Без пульса

      Мира совершенно не представляла, как исполнить просьбу друга об эмоциональном письме. Ответное послание уже выстроилось в голове, но оно не имело ничего общего с письмом друга, скорее походило на доклад министерству. Из неутешительных размышлений Миру вывел голос сбоку. — Наш новый профессор такой милый! — Эмма, выскочившая из-за спины и радостно сжимающая лямку сумки, заставила невольно напрячься и схватиться за палочку. Эмма была чересчур воодушевлённой. Школьная мантия была перекинута через руку, помятая рубашка расстёгнута на две пуговицы, а галстук повязан на манер банданы. Элла, неизменно сопровождающая сестру даже в уборную, была более собранной. Волосы завязаны в низкий хвост, идеально выглаженная белая рубашка, галстук и расстегнутая мантия. — Даже жаль, что не продержится больше года. — С другой стороны послышался голос чем-то довольного Ричарда. Мира привычно склонила голову вбок, отмечая и прилизанный волосы Крафа, и тонкий запах недешевого одеколона, и нервные движения. Так вёл себя Ярик, когда ещё Анна не ответила да, после двенадцатого предложения. Опять мысли уплыли не туда и Мира поспешила отвлечься на что-то иное. — Почему не больше года? — Поинтересовалась она. — Потому что эта должность проклята. — Раздалось за спиной. Мира резко развернулась на пятках и мгновенно столкнулась с блеском холодных серо-голубых глаз. Угловатый, нескладный и высокий, но не выше Крафа, парень с длинными неровно подстриженными светлыми волосами, отчего-то напоминающие рожь в пасмурный день. Из-под серого свитера выглядывал воротник рубашки и зелёный галстук. Слизерин. Он с интересом оглядел Миру, кивнул Хилл и фыркнул, посмотрев на Ричарда. — Райгар Кёртле. — Парень протянул руку и склонился в полупоклоне, хитро блеснув глазами. Даже идиоту стало бы понятно, что этот парень проверяет Миру, присматривается, как к экзотической зверушке в зоопарке. Мира слишком хорошо знала такой взгляд. — Мирослава Бессмертная. — Она вложила ладонь в протянутую руку, наблюдая, как тонкие губы оставляют невесомый поцелуй на костяшках. Хилл как-то странно улыбнулись, а Ричард кашлянул. Что-то тут было не так. Мира внимательно осмотрела всех присутствующих. Оба факультета старательно делали вид, что ничего необычного не происходит. Хотя парочка слизеринцев, темнокожий мускулистый и щуплый рыжий, похожий на крысу, парни, всё же не удержались и скривились. Непонятно, что именно их так разозлило. — Кёртле, раз уж начал, объясни нашей гостье, что да как. — Ни на секунду не отрывая от слизеринца голодного взгляд, донельзя весело проговорил Ричард. Райгар отвёл взгляд и смущённо улыбнулся одними уголками губ. Мира моргнула и посмотрела сначала на борящегося со смущением Кёртле, потом на довольного, облизывающего губы Крафа. Вот теперь ей точно всё стало понятно. Но раз другие делают вид, что ничего не происходит, то Мира тоже всё это проигнорирует. Сами скажут, если захотят. Мира склонила голову влево, направляя разговор к изначальной теме. Райгар понял и вздохнул, нахмурившись. — Ходят слухи, что тот, кого нельзя называть, когда-то хотел преподавать ЗОТИ, а директор ему отказал и Тёмный Лорд проклял эту должность. — На грани слышимости прошептал Кёртле, даже наклонившись вперёд. — Правда это или нет, но ни один профессор ЗОТИ с тех пор не проработал больше года. — Добавила Элла и ей вторил звон колокола. Почему-то сейчас Мире показался этот звук погребальным. И по спине пробежал холодок, заставив дёрнуть плечами. Ученики, переговариваясь между собой, явно обсуждая нового профессора, потекли в открывшиеся двери. Мира неспеша шла посередине. С профессором-оборотнем-Люпином она была уже знакома и кажется против воли записана в ранг, если не друзей, то приятелей точно. Но знать об этом никому не стоило. Класс снова отличился экзотичностью. Если в Колдовстворце почти все классные комнаты, за исключением владений Риты и Адониса Мортинова, были похожи одна на другую, как по размеру, так и по обстановке, то в Хогвартсе, казалось, не было ни единого одинакового помещения. Чуть вытянутое просторное помещение с каким-то странным шкафом, граммофоном и подобием учительского стола в дальнем углу. Сквозь начищенные до прозрачности стёкла пробирались яркое дневное солнце. Как Мира вчера и предполагала, день выдался тёплым. Бабье лето, не иначе. Ученики столпились у входа, удивлённо озираясь по сторонам и не зная что делать. Негласно два факультета разделились по сторонам: Гриффиндор ближе к окну, а Слизерин ушёл к стене, в тень. Ричард и Райгар перестали обращать на друг друга какое-либо внимание, сёстры Хилл замерли по обе стороны от Миры, а сама девушка лопатками чувствовала чужой взгляд. Профессор Люпин не заставил себя ждать и вышел в центр класса. Мира даже не заметила его, когда вошла, но сейчас это было не столь важно. Римус обвёл взглядом собравшихся, искренне улыбаясь. К сожалению своё волнение скрыть ему не очень удавалось. Когда он наконец посмотрел на Миру, девушка ободряюще качнула головой, чуть улыбнувшись. — Рад видеть вас всех на своём уроке. — Мягко начал профессор. — Не будем тратить зря время и давайте приступим к занятию. — Класс притих, только слизеринцы перешёптывались и посмеивались. — Так как это наш первый урок в этом году, то он будет несколько необычным. — Теперь Римус говорил увереннее и даже позволил себе хитро сощурить взгляд, выдержав паузу. Даже самые отъявленные смельчаки поумерили своё красноречие. — Сегодня вы будите отрабатывать весь пройденный материал за последние пять лет. — По классу пронёсся шёпот. — Вы разделитесь по парам. Один будет нападать, а второй защищаться, используя всё, кроме Протего. Использовать можно любые заклинания, которые вам известны. Само собой не способные нанести серьёзный вред противнику. Гул голосов стал несколько громче. Кто-то радовался, кто-то скептически обсуждал, кто-то уже делился по парам, а кто-то вспоминал в пол голоса все защитные заклинания. На самом деле и Мира вспоминала. Протего является основным защитным заклятьем, но кроме него есть ещё много способов избежать прямого удара. Та же трансфигурация могла помочь. Или взаимокомпенсирующее заклинание. Надо только вовремя понять намерения противника. От размышлений Миру оторвал громкий хлопок в ладоши — Римус привлёк внимание. Способ простой, но как оказалось действенный. — Сражаетесь до первого попавшего заклинания, потом меняетесь. — Подождав пока все успокоятся, проговорил Люпин и добавил с явным лукавством. — А что бы было интереснее, пару должны составлять ученики разных факультетов. Вот теперь в классе поднялся настоящий гвалт возмущений. Хотя большинство реагировали так скорее из принципа, чем от реального возмущения. Краф и Кёртле так вообще лучились счастьем. Хилл переглянулись, доставая одинаковые палочки. К ним сразу же подошла девушка со Слизерина, предлагая себя в качестве оппонента. — Мы же близнецы. — Ответила на красноречивый взгляд Миры Эмма. — Мы одно целое и по отдельности по большей части бесполезны. — Пожала плечами Элла, собирая волосы в хвост. Логика в словах сестёр была и оспаривать её смысла не имело. Близнецы, как и супруги, связанные магическим браком, неотделимы. Мира отошла к стене и принялась молча наблюдать за учениками. Поскольку она здесь по обмену, то решила просто дождаться пока останется кто-то без пары, но её планы вновь оказались нарушены. — Русская! — Пробасил голос и спустя мгновение перед Мирой возник тот самый темнокожий парень, которого она приметила ещё в коридоре. Мира склонила голову, показывая что внимательно слушает. Тонкие губы скривились, будто слизеринец съел ушат лимонов. — Вильям Локер. — Надменно представился он. — Мирослава… — Начала девушка, но была в наглую перебита. — Знаю я как тебя зовут. — Всё так же пробасил Вильям. Он прищурился, разглядывая Миру будто вазу в музее, и ухмыльнулся. — Никого больше не осталось, так что у тебя нет выбора. — Похоже эта ситуация была спланирована заранее. Что ж, раз такое дело, то Мира не станет мешать, а разбираться в причинах будет после. Мира скинула сумку у стены, аккуратно сложила мантию, закатала рукава рубашки и развязала галстук, чтоб не мешался. Вильям нетерпеливо постукивал пальцами по локтю, но молчал, не снимая с лица ухмылку. — Кто будет нападать? — Проходя мимо парня, спросила Мира, разминая кисти рук. Палочка уже щекотала пальцы сквозь перчатку. — Я. — Усмехнувшись ответил Вильям. Стоило словам дойти до слуха, как по спине прошла дрожь от прилетевшего заклинания. Мира моментально отскочила в сторону, развернувшись лицом к слизеринцу. Следующая ярко-жёлтая вспышка уже сорвалась с конца рыжей палочки и устремилась к девушке. Определить Баубиллиу не составило труда. Пас палочкой и молния столкнулась с потоком воды, исчезнув с громким хлопком и дымом. Вильям отступил на шаг, держа палочку на изготовке. Мира тоже выровняла стойку, приготовившись к новому удару. Руки горели от магии, готовой в любой момент защищать хозяйку. Палочка слушалась идеально, а все чувства были направлены исключительно на противника. Малейшие движения пальцев, то как Вильям прищуриваться и как его улыбка становится натянутой. Мира чувствует его магию и она почему-то пахнет металлом и озоном. Пока что нет надобности в магическом зрении. Вильям резко взмахнул палочкой. Его губы едва заметно приоткрылись, а перед глазами вспыхнула голубоватая искра. Иммобулюс. Равномерный поток энергии заставил заклинание изменить траекторию и врезаться в стену за спиной. Вильям не медлил. Заклинание помех разбилось о подлетевшую вазу. Жалящее — уклонение. Бумажная стайка птиц, отвлекающий манёвр, сложились в тонкую деревянную доску и помогли избежать Ступефая. Вильям плотнее сжал губы. Беззвучное шевеление губ сменилось шёпотом, выдавая нетерпение и напряжение. Короткая передышка и в воздухе снова замелькала различные заклинания, от Таранталлегры до Петрификус Тоталус. Мира то уклонялась, то возводила щиты из обрывков бумаги, то отбивала встречным заклинанием, то мешала завершить пас. Никто не сказал, что при обороне нельзя мешать противнику. Движения Вильяма становились всё резче и тяжелее. Он словно танк шёл на таран, а Мира уворачивалась, будто танцуя. Легко и быстро. Спарринги с Захарой научили, что не всегда важна сила, а любой бой можно превратить в танец с мечом. Вдох на шесть секунд и настолько же выдох помогало не тратить зря энергию. По вискам Вильяма уже тёк пот. Он был силён физически и магически, но скорость была не его сильной стороной. Он давил силой, а Мира использовала её ему же во вред. Вызванные верёвки по мановению руки в перчатке превратились в щепки и улетели в окна. Стекло треснуло и Вильям поспешил направить осколки в Миру. Это становилось интересно. — Арресто моментум! Слишком рваное движение рукой, впрочем, никак не помешало замедлить стекло. Не зря тренировалась вчера. Поддавшись мимолётному желанию, Мира направила осколки обратно. — Ах ты! — Вильям прикрылся щитом трансфигурированным из обёртки шоколада. Откуда здесь вообще шоколад? Соотношение веса и плотности было на грани допустимого, но щит свою функцию выполнил. — Эпискей! Вправление костей было не опасно, если было что вправлять. Интуиция сработала быстрее, чем девушка успела придумать другой способ. Мира вскинула обе руки вверх, возводя зеркальный щит. Заклятье отскочило, послав вибрацию. — Тварь! — Кажется зеркальный щит окончательно сорвал тормоза Вильяму. По полупрозрачной глади щита ударил магический кнут, рассекая защиту. Словно издалека донёсся голос Люпина. Мира напряглась. Это уже дуэль. — Ваддивази! Секо! Экспеллиармус! Заклинания полетели один за другим, поражая своей мощью. От летящей парты Мира увернулась, мгновенно трансфигурировав обломки в деревянную стену, защищаясь от режущего. Стена разлетелась в щепки — Мира едва успела закрыться от обломков руками и возвести зеркальный щит, отражая обезоруживающее. Мира уже вовсю скакала по полю боя, ставшего удивительно свободным. Отбивалась потоками сырой магии, посылала заклинания в ответ, надеясь обезвредить противника, возводила щиты, пряталась за уцелевшими партами. Пару раз прозвучали особо опасные заклинания от которых пришлось отбиваться не менее затратным колдовством. Отвлекаться, чтобы посмотреть вокруг, времени не было. Руки уже тянулись к мечу. — Инсендио! Вспышка огня должна была выйти небольшой, но подпитанной злостью заклинание выдало огромное пламя. Мира выдохнула. Время словно замедлилось. Внутренний огонь вспыхнул ярче, затопив жаром вены, грозясь выйти наружу против воли хозяйки. И Мира позволила силе потечь сквозь пальцы, к палочке, зажатой в правой руке, дальше. Резкий взмах по горизонтали. Облако ярко-жёлтого огня столкнулось с тонкой дугой другого, более сильного, чистого. Волна огня рассекла и закрутилась в спираль с чужим пламенем посреди кабинета. Опалив пол, заклятья взаимоуничтожились. Пока Вильям пытался понять, какого чёрта только что произошло, Мира на мгновение утратила контроль над магией и Экспелиармус вышел слишком сильным. Заклинание отбросило ошеломленного парня в стену. И только вовремя отреагировавший профессор не позволил Вильяму остаться с проломленным черепом. Всё затихло в гробовом молчании. Палочка со стуком выпала из рук и покатилась по полу. Мира почувствовала, как на языке собирается кровь и едва удержалась, чтобы не разразиться кашлем. В боку закололо. Обезумевшая магия металась по телу. Не обращая ни на кого внимания, Мира рванула к брошенной сумке. Дрожащие и оледеневшие вмиг пальцы едва слушались. На поиск спасательных склянок ушло не больше полминуты, но эти секунды показались вечностью. Стекло тихо звякнуло. Мира залпом вылила спасательную чёрную жидкость в рот, едва не подавившись. По полу пробежали искры, а кольцо нагрелось, едва не прожигая перчатку. Магия затихла, не стремясь уничтожить внутренности. Но боль от уже полученных повреждений стала только сильнее. Кажется отказала одна почка. Крышка второй склянки упорно скользила и не хотела открываться. Чьи-то пальцы забрали склянку и прежде, чем Мира успела разглядеть наглеца сквозь пелену слёз, губы опалило холодом и по горлу потекло холодное зелье. Отдышаться казалось было миссией невыполнимой. Мира жадно глотала воздух, лёгкие жгло, а горло саднило. И всё спустя какое-то бесконечно длительное время Мира выровняла дыхание и посмотрела на своего спасителя. Райгар стоял рядом на коленях. Его рука тут же исчезла с плеча Миры. — Ты как? — Осторожно спросил Кёртле. — Мерлин всемогущий, Мира! — Тут же в поле зрения оказались близняшки. Элла протянула палочку, забытую на полу, а Эмма сбивчиво что-то говорила. Подошедший Краф протянул руку и помог встать. Звуки начали возвращаться, а противная ноющая боль стала совсем незаметной. Кто-то из близняшек промокнул губы платком. Мира словно зачарованная смотрела, как на платке расцветают неровные багровые пятна. Дверь ударилась об стену и этот звук окончательно привёл в чувства. Мира в одну секунду увидела кажется все: перепуганные лица учеников, Люпина, колдующего над очнувшимся Вильямом, как резко замолчали близняшки Хилл и напряглись Райгар с Ричардом. И то как по развороченному классу проносится чёрная тень. — Что. Здесь. Произошло? — Чеканя слова тихо проговорил Снейп. Люпин мгновенно подобрался и помог Локеру встать. Вильям пошатнулся, но устоял, опираясь на профессора. — Мистер Локер развязал драку во время практики. — Твёрдо и с вызовом ответил Люпин. Снейп внимательно осмотрел Вильма, заставив того опустить глаза, затем пробежался тяжёлым взглядом по полю боя и ученикам. — Кто был противником? — Наконец спросил он. Уже справившись с последствиями необдуманных действий, Мира вышла к профессорам. — Я была противником, сэр. — Голос предательски хрипел. Снейп мгновенно повернулся к Мире и замер. По губам и щеке размазана кровь, рубашка в нескольких местах порвана и покрыта копотью. Левый ботинок каши просит, а на голове вообще разноцветное гнездо. — Что здесь произошло? С самого начала. — Коротко попросил Снейп. Его голос был тих и спокоен, но взгляд не предвещал ничего хорошего. Прежде чем Мира открыла рот для ответа её опередил Райгар. От былой стеснительности Кёртле не осталось ни следа. Он говорил чётко и по делу, не тратя время на лишние эмоции. А Мира тихо анализировала, как их бой выглядел со стороны. Если бы ей изначально можно было нападать, то всё закончилось бы быстрее, но Мира до последнего тянула, не желая навредить. Это же отметил и Райгар в завершение к своему монологу. Снейп молчал минуту. Райгара он не перебил ни разу, зато бросал скептические взгляды на Миру чуть ли не через слово. — Какие зелья вы приняли? — Мира напряглась. — Не могу ответить, сэр. — Голос окончательно вернулся в норму, но Мира не рисковала говорить громко. Взгляд Снейпа полыхнул яростью, он уже готов был разразиться гневной тирадой, но потом видимо передумал. Он скривился от досады, а потом посмотрел на Вильяма. Локер уже стоял самостоятельно и от взгляда декана отступил на полшага, сглотнув. — Минус пятьдесят баллов, Слизерин. — Выдал он таким тоном, будто приговорил к поцелую дементора. Ни один не посмел возразить. — До конца семестра отработки у Филча. Каждый день. И мне придётся уведомить ваших родителей о вашем поведении. — Но…! — В глазах Вильма отразился настоящий ужас. — Замолчите, если снова не хотите лишить Слизерин баллов. — Мгновенно оборвал его Снейп, едва не скрываясь на парселтанг. Мира посмотрела на Райгара. Тот только покачал головой. Люпин молчал, не смотря на Локера, и явно был удовлетворён предпринятыми мерами. Вдоволь насмотревшись на ужас в глазах студента, Снейп переключился на Римуса, видимо, не истратив запал до конца. — Профессор Люпин, позвольте узнать куда вы смотрел, когда начинался этот цирк? — Яда в словах Снейпа хватило бы, чтобы отправить дюжину василисков. — Профессор Снейп, уверяю вас, что я готов был вмешаться в любой момент. — Незамедлительно отозвался Люпин, под конец начав сомневаться в сказанном. — Так что же не вмешались? — Язвительно прошипел Снейп. Люпин нахмурился. — Впрочем не отвечайте. — Мгновенно отозвался Снейп. — Расскажите всё директору. — Он ухмыльнулся, а Люпин пожал плечами. — Урок окончен. — Известил оборотень. Ученики поспешили собрать вещи и скрыться подальше от эпицентра бури. Вильяма, как ветром сдуло. Остались только единицы: Райгар, новые друзья, да пара особо любопытных. Снейп прикрыл глаза и выдохнул. — Мисс Бессмертная, завтра в три часа в моем кабинете. — Ничего не поясняя, сообщил Снейп. Мира склонила голову и Снейпу всё же пришлось снизойти до объяснения. — Оклюменция, мисс Бессмертная. И только попробуйте опоздать — ваши занятия закончатся, не начавшись. И развернулся к двери, взметнув полами чёрной мантии. А Мира почувствовала первую более-менее яркую эмоцию за последний месяц — предвкушение.