ГЛАВА XX Донован Стренч (продолжение)
25 октября 2020 г., 18:54
После непривычно долгого отсутствия к Дону во сне опять пришла мать. Он уже начал волноваться, не случилось ли чего, когда мать навестила его совсем неожиданно.
— У меня не так уж много времени, — без предисловий начала она. — Я должна кое-что показать тебе.
Заинтригованный таким началом, Дон моментально забыл свое недовольство ее долгим отсутствием.
— Что? — не удержался он от любопытства.
— Не торопись, Донован, — улыбнулась его мать. — Всему свое время! А пока внимательно выслушай то, что я скажу… Сегодня ты сможешь увидеть ту, что предназначена тебе судьбой! Вы встречались уже много раз, хотя ты этого, конечно, не можешь помнить. Каждый раз на вашем пути друг к другу вставали препятствия, и вы по разным причинам, о которых я не буду сейчас говорить, отступали, хотя были, казалось, так близки к цели! Сынок, я хочу, чтобы на этот раз вы смогли всё преодолеть, и быть наконец вместе, как когда-то, с начала времен!
Донован слушал мать, затаив дыхание, боясь пропустить хоть слово из того, что она говорила. Но то, что он услышал, было так странно, так необычно для его, по большей части рационального мышления, что молодой человек позволил себе усомниться.
— Мама, я не понимаю, о чем ты говоришь?
— Сейчас ты все поймешь, — ответила мать и указала рукой в широком прозрачен рукаве куда-то в сторону.
Донован проследил за ней взглядом и в белесом, окутывающем облик его матери, тумане различил неясный расплывчатый силуэт. Вскоре очертания стали более четкими, и Дон увидел хрупкую женскую фигуру. Он не видел лица незнакомки, так как она стояла к нему спиной, и молодой человек с удивлением отметил, что никогда еще не видел таких бесподобных, цвета спелой пшеницы, волос, просто заплетенных в толстую, струящуюся по гибкой спине, косу.
Женщина, которая когда-то произвела Стренча на свет, окликнула незнакомку, и та порывисто обернулась. На Дона взглянули изумленные бездонно-голубые глаза, в которых застыл немой вопрос. Небольшой, с пухленькими розовыми губками, рот приоткрылся в ожидании, обнажив на мгновение мерцающую молочную белизну зубов.
Заглянув в бездонную голубизну ее глаз, Дон понял, что это ОНА! Та, которую он искал всю свою жизнь, о которой грезил в своих юношеских снах, и чей образ безнадежно старался найти в окружавших его женщинах. И вот теперь она здесь, с ним, и взирает на него, как, быть может, и он, с неменьшим изумлением. Дон понял каким-то шестым чувством, что эта незнакомая, но вдруг ставшая до боли родной, девушка испытывает сейчас те же чувства, что и он. В ее невероятно голубых глазах, опушенных густыми ресницами, он читал с удивлением для себя, словно в открытой книге. Они не сказали друг другу ни слова, но поняли все.
— Нам пора, — прервала их молчаливый диалог мать. — Скоро, очень скоро вы опять встретитесь.
— Но где? Когда?
— Доверься себе, сынок, своему сердцу, оно не обманет. Это случится даже раньше, чем ты предполагаешь, если, конечно, ты не отступишь от своей мечты. Теперь все будет зависеть только от тебя и от решения, которое ты примешь. Вы встретитесь вновь, если ты будешь верен себе, своему сердцу!
Силуэты начали таять, окутываясь белесой дымкой тумана, но Дон продолжал еще слышать голос своей матери:
— Скоро я скажу тебе «Прощай!», милый. Прости, я должна буду уйти навсегда… Но сейчас… сейчас ты должен прислушаться к себе и поступить так, как велит твоя душа. Доверься себе, мой сын!
Голое смолк, оставив Донована в пустоте и давящей, почти звенящей, тишине.
Как-будто нехотя Дон проснулся. В последнее время, отметил он про себя, каждый визит матери стоил ему огромных душевных и психических сил. Молодой человек ощущал себя выжатым, как лимон, чего раньше никогда не случалось.
К счастью, был выходной, и Дон позволил себе понежиться в постели еще полчаса. Он старался вспомнить то смутное ощущение всепоглощающего счастья и умиротворения, которое он испытал сегодня во сне. Однако, как Стренч ни пытался, он не мог до конца вспомнить это свое сновидение — свидание с матерью. Только странное, тревожное чувство, что он узнал что-то очень важное, не оставляло его. Он тщетно копался в памяти, призывая на помощь самого себя, но лишь мимолетные, неуловимые образы проносились в голове, не успевая закрепиться в сознании и оставляя зудящий след.
* * *
— Эй, Дон! — услышал Стренч за спиной, не спеша проезжая мимо столиков кафе под открытым небом. Притормозив, Дон оглянулся на голос и увидел машущего ему рукой Марча. Рядом сидела его красавица-жена. Припарковавшись неподалеку, молодой человек подошел к их столику. — Всем привет! — поздоровался с супругами Стренч. — Дон, как здо́рово, что я тебя увидел! — расплылся в улыбке Грэг. — Что ты будешь пить? — О, может, колу? Я за рулем. Как поживаете, Татьяна? — Спасибо, хорошо. А вы, Дон? Мне кажется, вы много работаете, у вас усталый вид. — В самом деле, старина, — поддержал жену Грэг. — Тебе не мешало бы взять отпуск на пару недель. Ты далеко не в лучшей форме. — Замучила бессонница, — вздохнул Дон. — Вернее, выматывающие сновидения. Ладно, что об этом говорить… Скажите лучше, как дела у вас? — О, у нас все отлично! — опять заулыбался Грэг, взяв жену за руку. — Просто замечательно! — Рад за вас. Знаете, я тут подумал и решил, — Стренч помялся. — Вы, конечно, можете принять меня за идиота, что весьма близко к истине. Но я подумал, а почему бы и мне не жениться так же оригинально, подобно тебе, Грэг? — Что вы хотите этим сказать? — спросила удивленно Татьяна. — Ну, Грэг, если ты говоришь, что в России живут самые хорошенькие женщины на свете, может, и мне повезет, и какая-нибудь красотка и взглянет на меня? — Ах, вот оно что! — весело рассмеялись супруги Марч. — Дон, вы это серьезно? Вот так сразу, взять, да и жениться? — А почему нет? Мне скоро тридцать, пора подумать о будущем. — Это, конечно, не мое дело, — осторожно вставила Татьяна. — А разве вас чем-то не устраивают соотечественницы? — Я, конечно, патриот своей страны, — возразил за него Грэг, — но, Таня, если человек хотя бы раз видел истинную красоту, он ни за что не согласится на меньшее. Наши женщины тоже красивы, а некоторые — просто божественны, но, тем не менее, тебя я нашел за сотни миль от своей Родины! — Слышала бы вас моя подружка Сэлли! — засмеялась Татьяна, грозя им пальчиком. — А если серьезно, Грэг, это осуществимо? — поинтересовался Дон. — Ну, я не знаю, наверное? — пожал плечами Марч. — Сейчас есть много специальных агентств, занимающихся именно международными браками, — сказала девушка. — Можно обратиться в одно из них, и они все устроят. Правда, это будет стоят недешево. — А без агентств никак нельзя? — поморщился Дон. — Что-то мне не очень нравится этот вариант. — Можно дать брачное объявление в газете… — В российской? — Разумеется. Если хотите, я могла бы вам в этом помочь. — О, это было бы замечательно! — воскликнул обрадованный Дон. — Приступим немедленно! — Погодите, погодите, Дон! — засмеялась его нетерпению Татьяна. — Не так скоро. Сначала нужно составить лаконичное, но ёмкое по содержанию, объявление. Затем найти наиболее популярную в России газету, чтобы шансы, что ваше объявление увидят как можно больше людей, увеличились. — Если честно, не знаю ни одной русской газеты, — посетовал Стренч. — Хотя нет, постойте, я знаю, в России выходит «Правда»! Это подойдет? — Не думаю! — улыбнулась девушка. — Это печатный орган Коммунистической партии бывшего СССР, но в ней вряд ли напечатают ваше объявление. Признаться, я и сама сейчас не особенно разбираюсь в том бурном газетном потоке, обрушившимся на мою Родину… Давайте лучше сделаем вот что: я позвоню моей маме в Москву и узнаю, какие издания на сегодняшний момент пользуются наибольшей популярностью, а затем сообщу результаты вам. Договорились? — О’кей! — кивнул головой Дон. — Позвоните, как что-либо узнаете. — Пока, Дон, — помахал на прощание Грэг садящемуся в машину молодому человеку. — Как ты думаешь, он это серьезно? — спросила Татьяна мужа, когда Дон отъехал. — Ты это о чем? — Я имею в виду эту его внезапную затею с женитьбой. — Не знаю… Дон — классный парень. Я не очень хорошо его знаю, больше по работе, но мне кажется, он — замечательный человек! — Мне тоже, — улыбнулась его жена. — Я бы хотела, чтобы у него все получилось. — И получится, если мы ему поможем. Хочу, чтобы все люди вокруг меня были счастливы так же, как я! — Я люблю тебя, Грэгори Марч! — обняла его Татьяна. — И я тебя, моя любовь! — поцеловал жену счастливый Грэг.
