Entwined

Ноябрь 2014 года, воскресенье, одиннадцать двадцать утра, закусочная

Брайан сидел за столиком в одиночестве. Его поведение не выдавало того, насколько напряженным и нервным он себя чувствовал на самом деле. Он пытался читать статью в деловом разделе «The Pittsburgh Gazette» и никак не мог сосредоточиться на словах, которые отказывались проникать в его мозг. Он то и дело поглядывал на дверь. Неожиданный ливень заслонял улицу от посторонних глаз сквозь мутные окна закусочной. В любой момент здесь должен был появиться Джастин, с которым он собирался пообедать, а затем отправиться к сыну, чтобы провести с ним вторую половину дня. Брайан позвонил Линдси, чтобы предупредить ее о присутствии Джастина, и она настояла на том, чтобы они остались у них дома, вместо того чтобы идти гулять с Гасом. Брюнет хотел было отказать, но в итоге решил, что Джастину и Линдси нужно время, чтобы восстановить отношения. Поэтому он планировал остаться дома и поиграть с Гасом в футбол на заднем дворе, — если позволит погода, ведь на данный момент шел дождь, — чтобы старые друзья могли побыть наедине. Ему не терпелось увидеть лицо Джастина, когда тот поймет, что происходит. Пригласить Джастина составить ему компанию при встрече с Гасом было большим шагом для Брайана. Правда заключалась в том, что раньше он представлял себе, как они втроем будут заниматься чем-то повседневным, тем, чем обычно занимаются натуралы; то есть, когда позволял своему разуму путешествовать туда, где никто и никогда не мог представить себе такого мужчину, как он. Хорошей стороной фантазий было то, что они не были реальными, поэтому он мог представить себе то, что обычно никогда бы не сделал, и Джастин всегда был частью этого. Тряхнув головой, он зажмурился и проверил свои яйца — вдруг они отвалились незаметно от него — и вздохнул с облегчением, после чего поднял глаза на раздавшийся звон колокольчика. Его пульс участился, как только он заметил его: Джастин стоял у входа, вытирая ноги о приветственный коврик. Капли дождя медленно стекали по его волосам и лицу. Он снимал куртку, глядя вниз и явно ругаясь себе под нос. Пробежав взглядом по его телу, Брайан заметил, что кроссовки и джинсы Джастина полностью промокли. Эта картина завораживала, и Брайан понял, что с самого начала у него не было ни единого шанса сопротивляться Джастину. Возможно, он и пытался бороться против того, чтобы блондин снова вошел в его жизнь, но сейчас уже не помнил, почему, и даже мог признать, что возвращение Джастина, даже в качестве друга, было лучше его отсутствия. Более того, ни Брайан, ни Джастин больше не были «девственниками» в вопросах любви. Первая настоящая любовь в жизни — это такая особенная, часто беспричинная, страсть, затмевающая все остальное. Хотя Брайан искренне любил Джастина, в глубине души он знал, что его любовь была разрушительной. Страсть, так сказать, ввергла разум в пламя; взросление было худшим кошмаром для Брайана, но принесло мудрость, которая сделала каждый момент жизни — и любви — еще более ценным. Черт, при виде Джастина его разум полностью захватили тревожные мысли. Взяв себя в руки, Брайан спокойно посмотрел на Джастина, приподняв бровь, когда блондин, наконец, окинул закусочную взглядом и увидел его. Брайан был рад, когда на лице Джастина появилась искренняя, яркая улыбка, когда их глаза встретились, и только потом Джастин отвел взгляд. Блондин подошел к нему ближе, поджав губы, чтобы не улыбаться еще шире, и наконец встал рядом с Брайаном. — Итак… — Брайан ухмыльнулся и окинул взглядом тело Джастина, задерживаясь на промокших джинсах. — Тебе было бы удобнее, если бы ты снял штаны? — продолжил он нарочито сексуальным тоном. — Как всегда, сразу к делу… — покраснев, засмеялся Джастин. — Я такой же гей, как и они, — подтрунил Брайан. — Ты, как никто другой, должен помнить об этом, — дерзко добавил он с блеском в глазах, отчего Джастин покраснел еще сильнее. — Я помню, — тихо ответил Джастин с озорным огоньком в глазах. Брайан коротко усмехнулся его ответу. Он решил не развивать их намеки — во всяком случае, пока. — Хотя, если серьезно, тебе стоит попросить полотенце или что-нибудь в этом роде. Ты можешь отморозить себе задницу, если останешься в таком виде, — заявил Брайан, а затем добавил, игриво нахмурившись, глядя на задницу Джастина: — И это было бы очень обидно, — ладно, это была не его вина, что он не мог сдержаться. Джастин хихикнул. Брайану всегда нравились мокрые мужчины. — Я в порядке. Я помню, как тебе нравится вид мужчины в душе, — поддразнил он, усаживаясь напротив Брайана и кладя мокрую куртку на сиденье рядом. — Так ты хочешь соблазнить меня, да? — промурлыкал Брайан, наклонившись немного вперед и наслаждаясь флиртом между ними. Это было намного лучше, чем все то напряжение, которое они испытывали при каждой встрече в последнее время. Если бы Брайан знал, что все будет так легко, он бы перестал бороться гораздо раньше. — Может быть… — протянул Джастин, застенчиво моргая. Его ресницы блестели от дождя. Брайан поднял брови в ответ, а затем прочистил горло. Джастину не нужно было знать, насколько эти слова его завели. Он уже чувствовал, как твердеет член в штанах, когда перед глазами промелькнули образы обнаженного и мокрого Джастина. Конечно, хорошо, что он никогда не стеснялся демонстрировать стояк в общественном месте, но ему действительно не хотелось этой заметности, когда Джастин сидел прямо перед ним. Безопаснее было вернуть разговор к более простым темам, которые не касались ни мокрых мужчин, ни секса, ни… Но кого он обманывал? Любой разговор с Джастином мог быть опасен для него. — Итак, мистер Тейлор… Как поживаете? Старый добрый Питтс хорошо относился к вам с тех пор, как вы вернулись? — спросил Брайан с ухмылкой, подавая сигнал официанту, чтобы тот подошел и принял их заказ, устремив на него пристальный взгляд и подняв палец. — У меня все довольно хорошо. Правда, у меня было мало времени на что-то еще, кроме работы, — ответил Джастин. Брайан кивнул, когда к их столику подошел молодой официант. Это был двадцатилетний парень, запавший на Брайана с тех пор, как тот трахнул его несколько недель назад. Брайан фыркнул, когда юноша, заикаясь, спросил, что он хочет на обед, отчего Джастин закатил глаза. Восемь лет прошло, но некоторые вещи, очевидно, никогда не изменятся. — Ты трахнул его? — посмеиваясь, спросил Джастин, уже догадавшись, почему официант покраснел на десять тонов после того, как Брайан спросил о том, почему он продолжает стоять здесь спустя двадцать секунд после составления заказа. Брайан игриво посмотрел на Джастина, приподняв брови, радуясь, что блондина забавляет его затруднительное положение. Сменив тему, он спросил: — Как твоя мама? Сестра? — с тех пор как Джастин вернулся, у Брайана не было возможности расспросить его о семье; Молли была еще ребенком, когда они виделись в последний раз, но сейчас ей должно быть около двадцати лет. — Мама собирается переехать сюда в ближайшие пару месяцев. Пока она живет в Филадельфии, но хочет вернуться, чтобы быть ближе к моей бабушке, — рассказал Джастин. — К бабушке? — Брайан наклонил голову, ни на секунду не веря в эту единственную причину. — Ну… и ко мне… — добавил Джастин под дразнящим взглядом Брайана. — А Молли — она в Нью-Йорке, работает в PR-фирме. — Сколько лет этому отродью? — спросил Брайан. Он всегда так ее называл. В конце концов, она была сестрой Джастина. — Двадцать три, — Джастин с ухмылкой посмотрел на Брайана. — Господи… — пробормотал Брайан, скорчив гримасу. — Как это возможно? Ей было лет двенадцать, когда я видел ее в последний раз. — Ей было пятнадцать, — усмехнулся Джастин. — Все равно… — продолжил Брайан. — Она была надоедливой соплячкой. А сейчас она просто такая… старая. — Двадцать три — это старость для тебя? — рассмеялся Джастин. — Ты знаешь, что я имею в виду… Первое, что ты узнаешь, — это то, что она объявит о своей помолвке и о том, что у нее на подходе ребенок, — Брайан поморщился при этой мысли. — Вообще-то… Она ждет близнецов со дня на день, — торжественно заявил Джастин, явно наслаждаясь испугом Брайана. Он не смог сдержать хихиканья, когда увидел, как расширились глаза брюнета. — Нет, — настороженно возразил Брайан, не совсем уверенный в этом. Джастин разразился хохотом, и Брайан понял, что его разыгрывают: — Ах ты, маленький засранец, — прорычал он с усмешкой, игриво смахнув руку Джастина со стола, на что блондин рассмеялся еще сильнее. Брайану нравился этот звук. — Ты бы видел свое лицо… Это было бесценно, — ответил Джастин, ярко ухмыляясь. Брайан сжал губы, чтобы улыбка не стала шире. — Ты заплатишь за это, — произнес он, не задумываясь. Они смотрели друг другу в глаза, и воздух вдруг наполнился ощутимым сексуальным напряжением. Подобные моменты навевали воспоминания о том времени, когда Джастин отвечал Брайану «Я рассчитываю на это» или что-то в этом роде, и Брайан вытаскивал его оттуда и выполнял свою манящую угрозу, трахая Джастина часами. Сейчас Брайан с удивлением осознавал, как легко ему было дразнить Джастина и возвращаться к их старым играм, даже спустя столько времени. Конечно, это была иллюзия, потому что, на самом деле, им было не так комфортно друг с другом, как раньше, зная, что произошло между ними и насколько болезненным был их разрыв. Но было ли разумно чувствовать себя так хорошо в присутствии Джастина? Брайан знал: ему следует держаться настороже, и все же… В доверии к своим инстинктам была своя правда, верно? Возможно, в будущем он будет вести себя более осторожно, но сейчас он наслаждался моментом и не хотел слишком много думать. Поэтому просто позволил неловкому моменту пройти и продолжал задавать Джастину вопросы, получая от этого слишком большое удовольствие, чтобы остановиться или задуматься о последствиях. В течение следующих нескольких часов они говорили обо всем подряд, как два старых близких друга. Брайан задал еще несколько вопросов о профессиональном опыте Джастина в Чикаго, Нью-Йорке и Европе. Они даже поговорили о Тайлере, и, хотя Брайан почувствовал жжение в груди, когда Джастин заговорил о своем бывшем парне, он заставил себя прислушаться к воспоминаниям Джастина об этом человеке. Это привело к еще одному неловкому моменту, во время которого лицо Брайана оставалось бесстрастным, а глаза Джастина буравили его, передавая безмолвное, но многозначительное послание, в результате чего сердцебиение участилось. Брайан рассказал о Гасе и Джеке. Он объяснил Джастину, что впервые открыл Джеку то, что является его сыном, когда Гасу было шесть месяцев. Когда он стал отцом в феврале 2007 года, все изменилось. Когда он впервые взял Гаса на руки и посмотрел на это маленькое, невинное существо, которое сжимало своими маленькими пальчиками его большой палец, он почувствовал что-то, совершенно чуждое ему. Мгновенно влюбившись впервые в жизни, он понял, что любовь, которая длится вечно, — не миф и действительно может существовать. В тот момент он каким-то образом понял, что будет любить своего сына без всяких условий до конца жизни. Это откровение полностью потрясло его. Оно заставило усомниться во всех убеждениях об отцовстве. Поэтому в тот вечер, вернувшись домой из больницы, он подошел к своему шкафу и достал коробку, которую не открывал много лет. Внутри лежало несколько фотографий, часы, письма — вещи, которые обычно хранятся на память. Он нерешительно достал три старые фотографии и долго смотрел на них: на одной его сестра каталась на велосипеде перед домом, когда ей было около восьми лет, в слишком свободных шортах; на другой — мать в красивом платке. Ее холодная красота была так хорошо запечатлена на старом черно-белом снимке. На последней фотографии был изображен молодой Джек в клетчатой рубашке с короткими рукавами и коричневых брюках, который искренне улыбался в камеру, держа на руках ребенка. Брайан смотрел на фотографию несколько секунд, может быть, даже минут. Это была единственная фотография с ними двоими, которую он сохранил. Глядя на улыбающееся лицо, Брайан почувствовал, как в груди все сжалось, но вопрос: «Почему?» Почему человек на этой фотографии не любил его так, как должен любить отец? Почему он решил отравить единственного сына собственными сожалениями? И вдруг его осенило. Он был не лучше этого человека. Он отверг своего сына еще до его рождения. Он потерял одного из своих лучших друзей в одно мгновение, и он виновен в том, что безвозвратно изменил свою жизнь. Он оттолкнул единственного человека, которого когда-либо любил. И он почти десять лет не разговаривал со своим отцом, у которого был поврежден мозг. Он позволил прошлому управлять своей жизнью и все это время легкомысленно пренебрегал чувствами всех — в том числе собственными. Единственное, чего больше не было у его отца, — это возможность измениться. Но Брайан мог признать, что был неправ. Для Джесси и Джастина было уже слишком поздно, но он все еще мог попытаться как-то исправить свои отношения с Джеком. Он мог сделать то, к чему все время подталкивал Джастин. Понадобилось шесть месяцев, чтобы набраться смелости и наконец открыть дверь в комнату Джека, но ему удалось сделал это. Как только он решился, доктор Коллиер, несмотря на собственные страхи, заверила, что Джек будет рад встрече с ним. Майкл сопровождал его в пасмурный день в октябре 2007 года, и Гас дал ему внутреннюю силу не отступать. И теперь, объясняя большую часть этого Джастину — он не стал рассказывать о том, что потерял его и Джесси, и тем более о том, что Джастин тоже сыграл большую роль в его решении, — Брайан вспомнил выражение лица Джека, когда тот впервые предстал перед ним. Он выглядел таким счастливым, таким взволнованным, увидев незнакомца, который назвался его сыном, и неожиданно обнял, прежде чем Брайан успел что-то сделать, чтобы остановить это. Брайан сразу же напрягся, — его противоречивые внутренние чувства полностью вышли из-под контроля — но Джек просто повторял снова и снова: «Ты такой красивый, такой красивый!» и убеждал Брайана пойти с ним в комнату отдыха, а затем начал повторять каждому, кто слушал: «Брайан — мой прекрасный сын. Он мой прекрасный сын!» снова и снова. Хотя в то время Брайан несколько дней жаловался на это, сейчас не получалось не улыбнуться при воспоминании об этом. Конечно, прошло еще много лет, прежде чем Брайан окончательно отпустил свое прошлое. Он даже не был уверен, что ему это удалось, но знал, что идет к этому. И теперь, когда Джастин вернулся, уверенность прочно поселилась в сердце.

***

Два часа спустя, 13:30

Дождь перестал идти час назад. Брайан выключил зажигание своей машины перед домом девочек. Он положил руки на ноги и несколько раз потер их. Джастин уставился на длинные и изящные пальцы Брайана, а затем повернулся, чтобы выглянуть в окно. Он нервничал. Хотя он прекрасно провел время с Брайаном в закусочной, он не мог не испытывать тревоги из-за того, что снова увидит Линдси, а он знал, что она, несомненно, будет здесь. Когда он видел ее в последний раз, она была беременна ребенком Брайана, и хотя он всегда защищал ее право оставить ребенка, он также чувствовал себя преданным ее поступком. То, что она была совершенно пьяна от выпивки и наркотиков, могло оправдать лишь немногое. Насколько он знал, зачатие ребенка подразумевает наличие двух взрослых людей и, прежде всего, отсутствие презерватива. Брайан и Линдси всегда утверждали, что пользовались им, но беременность указывала об обратном, от чего Джастин изо всех сил пытался откреститься, но безуспешно. Для Джастина это предательство стало одним из самых трудных моментов в отношениях с Брайаном. В результате он сильно злился на Линдси. Черт, он был зол и на Брайана, но еще больше злился из-за легкомысленного желания Брайана заставить Линдси сделать аборт. Брайан вел себя так, будто ни в чем не виноват, утверждая, что трахаться с подругой — не такое уж большое дело. Поэтому Джастин отбросил свои собственные чувства по отношению к Линдси и своему любовнику и решил бороться с Брайаном, чтобы показать ему, насколько ошибочны его суждения. Результат? В итоге он потерял человека, которого любил. Джастин знал, что поступил правильно. И по сей день он считает, что не мог поступить иначе. Ему, в конце концов, удалось победить, потому что Гас существовал. Он дышал, смеялся и был полон жизни; он сделал Брайана лучшим человеком. Если бы только Брайан понял это раньше, возможно, тогда все сложилось бы по-другому. Но игра в «что, если» не могла изменить прошлое, и Джастин хотел двигаться дальше. По его мнению, оглядываться назад было бесполезно, разве что для того, чтобы напомнить себе, что нельзя повторять одни и те же ошибки. — Готов? — тихо спросил Брайан, положив руку на бедро Джастина, чем привел его в замешательство. Джастин был настолько погружен в свои мысли, что не заметил отсутствия каких-либо движений с тех пор, как Брайан припарковал машину. Джастин посмотрел вниз, на руку Брайана, а затем вверх, на его лицо. Брайан вернул руку на руль, но Джастин все равно почувствовал искру. Джастин сжал губы, прежде чем ответить: — Конечно… — Линдси здесь. Она хотела тебя видеть, — сказал Брайан, как раз когда Джастин потянулся к ручке двери. — Правда? — спросил Джастин, нахмурившись. Его сердцебиение немного участилось, когда он откинулся на сиденье. — Конечно. Она боялась связываться с тобой напрямую после всего, но она хочет поговорить с тобой, — загадочно ответил Брайан. Джастин рассеянно кивнул, прежде чем просто ответить: — Хорошо… — и открыть дверь. Брайан выскользнул из машины и последовал за ним. Через минуту они стояли в фойе. Мелани встретила их у двери. Линдси и Гас были в ванной. Очевидно, Гас пролил стакан апельсинового сока на свою рубашку. В прошлом Джастин видел Мелани всего пару раз — они с Линдси тогда только начали встречаться, — но она тепло поприветствовала его. Сейчас у Брайана были интересные отношения с этой женщиной, в отличие от отношений восемь лет назад, когда они терпеть друг друга не могли, и Джастин уже мог понять, что Брайану в ней нравится. Первые пару минут Джастин молчал, прислушиваясь к их разговору. Он заметил, что Мелани, похоже, присущ тот же цинизм, та же жестоко честная философия, которую уважал Брайан. Возможно, он ошибался, — нельзя так быстро составить точное впечатление о ком-то — но это соответствовало описанию Брайаном партнерши Линдси. Ранее в закусочной его бывший бойфренд назвал ее «гребаной лесбиянкой, которая вышла замуж за мать моего сына». Хотя он в основном критиковал эту женщину, Джастину показалось, что он чувствует неодобрительное восхищение ее откровенным поведением. Когда после этого Джастин с лукавой улыбкой заметил: «Она тебе действительно нравится», Брайан попросил его «заткнуться на хрен», в ответ получив усмешку. Внезапно в их разговор вторгся голос Гаса, который сбегал по лестнице, чтобы поприветствовать Брайана. — Папа! — воскликнул он, прежде чем остановиться перед отцом, который встал на колени — на уровне глаз Гаса — и улыбнулся, такой искренней улыбкой, что у Джастина затрепетало сердце. Брайан провел пальцами по волосам Гаса, и его рука легла на щеку сына, после чего он наклонился вперед и нежно поцеловал ребёнка в лоб. — Санни-бой, — тепло воскликнул Брайан и посмотрел на Джастина. — Я хочу тебя кое с кем познакомить, — он встал и положил обе руки на плечи мальчика, направляя Гаса к своему бывшему парню. — Это Джастин. — Привет, Гас, — поприветствовал его Джастин с широкой улыбкой, протягивая Гасу руку для пожатия. — Привет! — Гас улыбнулся в ответ и неожиданно крепко пожал руку Джастина. — Я тебя помню! Мы видели тебя в кино, когда ходили на «Дракона 2», правда, папа? — Верно, — Брайан посмотрел на своего сына, усмехаясь. — Джастин останется с нами сегодня днем, хорошо?» — Хорошо, — Гас пожал плечами. — Привет, Джастин, — мягкий голос Линдси заставил обоих мужчин обернуться. Она стояла у подножия лестницы, решив не прерывать встречу Джастина и Гаса. — Линдси, — неуверенно поприветствовал ее Джастин. Больше никто ничего не добавил. Даже Гас, казалось, уловил напряженную атмосферу, которая внезапно заполнила комнату, потому что просто стоял и смотрел туда-сюда между матерью и Джастином с озадаченным выражением лица. Мелани была единственной, кто, наконец, несколько разрядил напряженную обстановку, предложив: — Гас, почему бы тебе не пойти со мной в гараж за футбольным мячом? Папа сможет немного поиграть с тобой на улице. — Конечно, мама! — энергично согласился мальчик. Джастин посмотрел на Брайана, который незаметно кивнул ему, а затем последовал за сыном.

***

Когда Мелани вернулась в гостиную, она перекинулась парой слов с Джастином и Линдси, а затем направилась наверх, чтобы проведать Джей Ар, которая дремала. Через минуту Линдси и Джастин стояли у окна и смотрели на происходящее снаружи. Серьезное выражение лица Гаса, сосредоточенного на мяче, было восхитительным, а Брайан изо всех сил старался не рассмеяться над довольно смелыми движениями, которые пытался выполнить его сын. — Похоже, он отличный ребенок, — голос Джастина нарушил оглушительную тишину. Его глаза не отрывались от маленького мальчика. — Он такой и есть. Он умный, веселый, милый и… упрямый, как его отец, — согласилась Линдси с легкой усмешкой, прежде чем заключить: — Нам очень повезло. Затем она повернулась и посмотрела на Джастина, глубоко вздохнув: — Джастин… — начала она неловко, явно готовая рассказать об их неловком расставании, но молодой человек прервал ее. — Ты не должна этого делать, Линдси, — отрывисто ответил он. Сколько бы времени ни прошло, он быстро понял, что ему все еще трудно смириться с тем, что сделала Линдси. Хотя она не была виновата в их с Брайаном разрыве, тот факт, что она переспала с его парнем, тоже не помог ситуации. Джастин хотел быть сильнее, просто простить и жить дальше, но теперь, когда он оказался в одной комнате с ней впервые после рождения Гаса, он понял, что это труднее, чем казалось. — Что делать? — невинно спросила Линдси, хотя она, должно быть, уже поняла, о чем говорит Джастин. — Я не знаю… Это, вести себя так, как будто мы… — он беспомощно пожал плечами, делая жест рукой. — Друзья? — спросила Линдси, и Джастин увидел, как в ее глазах мелькнула боль. Вздохнув, он уже собирался ответить, когда она тихо сказала: — Мне жаль. — За что? — спросил Джастин, нахмурившись. — Я не знаю… За все? — Линдси пожала плечами, и на ее губах появилась небольшая, неловкая улыбка. — Джастин, то, что мы сделали с Брайаном… — начала она, но Джастин прервал ее недоверчивым взглядом и поднял руку, приподняв брови. Линдси закрыла глаза и вздохнула, а затем посмотрела на него с примирительным выражением лица. — То, что я сделала, было дерьмово, — призналась она, заслужив фырканье Джастина. Она покачала головой. — Клянусь, я до сих пор не знаю, как это произошло, и я не могу вспомнить большую часть этого. Однако я помню, что ты встал на мою сторону против Брайана, чтобы сохранить моего сына. И хотя я знаю, что поступила неправильно, я действительно знаю… если бы этого не случилось, Гаса бы сейчас здесь не было… — ее голос прервался, и, пускай Джастину было неприятно признавать ее правоту, у него не было другого выбора, кроме как согласиться с ней: если бы Брайан не начал применять свои знаменитые методы обезболивания после ухода Джесси и если бы Линдси не была такой неуклюжей, пытаясь помочь Брайану справиться с болью, Гаса, возможно, не было бы здесь сегодня. На этой мысли Джастин фыркнул. Ебаная судьба. Может быть, это была судьба. Может быть, в другой вселенной Линдси и Брайан зачали бы Гаса более традиционным способом. В той вселенной Брайану не пришлось бы иметь дело с поврежденным мозгом отцом, который убил всю их семью, или другом, который обвинил его в разрушении своей жизни и оставил задыхаться от чувства вины. Тогда ему, возможно, понравилась бы идея стать отцом, и он с готовностью отдал бы свою сперму, чтобы зачать ребенка, не трахая Линдси из-за этой гребаной боли. Джастин всегда верил в судьбу. Поэтому он не мог винить Линдси. Конечно, между ними никогда не будет прежнего, но он может попытаться простить ее. Это будет нелегко, но ради Брайана и Гаса он готов на все. Вот почему он должен быть честен с ней. Поэтому, сделав глубокий вдох, он в конце концов ответил: — Ты права, Линдси. Я ненавидел тебя за то, что ты сделала с Брайаном; за то, что ты сделала со мной… И я знаю, что между нами никогда не будет ничего прежнего… — Джастин… — попыталась прервать его Линдси, но Джастин снова поднял руку, чтобы не дать ей сказать больше ни слова. Он прошел несколько шагов и остановился посреди гостиной. — Ради Брайана и Гаса я постараюсь простить тебя… — начал он, прежде чем повернуться к ней лицом, нуждаясь в том, чтобы она полностью поняла его чувства. Он всегда скрывал от нее правду, предпочитая выступать вместе с ней против Брайана, — …Но ты не представляешь, как мне было тяжело, — твердо заявил он, глядя на Линдси, которая неловко сглотнула. Она кивнула, признавая, что своим неосмотрительным поведением причинила глубокую боль одному из своих друзей. — Я не знаю, что бы я делала без тебя. Если бы не ты… — глаза Линдси буравили Джастина. — …Гаса могло бы не быть здесь, — закончил ее мысль Джастин. — Или, если бы ты решила оставить ребенка одна, есть большая вероятность, что Брайан все равно захотел бы сбежать, — Джастин все еще хотел верить, что Брайан в конце концов поступил бы правильно. А сейчас… ему достаточно было посмотреть на его лицо, когда он был с Гасом, чтобы понять, как сильно тот его любит. — Линдси, — тихо продолжил Джастин, встав перед ней. Она смотрела в пол, отводя глаза, и ему пришлось осторожно взять ее подбородок рукой, заставляя посмотреть на него. Они долго смотрели друг на друга, и Джастина глубоко поразил раскаянный взгляд ее глаз, глаз, которые не могли лгать. Джастин видел ее печаль, но также и надежду на то, что она будет прощена. Импульсивно он поднял ее на руки и обнял. Мгновение спустя он услышал, как она тихонько сопит ему в плечо, а он шепчет ей на ухо: — Ты подарила Брайану замечательного сына, и за это я всегда буду тебе благодарен, — он почувствовал, как крепчают ее объятия за эти слова, и закрыл глаза; даже если все уже никогда не будет, как прежде, он знал, что все будет хорошо.

***

Они присоединились к Гасу и Брайану на заднем дворе. Через пару минут Линдси предложила приготовить кофе и вернулась в дом. Брайан воспользовался отсутствием Линдси, чтобы побудить сына продолжать тренироваться в отбивании мяча, а сам подошел к Джастину, сидевшему на ступеньках заднего крыльца. — Все в порядке? — мягко спросил Брайан, не сводя глаз с сына. — Осторожно, сынок! — крикнул он, увидев, что Гас поскользнулся после слишком быстрого бега. Гас не обратил на отца никакого внимания и после небольшой паузы снова перешел на бег. — Да… все в порядке, — тихо ответил Джастин, глядя на Брайана, взгляд которого все еще был устремлен на Гаса. Брайан рассеянно кивнул; Джастин знал, что он не станет спрашивать, о чем они с Линдси говорили. Он просто доверится Джастину и не будет лезть в чужие дела. Так он всегда поступал. Они так и сидели бок о бок, их ноги почти соприкасались, и никто из них не произносил ни слова, пока Джастин не решил встать и присоединиться к Гасу. Он подошел ближе к мальчику и спросил с улыбкой: — Можно с тобой поиграть? Гас перестал перекатывать мяч между ног и с любопытством посмотрел на Джастина. Его лицо засветилось, как у любого ребенка, который только что нашел нового приятеля для игры. — А ты умеешь играть? Джастин театрально надулся, а затем шутливо заявил — громко, чтобы Брайан тоже мог его слышать: — Конечно! Я научил твоего отца всему, что он знает. — Что ты только что сказал? — Брайан тут же фыркнул в ответ, вставая, чтобы присоединиться к ним на траве. — Не слушай его, Гас. Ты уничтожишь его. — Правда? — спросил Гас со всей невинностью, на которую способен только ребенок; на самом деле, он понятия не имел, что значит «уничтожить», но для него это звучало довольно круто. Брайан наклонился и прошептал сыну на ухо: — Посмотри на него, Санни… Он до смерти боится твоей волшебной ноги… Джастин комично перепрыгивал с одной ноги на другую, и Брайан не мог удержаться от усмешки, выпрямившись во весь рост: — Ну вот, пришло время для малыша Джастина понять, кто здесь настоящий мужчина, — громко заявил он, ухмыляясь и подмигивая сыну. Гас хихикнул и начал подбегать ближе к месту, где стоял Джастин, а Брайан побежал трусцой, чтобы встать на страже перед воротами. Блондин притворился, что спотыкается о собственные ноги, чтобы Гас мог пройти мимо него, прицелиться и ударить по мячу, который исчез между ног Брайана. — Да-а-а-а!!! — восторженно закричал Гас, подняв руки вверх, бегая по кругу. Сердце Брайана коротко сжалось, когда он вспомнил, как его отец делал то же самое в институте. — Я — настоящий мужчина!!! — самодовольно воскликнул он, когда его мать вновь появилась на крыльце с подносом, полным кофейных кружек и печенья, а также горячего шоколада для Гаса с горой зефира, как он и любил. Брайан и Джастин обменялись взглядами и рассмеялись над выходкой Гаса. Линдси закатила глаза, но не смогла сдержать ухмылку, когда увидела сцену, представшую перед ней, и торжествующее выражение лица сына. В этот момент Брайан нахмурился, почувствовав вибрацию своего мобильного телефона, достал его из заднего кармана джинсов и выругался себе под нос, когда узнал, кто звонит. Как ни странно, Джастин сразу понял, кто это, заметив, как заметно напряглись плечи Брайана, как Брайан откинул голову назад, слушая голос в телефоне. В конце концов, он наклонил голову вперед и ущипнул себя за нос, после чего грубо сказал: — Я уже еду. Сбросив звонок, Брайан повернулся и посмотрел на Линдси, которая все еще стояла на крыльце, забыв о подносе, который стоял на маленьком столике неподалеку. Он покачал головой, прежде чем опуститься на колени перед сыном. Джастин не мог отвести взгляд, когда отец и сын обнялись на несколько секунд, а затем подошли к тому месту, где сейчас стояли Линдси и Джастин. — Прости, Солнышко, но, боюсь, мне пора идти. Джек пропал, — объявил Брайан, глядя на Джастина, его губы сжались в плотную линию. — Пропал? Ты имеешь в виду, что он ушел сам по себе? — спросил Джастин в шокированном удивлении. Сердце заколотилось от того, что Брайан использовал его старое прозвище. — Да. Они его потеряли, — сказал Брайан, и тон его голоса отражал раздражение, но также и намек на страх. — Я должен пойти и найти его, пока не стало слишком темно, чтобы хоть что-то разглядеть. — Я иду с тобой, — твердо заявил Джастин. Он посмотрел на Брайана и задержал взгляд на несколько секунд, чувствуя, что тот горячо хочет сказать «нет». Но решительное выражение лица Джастина быстро стерло всякую мысль об отказе от его компании, так как Брайан просто кивнул в знак согласия. — Брайан… — тихо прервала Линдси, не понимая, что она хочет сказать. Брайан покачал головой, давая понять, что у него нет времени на дальнейшие разговоры. — Я позвоню тебе позже, хорошо? — пообещал он подруге. Линдси кивнула ему в ответ, положив свою руку на руку Брайана после того, как он спрыгнул с трех ступенек крыльца и встал рядом с ней. — Хорошо. Если тебе что-нибудь понадобится, просто позвони мне. Брайан несколько секунд смотрел на нее, затем наклонился и поцеловал ее в щеку. — Хорошо, — затем, повернувшись, чтобы убедиться, что Джастин следует за ним, он приказал: — Пойдем. Джастин повиновался. Он не мог не молиться в тишине о том, чтобы все было хорошо.