Песнь о кровавом драконе

      В тронном зале Красного Замка стоял невыносимый шум. Оруженосцы, обливаясь потом, безуспешно пытались затянуть ремни на массивном стальном панцире короля. Роберт Баратеон стоял посреди залы, тяжело дыша и багровея от злости. Старая кираса, в которой он когда-то сокрушил Рейгара Таргариена, никак не желала сходиться на его разжиревшем, заплывшем животе.       — Тяни, сукин сын! Тяни сильнее! — ревел Роберт, отвешивая подзатыльник молодому оруженосцу Ланнистеров. — Трон усох, доспехи усохли, всё в этом замке усохло!       — Ваше Величество, умоляю вас, успокойтесь, — Нед Старк стоял чуть в стороне, устало скрестив руки на груди. Рядом с ним сурово хмурился сир Барристан Селми. — Вы не можете выехать к патрулям в таком состоянии. Королю не пристало бегать по трущобам. Для этого есть городская стража, они прочесывают каждый переулок.       — Моя стража слишком медлительна, пока в моем небе летает тварь валирийцев! Сколько прошло времени с того момента как он показался и его всё ещё не нашли! — Роберт с яростным хрустом вырвался из рук оруженосцев и швырнул тяжелую латную перчатку на каменный пол. — Нед, ты не понимаешь! Я слышу, как этот город шепчется. Если этот выродок с фиалковыми глазами вернётся, он должен увидеть мой молот, а не моих капитанов!       В этот момент тяжелые дубовые двери зала распахнулись. В комнату торопливым, но сдержанным шагом вошел офицер Золотых Плащей. Его плащ был забрызган грязью. Обойдя рассвирепевшего короля, он приблизился напрямую к Эддарду Старку и упал на одно колено, обращаясь к Деснице:       — Милорд Десница, срочный доклад из Блошиного Конца. В тупике у старой пекарни обнаружены тела двух наших стражников. Одному пробили череп через челюсть, второму перерезали горло. Сделано профессионально, без единого звука. С коренастого сняли форму. Доспех, колет, пояс и гвардейский шлем. Нед Старк мгновенно подобрался, его серые глаза сузились. Он сразу понял, что к чему.       — Значит, чужак, укравший доспехи, теперь скрывается под личиной одного из наших солдат, — твердо произнес Десница, поворачиваясь к Барристану Селми. — Сир Барристан, это меняет дело. Прикажите закрыть все входы и выходы из Красного Замка. Удвоить посты у ворот. Никого не впускать и не выпускать без моего личного жетона.       Пока король гремел проклятиями, требуя подать ему вина и созвать командиров внешней разведки, за тяжелыми бархатными портьерами у входа в залу завязался совсем другой разговор. Две тени — Варис и Петир Бейлиш — стояли в полумраке коридора, внимательно наблюдая за королевским гневом.       От Вариса пахло лавандой, но его напудренное лицо оставалось мертвенно-спокойным. Мизинец лениво привалился плечом к колонне, с полуулыбкой наблюдая за тем, как Роберт пытается влезть в доспехи.       — Какое прискорбное зрелище, лорд Бейлиш, — тихо, едва слышно прошелестел Варис, пряча ладони в широкие рукава лилового шелка. — Наш яростный олень пытается вернуть молодость, пока прошлое стучится в наши двери. Что думаете об этом переодетом госте? Мизинец тихо усмехнулся, не сводя глаз с Неда Старка.       — Я думаю, лорд Варис, что этот лазутчик чертовски хорош в городских играх для того, кто управляет летающей горой чешуи. Два стражника убиты в глухом тупике, чисто, без шума.       В мыслях Мизинца уже выстраивались сложные, гроссмейстерские комбинации. Для него появление дракона было не катастрофой, а величайшим подарком судьбы. Его планы по стравливанию Старков и Ланнистеров теперь можно было раздуть до масштабов вселенского пожара. «Если этот таинственный всадник из побочной ветви хочет трон, — думал Петир, — я могу предложить ему помощь. Помочь убрать Роберта, подставить Ланнистеров, а взамен получить Речные Земли или Хранителя Востока. Главное — найти его раньше Вариса и Неда». Варис же думал о совершенно ином. Его внешнее спокойствие скрывало глубокую, лихорадочную тревогу. Он отстраненно анализировал действия этого неизвестного человека, и этот анализ Пауку очень не нравился.       Варис понимал: если этот неизвестный наездник Караксеса начнет войну прямо сейчас, он разрушит всю шахматную доску, которую Паук годами выстраивал в Эссосе вокруг Визериса и Дейнерис. Роберт сойдет с ума от паранойи, Ланнистеры сожгут половину королевства, а планы в вольных городах просто не успеют созреть.       — Что ж, лорд Бейлиш, — мягко произнес Варис, отстраняясь от портьеры. —Патрулям за стенами замка приказано трубить в сигнальные рожки, если они заметят багровую чешую в лесах, хотя считаю это … бессмысленным решением. Три долгих гудка — и город закроет ворота. Но успеют ли наши храбрые стражи протрубить в рог, прежде чем их сожгут и будут ли они честно выполнять свою работу зная о такой перспективе? Хотя думаю поиск дракона не моя забота… пожалуй пойду проверю, как мои пташки ищут нашего переодетого друга.       — Удачи, лорд Варис, — улыбнулся Мизинец, провожая евнуха взглядом.       Петир Бейлиш развернулся и пошел к своим комнатам, уже подготавливая доверенных людей из своих борделей. Ему нужно было золото и лазутчики, готовые первыми перекупить всадника.             Лорд Варис шел по полутемным переходам Красного Замка так, словно не касался подошвами мягких туфель каменных плит. Из Тронного зала всё еще доносились глухие раскаты королевского гнева — Роберт продолжал распекать гвардейцев, — но здесь, в галереях Твердыни Мейгора, царила обманчивая, душная тишина. Лишь слуги испуганно жались к стенам при виде лилового шелка Мастера над шептунами.       Внешне Варис оставался безупречно кротким. Его пухлые руки были чинно спрятаны в широкие рукава, а на лице блуждала мягкая, едва заметная улыбка. Но внутри его напудренной головы шел лихорадочный, математически точный расчет.       Утреннее появление багровой тени над Драконьим Логовом спутало все карты. План, который они с Иллирио выстраивали годами, трещал по швам.       «Всадник Караксеса...» — размышлял евнух, сворачивая в узкую, зашторенную гобеленами галерею. — «Кто бы он ни был, он действует как безумец. Зачем выдавать себя? Зачем допрашивать лавочника в Блошином Конце? Если это бастард старой крови, решивший заявить права на трон, он выбрал худшее время. Вестерос еще не готов. Старки и Ланнистеры не успели обескровить друг друга. Если этот выскочка начнет войну сейчас, Роберт и Тайвин объединятся, чтобы уничтожить его и дракона, а затем их гнев обрушится на Эссос. На Визериса и Дейнерис».       Варис замер у ниши с массивной мраморной статуей одного из королей былой династии. Вокруг не было ни души, но Паук знал, что стены замка имеют уши. Его собственные уши. Он издал едва слышный, специфический свист — звук, похожий на ночной шорох мыши. Из-за тяжелой портьеры беззвучно, словно соткавшись из пыли, выскользнул маленький оборванный мальчик с отрезанным языком. Его темные глаза смотрели на Вариса с абсолютной, собачьей преданностью. Одна из сотен его «пташек».       Варис не произнес ни слова. Он медленно вытащил из рукава крошечный, свернутый в плотную трубочку пергамент, запечатанный капелькой серого воска. Это было зашифрованное послание в Пентос, для Иллирио Мопатиса.       «В небе над Гаванью багровое пламя. Наездник в городе. Ситуация выходит из-под контроля. Прикажи Мормонту не спускать глаз с Визериса и девчонки. Если Баратеон узнает, что у драконов Вестероса снова есть всадник, жизни детей в Эссосе не будут стоить и ломаного гроша. Нам нужно время. Задержите кхала Дрого, если потребуется».       Евнух протянул пергамент мальчику и едва заметно кивнул в сторону подвалов, откуда вели тайные ходы к портовым верфям. Там, на быстроходной контрабандистской когге, его человек уже ждал приказа, чтобы поднять паруса и взять курс на Вольные Города. Мальчик спрятал записку за пазуху и исчез в темноте прохода так же стремительно, как и появился. Назад пути не было. Весть ушла за Узкое море.       Варис глубоко вздохнул, поправил складки своего лилового одеяния и двинулся дальше, спускаясь по крутой винтовой лестнице в самые глубокие, холодные ярусы замка. Его путь лежал к старым королевским архивам.       Паук продолжал хладнокровно анализировать действия таинственного наездника. Чужак, переодетый в форму Золотого Плаща, искал ответы. Он спрашивал лавочника про Рейниру и Танец Драконов. Это не было поведением заговорщика, который годами готовил переворот в Речных Землях. Тот, кто готовит войну, знает имена своих врагов. Он знает, кто такой Роберт Баратеон. Он знает, что драконы вымерли.       А этот чужак... он словно проснулся после долгого сна и обнаружил, что мир вокруг него изменился до неузнаваемости.       «Он дезориентирован», — окончательно зафиксировал мысль Варис, ступая на покрытый вековой пылью каменный пол библиотечного крыла. — «Он ищет корни. Он ищет истину о своей крови. И если он не полный идиот, он придет туда, где эта истина записана мейстерами. В подвалы, где хранятся летописи его предков».       Варис подошел к тяжелой, окованной железом двери архива. В замочной скважине тускло мерцал блеклый лучик света от одинокой свечи внутри. Кто-то уже был там. Кто-то, кто не побоялся закрытых дверей и осадного положения.       Евнух мягко положил ладонь на деревянную створку, готовый заглянуть в глаза самому опасному призраку этой эпохи.