Искренне, твой супер-лучший-друг Кайл

До последнего звонка оставалось чуть меньше часа, когда Стэн начал отсчитывать минуты. Его мысли более не заполняли тревоги из-за предстоящей встречи с Кайлом, и даже во время урока, когда они занимались независимым групповым исследовательским проектом, Стэн с трудом мог сосредоточиться. Он не раз выпадал из реальности, глядя в угол или чересчур внимательно изучая трещину в полу. Чтобы завладеть его вниманием, Кайлу приходилось щёлкать пальцами у него перед лицом, после чего каждый раз Стэн щедро извинялся. Однако Кайла это не слишком беспокоило. Он не позволял им терять концентрацию для завершения проекта до конца учебного дня. Затем прозвенел последний звонок, и нервы Стэна достигли апогея. Они с Кайлом вышли в коридор и разделились на пути к своим шкафчикам. Внутренние часы в Стэне сбросились. Таймер, который он наложил на себя, был больше не действителен. Пятьдесят минут прошли. Следующая его цель — преодолеть следующие двадцать. Ему просто было нужно держать себя в руках по пути домой. Стэн предполагал, что пойдёт в одиночестве, и ноги уже зудели в предвкушении прогулки до дома. «Ещё всего двадцать минут», — напомнил ему разум, пока парень натягивал на себя зимнюю куртку. Он захлопнул локтем дверцу шкафчика, скрупулёзно мучаясь с застёжкой. В руках ничего не было. Тетрадь с карандашом Стэн оставил в шкафчике. Ему не нужно было ничего брать с собой. Подросток вышел из школы, спрятав от неумолимого зимнего холода руки в карманы и рассеянно возясь с до сих пор лежавшим там телефоном. Он склонил голову под сильным порывом ветра, который, впрочем, быстро утих, и мальчик смог снова выпрямиться. Его встретили друзья: Кайл, Кенни и Эрик, собравшиеся в кучку у выхода. Кенни толкнул Картмана, а Эрик в ответ с угрозой занёс руку, но не довёл дело до конца. — Чувак! — Кайл помахал Стэну. Тот оглянулся. В тот момент он ощутил себя немного идиотом. Почему его так застигло врасплох то, что друзья его дожидались? Разве это не должно было казаться чем-то нормальным? Он отмахнулся от отчётливой тревоги и подошёл. — Привет. — А мы всё думали, когда ты выйдешь, — вмешался в разговор Кенни, ведя компанию за собой. Кайл пошёл следом, а Стэн и Эрик побрели позади. — Ага, чёртов слоупок, мы тут мёрзли, блин, — вставил свои пять копеек Картман, пихнув виновника локтем в рёбра. Не задумываясь, Стэн сделал то же в ответ и почувствовал небольшую гордость за себя, когда получил от Эрика недовольное «ай!». — Будьте паиньками, — предупредил Кенни, запрокинув голову в попытке посмотреть себе за спину. Закатив глаза, Кайл подтолкнул его за затылок в исходное положение. На самом деле Стэн не видел непосредственно закатывания глаз, но он прекрасно знал манеры Брофловски. Такого рода поведение было для него естественным. Должно было быть. Должно… Стэн потёр глаза основанием ладони, пытаясь заставить себя перестать видеть настолько многое при столкновении с настолько малым. Он это игнорировал, пытался ощутить скуку, пытался почувствовать отстранённость, пытался чувствовать себя нормально, но в то же время его мозг постукивал по углам черепа, нашёптывая: «осталось всего двадцать минут, осталось всего семнадцать минут, осталось всего десять минут…» Возможно, это безумие — Стэн в этом даже не сомневался —, но чем ближе он подходил к дому, чем ближе группа приближалась к месту, где он жил, тем более путанными становились мысли. Стэн думал о доме и о проживающих в нём людях. Он думал о своей семье, маме, папе и, чёрт — даже о своей сестре. Может, стоило позвонить ей сегодня? Казалось, что всё двигалось слишком быстро. Всё как в тумане. Что происходит? Чтобы компенсировать это ощущение, Стэн попытался отключиться. Мозг приказал ему что-нибудь сказать. Сказать что-нибудь. «Просто скажи что-нибудь, — настаивал разум. — Просто скажи что-нибудь». А Стэн, обращаясь к разуму, подумал про себя: «заткнись». Пожалуйста. Просто заткнись. Таймер в голове достиг пяти минут. — Стэн? Парень оглянулся, рассматривая своих друзей чересчур круглыми глазами. Его мозг ловил каждое произнесённое ими слово, хотя те и молчали. Он поймал на себе взгляд Кайла и тут же понял, что именно он к нему обратился. Конечно же, Брофловски снова заговорил. — Мы идём на площадку играть в баскетбол, — произнёс он, указывая большим пальцем за себя. Стэн инстинктивно проследил взглядом, по привычке ничего не сказав. — Хочешь с нами? Медленно, очень медленно Стэн подумал. А затем мотнул головой. — Не, — отозвался он. — Мне нужно домашку сделать. — Домашку? — брызнул слюной Эрик, после чего схватил Стэна за капюшон и приподнял его, словно ища что-то у того за спиной. — Что-то я не вижу грёбаного рюкзака, чувак. — Знаю, чел, я не слепой. Просто сглупил сегодня утром и забыл большинство вещей дома. Теперь нужно вдвойне постараться и закончить со всем и за пятницу, и за сегодня… Он глянул на Кайла, сам не зная, чего ожидал. Брови того приподнялись от понимания ситуации, и Брофловски кивнул. — Да ничего, чел, — сказал парень с лёгкой улыбкой на лице. — Всегда будет следующий раз, так ведь? Стэн просто улыбнулся в ответ. Он скрёб ворс в глубине кармана, собирая его под ногтями и разрывая на более мелкие нити, насколько получалось не глядя и одной рукой. Эти действия не давали ему потерять самообладание и отступиться от своего решения. Он сфокусировал внимание на установленном для себя внутреннем таймере. Казалось, что он мог видеть, как тот щёлкает и тикает у него в мозгу, словно электронные часы на прикроватной тумбочке. Он чувствовал, как время обрушивается на него. Стэн остановился перед домом. Друзья спокойно с ним распрощались и направились к… — Стойте, — сказал Марш. Все замерли. «Счастлив, — твердил его разум. — Счастлив». — Прозвучит ну очень по-гейски, — произнёс он, выдыхая из лёгких смех. Все парни выглядели озадаченными, а Эрик издал смешок, но в остальном никто никак не стал его перебивать. Странно было ощущать, как все так пристально на тебя смотрят. Стэн заставил себя закончить мысль прежде, чем успеет струсить. — Но можно я, типа, обниму вас? Эрик снова усмехнулся. Кайл нахмурился. Кенни просто выглядел понимающим. Затем Маккормик растянул губы в своей широкой, несносно счастливой улыбке и раскрыл руки совсем как Баттерс в обед. Сердце Стэна сжалось. — Обнимашки! — прокричал Кенни. Он закинул левую руку на плечи Кайлу, которого, кажется, более чем раздражала идея тактильного взаимодействия. Однако Брофловски всё же нехотя шагнул навстречу, и вскоре все трое оказались сжаты в одном из самых глупых объятий, в которых когда-либо оказывался Стэн. Недоставало только… — Тащи сюда свою задницу, жиртрест, — рявкнул Кайл. Эрик прыснул. — Чего, простите? Чувак, ни за что, ничего более пидорского я ещё не видел, хрена с два я стану в этом участвовать, — возразил он. — Иди сюда, пока я тебя не заставил! — Ты не можешь заставить меня что-либо сделать, еврей! — Блять, вот сейчас и посмотрим! — Кайл выбрался из объятий, оставив друзей одних, однако это продлилось лишь несколько секунд, после чего Кенни схватил рыжего за куртку и оттянул его кулаки прочь от Эрика. С красным вытянутым лицом Кайл вывернулся из чужой хватки и отмахнулся от блондина. — Не собирался я его бить. — Ещё как собирался, — отозвался Стэн. Кайл игриво стукнул его по руке. — Отвали, — тон его голоса был исключительно шутливым. Стэн вернул ему долг, толкнув под рёбра. Грудь Марша сжалась. Ему нужно было ещё кое-что сказать. — Я люблю вас, ребят. Улыбка Кенни дрогнула, словно он заставил её остаться на лице. — Мы тоже тебя любим, чувак, — сказал он. Кайл кивнул в знак согласия, всё ещё хмурый из-за возникших ранее сложностей с Эриком. Однако кроме этого ничего не выглядело неуместным. За исключением Картмана, который оставил всех позади и продолжил идти по дороге. Стэн не смог сдержать короткого смеха. Классический Эрик. Его глаза устали. Стэн снова их потёр, в этот раз сильнее надавливая ладонями. Кайл заметил это и осторожно толкнул его плечо. Парень убрал руки от лица, взглянув на друга. Некоторое время они молчали. Стэну потребовалось время, чтобы понять, что они остались наедине. Он смутно слышал крик Кенни, бегущего за Эриком со словами: «а ну-ка вернулся!» — Эй, — позвал Кайл с расслабленным выражением лица. Его щёки, как и кончик носа, покраснели от холода. Стэн хотел поцеловать его или обнять, или затащить внутрь дома и там обниматься, но он не сделал ничего из этого. Зато Стэн осторожно потянулся и взял руку Кайла в свою ладонь. Он наполовину ожидал, что тот вырвет её, но этого не случилось. Кайл ответил на его жест, крепче сжав чужую руку. — С тобой всё будет хорошо? — спросил он. Их взгляды встретились, и это оказалось почти что слишком. Стэн ощутил побуждение быть честным. Он ощутил желание рассказать о том, что было у него на уме, что он хотел сделать, что он боялся сделать. Ему хотелось иметь плечо, в которое можно было бы выплакаться, и хотелось больше не чувствовать себя так… ну, одиноко? Он больше не хотел двигаться на автомате, как марионетка, чувствуя себя таким никчёмным и неуместным. Мысли выжигали голову и стекали по позвоночнику. Они грозили глазам, но парень отказался позволить себе проявлять эмоции. — Я буду в порядке, — ответил Стэн. Он подумал о Кайле. О его волосах, коже, теплоте. Он подумал о его глазах — тех же, в которые он смотрел в тот момент, зелёных с золотистыми вкраплениями и коричневой окантовкой. Это приводило его к мысли об осени и Хэллоуине. Это заставило его подумать о тыквенном пироге, корице, карамели и сладостях. Это напомнило ему о кострах, зефире и шоколаде. — А с тобой всё будет хорошо? Тогда Кайл удивился из-за того, что Стэн задал ему тот же вопрос. Невозможно было отрицать, что в тот момент они оба переместились во времена, когда всё было проще. Когда эмоции были нормальными, когда они были просто друзьями, когда у Стэна ещё не было проблем с травкой, а Кайл был чист. Стэн ощутил вину и сожаление. Он чувствовал себя недостойным Кайла. Он чувствовал себя недостойным всего, по правде говоря, но Кайла больше всего. Он сжал руку своего друга, что возвестило окончательный мягкий ответ. — Я буду в порядке, — сказал Кайл, и Стэн кивнул. Пожалуйста, будь в порядке. Кайл отпустил его руку первым, и Стэн воспринял это как знак. В этом весь Кайл. Он хорошо умел держать себя в руках. Он хорошо соображал в кризисных ситуациях. Он хорошо со всем справлялся. Кайл был не просто хорош. Он был идеален. Во всех своих мелочах, во всех своих углах, линиях и выражениях, Кайл был идеален. Кайл всегда будет идеален. Стэн позволил ему уйти, и, возможно, это ощущалось как ошибка. Как только он остался один, в десятке сантиметров от конца дорожки, Стэн подумал обо всём потерянном потенциале, который он только что бросил в мусорную корзину, совсем как сожжённую и бесполезную травку. Как и свою трезвость, он всё упустил. Как и себя, он всё позабыл. Хотя это и не помешало ему пожелать, чтобы он хотя бы попросил об одном последнем прощальном поцелуе. Зайдя внутрь, Стэн захлопнул за собой дверь и крикнул: «Я дома!» Его встретила лишь тишина, и парень сразу понял, что весь дом находится в его распоряжении. Взгляд на часы дал понять, что у него было около трёх или четырёх часов наедине с собой. Возможно, это ебануто, но этот факт вызвал в нём трепет. Это помогло ему почувствовать себя счастливым, даже несмотря на тяжесть, поднимающуюся от его ног к рёбрам, а оттуда по плечам к голове и вызывающую у него желание свалиться на ковёр, ощутить своей кожей его ворс, впиться в губу, пока та не начнёт кровоточить, и плакать, пока он не потеряет сознание, свернувшись клубочком на боку, чтобы почувствовать, что он не просто прожигает собственную жизнь, делая бессмысленную херню. Боже, как же он устал. Он чувствовал одиночество и запах первого учебного года в фантомном аромате перечной мяты. Он вспомнил, как долго ни с кем не разговаривал. Он вспомнил, как находился под кайфом большую часть того года. Он вспомнил сокрушительный эмоциональный долг, который взорвался внутри, приказав сдаться. Он столько всего вспомнил. «Но ты счастлив, — сказал его внутренний голос. — Ты будешь счастлив, ты будешь в порядке». Стэн поднялся по ступенькам, прислушиваясь к скрипу и стонам дерева под ногами. Он заметил, что они звучали громче обычного, что странно, потому что он отчётливо помнил, что долгое время они почти не издавали звуков. Фаза реконструкции домов у Рэнди стала почти что чудом для их старого дома. Всё было залатано. Всё держалось. Стэн вынул из кармана телефон и бросил его на покрывало. Было слегка противно, кожу будто содрали, а живот неприятно скрутило. Он вытащил костюм Инструмента, расстегнул ремень, развернул майку и штаны, и… Пластик. Вещь сверкнула, словно была в курсе всего происходящего. Словно она пыталась произвести на его мозг хорошее впечатление. Словно она понимала всё, через что проходил Стэн, словно она могла сильно улучшить его самочувствие, стоит только парню принять её. Стэн провёл небольшое исследование, и пришёл к выводу, что это сможет ему помочь. Крэйг тоже об этом говорил — и те его слова всё ещё раздавались в голове. Всё дело в образе мышления. Если ты счастлив, то всё пройдёт хорошо. Если тебе грустно, то всё пройдёт плохо. Стэн мимолётно задумался, достаточно ли он счастлив. Он знал ответ. Стэн открыл пакетик и, не колеблясь, закинул одну марку в рот. Где-то он читал, что стоит держать её под языком. Так парень и сделал. Он плюхнулся на постель, лёг и позволил себе погрузиться в мысли. Марка была странной, как монетка или железо. Она покалывала. Не задумываясь, Стэн схватил телефон, ввёл код и написал Крэйгу.

________________________

КОСМОКНИЖКА

Сегодня 15:21

эй а какой ЛСД должен быть на вкус?

________________________

Ответ пришёл достаточно быстро.

________________________

КОСМОКНИЖКА

он должен быть безвкусным зачем ты спрашиваешь, засранец ты что его принял, придурок если горько то выплёвывай, ты же знаешь это, идиот?

что? Почему?

а сам как думаешь, грёбаный ты кретин

________________________

Стэн задумался о медленно растворяющейся под языком марке у себя во рту. На вкус она, по правде говоря, была горькой; по крайней мере присутствовала некоторая передача горькости. Он задумался, означало ли это, что она опасна. Стэн её не выплюнул. Телефон завибрировал у него в руке. Он это почувствовал.

________________________

КОСМОКНИЖКА

богом клянусь если ты им закинулся и он горький я прямо сейчас к тебе приду, тупица

чел остынь, ничего я не принял, ок? Просто поинтересовался на будущее.

________________________

Стэн потёр нос тыльной стороной ладони и вдохнул сухой воздух. Он попытался придумать узоры на потолке и вспомнить те светящиеся в темноте звёздочки, которые раньше были у его сестры. Они всегда ему нравились. Он был уверен, что скорее всего такие были где-нибудь и у Крэйга. А если не было, то он правда многое терял.

________________________

КОСМОКНИЖКА

я блять тебе не верю

я не принимал его.

________________________

Вкус немного обжигал рот, но, хотя это не было даже в малой степени приятно, Стэн продолжил держать марку под языком. Изредка он передвигал её с места на место, но ни разу у него в голове не возникло мысли сплюнуть. Он потёр подбородок, будто это действие могло стереть вкусовые ощущения.

________________________

КОСМОКНИЖКА

поклянись

________________________

Как по-детски. Стэн стучал большим пальцем по экрану долгие несколько секунд, прежде чем ответить.

________________________

КОСМОКНИЖКА

клянусь.

поклянись жизнью своей матери, уёбок

чувак, чуть чересчур, тебе не кажется?

я иду к тебе.

гспд боже ладно, клянусь жизнью своей мамы я его не принял.

так-то лучше. не принимай пока я не буду рядом, я не верю что ты сам всё сможешь безопасно сделать, долбоёб

когда ты закончишь?

не сегодня я занят, пушистик

ок.

________________________

Голова начинала болеть. Всё его тело ломило. Он устал. Он чувствовал себя странно. Будто использованным. Он думал. О Кайле. О пятнице. И о субботе. И ему было интересно, правда ли Кайлу было не всё равно. Типа, логикой он знал, что Кайл о нём заботился. Он знал, что Кайл не хотел, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое. Но какая-то его часть говорила, что это не правда. Часть его была убеждена, что Кайлу он просто… Ну. Нужен был для секса? От этой мысли его затошнило. Она заставила его почувствовать себя грязно и… мерзко. Она заставила его ощутить, будто он прошёл через что-то, хотя логическая его часть твердила, что он ни через что не прошёл. Он был в порядке, чёрт возьми. Он был счастлив. Счастлив, счастлив, счастлив, счастлив. Очень, очень счастлив. Просто дыши, чувак, ты не Картман. Что это вообще значило? Я хотел, чтобы он это сделал. Я хотел узнать, каково это будет. Стэн не был Картманом. Он не был грубым, не был беспечным, он не был антагонистом, которого, должно быть, хотел Кайл. Он никогда не был достаточно хорош; наверное, никогда и не будет. Он не знал. Стэн сам не понял, но в какой-то момент марка уже растворилась, а он убеждал себя в том, что подняться на ноги — хорошая идея. Ноги словно не были соединены с телом, в руках поселилось странное ощущение, но парень не стал особо об этом задумываться. Он рывком поднялся с кровати и перебрался к костюму Инструмента, в котором всё ещё находилась вторая таблетка ЛСД. Стэн подумывал принять и её, но не смог себя заставить. Зато он забрал фляжку и побрёл обратно к постели. Стэн сел, прижавшись плечом к стене и упёршись лбом в угол окна. Наблюдая за мягким снегопадом снаружи, парень молча потягивал виски. Он видел вещи, которые никогда не ожидал увидеть. Он видел фракталы и фрагменты очень красивых объектов, маленькие узоры на сугробах и завитки в облаках. Виски смыло оставшуюся во рту горечь и смягчило покалывание в горле. Пить даже больше не было желанием. Это стало просто привычкой. Чем-то непроизвольным. Это просто произошло. Совсем как дыхание. В какой-то момент, когда виски наполовину закончилось, мозг затуманился, а сознание стало чуждым, Стэн решил, что стоит позвонить сестре. На линии прозвучало три гудка, прежде чем она подняла трубку. Услышав на том конце: «Что тебе нужно, говнюк?» — он понял, что Шелли раздражена. Она всегда раздражалась, когда дело касалось него, но ему было всё равно. Он должен был с ней поговорить. Всего один последний раз. — Привет, — сказал парень, и на секунду это было всё. Он уставился на фляжку, моментально отвлёкшись на созданные светом узоры, после чего потряс головой, освободив себя от ненужных мыслей. — Как поживаешь? Она не ответила, просто повторив: — Что тебе нужно? — Нужно знать, как ты поживаешь, — ответил Стэн, — поэтому я и спросил, или нельзя позвонить и поинтересоваться? — Звучишь прямо как мама. Стэн практически слышал, как она закатила глаза. Его губы без спроса растянулись в улыбке. — Неважно, — пробормотал он и попытался ещё раз, — так как ты поживаешь? Пауза. Наконец Шелли ответила: — Да нормально, вроде, не знаю. Почему тебя это волнует, говнюк? — Потому что ты моя сестра… — Стэн убрал телефон от лица, чтобы как можно тише сделать ещё один глоток виски, после чего снова прижал мобильник к уху, —… и я тебя люблю. — Отвратительно, — произнесла она. — Какой ты сентиментальный. — Это плохо? — Да, говнюк, это плохо. Сам-то как? Стэн прислонился головой к окну, подавляя желание икнуть. Ему всегда хорошо удавалось притворяться трезвым. Мысль сделала его счастливым. Он был счастлив. — Я хорошо. — Хорошо. Так счастлив. Очень и очень счастлив. — С тобой всё будет хорошо? — спросил он. На секунду или две вопрос лишил Шелли дара речи. — Это ещё что за вопрос? — выплюнула она. Что-то на другом конце линии затрещало и зашуршало. Стэну стало интересно, чем она занималась. — Конечно со мной всё будет хорошо. — Ладно. Просто хотел убедиться. Шелли что-то сказала, но Стэн не расслышал. Он отвлёкся, глядя на объекты за окном и не понимая, реальны они или нет, или… что-то. Что? А, да. Да, его… антидепрессанты в ванной, да? — Мне пора, — сказал Стэн. Шелли молчала секунду. — Ладно. Ещё увидимся. — Ага. Люблю тебя. — Как скажешь, говнюк. Трубку положила Шелли. Стэна это не смутило. Он прикончил виски. Ему хотелось бы, чтобы алкоголя было больше. Стэн уронил флягу на пол, свернувшись клубком на кровати и положив руки под голову вместо подушки. Он уставился на телефон, рисуя узоры на чёрном экране. Одно последнее сообщение.

________________________

МАМА Сегодня 16:01

привет, мам. Просто пишу, чтобы сказать, что я тебя люблю.

Как мило. Я тоже тебя люблю, Стэнли. :-)

________________________

Неизвестно, сколько потом прошло времени. Достаточно, чтобы Стэн принял сделанное прошлой ночью решение. Комната погрузилась во тьму. Зимнее небо проплывало с остаточным солнечным свечением, какое возникало ближе к вечеру. Могли пройти часы. Могли пройти минуты. Могли пройти секунды. Стэн не знал и не подозревал, что когда-нибудь уже узнает. Он поднялся с кровати, телефон в руке, и вышел из своей спальни. Его действия были пустыми. В то же время они были окончательными и уверенными. Говорят, вы знаете, когда находитесь при смерти. Если бы кто-то мог в тот момент прочитать мысли Стэна Марша, они оказались бы просты. Вот и всё. Вот и всё. И это приятное чувство. Пусть это и не так.

________________________

КЕННИ Сегодня 16:48

прив

прив и тебе лол че такое друг

Сегодня 16:52

?

Сегодня 16:55

чувааааак ты тут лол?

эй у.меня есть можешь сделаться мне одолжение?

эмммммм чё лол всм??

можешь сделать мне одолжение сори палец соскользнул

чел охренеть че так долго ёмаё,? Это ты так долго писал? ну думаю я могу оказать тебе услугу. Че нужн, бро?

скажи крэйгу это не его вина и скажи кайлу что я его люблю

лол пч,,,, сам им скажи?? и вбще почему ты хочешь чтобы я им это передал стэн алоооо стэн у меня есть вопрос стэн? почему ты хочешь чтобы я им это сказал?

Пропущенный звонок 17:02

стэн ты тут

Пропущенный звонок 17:04

стэн возьми трубку

Пропущенный звонок 17:06

чел это не смешно

Пропущенный звонок 17:07

Пропущенный звонок 17:08

я не шучу чувак возьми чертову трубку я звоню в полицию

Пропущенный звонок 17:10

возьми ебаную трубку я иду к тебе

Пропущенный звонок 17:11

Пропущенный звонок 17:12

Пропущенный звонок 17:12

Пропущенный звонок 17:13

что ты сделал стэн ну же поговори со мной чел пожалуйста

Пропущенный звонок 17:14

Пропущенный звонок 17:14

Пропущенный звонок 17:15

пожалуйста

________________________