Бесстрастная

      За чашкой чая испокон веков решались многие проблемы. Изливались души, находились компромиссы, создавалась атмосфера уюта и тепла. Аня же, почёсывая дёрганный глаз, предложила явившемуся в её дом самогон.       Сначала разговор шёл относительно неплохо. Решив, что антропоморфный визитёр — всего лишь заказная пешка в качественно проработанном плане мести, девушка подняла лютый гам — выражалась бранью, требовала покинуть её скромное жильё, но уже вскоре ступор охватил её степенно нахватывающей паникой. Оффендеру такая схема общения с молодухой не нравилась, и он галантно предложил бедолаге стул… Заботливо привязав к нему Аню бечёвкой.       И выложил всё на лету. Кто он, что хочет и что хотел бы получить взамен. Анна, намахнув ещё рюмаху освободившейся рукой, потянулась за солёным огурчиком. — Выходит, ты — существо, которое трахает всё, что движется, — занюхивая и тут же отправляя корнишон в рот, подытожила брюнетка. — Но только после того, как жертва примет твою розу? — Именно, — Оффендер, с удовольствуем покуривая найденную в кармане штанов барышни сигарету, с ухмылкой добавил: — Вот только мне ещё никогда не попадались такие, как ты. Это любопытно.       От подобной наглости Нерестова скривила губы. Воткнув ей в рот «ротманс», насильник прикурил и стал ждать момента успокоения. После третьего затяга Аня сменила свой пренебрежительный тон на более мягкий: — И что во мне особенного? — Например то, что ты ничего не хочешь. Абсолютно. Ты полностью бесстрастна, и даже если бы ты приняла мой цветок, то ничего бы не изменилось. Фригидность, детка — это печальная штука.       Но, вопреки ожидаемому плевку в лицо, девушка, опустив взгляд на стол, просто замолчала. Какая-то самозабвенная аура опустилась на неё плотным куполом, и даже вполне зачарованный такой реакцией монстр, сидящий напротив со стаканом вместо рюмки, никак не влиял на этот факт. — Да, — не моргая, подтвердила она. — И что, какие планы? Хочешь осуществить мечту переспать с «бревном»?       Ответом послужил завораживающий смех. Сняв с гладкой, но абсолютно правильной по форме головы шляпу, Оффендер смерил Аню жадным, невидимым взглядом. Та, сплюнув зажатый между зубов бычок, ждала утверждающий ответ. — Нисколько. Напротив, у меня есть к тебе деловое предложение, — тяпнув остатки самогона одним внушительным глотком, безликий, облизав острые челюсти чёрным, змеевидным языком, продолжил: — Здесь мне нравится. Полно безотказного мяса. Мне нужен кто-то, кто не будет мешать моему делу, и в то же время помогать. — Подкладывать под тебя баб? — изогнув тонко выщипанную бровь, с сарказмом буркнула брюнетка. — Это было бы любезно, — с ухмылкой парировал монстр. — Но достаточно будет обеспечивать кровом, едой и исполнением мелких указаний. — Брить не буду! — Там всегда гладко! — Ну-ну, по голове вижу… — ответила более задумчиво. — А что, если откажусь? — Тогда как минимум несколько лет ты будешь жить так, как прожила этот длинный и не самый удачный день. А потом… Я тебя всё-таки поимею. — М-м-м, круто…       От выпитого «домашнего коньяка» и испытанного шока, мозг Ани плыл где-то в кисельных берегах. Ничего не укладывалось. Сам факт существования этого существа, то, что он ей наговорил, несправедливое предложение…       Хотя… — Я соглашусь, но только с одним условием.       У Оффендера от столь быстрого ответа бровные дуги пододвинули лоб. — Каким? — с неподдельным интересом вопросил он. — Ты будешь смотреть за моим домом и кормить курей, пока я на вахте. Она у меня неделя через неделю. Это поможет мне брать сверхурочные и не мотаться в село каждый день. Услуга за услугу и — по рукам.       Ничего другого от этой мадам насильник и не ожидал. Такое, безусловно, не входило в его планы, но ведь это он сам предложил ей спасительный вариант. Отказываться — вести себя крайне глупо… Да и где ещё он найдёт себе женское тело, не образовывающее под собой водопад при одном только запахе его феромонов. — Здесь две комнаты. Одну из них я забираю себе. Сладкое должно быть каждый день. Чистое бельё — тоже. — Тогда чистка двора от снега и растопка бани достаются тебе. — А ты с характером! — Зато с ущербной пи… — Я согласен. Срок — три месяца. — Ты сбежишь раньше, — победоносно усмехнулась хозяйка. — А теперь, достань, будь так добр, из погреба добавку…       Первые несколько дней пролетели как часы междусменного перерыва. По началу Анна с полной уверенностью решила, что сбрендила, и строго настрого запретила себе дегустировать «беленькую» бабы Шуры, всё время проводя в своей комнате или у плиты, на автомате выпекая во вполне современной духовке то один, то другой пирог. Незваный гость или выгодный сожитель — как нарекать Оффендера для самой себя, она ещё не определилась — оказался вполне удобным вариантом: то и дело пропадал по своим грязным делишкам, да являлся исключительно под утро, поедая всё наготовленное с превеликим аппетитом. По хозяйству забот стало куда меньше: наколотые дрова, чистый и опрятный двор, накормленные досыта куры…       Собирая вахтовую сумку, Аня всё ещё думала, насколько разумной оказалась заключенная сделка, но выхода из ситуации не находилось. Как и не находилось причин идти на попятную. — Под пологом банки варенья из клюквы, смородины и клубники. Ещё есть вино, но оставь хоть бутылку ко дню, как приеду!       Полностью обнажённое существо, листающее на кресле чудом взявшийся откуда-то порножурнал, с крепким, не человеческих размеров стояком, язвительно заверило: — Договорились!       А на объекте Аню вновь захлестнули привычные рабочие дела, шебутные коллеги… И тот, от которого сердце билось в бешеном темпе. — Сергей Владимирович, есть свободная минутка?..