Сор из избы

- Боже, у тебя опять новое пальто?! Ексель, я не успеваю на ус наматывать, что модно в этом сезоне. - Где-то посеяла поясок от старого, - Даниэла забросила обновку на вешалку и села за их столик. – А без пояса оно совсем не смотрится. Да ещё и испачкала его. Ну, что в последний раз вместе? - Ну, с тобой я увижусь точно, - Нетта жестом позвала официанта. – Ты-то никуда не уходишь. - Я так устала за эти годы, дорогие мои девочки, - Даниэла устало посмотрела на их кружки с кофе. – Что даже не знаю. - О, мой Бог! Мне что, одной тащить все дела? Айли ушла, Саша ушёл, остались только ты и Каарле из старой гвардии! - А что, Саша тоже ушёл? – Айли отставила своей кофе. – Совсем? - Да. На пенсию. Уже перевёз вещи в Котку, - Нетта с сожалением посмотрела на свою чашку. – Лучше бы взяли водки. Такое дело и на сухую… - Саша, конечно, большая потеря, но Айли... Можно подумать, ты не знала, что девочке у тебя скучно! - Даниэла покачала головой. - Да, детка? - Кофе тоже ничего, - она не стала отвечать на вопрос. Говорить о своём уходе перед уже бывшей начальницей Айли было неудобно. Они уже побеседовали по телефону и лично, и сложилось впечатление, что Нетта считает её предательницей. Айли согласилась прийти в кафе только потому, что приглашала их Даниэла. - Ну, я думаю, вы уже знаете, - полицейская пригладила свои почти черные локоны. – С понедельника мы выходим на работу. Брууно, Оути, Хилма и Каарле уже завтра будут в конторе. - Коварный Нюстрём наверняка давно знает, кто убийца. Зачем он тянет? – Нетта передёрнула плечами. – Что ещё за штучки-хуючки? На него не похоже. - Да что он знает. Никаких следов, никакого мотива. Это слишком сложно даже для него, - Даниэла пожала плечами. – Давайте лучше выпьем ещё кофе. В честь ухода Айли. Она всегда хотела работать в бригаде, сотрудничающей с отделом уголовных преступлений. Я же права? - Я там начинала, - Айли откашлялась. – Там было очень интересно работать: без постоянного саморазвития никак. Я надеюсь, что меня отправят на обучение. - Что поделаешь, я бы была рада, если бы в Финляндии торговали белым товаром направо и налево, чтоб твоя душа была довольна, и чтоб сидела ты, да пальчики откатывала, - Нетта завела руки за спину и перевела взгляд на неё. – Но нет, душка, не в моих это силах. Да даже там тебе будет скучно, если только не попадёшь в группу, обслуживающую Нюстрёма. - А он-то тут причём? Он же работает в ЦКП. - Фю, детка, так ты не в курсе, - Нетта закурила. – Нюстрём начинал в уголовном отделе. Он был даже главой, очень недолго, и его назначили туда только затем, чтобы он погряз в административном производстве. А он так и продолжил бегать по улицам. Видимо, плохо душили... И до сих пор он лезет в их дела. Но, кажется, теперь административка его придушила… - Что вполне вероятно – нашего убийцу он так пока и не нашёл, - Даниэла сделала глоток кофе и поморщилась. – Слишком много бюрократии для этого дилетанта. - А он дилетант? – изумилась Айли. - Зачем тогда его поставили расследовать убийство Залины? - Он не любит рутину, - протянула Даниэла, отставив кружку. – Ему подавай что-то необычное. Слышала про того мужика, которого убили из строительного пистолета? - Все бы хотели спустить дело Залины на тормозах, - добавила Нетта. – Такой ужасный случай, и в наших рядах….. Думаю, Нюстрёму просто сказали придержать коней. Никто не хочет позорить полицию сенсационными разоблачениями. - Это точно, - протянула Даниэла и махнула рукой проходившему мимо официанту. – Эй, человек! Мне кофе со сливками и эклер с заварным кремом! - Элла, а как же диета? - Да пошла она чёрту, - полицейская откинулась в кресло. – Может, мне тоже на пенсию? Я уже не девочка. - Только попробуй, - Нетта пригрозила ей кулаком. – И вообще, мало того, что мы вот эту курочку сдали с рук на руки по работе, - она кивнула на Айли. - Надо ей ещё мужика найти, раз уж ей собаки не по душе. Ты сейчас, вообще, где живёшь, красотка? - Да так, в гостинице, - соврала Айли. Врать она не любила, но чутьё подсказывало ей, что не стоит пока рассказывать, где она поселилась. – Ищу квартиру. И всё не нравится. - Ты звони, если что, мы можем с тобой сходить, - предложила Даниэла, но тут ей принесли заказ. – Ах, сладкое! - Ты уже сказала Беку, что уходишь? – Нетта допила свой кофе и взяла меню. – Если да, то это объясняет, почему от него никаких вестей. - В смысле? - Так повесился, наверное, с горя. Как же он без тебя будет? - Ничего, Каарле имеет на него большие планы, - протянула Даниэла. – Господи, какие мужчины дебилы. - Ой, да, - согласилась Нетта. – Так сказала или нет? - Нет, - Айли снова пришлось соврать. – Не могу до него дозвониться. Вечно у него какие-то дела. Даже заехала к нему как-то раз, но не застала дома. - Я тоже заезжала к нему, - поделилась Даниэла. – Надо было поговорить. Но его не было дома, хотя было слишком рано, чтобы куда-то смыться, в пять утра приличные люди дома сидят, но не он. И трубку почти не берёт. Написал смс, что будет доступен, когда вернётся в контору. Пригрела змею на груди! Айли напряглась. Они с Элиасом не сидели дома постоянно, и она действительно редко его видела: Бек каждый день надолго уходил из дома, чаще всего вечером. Но они не слышали звонков интеркома или в дверь, тем более утром. - И не завидно тебе, что парень твоего Брууно уделал? – Нетта прищурилась и подозвала официанта. – Мне, пожалуйста, бокал вина. Полный. - Так я этого засранца тоже считай воспитала, - Даниэла дождалась, пока официант уйдёт и закурила. – Помню, как ещё совсем зелёный он ко мне обедать бегал. Смешной такой был. А теперь, видишь ли, комиссар. И это несмотря на случай с Каарле. - Так его всё же повысили? – Айли не пришлось изображать удивление. – Какие новости! - Да. Говорят, за него попросил кто-то, кто выше даже Фабрициуса. - Шеф столичной полиции? - предположила Айли. - Старик любит Фабрициуса, а Фабрициус... - Может быть. Старик уходит на пенсию. Нетте принесли вино, и они на некоторое время замолчали. - А кто будет новым директором? -Айли стало действительно интересно. Она слышала какие-то разговоры об отставке Старика, как они звали большое начальство, но потом убийство Залины затмило это событие. – Есть уже слухи? - Есть, - с омерзением протянула Даниэла. Казалось, она сейчас зашипит. – Сама догадаешься или дать подсказку? - Фабрициус? У него достаточно опыта. - Фабрициус тоже собирается на пенсию через пару лет, - покачала головой Нетта и хихикнула. – Не он. - Копра из уголовного? Он тоже опытный коп. - Его так и похоронят в его шляпе вместе с сигарой. - Тогда не знаю. Кто-то из Тампере? - Нюстрём, - прошипела Даниэла. – Убила бы! Как всегда эмоциональная, она сжала кулаки, и залпом допила латте. - Человек! Мне тоже выпить! Виски! Двойную! - Элла, они, конечно, люди, но звучит так, словно ты его гандоном обзываешь, - недовольно заметила Нетта. – Я тоже не в восторге от Нюстрёма, но могло быть хуже. Прислали бы «варяга», и как с ним работать? А Феликса все знают. Свой он. Наш. - А он и есть «варяг». Он же начинал в Турку. И он – швед. - Он из Хельсинки, Элла, очнись! Да и кто в полиции не швед? У всех эти черти наследили в роду. Полиция — это же традиционная для шведов работа. У тебя тоже дед был шведом, причём настоящим. - Надеюсь, министр внутренних дел не подпишет приказ о его назначении, - Даниэла отодвинула от себя пустую чашку из-под кофе. – Айли, ты не хочешь выпить? - По правде говоря, у меня сейчас танцы, - она снова соврала, но она решила, что лучше соврать и уйти, чем остаться и врать дальше. – Я пойду. Айли точно знала, что Нюстрёма она боится. Но Саша хорошо отзывался об инспекторе. Как и Элиас. Подумав о нём, она расстроилась. Бек ещё утром предупредил её, что будет работать несколько дней и не появится дома до вечера четверга, так что она отправилась гулять, попутно размышляя о необъяснимой неприязни Даниэлы к инспектору ЦКП. Она вышла на улицу Маннергейма и побрела в сторону вокзала. «Слишком много странностей», - подумала Айли, огибая немногочисленных в этот час прохожих. «Убийство Залины, отравление Элиаса…. Брууно тоже странно ведёт себя в последнее время. А теперь ещё и его мать». Обойдя музей современного искусства, она свернула в парк. «И ещё этот инспектор…. Все говорят, что он работоспособный, раскрывает всё на раз-два. Да, в конце концов, это же дело чести! Залина работала в полиции! Элиас полицейский! Почему никто ничего не делает?». Айли немного постояла, разглядывая воду в Тёёлёнлахти. Она не была следователем, и понимала ещё меньше, чем Элиас, но и тот терялся в догадках. «Если бы мы были в США, я бы ничему из этого не удивился и списал всё на месть какого-нибудь наркобарона», - сказал он ей несколько дней назад, когда они валялись в постели. «Да и то, было бы логичнее нанять кого-нибудь, кто меня застрелит. Но мы в Финляндии, и я не понимаю, что происходит. Я даже не ловлю контрабандистов, это к коллегам из ЦКП, я занимаюсь оборотом внутри вот этого города, и только подкидываю идеи ребятам. Кому я нужен? А, тем более, кому сдалась Залина». Погода стояла хорошая, и Айли сама не заметила, как прошла под железнодорожным мостом и оказалась у парка аттракционов. Повернув направо, она едва не выругалась вслух. Ноги привели её к старому месту жительства, к дому, где жил Макс. Она не была уверена, что его не отпустили, и хотела бы его не встречать до конца своих дней. Словно бы подтверждая, что лучше уносить ноги, ей навстречу из-за угла вывернула компания парней. Все трое выглядели помятыми и очень неопрятными. Это была особенная неопрятность, не связанная с грязью. Просто слишком заношенная и одежда не по погоде. Слишком отёкшие лица. Айли сразу бросился в глаза идущий посередине ссутулившийся молодой человек с ярко-красными волосами, ещё до того, как они приблизились к ней. Он шёл, положив руки в карманы и старался скрыть лицо за торчащим воротником куртки. - Эй, тётка, освободи проход, - идущий сбоку от сутулого толкнул её в плечо. Двое других гаденько захихикали. – Встала тут, жиробасина. Айли посторонилась от греха подальше, и троица прошествовала вниз по улице. К сожалению, ей надо было в туда же, чтобы сесть на трамвай. Она уже развернулась, чтобы последовать за ними, когда сутулый повернулся так, что были видны только его глаза и часть носа, и бросил на неё странный взгляд. В его глазах было одобрение и теплота. Из-за того, что красноволосый остановился буквально на секунду, чтобы посмотреть на неё, Айли успела заметить его неестественно широкие зрачки. Она остановилась, чтобы не плестись за ними следом, и тут у неё мелькнула странная мысль. Ей были знакомы и этот взгляд, и эти глаза. «Этого не может быть», - её бросило в пот. «Элиас?!». Первой мыслью было окликнуть его. Второй – догнать и как следует надавав пощёчин, спросить, что же тут происходит, но Айли остановилась. «Это не может быть Эли. Он выше ростом, худее, у него другая походка, он иначе держится», - подумала она, а потом одёрнула себя. «Дура, он же прекрасно перевоплощается. Но зачем? Что он делает в компании каких-то сомнительных типов? Что у него со зрачками?». Постояв, Айли решила, что это всё же мог быть не её любовник. «Я же видела его утром. Можно изменить походку, надеть парик, но так пообтрепаться невозможно. У этого парня что-то не то с лицом. Наверное, просто похож». И всё же, она не могла успокоиться. Троица уже удалилась и достигла своей конечной точки: входа в ближайший супермаркет. Помявшись, она приняла решение. Достав из сумочки мобильный, она приложила его к уху и сделала вид, что разговаривает: - Что? Не слышу тебя! Да где ты стоишь, я уже как дура час бегаю по улице и пытаюсь тебя найти, - она надеялась, что у неё получилось убедительно изобразить раздражение, и огляделась. – Саара, что с твоим телефоном? Ты пропадаешь! Я рядом с тем кафе, о котором ты говорила. Что? Она прошла мимо супермаркета и несколько раз прошлась туда-сюда, исподтишка разглядывая сутулого. Ей хватило двух таких походов, чтобы понять, что перед ней не Элиас. У красноволосого парня на щеке был шрам, а на тыльной стороне ладони виднелись татуировки. У Айли отлегло от сердца, и она едва не забыла, что «говорит по телефону». В конце концов, она удалилась в нужном ей направлении. Уже в трамвае она снова почувствовала сомнения, но возвращаться не стала. «Это не Элиас. Элиас занят своими полицейскими делами. А у меня и в самом деле сегодня ещё танцы». На следующий день первым делом она пошла в торговый центр, где договорилась встретиться в кафе с сестрой. - Прости, что так получилось на прошлой неделе, - Ирма заговорила первой. – Не надо было пускать мать. И спасибо за мальчиков. - Это же мать. Если бы ты её не пустила, она поджидала бы меня на твоём крыльце. Вы действительно собираетесь разводиться? - Он уже подал заявление, - Ирма довольно улыбнулась. – Скоро буду как ты, свободна. Столько лет потратила с человеком, которого не любила. - Тебе двадцать пять, у тебя ещё вся жизнь впереди. Не то, что у меня. Он оставит тебе дом или детей? Или и детей, и дом? - Мы договорились, что он купит мне квартиру. Маленькую. А остальное пусть себе всё оставляет. Дети будут на выходных у меня, а в будние с ним. Я никогда не была хорошей матерью, и терпеть не могу с ними возиться. Воскресная мама из меня точно выйдет лучше. - Вижу, вы уже всё решили, - Айли покачала головой. – А дети как это всё воспримут? - В последний год мы только и делали, что орали друг на друга. Им будет гораздо лучше, если их родители будут спокойными и весёлыми. - Пока я жила у вас, всё было спокойно. - Конечно, мы же не хотели тебя беспокоить. Мы бесимся друг от друга, но иногда можем и объединиться. Мне кажется, теперь мы даже сможем дружить. Главное, разъехаться. Кстати, я хотела спросить, ты не нашла себе жильё? Я хочу сбежать от них как можно скорее и начать восстановление в колледже. А покупка квартиры дело не быстрое. Если ты не против, я бы пожила у тебя. - Не сняла я никакую квартиру, - призналась Айли. Она не планировала хоть кому-то рассказывать про то, что происходило с её личной жизнью, но просто отказать сестре, у которой она так долго прожила, не аргументировав, Айли не могла. - И? – глаза Ирмы загорелись. – Ты же не живёшь до сих пор у коллеги? - Живу, - коротко ответила она. В ответ её сестра подпрыгнула на стуле. - Боже мой, Айли! Это же не просто так?! По глазам вижу, что мужик у тебя появился! Вот так, быстро?! - Мы давно знакомы. И, оказывается, он давно в меня влюблён. Даже странно. - Это тот ингерманландец?! Тот, про которого ты всё говорила, что он весь такой настоящий мужчина?! - Нет. Это Элиас Бек. Его ещё по телевизору показывали в связи с той бандой и убийством…. - Тот симпатичный парень? Такой, светло-русый в идеально сидящем мундире?! О, Айли, - Ирма готова была захлопать в ладоши. – Вот это да! - Только не говори никому, ладно? А то пойдут ещё разговоры. А уж мать как взбесится. - Я с ней вообще не общаюсь, можешь быть спокойна, - её сестра снова помрачнела. – Интересно, как папа её терпит? И откуда вообще у неё это в голове? Я звонила бабушке и деду, чтобы самой им всё рассказать, ну, про развод. Они в шоке, но на моей стороне. Не на маминой. - Надо бы мне тоже им позвонить, - спохватилась Айли. – Наверное, они ужасно волнуются. Я несколько недель с ними не разговаривала. - Позвони. Так что этот твой Элиас? Какие у вас планы? - Я не знаю. Я сначала думала, что ну хоть пересплю с красивым мужиком на старости лет, но он… - Айли задумалась. – Наверное, я к нему привязалась. Он внимательный, заботливый, свой – он понимает, что я люблю нашу работу, и сам такой же. С ним… Не знаю, уютно. Комфортно. У него нет каких-то выбешивающих привычек в быту. Он… Эм, - она поняла, что покраснела. – Он просто огонь, ну ты поняла. Но я не знаю, что он думает по поводу нас. А спрашивать, наверное, ещё рано. - В любом случае, ты отлично проводишь время, а это самое главное, - Ирма потянулась. – Ты заслужила. После кофе с сестрой, Айли поехала в полицию. Она решила не тратить время в понедельник и перетащить все свои вещи в новую лабораторию в свободное время. По дороге она завернула в отдел по борьбе с наркотиками. Брууно помахал ей рукой и вылез из-за своего стола. - Привет. Пришла попрощаться? - Да мы же всё равно все вместе работаем, ещё свидимся, - она повертела головой. -А где Элиас? - Не знаю, - полицейский пожал плечами. – А он должен быть здесь? - Мне казалось, что так. Вчера видела твою маму, она говорит, что до него не дозвониться, и что его нет дома. Я пыталась тоже с ним связаться. Он говорит, что у него какие-то дела. Вроде бы, расследование. Брууно поменялся в лице и скоро стало ясно, почему. У него из носа потекла кровь. Он рассеяно вытерся платком и пожал плечами. - Я ничего об этом не знаю. Но он должен заехать сегодня за новой формой. Его же повысили. - Да, Даниэла сказала. Как думаешь, он будет проставляться? Брууно пожал плечами. - Я пойду, много дел накопилось. Был рад тебя увидеть, - ещё более рассеяно сказал он. – Пока. Айли пожала плечами и пошла в лабораторию. Её новый начальник обрадовался, увидев её с вещами на пороге. - О, вот и подмога пришла! Знаю, знаю, что ты с понедельника, но у нас тут сложный случай, - он потащил её к ещё одному дактилоскописту. – Вот, боимся на это дышать, а там могут быть пальчики. А они позарез нужны, доказательной базы и так пшик. Она с удовольствием осталась и не заметила, как просидела до вечера. Уже около десяти, она с удовольствием размяла спину и, довольная собой и проделанной работой поехала домой. Уже больше недели «домом» она называла квартиру Элиаса. По дороге она остановилась в ещё работавшем баре и с удовольствием выпила пива, отмечая свой первый рабочий день, пусть и неофициальный, на новом месте. В парадном она оказалась уже ближе к полуночи и, стараясь не шуметь, поднялась пешком на нужный этаж и открыла дверь. Судя по ботинкам, Элиас уже вернулся. Айли тихо оставила сумку в холле и сразу скользнула в ванную. После душа она пошла в спальню, стараясь издавать как можно меньше звуков. Бек спал в странной позе. Казалось, он просто упал на кровать и отключился, даже не укрывшись одеялом. Айли на секунду стало страшно. Она вспомнила все их разговоры про мотивы отравления. «Я, оказывается, боюсь за него», - подумалось ей. Осторожно подойдя к кровати, она села и прислушалась. Элиас дышал, и она смогла выдохнуть. Накрыв его сверху пледом, она тоже улеглась. Заснуть сразу не получилось, пиво просилось на выход, да и возбуждение от работы не оставляло её. А когда она всё же задремала, её снова напугал Элиас. Во сне он всё же перевернулся на спину и вскоре стал странно, подсипывая дышать. Казалось, ему было больно или снился кошмар. Айли осторожно погладила его по плечу, и вскоре сипы сошли на нет. Элиас снова перевернулся, на этот раз на бок, не просыпаясь, и выдохнул.