Секрет фотографа

Осака, район Бэй-Эриа. Квартира Даниэля Ломбарди. Суббота, 10:23 утра. Субботнее утро встретило Даниэля серым небом и соленым ветром, который задувал через приоткрытое окно. В квартире пахло кофе, который давно остыл, и типографской краской. На столе валялись распечатанные фотографии Миши — новые, сделанные вчера вечером, когда тот провожал Наташу домой. Даниэль снимал их из-за угла, дрожа от ярости и восторга одновременно. Но сейчас он сидел перед компьютером, и экран горел яркими, неестественно красочными тонами. На нем была игра. Та самая, которую Ики нашел вчера вечером в каком-то забытом богом уголке интернета. "Yandere Simulator". — Я не понимаю, — сказал Ики, сидя на диване и жуя чипсы, — почему эта игра до сих пор в демке. Ей же уже лет двенадцать. — Потому что разработчик — перфекционист, — не глядя на него, ответил Даниэль. — Как я. Он хочет сделать все идеально. Поэтому и не выпускает. Ики хмыкнул и подвинулся ближе, заглядывая через плечо друга. На экране маленькая аниме-девушка в школьной форме стояла посреди школьного коридора, а над ней плавал интерфейс с множеством иконок. — Она выглядит… невинно, — заметил Ики. — Но я слышал, что там можно делать ужасные вещи. — Именно, — Даниэль усмехнулся, и в его голосе послышалось странное, почти хищное возбуждение. — Смотри. Он начал игру, и через мгновение экран заполнился действием. Маленькая Айано Аиши — девушка с синдромом яндере, такая же сломанная, как и он сам, — кралась по школе, следуя за своим Семпаем. Тот, Таро Ямада, выглядел как типичный аниме-герой: темные волосы, глуповатая улыбка, полное отсутствие мозгов. И вокруг него постоянно вились какие-то девушки. — Каждую неделю у него новая, — прокомментировал Даниэль, водя мышкой. — Айано должна устранять их всех. Десять целей. Десять способов. Каждая имеет свою уязвимость. Ики присвистнул, наблюдая, как Даниэль провел Айано в комнату клуба актеров, где она незаметно стащила пару перчаток. — Смотри, это база, — сказал Даниэль. — Перчатки. Если их надеть, то твои отпечатки не останутся нигде. Чисто. Профессионально. — Это как у нас, — заметил Ики. — Мы тоже используем перчатки. В том плане, что мы… собирались. — Именно, — кивнул Даниэль, не отрываясь от монитора. — Я хочу посмотреть, как она это делает. Нам надо учиться у лучших. Даже если это пиксельная девчонка. Он прошел игру дальше. Айано подошла к девушке по имени Осана Наджими — первой жертве, которая беззаботно стояла у шкафчиков, улыбаясь и разговаривая с подругой. Даниэль нажал несколько кнопок. Айано схватила Осану, потащила ее в подсобку, и через минуту на экране появилось уведомление: «Труп утилизирован. Никто не заметил». — Офигеть, — выдохнул Ики. — И это так просто? — В игре — да, — Даниэль откинулся на спинку стула и посмотрел на друга. — В реальности сложнее. Но механика та же. Отвлечь. Схватить. Убрать тело. Заметать следы. Он снова повернулся к экрану. Час шел за часом. Они с Ики сидели, завороженно глядя на то, как Айано Аиши методично уничтожает всех девушек, которые встают между ней и ее любовью. Амаи Одаяка — милая девушка, которая пекла печенье для Семпая, упала замертво от отравления. Кизана Сунобу — капризная богатая девочка, которую отравили в школьной столовой. Ока Руто — оккультистка, которую убили в темной комнате, и никто не нашел ее тело до самого вечера. — Она использует печь, — сказал Даниэль, когда Айано сжигала очередное тело в школьной печи для мусора. — Сжигает улики. Исчезает все. Даже кости. — Дорого, — заметил Ики. — В реальности печь не подойдет. Но идея хорошая. Уничтожить тело полностью. Даниэль кивнул. Он делал заметки в своем блокноте. Карандаш быстро скользил по бумаге, фиксируя каждую деталь: «Перчатки. Печь. Отравление. Утопление. Сброс с высоты. Похищение. Удушение». — Слушай, — сказал Ики, когда они добрались до восьмой цели, Осоро Шидесу, — а она вообще кого-то оставляет в живых? — Только Ханако, младшую сестру Семпая, и Мегами Сайко, — ответил Даниэль, не отрываясь от экрана. — Ханако нельзя убивать, потому что она не его девушка, и если ее убить, Семпай перестанет разговаривать с Айано. А Мегами — это босс. Ее можно убить только в особых условиях. Он прошел к последним уровням, где Айано сражалась с Мегами. Геймплей стал сложнее, но Даниэль, с его хладнокровием и педантичностью, справлялся с каждым вызовом. — Это не просто игра, — сказал он, когда на экране появилась финальная сцена. — Это… вдохновение. — Ты хочешь сказать, что эта игра дала тебе идеи? — спросил Ики с легким интересом. — Идеи? — Даниэль рассмеялся. Громко, почти истерично. — Нет, Ики. Она дала мне план. Посмотри, что делает Айано. Она не просто убивает. Она исчезает. Она становится тенью. Никто не знает, что она существует. Она не оставляет следов. Это идеальная модель. Он открыл блокнот и начал быстро писать, проговаривая вслух: — Вариант 1. Отравление. Школьная столовая. Слабый яд. Симптомы как у пищевого отравления. Никто не заподозрит. Ики подошел ближе и заглянул в блокнот. — А если выживет? — Не выживет, — отрезал Даниэль. — Я подберу дозу. Точно. Как Айано. Он перевернул страницу. — Вариант 2. Утопление. Бэй-Эриа. Океан. Если связать руки и ноги и сбросить с пирса — тело не всплывет. У нас есть пирс. Я знаю это место. Я там фотографировал закаты. Ики присвистнул. — Ты серьезно все это записываешь? — Абсолютно, — Даниэль поднял на него глаза. В них был холодный, лихорадочный блеск. — Мы не можем провалиться. Мы сделаем это один раз. Идеально. Как в игре. Один раз — и она исчезнет навсегда. Он перешел к третьему варианту. Вариант, который ему понравился больше всего. Тот, что использовала Айано против Муджи Кино. — Вариант 3. Смертельная ловушка. Несчастный случай. Всегда можно сделать так, чтобы выглядело как несчастный случай. Лестница. Мокрый пол. Упала, ударилась головой. Никто не проверяет такие вещи. — Но это сложно, — заметил Ики. — Нужно точное время. Точное место. — У нас есть все, — Даниэль улыбнулся. — Я знаю ее расписание. Я знаю, когда она идет домой. Я знаю, где она останавливается, чтобы завязать шнурки. Достаточно оставить лужу воды. Или немного масла на ступеньках. Он записал еще несколько строк, а затем перешел к странице, которая была помечена как «Самый чистый способ». — Вариант 4. Печь. Как в игре. Сжечь все улики. Если у нас будет доступ к печи в школе… или в другом месте. — В школе есть старый инсинератор, — вспомнил Ики. — За спортзалом. Его почти не используют. Ключи висят у охранника. — Мы можем их украсть, — сказал Даниэль. — Или сделать дубликат. Он отложил блокнот и повернулся к монитору. Игра закончилась. На экране висела финальная сцена: Айано стояла перед алтарем, держа за руку своего Семпая. Он улыбался ей. Она улыбалась ему. И только зритель знал, что эта улыбка стоила десять жизней. — Это красиво, — прошептал Даниэль, глядя на экран. — Она получила его. Ценой всего. И теперь они вместе. Навсегда. — Ты говоришь об игре или о себе? — спросил Ики, садясь обратно на диван. Даниэль повернулся к нему. Его глаза были полузакрыты, а на губах играла странная, почти счастливая улыбка. — И о себе тоже, — сказал он. — Я хочу того же. Я хочу смотреть на Мишу и знать, что никто больше не стоит между нами. Я хочу, чтобы у него была только я. Одна любовь. Одна одержимость. Одна жизнь. Он встал и подошел к доске, где висело центральное фото Миши. Он провел пальцем по контуру лица. — Мы почти у цели, — прошептал он. — Я чувствую это. — Погоди, — сказал Ики, поднимаясь. — Ты же не собираешься делать это прямо сейчас? Мы же договорились на пятницу. — Да, — кивнул Даниэль. — Мы подождем до пятницы. Но я хочу быть готовым. Я хочу изучить каждый вариант. Каждый путь. Чтобы когда наступит момент, у меня не было сомнений. Он сел за компьютер и открыл страницу с описанием игры. Там были перечислены все способы убийств, все детали. Он начал копировать их в свой блокнот, тщательно, слово за словом. — Ты не перестаешь меня удивлять, — сказал Ики, подходя к столу. — Ты серьезно будешь играть в эту игру днями напролет? — Нет, — Даниэль поднял голову. — Я буду играть в нее, пока не выучу наизусть. Я хочу стать мастером. Как Риоба. — Кто? Даниэль ухмыльнулся и переключил игру в режим "Дополнительные персонажи". На экране появилась новая девушка. Взрослая, с длинными черными волосами, в очках. Она стояла, улыбаясь, но в ее глазах горел тот же огонь, что и у Даниэля. — Это мать Айано, — сказал он. — Риоба Аиши. Она та, кто научила свою дочь убивать. Она делала это годами. И ее никто не поймал. — Офигеть, — выдохнул Ики. — Это уже не просто игра. Это учебник. — Именно, — Даниэль нажал на кнопку "Играть за Риобу". — Хочешь посмотреть, как мы можем уничтожить эту суку? Я покажу тебе. Он начал игру за Риобу. Геймплей был другим. Более хладнокровным. Более методичным. Риоба не бегала по школе в панике — она плавно двигалась, выбирая момент, подбираясь к цели. — Смотри, — сказал Даниэль, когда Риоба подошла к своей первой жертве. — Она использует отвлечение. Она позволяет жертве уйти в безлюдное место, и там она наносит удар. Чисто. Быстро. Почти без звука. — И как она убирает тело? — спросил Ики, зачарованно глядя на экран. — Как и Айано. Печь. Или река. Или глубокий лес. Местность, где никто не ищет. Как наш океан. Даниэль провел Риобу через несколько миссий. Каждая была спланирована до мелочей. Риоба знала маршрут жертвы. Она знала ее привычки. Она знала, когда и где она останется одна. — Я хочу быть как она, — сказал Даниэль, когда Риоба убирала третью жертву. — Безупречной. Никаких следов. Никаких подозрений. — Мы уже такие, — ответил Ики. — Мы планируем. Мы готовимся. Мы не допустим ошибок. Даниэль кивнул, но не ответил. Он был слишком поглощен игрой. Он убивал одну за другой. Записывал каждое действие в блокнот. Он чувствовал, как вместе с пиксельной кровью в нем растет уверенность. К вечеру он прошел игру за Риобу до конца. На экране появилась финальная сцена: Риоба стояла на фоне заката, глядя вдаль. Рядом с ней стояла маленькая Айано, держа ее за руку. Мать учила дочь. — Это было красиво, — сказал Даниэль, откидываясь на спинку стула. — Я чувствую, что я стал сильнее. — Ты стал психом, — усмехнулся Ики. — Я всегда был психом, — Даниэль повернулся к нему с улыбкой. — Но теперь я — вооруженный псих. И у меня есть план. Он закрыл ноутбук и встал. — Давай посмотрим, что у нас есть в арсенале, — сказал он, подходя к доске. — Пятница. Вечер. Она идет домой через переулок. Там темно. Мы берем перчатки. Мы берем веревку. Мы берем что-то, чтобы заткнуть ей рот. Он смотрел на доску, где красными линиями был обозначен маршрут Наташи. — И мы берем машину, — добавил Ики. — Я пригоню ее. Мы отвезем ее на пирс. И она уйдет в океан. Никто и никогда ее не найдет. Даниэль кивнул, и в его глазах загорелся огонь. — Пятница, — повторил он. — Всего несколько дней. А потом… она исчезнет. Как девочки из игры. Навсегда. Он подошел к столу, взял распечатанную фотографию Миши, сделанную вчера вечером, и поцеловал ее. — Я жду, Миша, — прошептал он. — Я жду, когда мы будем вместе. Навсегда.