Новый ученик

Два года назад Ванцзи сосредоточенно разукрашивал фонарик нежными горечавками. Где-то за его спиной без умолку трещала Нин Иньин, подшивавшая слишком длинный подол траурного ханьфу. — Когда зажигаешь фонарик, то дух умершего видит, что ты по нему скучаешь и любишь, — тёплый голос прозвучал громче и ближе, чем две мяо назад. Иньин, закончившая с шитьем, пристроилась за плечом Лань Ванцзи понаблюдать за искусством росписи. — Мгм, — согласился Лань, откладывая кисть в сторону. Он тоже слышал, что в Фестиваль Голодных Духов открывается дверь в Подземный Мир. В этот день души умерших могут навестить своих потомков, отыскав путь по мягкому свету бумажного фонаря. Правда, не стоит забывать, что в этот же день демоны необычайно сильны.— Она придёт? — Не знаю, — грустно отозвалась Инъин, слегка прикрыв глаза. — Я всегда хотела увидеть свою маму. Жгла для нее бумажные деньги, запускала фонарики, но она так и не пришла. Наверное, мама не очень-то и любила меня, чтобы вернуться на миг из загробного мира. — Мгм, — несогласно протянул Ванцзи, поворачиваясь к шидцзе. Осторожно, как почти вечность назад брат ободряюще гладил его по голове, он неловко положил руку на голову Инъин. — Она любит тебя. Просто ей не хватает сил выйти из Призрачного Мира. — Ты такой добрый, — забавно шмыгнула носом Инъин, рукавом протирая глаза, а после, вскочив на ноги, она широко улыбнулась, словно была соткана из солнечного света. — Мой младший брат самый милый! Твоя шидцзе гордиться тобой! Пойдем я угощу тебя рисовыми шариками со сладкой бобовой пастой, чтобы ты тоже не грустил. А потом ляжем спать, чтобы нас не затянуло в парад Сотен Духов! Сегодня тоже был праздник фонарей или Фестиваль Голодных Духов. Правда в этот раз Шэнь Цинцзю разрешил им присоединиться к шествию. Точнее это было ещё одним испытанием… Учитель Шэнь внимательно всех осмотрел, прикидывая достаточно ли готовы его ученики ко второму экзамену из трёх. Он неторопливо перетасовал сто карт, держа из пёстрой рубашкой от себя, на которых были начертаны злобные ду́хи. — Сегодня вы сможете доказать достойны ли вы носить истинные мечи и достойны ли будете зваться в дальнейшем заклинателями, — сухо заявил Цинцзю, пристально вглядываясь в глаза каждому ученику. — Мейхуи Чуанли, достань из колоды одну карту. — Я? — робко пискнул Чуанли, смущённо выглядывая из-за спины сестры. Испуганно сжавшись под тяжёлым взглядом учителя, юноша медленно подошёл к нему. — Одну ка-арту, да? Чуанли зажмурившись от страха, стараясь не касаться длинных и наверняка холодных пальц Шэня, робко вытянул карту. Перевернул её и рассеяно захлопал ресницами: — Что мне с ней де-делать? — Ты должен до рассвета поймать тёмную тварь и принести в качестве доказательств её голову, коготь или шкуру, — холодно отозвался Шэнь, потеряв интерес к ученику. — Первый вернувшийся получит три свободных от обязанностей дня. Лань Ванцзи! Лань задумчиво нахмурился, остановившись перед Учителем. Прежде чем вытащить карту, он вознёс небольшую молитву и, уверенно взяв верхнюю, вернулся на своё место. — Мейхуи Аи, — позвал последней единственную ученицу, Шэнь протягивая карты на выбор. Лань Ванцзи поверхностно вздохнул, решаясь взглянуть на будущего противника. На раскрытой ладони насмешливо оскалилась дева с вытянутым кошачьим лицом и двумя пятнистыми хвостами за спиной, — сяньли, дух состарившийся дикой кошки, получивший про́клятое бессмертие, способный вытянуть из человека жизненную силу. * * * Шествие ста Духов начинается в тот миг, когда солнцеликий Янь-ди отворачивается от Поднебесной, а красавица Чанъэ, ещё не успевает раскрыть свои бездонные глаза. Ещё с утра жители Поднебесной торопливо расставляют угощения, старательно мастерят фонарики, сжигают ритуальные деньги и загоняют детей пораньше спать, чтобы никакой дух, вошедший в силу не похитил их. Если бы жители обладали хорошим зрением, то в тонкой трепещущей дымке они бы разглядели врезанные в память полупрозрачные лица любимых и близких, что уверенно тянулись к пустому месту за столом, где для них специально приготовили угощения; они бы поняли шестым чутьем, что во главе парада идут, летят, ползут сильнейшие демоны, у которых острые зубы, когти, крепкая чешуя, кожа или шерсть, одна голова или несколько десятков, безликие, безголовые или же с головой животного, хрупкие с виду люди или один голодный рот с призрачными ногами. — Кто случайно попадает в шествие, того растоптают, растерзают духи, — тихо шепчет любая мать, с нежностью накрывая ребенка одеялом. — Как только учуют запах человека! И ребенок покорно закрывает глаза, думая о том, что в следующий раз, он хотя бы одним глазом посмотрит из чуть приоткрытого окна на настоящего духа. Заклинатели же, напротив, надевают маски, плащи из кожи демонов, чертят защитные талисманы и прячут их в длинных рукавах, а после ввинчиваются в толпу, чтобы спасти зазевавшегося человека от потери жизненных сил и рассудка. Об этом Лань Ванцзи узнал от Нин Инъин, которая решила помочь младшему брату в первой, по настоящему опасной охоте. Она помогла Ванцзи переплести косы, а после, тщательно закрепить тяжёлую маску с узкими глазами-прорезями, широким улыбающимся ртом, полным острых клыков. — Будь осторожнее, — в спину удаляющегося Ланя грустно бросила Инъин, шмыгнув носом. Она помнила, что в шествии обычно принимают участие только старшие ученики, но Шэнь Цинцзю как всегда решил иначе.

***

Лань Ванцзи на главной площади появился ближе к часу быка. Он растерянно замер, когда перед его глазами в полупрозрачной дымке промелькнуло существо с головой барана и телом одноногой собаки, после пробежал сундук с алыми глазами, чуть приоткрыв крышку, под которой были скрыты клыки, вслед за ним царственно прошлась девушка с улыбкой во всё лицо и тёмной полосой на шее. Заклинатель раздражённо тряхнул головой, отгоняя оцепенение, потом, поправив плащ, в три шага достиг серебрящейся тропы и перешагнул грань, оказавшись в мире духов: цвета мгновенно поблëкли, стало холоднее и тоскливее. Где-то слева двое духов чуть слышно переругивались, справа пожилые супруги выскочили из шествия, отыскав дом своих родных. Чуть позже строй покинул демон, заприметив будущую жертву около закрытой на ночь лавки с тканями, но его быстро обезглавил молодой заклинатель, дождавшись, пока между ними расстояние сократится до пятидесяти цуней. Ванцзи осторожно протиснулся между тысячеруким демоном и большим, пульсирующим, чёрным клубком шерсти, медленно вырываясь вперёд, по дороге взглядом старательно разыскивая сяньли, но той либо не было в шествии, либо она уже успела найти жертву и теперь пирует на полуостывшем теле. После того, как мимо него летяще проскочила третья по счёту хули-цзинь с четырьмя лисьими хвостами, изрядно подпортив воодушевленый настрой, Ванцзи начал подумывать о том, чтобы заговорить с каким-нибудь демоном, чтобы убедиться — демон старой кошки не миф. — Сегодня будет славная ночь, — нежно прошипели слева, заставив Ванцзи вздрогнуть от неожиданности: к нему довольно близко подошла невысокая девушка со змеиными глазами и языком. — Звёзды сверкают так ярко, что слепят глаза! — Мгм, — согласился Ванцзи, настороженно глядя на демоницу. В чужое дружелюбие было сложно поверить: либо демон подошёл, увидев в его маске знакомого, либо учуял, что он человек. — Ты чего такой молчаливый? — притворно огорчённо поджала губы девушка, прикладывая указательный палец к уголку губ. — Неудачная охота? — Хочу, — прохрипел Ванцзи в ответ, помня о том, что его маска не может долго говорить из-за неправильного строения гортани, поэтому такой тип демонов произносил короткие, рубящие предложения. — Есть! — Не переживай, милый, — весело пропела демоница, вынырнув рядом с правым плечом Ванцзи. — Скоро здесь будет столько сладкого мяса, что плотно позавтракать сможет каждый! Ванцзи, сделав глубокий вдох, медленно ушёл в бок, чтобы не напасть на говорящую в то же мгновение. Ему было обидно, что заклинателей считают мясом, и до сих пор непонятно, почему демоны с людьми не могли жить мирно? Полузмея, кажется, что-то заподозрила: она вдруг метнулась к заклинателю, замерев в шаге от него. Её тонкие ноздри трепетали, пытаясь в цуне от шеи Ланя уловить посторонний запах. Жёлтые глаза демона весело блеснули: Ванцзи отстранённо догадался, — она поняла, что перед ней человек. Заклинатель метнулся в гущу мелких духов, понимая, что пока демоница бежит за ним, — у него есть небольшой шанс выжить. — Да начнётся Славная Охота, — громко прошипела девушка, срываясь с места. После её крика мирная процессия ожила, в рядах начали шептать «человек», оглядываться по сторонам, пытаясь на взгляд, запах найти искрящиееся от жизненной энергии, тело. Где-то сбоку раздался панический крик, который быстро стих, — Ванцзи с сожалением понял, что кого съели. — Милый, ну куда ты постоянно убегаешь? — весело пропела демоница, плавно приземлившись перед Лань Ванцзи. От шествия они отдалились примерно на семь ли, что не мешало им слышать предвкушающие вопли разгорячëнных демонов. — Не бойся, — ласково прошептала девушка, прикрывая на одно мяо змеиные глаза. — Это не больно… Ванцзи, обнажив меч, метнулся вперёд, заставив демоницу отступить на шаг. Правой рукой он вытряхнул талисман оцепенения, ногтем дорисовав недостающую чёрточку, активировал его и духовной энергией направил за спину девушки. Та, кажется, не ожидала, что заклинатель решит сопротивляться. Кажется, прежде она охотилась лишь на беззащитных жителей, понял Лань Ванцзи, после того, как та, не успев увернуться от талисмана, замерла, растерянно распахнув жёлтые глаза. Снеся голову демонице, заклинатель решил призвать неупокоеного духа, чтобы узнать, где сейчас сяньли, а в благодарность за совет — отпустить душу умершего. Узнать, где прячется сяньли оказалось легче, чем отпустить душу неупокоеного: тот захотел перед уходом взглянуть на свою дочь. Ванцзи зажёг свечу для духа Гу Бо и, поманив его за собой, пошёл искать чужую дочь, по дороге спрашивая чуть ли не каждого встречного «Не видели ли они маленькую девочку двенадцати лет по имени Ли Ксу, с длинными медовыми волосами, карими глазами и плюшевым мишкой с красным бантом на шее». К часу тигра они смогли отыскать небольшой домик с красной крышей, где сухонькая старушка ловко чинила порванную детскую обувь, сидя рядом с постелью спящей девочки, дочерью покойного. Ванцзи тихо поставил горящую свечу на подоконник, оставляя духа рядом с домом до утра, а сам отправился на выполнение задания. Неупокоенный дух подсказал, что дух старой лесной кошки, ставший демоном, обитает на кладбище, что находится в пятнадцати ли от входа в город.

***

На кладбище было настолько тихо, что был слышен стрекот сверчков. В тусклом свете луны было прекрасно видно стройный ряд каменных надгробий, над некоторыми из которых лениво курился дым, видно родственники недавно ушли с места погребения. До рассвета оставалось три сяоши… Лань Ванцзи дважды обошёл кладбище прежде, чем ему удалось отыскать насыщенный след темной энергии, ведущий за собой вперёд, вдоль ровных рядов по узкой тропинке. Сяньли заметила его раньше, чем он рассчитывал… В отличие от хули-цзинь, Сяньли не умела примерять на себе чужое лицо. Даже будучи в человеческом облике, её выдавали кровавые глаза с узким, вертикальным зрачком, в два цуня крепкие черные когти и хвосты, которые она не умела прятать. Камнем рухнув с дерева, Сяньли внезапно полоснула когтями воздух, разрезая ещё не активные талисманы оцепенения, заставляя Ванцзи отшатнуться на пару чжаней, тварь же прыгнула следом, когтями метя в горло. Из лекций учителя Лань Ванцзи помнил, что Сяньли не по нраву яркое солнце, но до рассвета было ещё далеко, а до тонкого горла нужно было постараться ещё добраться. Демон был быстрее тех, с кем он сталкивался до этого. Намного быстрее… Она знала, куда он собирается бить. И что ещё страшнее, Сяньли чуть дважды не выбила меч из его руки. Лань Ванцзи в какой-то миг смог разорвать дистанцию, оттолкнувшись от дерева, он прыгнул, чудом пролетев над головой твари и не напоровшись на её когти. Заклинатель смог быстро создать печать управления меча и направить Бичень в Сяньли, целясь ей в горло. Та смогла увернуться, но теперь она была далеко и слишком занята блокировкой ударов. Это позволило Ланю вытряхнуть из рукава несколько талисманов и, активировав их, метнуть в Сяньли. Демоница смогла уничтожить часть талисманов, но оставшиеся два смогли её ослепить. Она пропустила три удара, которые разворотили ей бок. Но тварь, кажется, даже не заметила, что её ранили, — она по прежнему сражалась с прежней скоростью и вертлявостью. Удерживать её на одном месте становилось всё сложнее. То, что ему удалось запустить вереницу огненных талисманов в Сяньли, Ванцзи счёл удачей. Загоревшийся мех беспокоил тварь раза в три сильнее, чем короткое ослепление. Следующий удар Биченем лёг ровным срезом на чужую тонкую шею. Даже с отрубленной головой тварь пыталась отомстить пять фэнь, а потом замерев в неловкой позе застыла.

***

На родной пик Лань Ванцзи вернулся вторым, после Мейхуи Аи, которая в одиночку смогла притащить тяжёлую тушку болотного демона. Нин Инъин заверила Шиди, что не стоит волноваться из-за второго места, а после Ланевских слов о том, что он и не разочарован, потащила юношу к себе, чтобы угостить чжимацю пастой из семян лотоса. И если госпожа Мейхуи следующие три дня может отдыхать, то её младшему брату и Лань Ванцзи были назначены тренировки и десять кругов вокруг горы в качестве наказания за нерасторопность.