Секрет фотографа

Осака, старшая школа «Китана». 5:20 утра, вторник. Школа встречала Даниэля привычной утренней тишиной. Коридоры были пусты, лишь редкие лампы горели тусклым светом, отбрасывая длинные тени на натертый до блеска пол. Он шел по коридору, поправляя ремешок камеры на шее. В руках он нес папку с готовыми фотографиями — вчерашний заказ для школьной газеты. Он напечатал их дома, в своей импровизированной лаборатории, и теперь принес, чтобы отдать редактору. Он зашел в компьютерный класс, где стояли мощные принтеры, и начал распаковывать фотографии. Тишина, только гудящие вентиляторы компьютеров да шум за окном. За окном только начинало светать, небо окрашивалось в бледно-розовые тона. Обычное утро. Но в 5:47 его телефон завибрировал. Сообщение. Даниэль не любил проверять телефон по утрам. Но, посмотрев на уведомление, увидел, что это был школьный чат для 10-х классов. Тот самый чат, куда писали об отсутствиях. Он открыл сообщение и замер. «Наташа Лазарева: Всем привет! Извините, что не предупредила раньше, но меня не будет в школе ближайшие два месяца. Семейные обстоятельства. Передаю привет всем! Постараюсь вернуться как можно скорее!» Даниэль перечитал сообщение три раза. Два месяца. Два месяца без нее. Два месяца без этой бляди, которая вечно лезла к Мише, которая засоряла его жизнь своим присутствием. В груди что-то взорвалось. Теплая волна радости прошла по телу, заставляя сердце биться чаще. Он хотел закричать. Он хотел танцевать. Но он просто стоял, вцепившись в телефон, и его губы расплывались в безумной, почти истеричной улыбке. — Съебалась, — прошептал он. — Эта сука наконец-то съебалась. Он сел на стул и засмеялся. Тихо, но с таким облегчением, как будто с его плеч сняли груз в тонну. Два месяца. Шестьдесят дней. Шестьдесят дней, когда Миша будет свободен. Шестьдесят дней, когда он сможет видеть его без этой отвратительной тени, которая всегда вилась рядом. Он сжал телефон и глубоко вздохнул. В его голове уже роились планы. Он будет фотографировать Мишу каждый день. Он будет смотреть на него, как завороженный. Он сможет подойти к нему, поговорить с ним, без страха, что она появится и разрушит все. Два месяца рая. Но работа есть работа. Он отложил телефон и подошел к принтеру. Однако руки все еще дрожали от переизбытка чувств. Он напечатал несколько фотографий, но потом понял, что не может сосредоточиться. — Лучше проверю сервера, — сказал он сам себе. — Отвлекусь немного. Он подошел к главному компьютеру в классе и вошел в систему, используя свои администраторские права. Даниэль был не просто фотографом. Он был тем, кто обслуживал школьные серверы, проверял их на сбои, обновлял программное обеспечение. Это давало ему доступ к данным всей школы. К данным каждого ученика и учителя. К тому, что они хранили на своих компьютерах. Он запустил проверку системы и, пока она шла, начал просматривать файлы на сервере директора. Обычная рутина. Ничего подозрительного. А потом он наткнулся на папку. Она была аккуратно подписана «Личное». Но Даниэль знал, что в таких папках обычно прячут самое интересное. Он открыл ее. И замер. Первая папка называлась «кончаю внутрь». Даниэль моргнул. Потом открыл следующую — «сочные мамочки с большими сиськами». Он почувствовал, как его лицо начинает перекашиваться от неверия. Следующая папка — «студентки». Затем «порно лесбиянок», «порно геев», «минет», «куни», «БДСМ». Он сидел с открытым ртом, не в силах поверить своим глазам. Директор школы, серьезный мужчина в очках, который всегда выглядел так официально и сухо, хранил на своем рабочем компьютере целую коллекцию порнухи. И не просто порнухи, а отборной, разложенной по категориям. — Охренеть, — прошептал Даниэль, пролистывая список. — Охренеть просто. В этот момент дверь в класс открылась, и внутрь вошел Ики. Он был сонный, с растрепанными волосами и кружкой кофе в руках. — Ты чего так рано? — спросил он, зевая. — Я думал, ты спишь до обеда. Даниэль поднял на него глаза. В его взгляде было что-то странное. Смесь шока и веселья. — Иди сюда, — сказал он, махая рукой. — Ты не поверишь, что я нашел. Ики подошел ближе, заглянул в монитор, и его глаза расширились. — Какого хрена? — выдохнул он, присвистнув. — Это что, порнуха? — Не просто порнуха, — сказал Даниэль, открывая одну из папок. — Это порнуха директора. У него там целая коллекция. Папки по категориям. Все расписано. Ики наклонился и начал читать названия. — «Кончаю внутрь», — прочитал он, фыркнув. — «Сочные мамочки с большими сиськами»… Он что, совсем ебанулся? Это же директор школы! — Я тоже в шоке, — признался Даниэль. — Смотрю и не верю своим глазам. И это человек, который учит нас морали. Ики стоял сзади, глядя через плечо Даниэля, и аж ахуел от увиденного. — Там даже БДСМ есть, — сказал он, указывая на папку. — Он что, извращенец? — Судя по всему, да, — Даниэль закрыл папку и повернулся к Ики. — У него там вся коллекция. Можно по этим файлам уже составить мнение о человеке. И мнение будет не очень. Они оба замолчали, глядя на экран. Тишина нарушалась лишь гудением вентиляторов. Даниэль почувствовал странное удовлетворение. Он нашел компромат на директора. Это было как в той игре — скрытая информация, которую можно использовать. — Надо бы это сохранить, — сказал Ики с кривой усмешкой. — Пригодится. — Не сейчас, — ответил Даниэль. — Потом. Он уже хотел закрыть папку и продолжить проверку серверов, но вдруг почувствовал чей-то взгляд на себе. Медленно, с тяжелым сердцем, он повернул голову. В дверях стоял Миша. Даниэль застыл. Его сердце пропустило удар. Он смотрел на Мишу, который стоял совершенно неподвижно. Его лицо было спокойным, но в глазах читалось странное выражение — смесь удивления и… понимания? — Миша, — выдохнул Даниэль, чувствуя, как его горло пересохло. — Ты… как долго ты здесь стоишь? Миша пожал плечами и вошел в класс, тихо закрывая дверь за собой. — Не очень долго, — сказал он, и его голос звучал ровно. — Я пришел взять кое-какие файлы для клуба кулинарии. И услышал, что вы что-то обсуждаете. Ики, стоявший за спиной Даниэля, мгновенно выпрямился и сделал шаг назад. — Я пойду, — сказал он быстро. — Мне надо… в туалет. Да. Я в туалет. Он вылетел из класса, оставляя Даниэля наедине с Мишей. Даниэль смотрел, как дверь закрывается за Ики, и чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди. — Миша, — начал он, пытаясь улыбнуться. — Это не то, что ты думаешь. — Не то, что я думаю? — Миша подошел ближе, глядя на экран. — Я видел, что ты открыл. Папка «БДСМ». Явно не учебный материал. Даниэль покраснел. Его лицо горело, и он чувствовал, как уши начинают гореть. Он быстро закрыл папку и повернулся к Мише. — Это не мое, — сказал он. — Честно. Это на сервере директора. Я проверял систему и случайно нашел. Миша поднял бровь, глядя на него с легкой насмешкой. — Случайно нашел папку «кончаю внутрь»? — спросил он с иронией. — Ага, конечно. Ты смотришь на это как будто файлы Джеффри Эпштейна, а не папки директора школы. Даниэль не знал, что ответить. Он стоял, сжимая мышь, и чувствовал себя полным идиотом. Миша стоял так близко, и его запах — запах свежего хлеба и трав — заполнял комнату. Даниэль хотел провалиться сквозь землю. — Я просто проверял серверы, — пробормотал он, отводя взгляд. — И случайно наткнулся. Я не знал, что там такое. Миша стоял, смотрел на него и молчал. Потом его губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Ладно, — сказал он, качая головой. — Верю. Ты выглядишь слишком смущенным, чтобы врать. Даниэль выдохнул с облегчением. Но затем Миша сделал шаг ближе, почти вплотную к нему, и Даниэль почувствовал, как воздух вокруг становится плотнее. — Но я видел еще кое-что, — сказал Миша, и его голос стал тише. — Когда я подошел, ты смотрел на чат. На сообщение Наташи. И ты улыбался. Широко. Как псих. Даниэль замер. Он забыл о чате. Он забыл о том, что Миша мог видеть его лицо, когда он читал сообщение Наташи. — Я просто… — начал он, но Миша перебил его. — Ты рад, что она уезжает? — спросил Миша прямо. — Ты не любишь ее, да? Даниэль смотрел в глаза Миши. В них не было осуждения. Только любопытство. — Я… — он замолчал. Слова застревали в горле. — Я не хочу врать тебе. Она мне не нравится. Миша кивнул, словно ожидал этого ответа. — И ты рад, что ее не будет два месяца? — Да, — прошептал Даниэль. — Я рад. Миша снова кивнул. Потом он усмехнулся и покачал головой. — Знаешь, я думаю, что в этом есть что-то забавное, — сказал он. — Ты ненавидишь мою девушку, а я нашел тебя за просмотром порнухи директора. Мы оба немного странные. Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился. — Увидимся, Даниэль, — сказал он, не оборачиваясь. — И извини, что застал тебя врасплох. Но ты выглядел очень… мило, когда смущался. Дверь закрылась за ним, и Даниэль остался один. Он стоял, глядя на закрытую дверь, и его сердце билось где-то в горле. — Он назвал меня милым, — прошептал он. — Миша назвал меня милым. Внутри него взорвалось что-то светлое и теплое. Он подошел к доске, где висело центральное фото Миши, и коснулся его пальцами. — Ты не представляешь, как я счастлив, — сказал он, улыбаясь. — Два месяца. Два месяца без нее. Я буду смотреть на тебя каждый день. Я буду дышать тобой. Я буду фотографировать тебя, и никто не будет стоять между нами. Он сел на стул и закрыл глаза. Он чувствовал себя пьяным. Пьяным от счастья и от близости Миши. Он стоял с ним рядом. Он разговаривал с ним. Он смущался перед ним. И Миша сказал, что он был милым. — Два месяца рая, — прошептал он, открывая глаза. — Даже больше, чем я планировал. Она съебалась сама. Мне не нужно ничего делать. Только ждать. Он посмотрел на экран, где все еще горел список папок директора. И его лицо снова стало серьезным. — Но это я тоже запомню, — сказал он, делая скриншот. — Мало ли, пригодится. Он закрыл все окна и встал, чувствуя невероятный прилив энергии. — Сегодня будет хороший день, — сказал он, глядя в окно. — Самый хороший день за последние годы. И он вышел из класса, оставляя за собой тишину и сладкое предвкушение свободы.