Сборная солянка

Один из плюсов Ханджи состоял в том, что она ела все, что ей давали, и не вертела носом. Каша — значит, каша. Картошка — значит, картошка. Яйца — значит, яйца. Любую еду Ханджи воспринимала одинаково — с аппетитом, восторгом и безразличием. Еда интересовала ее только в качестве питательной батарейки для дальнейшего функционирования. Питер старался готовить что-то полезное, и на обед решил сделать печеного лосося. Единственной проблемой в готовке было то, что Ханджи не хотела оставаться одна и ныла, что ей скучно, и что она здорова, и что она сама бы могла многое сделать, и «Питер, ну пожалуйста», но врачи четко сказали: ей нельзя двигаться и напрягаться, и Питер сам видел, что рана у Ханджи от движений открывалась. Дать Ханджи мобилку было бы плохой идеей — она бы не стала упускать шанса, разбирая телефон на кусочки. И дело не в том, что телефон жалко, просто ей же запретили напрягаться, следовательно, телефон для нее опасен. Буквально, потому что увлеченная Ханджи может про все забыть, вскочить и тогда все лечение насмарку. Приходилось общаться криками. Или бегать из кухни в комнату по сто раз туда и обратно. Питер принялся нарезать лосося, и тут из комнаты, где временно поселилась Ханджи, раздался испуганный вопль: — А-а-а! Жуть какая! Убей его! Убей немедленно! Пите-е-ер! Забегая в комнату с ножом, Питер ожидал увидеть там как минимум титана из рассказов Ханджи, но… В комнате никого не было. Только перепуганная майор, тычущая пальцем на… — Пчела, — растерялся Питер. — Кого убивать? Что с тобой? — Его убей! — взвизгнула Ханджи. — Немедленно! Питер открыл окно, прогоняя пчелу газетой. Та мгновенно воспользовалась предложением и улетела по своим пчелиным делам. — Ты меня спас, — выдохнула Ханджи с таким видом, как будто Питер вынес ее из горящего дома. — Ты что, пчел боишься? — удивился Питер. Ему казалось, что Ханджи ничего не боится. И не так уж это было хорошо, потому что страх нужен для самосохранения, а у Ханджи оно напрочь отсутствовало. Но она убивала огромных тварей, не ведя и бровью, и вдруг боится пчел?.. — Это был он, — уточнила Ханджи. — У них есть различия. Ну да, я их боюсь. Они жуткие, и у меня аллергия на их укусы. Ненавижу этих тварей. Ой, а чем это так вкусно пахнет? Питер цокнул сквозь зубы и пошел выключать забытую сковороду. Пахло абсолютно невкусно. — А сколько мне еще лежать? — проныла Ханджи ему вслед. И ведь в больницу ее не отправить — назад вернут через два часа, максимум через три. В больнице Ханджи вряд ли начнет вести себя спокойнее, а врачи и так устают, они не заслужили это мучение. — Скоро будет обед! — ушел от ответа Питер.