Лунный спаситель

Они устроились на кровати, покрытой тканью с лунными узорами. Кейтлин сняла обувь ещё перед тем, как войти в дом — она заметила, что все здесь ходили без неё, и не хотела нарушать традицию. Теперь, сидя на мягких подушках, она чувствовала себя почти как дома, хотя вокруг было всё незнакомо — резные деревянные панели, старинные свитки, оружие на стенах и запах сухих трав и дерева. Тень сидела рядом, чуть откинувшись на подушки, и смотрела на неё с теплотой. — Расскажи мне об этом месте, — попросила Кейтлин. — Что это за дом? Кто эти люди? Тень на мгновение задумалась, затем начала говорить: — Это дом боевых искусств. Одно из немногих мест, где сохранились традиции древнего лунного боя. Мы передаём знания тем, кто готов учиться, понимать и чувствовать. Ученики попадают сюда в раннем возрасте — некоторым всего пять-шесть лет. Они остаются здесь до полного взросления. Они не просто учатся драться. Они учатся жить в гармонии с тенью, с ночью, с самими собой. — И ты тоже здесь училась? — спросила Кейтлин, проведя пальцем по краю резного столика. — Да, — тихо ответила Тень. — Я пришла сюда почти ребёнком. Меня нашли на улицах Зауна, и мастер привёл меня сюда. Я не знала своего имени, не знала родителей. Он дал мне дом и путь. Кейтлин подняла глаза: — И ты всё это время оставалась здесь? — Нет, — ответила Тень, убирая прядь волос за ухо. — Дом — это место, куда я возвращаюсь. Но я уходила, когда чувствовала, что мир нуждается в помощи. Мастер всегда говорил, что настоящий воин не сидит в тени, а идёт туда, где его свет нужнее всего. — Учитель, который встретил меня во дворе... это он тебя воспитал? — Да, — с уважением произнесла Тень. — Он был и остаётся моим наставником. Его мудрость — это то, что держит меня на земле, даже когда я парю в небе. — А другие ученики? — спросила Кейтлин. — Они тоже такие же, как ты? Или каждый идёт своим путём? Тень чуть улыбнулась: — Каждый по-своему уникален. Но всех их объединяет одно — стремление к равновесию. Мы не воины войны, мы воины защиты. Мы не нападаем первыми. Но когда тень накрывает невинных — мы выходим из тьмы. — Ты говоришь как учитель, — заметила Кейтлин. — Я многое взяла от него, — ответила Тень. — И часть себя я тоже отдаю другим. Здесь учат не только мечу, но и добру, чести, уважению. Ученики, которые завершают путь, становятся хранителями. Некоторые уходят, как я. Другие остаются и сами становятся наставниками. Кейтлин замолчала, обдумывая её слова. Затем она мягко спросила: — А что насчёт луны? Ты всегда носишь её символы. Почему? Тень прикоснулась к татуировке у основания шеи — тонкой луне, едва видимой в свете лампы. — Луна — это символ того, что даже в самой глубокой тьме есть свет. Она направляет воинов, которые идут по ночам. Она помогает видеть путь, когда больше ничего не видно. Я выбрала её, потому что она никогда не угасает. Она всегда возвращается. Кейтлин посмотрела на неё, и ей показалось, что она наконец-то начала понимать, кто такая Тень — не просто воин в маске, а человек с глубокой историей и верой. — Это прекрасное место, — сказала она. — Ты счастлива, что выросла здесь? Тень задумалась, затем ответила: — Да. Это место дало мне крылья. И оно дало мне тебя. Кейтлин улыбнулась и придвинулась ближе: — Я тоже рада, что ты есть. Они ещё долго сидели в уютной тишине, слушая, как ветер играет с бумажными фонарями за окном. Кейтлин чувствовала, что наконец-то оказалась там, где должна быть. Тень вдруг поднялась с кровати и, взглянув на Кейтлин с загадочной улыбкой, протянула руку: — Пойдём. Я хочу показать тебе одно место. Оно особенное. Кейтлин удивлённо приподняла бровь, но встала и взяла её за руку: — Особенное? Ты меня заинтриговала. Они вышли из дома и направились в сторону леса. Дорога была узкой, окружённой высокими деревьями, с которых свисали светящиеся мхи и редкие цветы. С каждым шагом воздух становился прохладнее и свежее. Лунный свет пробивался сквозь листву, освещая путь. — Мы почти пришли, — сказала Тень, уверенно ведя Кейтлин по тропе. Через несколько минут они вышли на поляну, где возвышался старый заброшенный храм. Он был частично разрушен, но всё ещё хранил в себе величие. Колонны, увитые плющом, уходили вверх, а в центре стояли большие красные ворота — Тории — с мягко светящимися фонарями по бокам. Кейтлин замерла, глядя на это зрелище. Красные ворота, окутанные серебристым светом луны, выглядели почти волшебно. — Это... невероятно, — прошептала она. — Пока это просто заброшенное место, — сказала Тень, стоя рядом. — Но когда я проведу ритуал, эти ворота откроют дорогу в загробный мир. Пока я не могу этого сделать — у меня есть договор с миром мёртвых, который ещё не выполнен. Но я знаю, что скоро смогу. Кейтлин не успела ответить — вокруг них внезапно замелькали огненные искры. Из темноты выбежали несколько маленьких лисиц, их шерсть переливалась алым и золотым светом. Они закружились вокруг девушек, игриво подпрыгивая и виляя хвостами. — Огненные лисички! — воскликнула Кейтлин, узнавая их. — Они же были с жрицей! — Они часто приходят сюда, — сказала Тень с тёплой улыбкой. — Они чувствуют магию этого места. И они тебя запомнили. Одна из лисиц подбежала к Кейтлин и потёрлась о её ногу, тихо фыркнув. Кейтлин улыбнулась и присела на корточки: — Знаешь, когда они были в гостях с жрицей, я так хотела поиграть с ними, но не могла — было слишком много важных людей. Они всё время бегали вокруг и смотрели на меня, будто ждали, что я позову их. — Они чувствуют твою доброту, — ответила Тень. — Лисицы не подходят к тем, кто несёт зло. А они к тебе пришли сами. Кейтлин протянула руку, и лисичка лизнула её ладонь, а затем начала играть, перекатываясь по траве. — Они такие тёплые, — сказала Кейтлин, с улыбкой наблюдая за их игрой. — Это огонь внутри них, — пояснила Тень. — Они связаны с духами этого места. Когда ворота откроются, они будут охранять проход. — А когда это случится? — спросила Кейтлин, поднимая глаза. — Когда я буду готова, — ответила Тень, её голос стал немного загадочнее. — Но я покажу тебе это, когда наступит время. Обещаю. Кейтлин кивнула, затем снова повернулась к лисичкам. Она гладила их, играла, позволяла им бегать вокруг неё, и чувствовала себя по-настоящему счастливой. Тень стояла рядом, наблюдая за ней с лёгкой улыбкой. — Ты улыбаешься, — заметила Кейтлин, мельком взглянув на неё. — Я смотрю на тебя, — ответила Тень. — И вижу, как ты светишься. Это красиво. Кейтлин смущённо опустила взгляд, но улыбка не сходила с её лица. — Ты тоже светишься, — тихо сказала она. — Когда ты рядом, мир становится другим. Лисички снова закружились вокруг них, и на мгновение показалось, что даже время остановилось. А красные ворота, озарённые фонарями, ждали своего часа — когда наступит момент, и они откроются для новой дороги. Они ещё немного постояли у красных ворот, глядя на то, как огненные лисицы играют и кружатся в лунном свете. Тишина леса, мерцание фонарей и тёплый свет, исходящий от зверей, создавали ощущение, что они находятся не в реальном мире, а где-то между сном и явью. — Это место невероятное, — тихо сказала Кейтлин, не отрывая взгляда от ворот. — Я никогда не видела ничего подобного. — Оно хранит много тайн, — ответила Тень, стоя чуть позади. — И когда-нибудь я покажу тебе, что скрывается за ними. Кейтлин обернулась и улыбнулась ей, затем посмотрела на лисиц. Те, словно поняв, что пора прощаться, подошли к ней, потёрлись о ноги, и одна из них тихо лизнула её руку. — До встречи, — сказала Кейтлин, гладя их. — Спасибо, что поиграли со мной. Лисицы весело взвизгнули и исчезли в лесной чаще, оставляя за собой лишь лёгкое сияние. Тень подошла к Кейтлин и мягко коснулась её плеча: — Пойдём. Я хочу зайти в одно место. Тебе как миротворцу, который расследует дела с ворами, оно точно будет интересно. А ещё я обещала зайти в храм к жрице — на людях она важная особа, но на самом деле очень хитрая и добрая. Она любит играть в го и сянци с гостями. Может, заглянем к ней позже. Кейтлин кивнула, и они пошли обратно к городу. Вскоре они подошли к зданию, которое трудно было не заметить. Это был бордель. Высокий, с красными фонарями, резными балконами и приглушённым светом, льющимся из окон. Кейтлин немного удивилась, но ничего не сказала. Они переступили порог, и несколько девушек в ярких кимоно сразу узнали Тень. Их лица засияли, и они с радостными возгласами бросились к ней. — Тень! Ты пришла! — воскликнула одна из них, обвивая её шею руками. — Мы так скучали! — добавила другая, целуя её в щёку. — Оставайся сегодня с нами, мы принесём саке! Тень улыбнулась под маской и мягко отстранилась: — Я не за этим сегодня. Я с гостем. И мне нужно увидеть хозяйку. Девушки переглянулись и перевели взгляд на Кейтлин. Они оценивающе оглядели её с ног до головы, затем одна из них, с хитрой улыбкой, сказала: — Ого, какая гостья! Хорошая у тебя компания, Тень. — Проводите нас в гостевую, — спокойно ответила Тень, и девушки, весело щебеча, проводили их в просторную комнату с низким столиком и мягкими подушками на полу. Они сели на пол, и Кейтлин удивлённо огляделась. Комната была богато украшена: роспись на стенах, лёгкий запах сандала, тихая музыка доносилась из соседнего зала. — Ты часто бываешь здесь? — спросила Кейтлин, немного смущаясь. Тень чуть прикрыла глаза и ответила: — Когда мне одиноко. Или когда больно. Или когда я вспоминаю договор, который почти невозможно выполнить. Здесь я могу выпить, поболтать с девушками... иногда остаться на ночь. Это единственное место, где меня принимают без вопросов. Кейтлин хотела что-то ответить, но в этот момент дверь открылась, и вошла хозяйка. Это была молодая женщина, выглядевшая на тридцать пять, хотя её энергия и лёгкость в движениях выдавали более юный дух. У неё была пышная фигура, красивые глаза и длинные чёрные волосы, собранные в сложную причёску. В руке она держала длинную кисеру, которую неторопливо курила, выпуская ароматный дым. — Тень! — воскликнула она, её лицо озарилось искренней радостью. — Какими судьбами? Я уже думала, ты забыла нас. Тень слегка поклонилась: — Здравствуй, Лиса. Ты прислала мне письмо — сказала, что выкупила пару заграничных девушек. Я хотела бы встретиться с ними. Мой гость — миротворец, мы только что приехали и расследуем дела с похищениями. Хозяйка перевела взгляд на Кейтлин и чуть прищурилась, затем присела рядом с ними, опершись на низкий столик: — О, миротворец? Редкая гостья. И как тебе у нас, дорогая? — Всё очень необычно, — честно ответила Кейтлин. — Я впервые в таком месте. Хозяйка рассмеялась тёплым смехом: — Тогда ты точно запомнишь этот день. А девушки, которых выкупили, уже здесь. Они напуганы, но теперь в безопасности. Хочешь поговорить с ними сейчас? Кейтлин посмотрела на Тень, и та чуть качнула головой в знак согласия. — Да, — сказала Кейтлин. — Мы бы хотели их увидеть. Хозяйка поднялась с пола, ловко стряхнув пепел с кисеры, и бросила на них лукавый взгляд. — Следуйте за мной, — сказала она, и её голос стал немного серьёзнее. — Девушки сейчас в задней комнате. За ними ухаживают, кормят, поят. Мы стараемся сделать их пребывание здесь хоть немного сносным. Она повела их по длинному коридору, мимо ярких ширм, бумажных фонарей и тихо играющей музыки. Наконец они остановились перед лёгкой деревянной дверью. Хозяйка открыла её, и Кейтлин увидела просторную комнату, больше похожую на гостиную. На татами сидели две молодые девушки, которые держались за руки. Рядом с ними хлопотали две проститутки в простых, но аккуратных одеждах — они подавали девушкам чай, поправляли подушки, тихо говорили с ними, пытаясь успокоить. — К вам гости, — сказала хозяйка, и девушки подняли головы. Они выглядели уставшими, но уже чистыми, с перевязанными ранками на руках. Слёзы ещё не высохли, но в глазах уже мелькнул слабый интерес. Кейтлин шагнула вперёд и присела напротив них, стараясь говорить мягко и спокойно: — Здравствуйте. Меня зовут Кейтлин, я миротворец из Пилтовера. Мы расследуем дела с похищениями людей. Вы не могли бы рассказать, откуда вы и как здесь оказались? Одна из девушек, постарше, с тёмными волосами, неуверенно взглянула на неё, затем на хозяйку. Та ободряюще кивнула. — Мы из города Юэ, — начала она дрожащим голосом. — Нас похитили на рынке. Мы приехали продавать ткани, и вдруг на нас напали... нас затолкали в повозку и увезли. Несколько дней мы были в дороге, а потом привезли сюда. Кейтлин достала блокнот и начала записывать: — Вы знаете, кто вас похитил? Сколько их было? — Было трое мужчин, — добавила вторая девушка, ещё моложе. — Они говорили на чужом языке, не нашем. Но когда нас продавали, один из них сказал что-то про деньги... и про то, что мы «чистый товар». Мы боялись даже дышать. Тень стояла чуть позади, скрестив руки, и внимательно слушала. Девушки-проститутки сели рядом с похищенными, нежно поглаживая их по плечам, пытаясь передать тепло и поддержку. — А этот бордель... — продолжила Кейтлин, поднимая глаза на хозяйку. — Как они оказались здесь? Хозяйка вздохнула, выпустила дым из кисеры и ответила: — Я купила их у перекупщика. Мне пришлось отдать большую сумму, но я знала, что если они попадут в другие руки, их жизнь превратится в ад. Здесь они в безопасности. Я не держу невольниц, — добавила она с лёгкой обидой в голосе. — У меня работают свободные женщины. А эти девочки — временные гостьи. Мы их подлечим, накормим, а потом поможем вернуться домой. Кейтлин записала и это, затем обратилась к девушкам: — Вы можете вспомнить какие-то приметы похитителей? Лица, татуировки, особые символы? Старшая задумалась, затем её лицо чуть прояснилось: — У одного из них была татуировка в виде змеи на шее. И говорил он с акцентом... как будто из приграничных земель. И ещё... у него был странный амулет — чёрный камень с красными прожилками. Тень, до этого молчавшая, вдруг встрепенулась. — Чёрный камень с красными прожилками? — переспросила она. — Да, — кивнула девушка. — Он висел у него на шее. Тень обернулась к Кейтлин, и хотя лица её было не видно, в голосе чувствовалась напряжённая серьёзность: — Это те же, кто охотится за мной. Я знаю этот символ. Кейтлин подняла голову и встретилась с ней взглядом: — Тогда нам нужно найти их до того, как они снова переместятся. Тень кивнула, затем перевела взгляд на девушек: — Вы в безопасности. Мы сделаем всё, чтобы найти их и не дать им причинить вам вред. Хозяйка подошла к Кейтлин и тихо сказала: — Если тебе нужна будет помощь или убежище — ты всегда можешь прийти сюда. У нас есть свой кодекс, но мы умеем хранить тайны. Кейтлин улыбнулась и поблагодарила её, затем записала последние показания и закрыла блокнот. Она посмотрела на девушек и тихо сказала: — Вы очень смелые. Спасибо, что поделились. Я сделаю всё, чтобы таких случаев больше не было. Они вышли из борделя, и вечерний воздух приятно коснулся лица. Тень задержалась на мгновение у входа, и Кейтлин услышала за спиной голоса девушек. Они выбежали на крыльцо, обнимая себя за плечи, и умоляюще смотрели на Тень. — Тень, ну пожалуйста! — крикнула одна из них. — Останься с нами хоть на пару часов! Мы так редко тебя видим, а музыка уже играет, и саке разлили... — Мы тебя ни о чём не спросим, — добавила другая, подходя ближе и беря её за руку. — Просто посиди, выпей с нами. Ты как будто уходишь навсегда. Тень слегка наклонила голову, и в её голосе послышалась мягкая усмешка: — Может быть, зайду вечером. Сегодня я с гостем, но если у вас будет хорошее саке — я приду. Девушки радостно взвизгнули и начали перешёптываться, уже обсуждая, что приготовить к её приходу. — Мы тебя ждём! — сказала старшая из них, и, не удержавшись, поцеловала Тень в щёку. — Мы будем скучать. Тень мягко кивнула и направилась к Кейтлин. Они шли по тихим вечерним улицам города, и Кейтлин оглянулась на бордель — он сиял огнями, словно маленький островок тепла посреди каменных стен. — Ты умеешь оставлять после себя тепло, — сказала Кейтлин, когда они завернули за угол. — Я стараюсь, — тихо ответила Тень. — Но главное — чтобы ты была в порядке. Они подошли к дворцу, и Тень остановилась у ворот. Она посмотрела на Кейтлин и, слегка коснувшись её руки, сказала: — Завтра я зайду в храм к жрице. Если хочешь — присоединяйся. А пока отдыхай. — Спасибо за этот день, — сказала Кейтлин, задерживаясь на мгновение. — Я не забуду его. Тень чуть наклонила голову, и её глаза, даже скрытые тенью шляпы, блеснули теплотой. Она развернулась и бесшумно исчезла в тени деревьев. Кейтлин зашла внутрь и поднялась в комнату. Медди уже сидела на кровати, поджав ноги, и сосредоточенно читала какой-то свиток. Увидев подругу, она подскочила: — Ну наконец-то! Ты где пропадала?! У меня новости! Грейс приезжает. Случаи с похищениями повторились — теперь уже в этом городе. Кейтлин подошла к столу и положила бумагу с записями: — Я была в борделе. Хозяйка выкупила двух девушек, которых привезли перекупщики. Я взяла показания. Одна из них описала татуировку — чёрный камень с красными прожилками. Тень сказала, что это те же люди, которые охотятся за ней. Медди нахмурилась, подходя к столу и разглядывая бумаги: — Тень? Ты была с ней? И в борделе?! — она удивлённо подняла бровь. — Кейт, ты как будто попала в другой мир. — Это был странный день, — призналась Кейтлин, садясь на татами. — Мы были в лесу, видели лисиц, старый храм с красными воротами... потом она отвела меня в бордель. Хозяйка знает её, девушки её обожают. Она сказала, что приходит туда, когда ей одиноко или больно. И ещё... она говорила о каком-то договоре. — Договоре? — переспросила Медди, усаживаясь напротив. — С кем? — С миром мёртвых, — тихо сказала Кейтлин. — Она сказала, что есть договор, который она пока не может выполнить. Но когда она его выполнит, красные ворота откроются, и появится дорога в загробный мир. Это звучит... невероятно. Медди замолчала, переваривая услышанное. Затем она тихо спросила: — И ты в это веришь? Кейтлин посмотрела на неё и ответила: — Я видела лисиц. Я видела, как они кружились вокруг неё. Я видела её глаза, когда она говорила об этом. Я не знаю, как это объяснить, но я чувствую — она не врёт. Медди вздохнула, затем улыбнулась: — Тогда ты должна быть осторожна. Мир, в который она тебя ведёт, может быть опасным. Но если ты ей доверяешь... я с тобой. Кейтлин улыбнулась в ответ и взяла её за руку: — Спасибо. И знаешь... этот город начинает мне казаться почти родным. Тень вернулась в бордель уже почти ночью. Красные фонари мягко освещали крыльцо, и стоило ей появиться в дверях, как несколько девушек тут же бросились к ней, обвивая её руки и шею радостными возгласами. — Тень! Ты вернулась! Мы уже думали, что ты передумаешь! — Мы тебя ждали! Пойдём, у нас есть саке, что ты любишь! Тень позволила увести себя в комнату, где уже горели свечи, на низком столике стояли кувшины с саке и маленькие чашки. Она села на подушки, и три девушки, словно по команде, облепили её с обеих сторон, прижимаясь и довольно урча. — Мы так скучали! — сказала одна, поднося чашку саке к губам Тени. — Ты всё в тени да в боях. А мы тут переживаем. — Я тоже по вам скучала, — тихо ответила Тень, принимая чашку и делая глоток. Девушки начали оживлённо болтать, задавая вопросы об её искусстве, о последних сражениях, о том, как она снова спасла город. Они хихикали, подливали саке, следили, чтобы чашка Тени никогда не оставалась пустой. Тень пила, чувствуя, как тепло разливается по телу, и становилась всё более расслабленной. — Ты сегодня какая-то... задумчивая, — заметила одна из девушек, прижимаясь к её плечу. — Мы говорим о драках, а ты где-то не здесь. — Есть кое-что, — ответила Тень, слегка покачивая чашку в руке. — Один человек... она заставляет меня чувствовать иначе. — Ой, это та девушка, с которой ты приходила? — с интересом спросила другая. — Она красивая. И непохожа на других. Тень улыбнулась под маской, но в голосе её послышалась лёгкая усталость: — Она миротворец из Пилтовера. И она... особенная. Благодаря ей я, кажется, смогу наконец выполнить свой договор. Девушки переглянулись, а затем одна из них, с любопытством наклонив голову, спросила: — Договор? Тот самый, о котором ты редко говоришь? С миром мёртвых? — Да, — ответила Тень, делая ещё глоток саке. — Для того чтобы его выполнить, мне нужна любовь. Настоящая. Любовь девушки, которая полюбит меня по-настоящему, без страха, без сомнений. Без этого я не смогу открыть те ворота. Я должна быть уверена, что чувства настоящие. — И ты думаешь, она та, кто может тебе это дать? — спросила третья, придвигаясь ближе. Тень поставила чашку на стол и долго смотрела в одну точку, словно размышляя вслух: — Я начала чувствовать, что она действительно может стать той, кто мне нужна. Кто поможет мне выполнить договор. И я... кажется, потихоньку влюбляюсь в неё. По-настоящему. Девушки замерли, а затем одна из них тихо спросила: — Но если она не ответит? Если её чувства не будут такими, как тебе нужно? Тень опустила голову и ответила почти шёпотом: — Тогда я останусь здесь навсегда. Привязанная к этому миру. Не живая и не мёртвая. Но я готова рискнуть. Ради неё. Она взяла чашку и допила саке, а девушки снова обняли её, пытаясь согреть и успокоить. В комнате царила полутьма, и в этом уюте, среди заботливых рук и горячих напитков, Тень позволила себе быть слабой. Тень сидела на мягких подушках, чувствуя, как саке разливается по телу тёплой волной, расслабляя мышцы и снимая привычную настороженность. Девушки вокруг неё становились всё более настойчивыми — их руки скользили по её плечам, шее, спускались ниже, касаясь края её одежды. — Ты такая напряжённая, — прошептала одна, целуя Тень в шею. — Позволь нам позаботиться о тебе. — Мы так долго тебя ждали, — добавила вторая, игриво развязывая пояс на её плаще. — Ты всегда уходишь в бой, а здесь ты можешь просто быть. Тень не сопротивлялась. Её дыхание стало глубже, а в глазах мелькнул тот самый огонёк, который девушки так любили. — Вы не даёте мне покоя, — выдохнула она, чуть улыбнувшись под маской, которая всё ещё скрывала её лицо. — Мы хотим, чтобы ты забыла о войне, — прошептала третья, медленно стягивая с её плеч верхнюю одежду. — Хотя бы на одну ночь. Они начали раздевать её по очереди — сначала плащ, потом лёгкую накидку, затем бинты на груди. Их пальцы двигались медленно, ласково, касаясь кожи, словно изучая каждый сантиметр. Тень закрыла глаза и откинула голову, позволяя им делать всё, что они хотят. Одна из девушек опустилась к её шее и оставила на ней поцелуй, затем другой, чуть ниже. Тень почувствовала, как её тело отзывается на каждое прикосновение. — Ты так красива, — прошептала девушка, проводя рукой по животу Тени. — Даже под всеми этими бинтами. — Мы так любим тебя, Тень, — добавила вторая, целуя её в плечо. — Ты всегда приходишь к нам, когда тебе плохо. Но сегодня... мы хотим, чтобы тебе было хорошо. Тень приоткрыла глаза и, посмотрев на них, тихо сказала: — Сегодня я разрешаю вам всё. Это было словно приглашение. Девушки обменялись взглядами и улыбнулись, а затем набросились на неё с новой силой, покрывая поцелуями и ласками каждый участок её тела, освобождённый от одежды. Их руки скользили по её бёдрам, по груди, по шее, и Тень не сдерживала дыхания. — Ты так напряжена, — шепнула одна, касаясь губами её ключицы. — Позволь нам расслабить тебя. — Ты всегда отдаёшь себя другим, — добавила другая, её пальцы играли с её волосами. — Теперь позволь нам отдать себя тебе. Тень не отвечала словами, но её тело говорило само за себя. Она давала им вести себя, позволяла касаться, целовать, обнимать, и в какой-то момент поняла — впервые за долгое время она не думает о боях, о договоре, о том, что её ждёт завтра. Она просто есть. Здесь. Среди этих женщин. — Я хочу, чтобы ты запомнила эту ночь, — прошептала одна из девушек, целуя её в губы поверх маски, а затем спускаясь всё ниже, целуя шею и грудь. — Мы будем помнить о тебе, — ответила другая, — и когда ты снова будешь уходить, ты не будешь одна. Ты будешь знать, что мы тебя любим. Тень чувствовала, как её тело становится лёгким, почти невесомым. Саке уже сделало своё дело, но дело было не только в нём — девушки умели дарить наслаждение не хуже любого клиента, а с ней они были особенно нежны. Они тянули её к постели, расстегивая ремни, стягивая бинты, освобождая её грудь, плечи, шею. Её штаны скользнули вниз, и Тень осталась почти полностью обнажённой — только маска всё ещё была на месте, но теперь она не пряталась за ней, а лишь делала её образ ещё более загадочным. — Иди к нам, — прошептала одна из них, увлекая её за собой на кровать. — Дай нам заботиться о тебе. Тень, вместо того чтобы отдаться их рукам, сама потянулась к ним. Она не собиралась быть только принимающей. Её руки мягко, но уверенно скользили по их телам, по плечам, по груди, по изгибам бёдер. Её движения были плавными, почти гипнотическими, и девушки замерли, чувствуя, как её пальцы касаются их самых сокровенных мест, даря им такое же удовольствие, какое они хотели дать ей. — Ты... ты умеешь это делать, — выдохнула одна из них, запрокидывая голову, когда Тень коснулась её между ног. — Я многое умею, — тихо ответила Тень, наклоняясь и целуя девушку в шею, опускаясь всё ниже, к груди. — Я просто не всегда показываю. Она раздела вторую девушку, скользя по её коже кончиками пальцев, задерживаясь на самых чувствительных участках, доводя её до дрожи. Третья уже лежала рядом, тяжело дыша, пока Тень гладила её бёдра, спускаясь всё глубже, пока та не застонала от наслаждения. — Мы думали... мы думали, что ты просто позволишь нам... — выдохнула та, сжимая простыни. — Сегодня я хочу дать вам всё, — прошептала Тень, ложась между ними, касаясь их телами, переплетаясь в одно целое. В какой-то момент, когда одна из девушек целовала её шею, она вдруг остановилась и, глядя Тени в глаза, тихо попросила: — Сними её. Пожалуйста. Мы хотим увидеть тебя настоящую. Тень замерла на мгновение, затем медленно, словно принимая решение, поднесла руку к маске и сняла её. Её лицо открылось — мягкие черты, лёгкий румянец на щеках, полуприкрытые глаза, полные усталости и тепла. Девушки на мгновение замерли, а затем одна из них, самая смелая, коснулась её щеки. — Ты... ты ещё красивее, чем я себе представляла, — прошептала она. — Я почти забыла, каково это — снимать маску перед кем-то, — тихо сказала Тень, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее. — Теперь ты здесь, — ответила другая, притягивая её к себе, — и мы будем помнить это. Они переплелись в тёплом, влажном танце. Руки Тени скользили по их спинам, по бёдрам, проникали вглубь, вызывая стоны. Она ласкала их так умело, будто делала это сотни раз, доводя до края и снова возвращая, наслаждаясь их дрожью. А девушки в ответ касались её, покрывали поцелуями её шею, грудь, живот, целовали её руки, её бёдра, её самую чувствительную плоть. Они переплетались, менялись местами, и в какой-то момент Тень почувствовала, как одна из них скользнула ниже, касаясь губами её самой сокровенной точки. Тень выдохнула, прикрывая глаза, чувствуя, как язык девушки скользит по ней, а её собственные руки сжимают чужое тело в ответ. — Ты такая вкусная... — прошептала та, приподнимаясь и встречаясь с ней взглядом. — Я ждала этого... — ответила Тень, притягивая её к себе для поцелуя. В эту ночь не было ни войны, ни боли, ни обязательств. Было только тепло их тел, дыхание, шепот и тихие стоны. Тень отдавалась и брала, ласкала и позволяла ласкать себя, забывая обо всём, кроме этого мгновения. И когда они наконец устали, упали рядом, обнимая друг друга, она чувствовала, как в её груди разливается странная тишина — та самая, которую она так редко испытывала за пределами боёв и теней. — Ты должна приходить к нам чаще, — прошептала одна из девушек, засыпая у неё на груди. — Возможно, я так и сделаю, — ответила Тень, глядя в потолок и чувствуя, как её тело расслабляется в их объятиях.​