Тачки 2: Человеческая природа

За долгую свою шпионскую карьеру Финн значительно преуспел в искусстве самовнушения и потому провел вынужденные выходные беспечно и стремительно. Спорт, прогулки, техосмотр — агент добросовестно отработал все названные Холли станции и отдыхал так усердно, что не оставил ни минуты на бездействие и всякие лишние мысли. Но вот снова шесть утра, Лондон с его заправками и магазинчиками только просыпался, расправляя пёстрые крылья рекламных щитов, а в неприметном офисном здании тайного агентства уже кипела жизнь. Под привычный бой колокола Биг Бентли в штаб-квартире ХРОМ, точный, как сами часы, появился агент МакМиссил. Сейчас он возьмет кофе из автомата, думал серый неприметный вахтер-погрузчик, провожая взглядом знакомый силуэт машины. Постойте, но разве его кабинет не ближе к правому лифту? Лучший из агентов ехал не к себе, не думая даже скрываться, и спешившие куда-то младшие сотрудники предупредительно расступались в стороны. — Похоже, вы оказались правы, мисс ДеЛюкс, — подмигнул погрузчик подъехавшей к своему шкафчику Холли деЛюкс. — Не переквалифицировать ли нам вас в психологи? — Со мной бывает, — улыбнулась девушка. — Я программистка, а программа есть программа, в том числе и та, что на наших собственных дисках. То, что мы называем психикой. — И уже доверительным тоном добавила: — МакМиссилу в душу лезть я не рискну — слишком сложно, себе дороже. — Знаю. Шучу. Финн тем временем свернул в неприметный коридор первого яруса. Он не знал, на что надеялся: он видел агента Турбо мертвым, и хотя после Кубка Мира агенты ХРОМ вверх ногами перевернули все нефтяные вышки Лимонов, но ни диска Турбо, ни других погибших товарищей не нашли. И все же МакМиссил поначалу каждый день заглядывал на первый этаж — чтобы опять найти кабинет друга закрытым и опечатанным, а закуток коридора пустым и пыльным, пока вера в чудо окончательно не иссякла. Подсознательно Финн ожидал найти старые следы своих шин в пыли, но следов не было, как и пыли. Добросовестность уборщиков? Или, Форд возьми, они отдали личный кабинет Леланда под офисный планктон? Надежды, не покидавшие МакМиссила все выходные, стремительно испарялись. Лучше разочароваться заранее, чем потом… Тихо ругая свою суеверность, он на первой скорости подкрался к двери кабинета и — старый ритуал — нажал кнопку. Луч света проник в окно и скользнул по лобовому стеклу, заставив Финна зажмуриться. Он взмахнул дворниками, не веря глазам. Огонёк на выключателе загорелся ободряющей зеленой искрой. Не опечатано! Дверь скрипнула, вздохнула и с тихим шипением уехала в стену, открывая новоявленному Орфею дорогу в Аид. В кабинете Леланда царил полумрак и беспорядок. На офисный планктон было совсем не похоже, на уборщиков — тем более. Любимое кресло агента Турбо всё еще занимало центр скромной холостяцкой конуры. Да он и ночевал здесь через раз, пожалуй… Свет веером расходился из полузакрытых жалюзи. Финн тихо и благоговейно скользнул в кабинет, окинул взглядом будто застывшие во времени папки бумаг. Пустой картонный стаканчик стоял на письменном столе, окруженный липкими коричневыми пятнами. Вспугнутая незваным гостем блестящая зеленая муха пошевелила мохнатыми лапками и с громким жужжанием принялась нарезать круги под потолком — настоящая, из живой органики, но от этого только более отвратительная. Падальщик, вроде коррозии! МакМиссил отшатнулся, пытаясь подавить вдруг одолевшую его тошноту. «Чего я ожидал? Быть может, Холли? Шефа, или тех серых погрузчиков — его вечно снующие по офису глаза и уши?» Леланда. Перед глазами агента встало безнадежно искореженное, сжатое в металлический куб тело друга: последнее, что он видел в ту свою вылазку в логово врага. Нет, для других были шансы, но не для Турбо. Даже если при обыске вышек останки нашли, какова вероятность что диск с его памятью — личностью — мог пережить подобный кошмар? — Живу с открытой дверью, — раздался вдруг за спиной знакомый голос. — Какая неосторожность с моей стороны. Финн вздрогнул и с тихим скрежетом защелкнул парковочный тормоз. Не хватало еще рвануться куда-то и со стеной поцеловаться с перепуга. Леланд, это явно был Леланд! — но что-то неуловимо неправильное витало в воздухе, создавая почти искрящее напряжение. Вглядываясь в темноту зеркал заднего вида, агент осознал: это звук мотора. Его не было. Единственный мотор в этом кабинете тихо урчал под его собственным капотом. — Не подходи, — инстинктивно воскликнул он и тут же исправился: — Подходи, но только медленно. — Боишься привидений. — Турбо приблизился с мягким шорохом. Это был не звук шин. Легкий, пульсирующий стук резины по бетонному покрытию и — шорох ткани? Вот он уже на уровне передних колес… Зажмурившийся было МакМиссил позволил себе приоткрыть глаза. Стоявшая рядом с ним фигура была не похожа ни на что, виденное ранее. С четырьмя вытянутыми конечностями, вертикальная, будто вырезанная из светлого дерева. Колёс не было вовсе, а с чужого лица — это должно было быть лицо — смотрели знакомые глаза (и усы!) любимого напарника. Финн закрыл глаза, снова открыл. Фигура не пропадала. — Леланд? — спросил он, всё еще сомневаясь в реальности происходящего. — Самый настоящий, — заверило привидение, — И самый счастливый. Ты не представляешь, как меня достало здесь прятаться! — Ты только не плачь, мы же взрослые агенты, — срывающимся голосом зачем-то предупредил МакМиссил — и тут же сам беззвучно разрыдался, смахивая непрошеные слёзы дворниками. Турбо неуклюже гладил его по капоту ещё непривычной, облачённой в жесткую перчатку рукой.