ГЛАВА VI Трагедия в замке
25 октября 2020 г., 17:48
Трудный путь обратно в Шарнэ был вознагражден новостью о долгожданном возвращении молодого де Шарнэ.
Старый барон, узнав об этом, поспешно направился к замку, насколько это позволяли его годы. Найдя дорогого сына в Головной зале, старик со слезами счастья на глазах прижал Белого рыцаря к груди.
Огастес, уже успев разоблачиться, был теперь одет, как и отец, в баронский бархатный плащ на горностаевом меху.
Каково же было его удивление, когда в вошедшей следам за отцом девушке, он узнал свою дневную красавицу, которой преподнес венец красоты, до сих пор украшающий ее волосы. Не в силах оторвать от Изабеллы восхищенного взора, Огастес невпопад отвечая отцу, ощущал, как в душе его поднимается удивительное чувство, никогда ранее не испытываемое.
— Сын мой, Огастес! — восторженно щебетал между тем счастливый барон. — Как я рад видеть тебя! Как же долго я тебя искал! Одному Богу известно, сколько слез я пролил, оплакивал тебя! Но сейчас, слава Богу, ты со мной, и мне на страшно теперь умереть!
— Не говорите так, отец! — горячо возразил молодой де Шарнэ, — Не для того я проделал столь длинный путь, пересекая всю Галлию, чтобы похоронить вас! Мне слишком дорог вновь обретенный дом, чтобы потерять его еще раз!
— Да-да, ты прав, мой дорогой, не будем говорить о смерти! О, Огастес, мальчик мой, представляю тебе мою дочь — Изабелла де Шарнэ, твоя сестра!
Если бы молния ударила у ног Огастеса, он был бы менее поражен, чем сейчас, услышав сообщение отца, повергнувшее его в бездну отчаяния.
Не менее напуганная Изабелла поспешила уточнить степень их родства:
— Но, отец, вы забыли сказать, что я — ваша приемная дочь!
— Ах, дитя мое, — ласково возразил барон. — Какое это имеете значание?! Главное, что вы, мои дети, сейчас со мной. Давайте устроим по этому случаю славный пир и созовем всех доблестных баронов и рыцарей прекрасной Лотарингии! Сегодня великий день — я нашел своего сына!
* * *
Пир, устроенный бароном да Шарнэ в честь своего сына, удался на славу. Прибыли выразить свою радость по поводу замечательной победы молодого де Шарнэ в Лотарле, весть о которой успела уже разнестись по окрестностям, достойнейшие бароны Его величества. Сам герцог Лотарингский почтил старика своим посещением, воздавая честь и хвалу своему славнейшему и доблестнейшему рыцарю, Огастесу де Шарнэ. А весть о новой красавице, разлетевшаяся со скоростью птицы, привлекла в старинный замок не только славных рыцарей, но и их семейства, жаждущие взглянуть на чудо красоты, превознесенное на знаменитом турнире. В продолжении всего пиршества двое мужчин неотступно наблюдали за юной красавицей. Глаза первого, устремившего взор на Изабеллу, были полны восхищением и горели огнем любви. Второй же, напротив, наблюдал за молодой баронессой с нескрываемым вожделением, и взор его, страстно впиваясь в ее юное прекрасное лицо, полыхал пламенем низменного желания. Первый носил имя Огастес де Шарнэ, второй звался бароном Монтгомери. Неоднократно слыша о красоте баронессы де Шарнэ, Монтгомери увидел ее впервые лишь на турнире в Лотарле, и тотчас же в его сердце вспыхнул огонь желания, и он поклялся во что бы то ни стало добиться прекрасной Изабеллы. Посидев какое-то время за столом, Изабелла вскоре поднялась, и с благословления отца покинула пиршественную залу. Однако она не пошла к себе, а направилась в часовню, ибо мысли, роившиеся в ее голове, и чувства, переполнявшие душу, были слишком тяжелы для скорого сна. Успокоиться, привести в порядок свои мысли и чувства Изабелла могла только в тиши святого храма. Войдя в часовню, молодая красавица преклонила перед алтарем колени, отдавшись течению молитвы. Погруженная в благочестивые мысли, она не заметила, как в храм вошел Огастес. Увидев ее уход, он поспешил вслед за Изабеллой и нашел ее в часовне. — Я всюду искал вас, Изабелла, — сказал он, и слова его гулким эхом отозвались под сводами часовни. Выведенная из своего состояния, девушка невольно вздрогнула и поспешно обернулась. — О, если я напугал вас, простите меня! — с жаром воскликнул молодой человек. — Нет, просто я задумалась, — улыбнулась в ответ Изабелла. — Но вы сказали, что искали меня. Зачем? Огастес подошел к алтарю, где стояла девушка. — Затем, — ответил он, — чтобы сказать вам о моей любви! Изабелла испуганно вскрикнула. — Ах, не говорите так, прошу вас! — воскликнула она, отчаянно схватив его за руку. — Не здесь, не в этом месте! Как вы можете говорить о любви, совершенно не зная меня? Нет-нет, прошу вас, не надо! — Изабелла! — взяв ее руку в свою, с жаром заговорил рыцарь. — Именно здесь, в этом святом храме перед лицом Господа нашего я клянусь вам в своей любви и верности! Одного вашего взгляда там, на турнире в Лотарле, было достаточно, чтобы я полюбил вас, как никого никогда не любил. Отныне мое сердце и моя жизнь будут принадлежать только вам, моя госпожа! С этими словами он, преклоня колено, прикоснулся к ее ладони. Сияющие глаза Изабеллы были полны любви, которую она уже не пыталась скрывать. — Я не могу не верить вам, мой рыцарь, — отвечала красавица. — Перед алтарем вы не могли бы лгать, это было бы кощунством. Я верю вам, мой рыцарь, мой Огастес! С улыбкой счастья молодой де Шарнэ наклонился к Изабелле и запечатлел на ее устах поцелуй, скрепляющий их клятву в вечной любви и верности. — О, мой рыцарь, но как же нам быть? Мой отец… наш отец не позволит нам обвенчаться! — воскликнула Изабелла, вспомнив об их, хоть и не кровном, но родстве. — Доверьтесь мне, моя Изабелла, — утешил ее молодой человек. — Я улажу все проблемы. Думаю, отец не откажет мне в просьбе. — Как бы я хотела надеяться на это!* * *
Однако старый барон де Шарнэ, как бы ни был он рад возвращению дорогого сына, воспринял его просьбу в штыки. — Никогда! — бушевал старик. — Слышишь, никогда я не покрою себя позором кровосмесительства! Опомнись, сын мой, Изабелла — твоя сестра, грех даже думать о ней! — Вы знаете, — настаивал на своем Огастес, — что это не так! Вы знаете, что мы с ней не родные! Я люблю Изабеллу и хочу, чтобы она стала моей женой. — Если ты сделаешь это, я выгоню тебя из дома! — взвился де Шарнэ. — Слышишь?! Я выгоню тебя, лишу наследства и прокляну навек! — Делайте, как знаете, — сын ни в чем не уступал отцу. — Но я добьюсь своего — Изабелла станет моей женой! В гневе он покинул кабинет отца, яростно хлопнув тяжелой дубовой дверью.* * *
— Вы звали меня, отец? — Изабелла испуганно вскинула бездонно-голубые глаза. Совсем недавно Огастес передал ей свой разговор с отцом и спросил, готова ли она бежать с ним, если это понадобиться? — Да, дитя мое, присядь, — барон указал на скамеечку у его ног. — Изабелла, доченька моя, ты знаешь, как я тебя люблю и хочу, чтобы ты была счастлива. Пора мна позаботиться о твоем будущем. Я думаю, что тебе пора найти себе достойного мужа, и поэтому присмотрел для тебя хорошего жениха! Изабелла удивленно посмотрела на отца. — Это доблестный и храбрый воин, отличившийся во многих битвах и войнах. Он будет тебе защитой и опорой, и главное — он любит тебя, дитя мое! Изабелла невольно улыбнулась, догадываясь, о ком идет речь. — Я знаю, отец, что вы желаете мне только добра, и я рада исполнить свой дочерний долг! — Я знал, что ты —послушная дочь, — погладил ее по голове старик. — Уверен, барон Монтгомери будет тебе хорошим мужем. — Монтгомери? — воскликнула Изабелла. — Вы говорите о бароне Монтгомери? — Да, но что с тобой, Изабалла? Откуда такая перемена в лице? — Нет! — вскричала девушка, вскочив. — Никогда я не выйду замуж за барона! Слышите — никогда! — Что? — нахмурив брови, посуровел де Шарнэ. — Ты идешь против воли отца? Осмеливаешься мне перечить? — Да! — отчаянно воскликнула Изабелла, не обращая внимания на хмурый вид отца. — И я не подчинюсь вам, отец, если вы заставите меня выйти за Монтгомери! Я люблю Огастеса, и только ему буду принадлежать! Можете и меня прогнать из дома! Со слезами на глазах Изабелла выбежала из комнаты, кинувшись искать утешения в часовне. Пробегая по галерее, она вдруг услышала короткий вскрик и неясный лязг оружия. Кинувшись на крик, Изабелла увидела картину, ужас от которой пробрал ее до костей. В затемненной части галереи, тускло освещаемой неярким светом факелов, на каменных плитах лежал окровавленный Огастес. Над ним стоял торжествующий барон Монтгомери, сжимая в руке покрытый кровью меч. Однако подняв голову и увидав Изабеллу, торжество покинуло барона, и в глазах его заплясали огоньки страха. Не проронив ни слова, предатель быстро повернулся и бежал прочь в темноту галереи. Со всех сторон уже бежали люда, держа в руках факелы. Все слышали этот неясный крик и спешили узнать, что случилось. Изабелла в ужасе опустилась на колени рядом с возлюбленным. Монтгомери подло напал на Огастеса сзади, вонзив меч по самую рукоять. Вся одежда рыцаря уже пропиталась кровью, но он был еще жив. Со слезами на глазах девушка положила голову молодого человека себе на колени, покрывая его разгоряченное лицо поцелуями. Вскоре несчастный открыл глаза, и посмотрев кругом, остановился на Изабелле. Что—то странное мелькнуло в его глазах, словно он увидел то, что живущим видеть не дано. — Наконец-то я нашел тебя! — прошептал он. — Теперь все будет хорошо! Мы выполнили нашу задачу! — Нет, молчи, тебе нельзя говорить, — страстно зашептала девушка, обливаясь слезами. — Разве ты не поняла? — его голос звучал все глуше, и каждое слово давалось с трудом. — Разве ты меня не узнала? Ты ничего не помнишь? — Я не понимаю, о чем ты говоришь? — в отчаянии воскликнула Изабелла. — Но ради всего святого, молчи, прощу тебя! — Это ничего! — постарался ее утешить умирающий. — Ведь мы выполнили главное — нашли друг друга. Теперь все будет по-прежнему! Его тело передернула судорога. Изабелла заплакала пуще прежнего. — Скоро мы будем вместе, — прошептал Огастес из последних сил. — Я буду ждать тебя, моя любовь! Изабелла еще покрывала его лицо поцелуями, орошая его слезами, хотя понимала, что душа уже покинула бренное тело. Наконец ее с трудом удалось оторвать от умершего и увести прочь. Однако, вырвавшись из объятий служанок, Изабелла кинулась в комнату отца. — Изабелла, что случилось? — встревожился старый барон, увидев перекошенное страданием лицо дочери. — Ради Бога, объясни, что произошло? — Только что вы потеряли сына, — стараясь удержать рыдания, глухо проговорила она. — А теперь у вас нет и дочери! — Что ты говоришь! — закричал отец, тряхнув ее основательно за плечи, что, однако, не оказало никакого эффекта: Изабелла оставалась бесстрастна. — Барон Монтгомери только что предательски убил Огастеса! Из-за угла! В спину! Я не могу здесь больше оставаться, отец, я ухожу в обитель Святых Даров. Прощайте! Изабелла покинула отца, который уронив голову на руки, плакал беззвучными, полными тоски и безысходности, слезами.
