Сила голоса

Шастун видел, как Попов покидает здание участка полиции. Зеленые глаза пристально смотрели в спину журналиста. — А что за сны? — не отрывая взгляд от окна, спросил Шаст. Фигура Арсения уже давно скрылась из виду. — Арсений повернут на том, чтоб быть лучше каждого избранного. Видимо, это сильное желание перемешалось со страхом облажаться. И поэтому он видит какие-то страшные сны, где он делает то, что не хочет. Убивает людей, себя. — Арсений Попов боится облажаться? — вытаращил на мужчину глаза Шаст. — Никогда бы не поверил! — Хоть он этого никогда не признает, он, как и все люди, боится расшибиться о землю. И вся его напыщенность — лишь следствие этого. Однако должен признать, ему это все же помогает. — Но не сейчас же? — Но не сейчас. Сейчас ему лучше остыть, отдохнуть. Он и так сильно помог. Благодаря ему мы знаем в какую сторону копать. Так в кабинете детектива началась работа. Он и его стажер перелопатили все дела, которые достал последний, отобрав подозреваемых. Арсений же, зайдя домой, хлопнулся на диван, даже не переодеваясь. В нем все еще бурлила злость. Морган устроился под боком у хозяина и тут же уснул, тихо посапывая. — Арсений, тебе лучше уйти, — паясничал мужчина, поправляя спадающую на глаза челку. — Так будет лучше. Да нихрена не лучше! Еще этот мелкий опездол! Кто просил варежку раскрывать? Тебе же угрожали, бла-бла-бла. Да срал я с высокой колокольни на эти угрозы! Тоже мне, — и тут Арсения как молнией пробило. — Стоять. Этот тип мне на ухо шептал свои угрозы. Как их вообще мог услышать этот мальчишка?! Вот все и встало на свои места: с утра запрошенные бумаги, услышанный шепот. Но если он причастен… Серёга! Достав мобильник, Арсений набрал мужчину, но тот не отвечал. Он раз за разом нажимал кнопку вызова, но Матвиенко либо сбрасывал звонок, либо система сама его прекращала. Быстро забегав пальцами по клавиатуре, голубоглазый строчил одно сообщение за другим. Спустя пять минут, он все же получил ответ: «Арс, что за бред? Теперь ты на моего стажера накинулся с обвинениями? Из-за того, что он мне рассказал о происшествии? Напишешь, когда приведёшь мозги в порядок и успокоишься». Но мозги журналиста и так были в полном порядке. Он был на девяносто девять процентов уверен, что Шастун причастен ко всему произошедшему. Это все объясняло. Нужно было лишь доказать. Взяв с журнального столика ноутбук, Попов начал шерстить новостные сайты один за другим, в поисках хоть каких-то материалов, ситуации в которых были бы схожи с нынешними. А еще он в каждом надеялся найти одно знакомое лицо, испортившее ему всё расследование. Ну ничего. Попов проведёт свое собственное и выведет этого поганца на чистую воду. И он ведь сразу не понравился. Журналистскую чуйку не пропьёшь! Кстати об алкоголе. На столике стоял недопитый стакан виски. Негоже добру пропадать. Наутро в дверь постучали. Часы показывали десять. Заспанный Арсений в это время стоял на кухне с кружкой кофе в руках. — Кого там еще нелегкая принесла? — дойдя до двери и открыв ее, брюнет не обнаружил никого за ней. Лишь у порога валялся белоснежный конверт с логотипом одного из закрытых клубов города и подписью «Imperial». Закрыв входную дверь и присев на диван, Попов открыл конверт, забегав взглядом по строчкам. Приглашение на празднование юбилея клуба, который состоится через неделю. А он и забыл совсем! Еще в начале месяца Арс заказал костюм специально для этого мероприятия и совершенно завертелся со своей работой. Вдруг снова постучали. Удивленный этим, голубоглазый снова подошел к двери. На пороге стоял Шастун. Лицо брюнета моментально приняло очень недовольный вид. — Проваливай. — Я поговорить пришел, — начал Антон, но мужчина его даже слушать не хотел. — Я сказал съебывай отсюда. — А то что? Я знаю, что тебе пришло приглашение. Тебе не нужно туда идти. — С какой это стати? И я, кажется, попросил, не обращаться ко мне на «ты». — Да хорош паясничать! — зеленоглазый перешагнул порог квартиры, закрыв за собой дверь. — Хватит себя вести, как будто у тебя девять жизней! — Тебе какое дело? Ты кажется фанатеешь по мне? Так фанатей как все остальные — в сторонке. Я сам разберусь со своей жизнью. И прежде, чем мне что-то говорить, разберись со своей. На чьей ты стороне, Антон Шастун? — Я? — парень ни сколько не удивился заданому вопросу. Брюнет же понял, что оказался прав, и Шаст действительно замешан в случившемся. — Ни на чьей. Мне просто скучно в этом мире. Как и тебе, Арсений Попов. Брюнет потупил взгляд на парнишку. Он был резок в своих словах и определенно верил в то, о чем говорил. В первый раз у великого журналиста не нашлось слов, чтоб мгновенно ответить на чей-то выпад. — Да что ты? Ты ошибся, мне не скучно. А вот почему ты нацепил на себя роль убийцы? Потому что тебе скучно?! — Да что ты несёшь?! — Тот мужик в участке определенно твоих рук дело! А что ж действительно не заставил в подворотне меня зажать?! Накапал бы ему на мозги и еще паре человек. Они б меня еще изнасиловали и убили! Что уж так мелко? — Заткнись! — выпалил Антон, и Попов послушно замер. Мужчина почувствовал, что начали сбываться его кошмары. И всему виной его вспыльчивость. После таких фраз во снах он начинал творить всевозможный бред. Его волнение не укрылось от глаз Шастуна. — О, вы посмотрите. Кто-то видит кошмар наяву? Да, не удивляйся, я знаю, какие ужасы ты видишь в своих снах. Хочешь я продолжу? А, Арсений? Ну надо же! У меня власть над самим Арсением Поповым! Парень подошел вплотную к брюнету, задрав его подбородок вверх. Еще на первых секундах пребывания на пороге квартиры, Шаст отметил, как шел голубоглазому его домашний вид. И сейчас, когда из-под вьющейся челки на него смотрели восхитительные глаза, полные негодования и злости, когда журналист мог выполнить любую его прихоть, стажер терял голову. — Я знаю о всех твоих способах заполучить желаемую сенсацию, — прошептал Шастун на ухо брюнету. Тот уже понял, к чему ведет зеленоглазый, но мозг как будто потерял возможность управлять телом. Это было ужаснее, чем все сны вместе взятые. — И мне очень интересно, насколько ты хорош. Рука парня медленно проскользила вниз по спине журналиста, притягивая того ближе. Арс же почувствовал, что может спокойно двигаться. Эта дичь с голосом на него не действовала. Но нужно было подыграть этому полудурку, кто знает, какие дела у него на совести. Мгновение, и он опустился перед шатеном на колени, утыкаясь носом тому в пах. В этот момент Арсений послал все к черту, решив плыть по течению. Не в первый раз. — Ну вы гляньте! Может быть, ты мне тогда еще и отсосёшь? — Может быть, — вкрадчиво, словно лисица, произнес журналист. Голубые глаза буквально сверкали от похоти. Подцепив зубами язычок молнии на джинсах младшего, журналист потянул его вниз, приспуская с паренька брюки. Тот лишь наблюдал за действиями «партнера», ловя себя на мысли, что журналисту чертовски идет быть где-то снизу с членом у губ. Мгновение, и все мысли испарились из головы Шастуна, стоило брюнету накрыть головку губами. Он явно издевался, специально тормозя процесс, не опускаясь ниже, а проходясь языком вокруг. Но в один миг, лишив зеленоглазого воздуха в легких и заставив захватить губами новую порцию, мужчина опустился вниз, морщась с непривычки. Давненько он не «выуживал» себе информацию. В уголках глаз выступили слезинки. Мягкие волосы под ладонью паренька, казалось, были созданы для того, что б за них держаться. Вскоре, спустя пару минут, коридор квартиры Попова наполнили хлюпающие звуки вперемешку с стонами младшего. «Да от такого ни одну информацию не утаишь!», — собирал отголоски мыслей воедино стажёр. Во рту у Арсения было горячо, влажно. Его старательности позавидовала бы любая девушка. Помогая себе рукой, брюнет скользил губами по возбужденной плоти, изводя Антона на новые и новые гулкие вздохи и стоны, пока совершенно не вымотал юношу. Издав хриплый стон, стажер кончил. Арсений зажмурился, ему ничего не оставалось, кроме как проглотить. — Не на лицо и на том спасибо, — пробурчал тот, отстраняясь от Шаста. — Ты не… — Да. Я не был под твоим контролем с того момента, как ты, видимо, потерял его над собой, — наврал Арсений, — Но ты прав, мне действительно очень скучно. Даже с тобой, — брюнет оставил юношу в коридоре, а сам ушел в ванну. Натянув обратно штаны, Антон пошел за ним, попутно разувшись и повесив куртку на вешалку. — Вот как? — младший подошел к журналисту сзади, пока тот чистил зубы. Голубоглазый почувствовал чужие руки, медленно передвигающиеся по его животу, они задирали рубашку и спускались вниз. — Тогда почему у тебя стояк? — Обычная реа…— Арсений выронил щетку в раковину, когда рука шатена обхватила его член. — Какого черта? — Всего лишь маленькая месть, — шептал на ухо младший, покрывая открытые участки шеи мужчины поцелуями. — Хрен с тобой, — фыркнул тот, очередной раз пуская все на самотёк. Тем более все было не так уж и плохо. Кольца, которыми были увешаны пальцы стажёра, привносили новые краски в ощущения. С губ брюнета стекала пена зубной пасты. Сам мужчина выгибался в руках младшего, что определенно нравилось последнему. — Может когда-нибудь у нас дойдет дело и до постели? — с улыбкой произнес зеленоглазый, оставив на шее журналиста багровое пятно засоса. — Да пошел ты, — простонал брюнет, излившись в руку юноши, на что тот лишь шире улыбнулся, накрыв губы мужчины своими. Всего на мгновение Арсению показалось, что в его прогнившей душе что-то ёкнуло. Но лишь показалось. И лишь на мгновение.