер Морнингстар. — Какого хера?! — испуганно вскрикнул Вокс, поспешно поднимаясь на ноги. — И как, блядь?! — Я ангел, — пожал плечами его незваный гость. — Хожу где хочу. Глаза Теледемона опасно сузились, а длинные когти блеснули в полумраке. — Ты не можешь убить меня, ангел. — Ты тоже не можешь убить меня, демон, — лицо Греха Гордости растянулось в самодовольной улыбке. — Так что, боюсь, теперь ты пленник моего общества. Вокс смерил его взглядом с головы до ног. Его король, самый бесполезный правитель Ада, обладавший силой, несравнимой ни с одним существом в Преисподней, был наказан Богом и теперь не мог причинить вред адским отродьям вроде Теледемона. Колоссальная мощь, которой он владел, оказалась абсолютно бесполезной. Но и грешники не могли убить падшего ангела вроде Люцифера — некогда любимого сына Бога. Вокс тяжело выдохнул и рассеянно скользнул взглядом по нелепому свитеру с утками. Люцифер, в свою очередь, с тем же оценивающим выражением лица осмотрел пижаму Теледемона с акулами. Оверлорд устало выдохнул, потер затекшую шею и отвел взгляд в сторону, раздраженно пнув лежащую на полу подушку. — Что ты здесь делаешь? — спросил Вокс, возвращаясь на свой диван и садясь рядом с королем. — Мне стало любопытно, — ангел с явным интересом рассматривал демона. — Кое-что. — Мхм, — Вокс поднял с пола бутылку виски, которая успела немного пролиться на его дорогой ковер, и сделал несколько больших глотков. — Злорадствовать пришел? Ну, пожалуйста. Мне похер. Ты не первый. Между ними возникло долгое, тяжелое молчание. Вокс невидящим взглядом уставился на мелодраму с уточками, в то время как Люцифер продолжал с довольным, изучающим лицом разглядывать его. — Знаешь, ты это заслужил, — весело сказал падший ангел. — Знаю, — устало согласился демон. — Ты чуть не убил мою дочь. Вокс нахмурился, не переводя взгляда с экрана: — Ты думаешь, она бы умерла от такого? — Ты думаешь, я блядь хочу проверять подобное? — в голосе ангела мгновенно прорезалась ледяная, опасная угроза. — Справедливо, — пожал плечами Вокс. Они снова замолчали на несколько секунд, прежде чем теледемон, снедаемый затаенной надеждой и любопытством, все же осмелился спросить о главном: — Аластор… Что-то говорил обо мне? — Он не любит говорить о тебе, — быстро ответил Люцифер, хитро улыбаясь. Он с интересом наблюдал, как лицо демона исказилось от острой моральной боли, и тот сразу же сделал еще один глубокий глоток алкоголя, пытаясь заглушить это чувство. — Он не собирается прийти и… ну, убить меня? Бровь ангела удивленно выгнулась вверх. — Прозвучало так, словно ты этого с нетерпением ждешь. Опять-таки, я не осуждаю кинки, но это немного удивляет… Вокс недовольно сощурился, продолжая опустошать бутылку. — Такому как ты никогда не понять наших отношений, — раздраженно бросил демон, отбрасывая пустую бутылку в сторону, где она с глухим стуком покатилась по полу. — Ты получил женщину, которую любил, сразу после первого поцелуя! У нас с Аластором всё… сложно. Люцифер с неподдельным интересом склонил голову набок. — Что ты будешь делать, если он придет убить тебя? Лицо теледемона на мгновение разгладилось, и на его экране растянулась мечтательная, болезненно-нежная улыбка: — Я буду очень рад его видеть… Вау. Эти два демона были действительно абсолютно, неизлечимо больны. Сколько лет уже длилась эта ненормальная хрень? Немного больше чем семьдесят лет? И их извращенная любовь до сих пор как-то цвела, несмотря на всю ту тонну боли, что они причинили друг другу. Смог бы Люцифер с таким же мазохистским желанием и надеждой ждать Лилит, если бы та несла ему смерть в своих руках? Он сильно сомневался. Но Люцифер чувствовал, что ему безумно, до дрожи нравилась такая любовь. Люди — даже самые низкие и испорченные грешники вроде этих двоих — каким-то образом всегда находили пути его искренне заинтересовать. — Я знаю кое-что интересное про Аластора, — весело напевая, протянул Люцифер. Он с восторгом наблюдал, как голова теледемона медленно поворачивается к нему, а на экране проступает выражение еле сдерживаемого, дикого любопытства. — Знаю его очень большой секрет. Вокс подозрительно сощурился: — И ты хочешь поделиться со мной, потому что…? — Потому что ты тоже поделишься со мной чем-нибудь интересным про Аластора, — губы ангела растянулись в широкую заговорщическую улыбку. — Это правда, что ты трахнул его стулом? Это его кинк? Вокс недовольно сморщился, на экране промелькнула волна чистого раздражения: — Конечно нет, я бы никогда не стал… — он отвел взгляд в сторону. — Я предпочитаю секс по согласию, ясно? А то какой тогда в этом всём смысл… Надо же! В глазах Люцифера этот шутовской медиаоверлорд мгновенно стал выглядеть чуточку менее гадко. Совсем немного, но прогресс был налицо. — Не верю, что ты не сделал с ним ничего такого постыдного. — Иди нахер, — зло огрызнулся Вокс, буравя взглядом довольную физиономию короля. — Даже если и сделал, с чего мне делиться этим с тобой? Нет никакой гарантии, что твой так называемый секрет вообще чего-то стоит! — О, определенно стоит! — Люцифер придвинулся чуть ближе, хитро сощурив золотистые глаза. — Он напрямую связан с тобой и теми самыми отношениями, которые мне, как ты выразился, «никогда не понять». Вокс молча смотрел в эти хитрые глаза на протяжении нескольких минут. В его голове лихорадочно крутились мысли: что он может показать этому несносному королю? Что-то такое, что не подставит Аластора окончательно и не выставит самого Вокса совсем уж отбитым извращенцем. Коллекцию фотографий с оленьим хвостом он хрен кому покажет — он, блядь, руку потерял, пока добывал эти кадры! Показать, как Аластор ест и пьет? Слишком странно, да и делиться этим интимным зрелищем не хотелось. Записи, где Радиодемон спит? Снова жадность сковала грудь — это принадлежало только ему. — Что, ничего нет? — удивленно склонил голову падший ангел, заметив его замешательство. — Ну, тогда обмена не будет. — Он демонстративно отвернулся обратно к экрану. — О, гляди, это моя любимая серия с уточками! Вокс недовольно цокнул. Он глубоко, обреченно вздохнул, и его экран снова пошел сильными помехами, со звуком статического треска перетягивая на себя внимание короля Ада. На лице Вокса появилось решительное и одновременно уязвленное выражение. Экран оверлорда интернета моргнул, прогружая старую, бережно скрытую видеозапись. Сердце Люцифера забилось быстрее, когда сквозь помехи он увидел на дисплее этого злого, упрямого оленя. Король мог видеть только лицо и плечи Аластора, чьи волосы были непривычно взъерошены. На лице Радиодемона читалось явное, ничем не прикрытое раздражение, смешанное со странным, непривычным для него смущением, пока он упрямо смотрел прямо в объектив камеры. На архивной записи в кадре появились руки Вокса, держащие прямо перед лицом связанного Аластора две крошечные латунные тарелочки. Вокс легонько ударил металлическими дисками друг о друга, издав звонкий, чистый металлический «дзынь». От этого звука ушки Аластора мгновенно прижались к голове, а сам он с недоверием уставился на этот странный предмет. — Что ты теперь делаешь, Вокс? — раздражённо спросил он. Люцифер, наблюдавший за происходящим, тоже с явным интересом хотел узнать ответ на этот вопрос. Вокс достал маленькие мягкие ватные насадки для ухода и надел их на пальцы. Аластор сразу насторожился, внимательно наблюдая за каждым его действием. К удивлению Радиодемона, тот оказался неожиданно бережным и терпеливым. Он не торопился, осторожно проводя процедуру, стараясь не причинить своему пленнику неприятных ощущений. Постепенно его напряжение начало уходить. Уши, до этого настороженно прижатые, медленно расслабились, а сам демон, несмотря на попытки сохранить привычное недовольное выражение лица, уже не выглядел таким скованным. Люцифер, наблюдавший за происходящим, почувствовал, как его глаза загорелись настоящим восторгом. — Это… — тихо выдохнул он, не отрывая взгляда от экрана. Но уже через мгновение Аластор резко вздрогнул, когда в кадре появились ножницы. Его уши снова прижались к голове, а из груди вырвалось недовольное рычание. Очевидно, эта часть процедуры ему нравилась гораздо меньше. Вокс, не обращая внимания на его реакцию, удерживал лицо Аластора за щеки, не позволяя ему отвернуться, и осторожно срезал зеленые нити, освобождая его лицо от вынужденной улыбки. После этого он промыл кожу вокруг рта ватными дисками, аккуратно проходясь возле губ и стирая следы крови, оставшиеся от нитей. Аластор смотрел на него с явным недовольством, но не сопротивлялся. Затем Вокс что-то распылил на свои руки и начал осторожно массировать лицо демона. И снова напряжение постепенно исчезло. Губы Аластора больше не были растянуты в искусственной улыбке — они сомкнулись, открывая их естественную форму, чуть припухшие и притягивающие внимание. Всего через несколько минут после начала массажа Аластор окончательно расслабился и, сам того не замечая, уснул, прислонившись щекой к руке теледемона. На этом запись закончилась. На экране снова появилось недовольное лицо Вокса, которому явно не нравилось, что ему пришлось делиться этим видео. — Вау, — выдохнул Люцифер, чувствуя то самое забытое приятное тепло, разливающееся в груди. — Это было… так чертовски мило. Вокс смерил его недовольным взглядом, в котором отчетливо читалась ревность. — Теперь твоя очередь, — нетерпеливо сказал демон. — Что там за секрет? — А, точно, — вспомнил ангел. — Ты знал, что Аластор хранит твое старое тело и плачет по ночам, обнимая его? Вокс несколько секунд смотрел на него с полным неверием, осознавая, что только что показал одно из своих личных видео с Аластором этому идиоту буквально просто так. — Ну ты и пиздабол, конечно. Люцифер лишь усмехнулся. — Знаешь, Хоск… — Вокс, — тут же исправил его теледемон. — Неважно, — ангел закатил глаза и придвинулся ближе, слегка касаясь его плечом. От этого Вокс саркастично выгнул бровь. — Я думаю, мы можем помочь друг другу. — Неужели? — пискляво передразнил его демон. — Ну, попробуй наебать меня, ваше высочество. Почему бы и нет? Все, блядь, по очереди! — Я могу доказать свои честные намерения. — И как же? — Хочешь навестить Аластора? Лицо падшего ангела оказалось слишком близко, и Вокс резко отшатнулся назад. — Увидеть своими глазами, как сильно он скучает по вашим… «отношениям, которые мне не понять». Вокс удивленно смотрел на него, чувствуя странную, доминантную ауру короля, которой раньше никогда не замечал. Он задумался всего на несколько секунд, хотя ответ был очевиден с самого начала. Вокс был готов согласиться. Он просто еще не понимал, что именно задумал этот низкорослый король Ада и какую роль в этом плане будут играть он и Аластор.