Сор из избы

- Не знаю. На самом деле…. – она поняла, что чувствовал десять минут назад Элиас, теперь сидевший, как нахохлившийся совёнок. – Мне тоже рассказывать подробно? - Да, люблю подробности. Но можете подумать, я поставлю ещё кофе. - Хорошо… Вы же знаете, инспектор, что мой муж… - Да, - Нюстрём каким-то образом смог пролезть к своей кофеварке, хотя пространства в кабинете для этого решительно не было. - Когда Залина пришла к нам работать три года назад, мы подружились. Мой муж не любил моих старых подруг, и мне пришлось отказаться от общения с ними. А тут, на работе, он меня не мог контролировать. Да и Залина была очень хорошей. Добрая, с ней всегда можно было посмеяться, поболтать, поменяться с ней косметикой. В тот год у нас был Рождественский корпоратив, на него она не пришла. Зато пришёл мой муж. Он явился неожиданно, хотел отвезти меня домой. В этот момент я танцевала с Каарле Койвисто. Ничего такого, мы просто танцевали и о чём-то болтали. Муж вышел из себя. Дома был грандиозный скандал, и на следующий корпоратив он пошёл со мной. Макс держался отстранённо, не подходил ко мне, наблюдал издалека. Там он познакомился с Залиной. И они переспали. Прямо в подсобке ресторана. И я их за этим застукала. Думаю, Макс уже вам сообщил, что это я убила Залину, так что делюсь, так сказать, второй стороной медали. - Что же, не буду скрывать, он накатал на вас заявление. Но, когда вы отлучались от стола, Залина была ещё жива, - Нюстрём наполнил их с Элиасом кружки новой порцией кофе и поставил вариться ещё одну. – Так себе версия у него. К тому же, знаете, я люблю порядок. И подробности. Так что ваши соседи не ушли обиженными. Айли поморщилась и отвернулась. Ей совсем не хотелось, чтобы какой-то ЦКПшник был в курсе её личной жизни. - У них была одноразовая интрижка? - Насколько я знаю, да. Залина ужасно расстроилась. Она постоянно пыталась как-то загладить вину… Ну, она считала, что это её вина. - А вы? Что считаете вы? Айли стоило большого труда это выдавить: - Это Макс. Макс специально всё устроил, чтобы меня позлить и унизить. - Пока что последний вопрос. Я узнаю, вы успели устать от него в больнице, но прошу вас ответить максимально честно. - Почему я не заявляла на мужа раньше? Нюстрём кивнул и, упёршись подбородком в сложенные одна на другу ладони, уставился на неё. Айли было не по себе. Она отвела взгляд, благо на глаза попались его кольца. Тонкое, светлое, но явно не серебряное, как то, что она оставила в квартире Макса. И второе – из золота. Они оба казались старыми. «Какая женщина выдержит этот взгляд нашего инспектора каждый день?». Айли поёжилась. «Не завидую ей… А, впрочем, в первую очередь себе не завидую. И почему я не ушла три года назад? Ещё до этой истории с Залиной?». - Не знаю. Было стыдно. Да и куда мне идти? Я даже не второй свежести. Мне тридцать три. И потом, так же все живут. Да и я не была хорошей женой. У меня нет времени наводить порядок, готовить. И я никогда не могла понять, что ему нужно. После стольких лет брака, я не могла угадать, что ему понравится. В еде, в постели, в цвете занавесок. Куда мне другой мужчина? Вам же нужно, чтобы вас понимали, а я, кажется, лишена этого дара. Угадывать. - Хорошо. А сейчас вы тогда что собираетесь делать? – Нюстрём нахмурился. – Заявление вы написали, соседи рассказали много интересного. Другого мужчину искать, как я понимаю, не будете. И что? На кладбище? Почему вообще нужны какие-то мужчины? - Я не знаю. Не знаю, почему обязательно надо быть замужем, но я так воспитывалась, - слова Айли ей же самой казались бредом. – Не знаю, почему так надо. Я не видела ни одного счастливого брака, честно говоря. Я хочу пожить одна, понять, чего я хочу. А там посмотрим. - Я вас услышал. Ну, теперь вы, герр Татти. Нюстрём налил себе кофе и выжидательно уставился на Сашу. - Герр Татти? - Летом мы с Залей должны были пожениться. Айли почувствовала себя дурно. Саша ей нравился – во всех смыслах. Большой, смешной, надёжный. У них было много общего. Если бы не Макс, она позволила бы себе флиртовать с ним. - Я уже говорил, что люблю подробности? - А на что вам? - Поверьте, люди иногда сами не догадываются, что какие-то обыденные для них вещи могут позволить понять преступника. - Ну что такого я могу знать о Зале, что вы найдёте… - Герр Татти, сколько вы лет в полиции? Вы знаете, что я нахожу. Их всех. Саша неожиданно встал и, подхватив свою кружку, пробрался к окну. - Не надо, я допью за вас, - Нюстрём успел его остановить, - отдайте кружку по-хорошему, а то я буду стрелять. Бек, прошу, вы ближе, изымите у него кофе. - Саша, отдай, пожалуйста, кофе герру Нюстрёму, - Элиас максимально драматично протянул руку коллеге. - Кофе ни в чём не виноват. - Да дышать после него не могу! - Саша, дружочек, - Айли решила, что может вмешаться. – Что с тобой? Ну, отдай кофе, раз инспектор просит. Зачем в окно выливать? - Не могу я больше, - Саша так и не отходил от окна. – Залинка… - Вы очень поможете найти того, кто это сделал, если всё мне расскажите. Более того, вам станет легче. Ваши коллеги, я уверен, тоже вас поддержат. Да и этот кофе не убивал вашу невесту. - Слышал я про вас, всё в души лезете. Зачем? - Дальше меня и моих доверенных людей это не идёт, и это действительно помогает. И вам, близким жертв, и нам, следователям. Молча вернув кружку инспектору, Татти сел на свой стул, не удосужившись закрыть окно. Вместо него это сделала Айли. - Я Залину знал с рождения почти, - Саша вытер покрасневшие глаза. – Её семья поселилась по соседству от моих родителей, когда приехали сюда. Хорошие люди. Душевные. Я ближе с ними сошёлся, когда развёлся и обретался у своих. Залинке было уже семнадцать. Ну, и завертелось у нас тогда. Тайно, конечно. Я ж насколько её старше. Да семья у неё строгая. А она – страсть какая умная. Была умная… Я ей и посоветовал, поучиться, поработать да идти к нам, в полицию. Я тогда уже тут служил. Вот она и пришла… Мы тогда недолго шашни крутили, ей гулять хотелось, подарков, тряпочек, с подружками посидеть. А у меня не было денег, да и некуда её привести было. Не мыкаться же с такой девочкой по номерам? А если по номерам, то надо же красиво. Шампанское, цветочки, милость какую маленькую хотя бы. В общем, расстались мы тогда. Год вместе были всего. Я её никогда не забывал. Но жизнь своё берёт, я больше не мог бегать по улицам, подучился, перевёлся в отдел криминалистики. А тут и она устроилась работать к Койвисто. Чуть не убил Каарле, когда он её окрутил. Мою Залину. Мою, - Саша упрямо выпятил губы. – Но куда деваться… Не рассказывать же было. И потом, у меня тоже тогда женщина была. Красивая. Но не Залина. Я видел, что она мужчин перебирала, больно было от этого. А потом наткнулась на обезьяну твою, - Татти кивнул Айли. – На Макса. Ни рожи, ни кожи. Всё богатство – Айли. Двух баб обкрутил. Ты не знаешь, он больше раза с ней виделся. После того корпоратива всё прохода не давал, цветы дарил, машину обещал купить. Жениться предлагал. Она у меня сидела, плакала. Тебя жалела, себя винила, от него пряталась. Ну, и пошло-поехало. Мы хотели в июне расписаться. Без пафоса. Её родители, мои дети и всё. Но платье белое, фотографии. Кольцо я Залинке красивое купил у одного ювелира. Простое, но прямо для неё. Она уже платье заказала. Жаль, не успели сшить, а так в нём бы схоронили. Думали после вечеринки этой на следующий день, раз уж выходной, идти билеты брать в Италию. Залинка туда хотела. - Я так понимаю, вы всё же рассказали её родителям о ваших отношениях? – Нюстрём что-то снова записал в своём блокноте. – И как ваши дети отнеслись к вашему новому браку? - Её родителям не говорили, и моим мелким тоже. Хотели ближе к делу их собрать, - Саша выглядел ещё более потерянным, чем раньше. – Вы знаете, кто?.. - Я не могу вам сказать. Даже вам, Саша, - покачал головой Нюстрём. – Но вы узнаете первым, когда я задержу преступников. Инспектор Нюстрём обвёл их взглядом, снова пустым и безразличным, и поднялся. - Благодарю за службу. Я буду с вами на связи.