Моя первая девушка - злой парень

      ***       Как стать лучшей девушкой для своего парня? Правило 4. Знай его вкусы, интересы и увлечения       Общие интересы сближают. Увлечения — соединяют. Вкусы — роднят.       ***

             Канонное уже для них «Я буду твоей девушкой» Ван Ибо, судя по всему, понял буквально. Потому делал всё, чтобы стать его девушкой. Даже одевался соответственно.       Лёгкие кофточки, юбочки, широкие брюки, платья — вещи будто бы только из-под иглы кутюрье доставили, да такие классные, что обзавидуется любая модница! Гардероб Ван Ибо поражал разнообразием. Всё это ему-красивому безумно шло, но казалось чуждым. Однако Ван Ибо ничуть не смущался, выгуливая очередной женский наряд на их свиданиях. Наоборот, словно бы гордился тем, как выглядел. Хотя девичьи ужимки и жеманство Ван Ибо, очевидно, не давались, оттого образ «благовоспитанной» и «утончённой» девушки портили излишне резкий взгляд и нечитаемое выражение лица. Тем не менее ни вычурным, ни гротескным, ни даже просто смешным он не казался! Наоборот, смотрелся самым милым на свете существом, вызывающим восторженный писк, но не презрение или смех.       Однако одеждой решимость Ван Ибо не исчерпывалась. Он действительно старался стать лучшей девушкой для Сяо Чжаня из всех возможных.       Мало того что выделялся красотой и отменным вкусом, никогда не надоедал, не спамил в WeChat, проявлял завидное терпение и безропотно ждал Сяо Чжаня, если случались срочные дела в школьном совете или клубах. Кроме того, Ван Ибо совершенно перестал доставлять хлопоты, каких раньше было немало. Даже в драки и переделки перестал попадать. Сяо Чжань тешил себя мыслью, что все эти жертвы были ради его симпатии и желания Ван Ибо оставаться с ним.       Дальше — больше. На уроках Ван Ибо сидел в школьной форме положенного образца, ничем не привлекая к себе внимания, исправно учился и даже отвечал в надлежащем виде, когда учителя случайным образом вызывали его к доске. Однако стоило только прозвенеть финальному звонку с занятий, «нормальность» заканчивалась. Ван Ибо волшебным образом преображался: наряжался в девичьи наряды и тут же оказывался рядом с Сяо Чжанем, молча следуя за ним по пятам и наблюдая. Сяо Чжань видел его постоянно то чуть в отдалении, то совсем близко.       Удивительно, но постоянное присутствие Ван Ибо на расстоянии вытянутой руки не напрягало, наоборот, согревало нелогичной уверенностью, наполняло спокойствием. На парня было приятно смотреть, а ещё понимать, что тот никого, кроме него, Сяо Чжаня, не замечает.       Думаете, что всё, Ван Ибо больше ничего не делал? Ошибаетесь.       Даже будучи рядом с Сяо Чжанем, чаще всего Ван Ибо в разговорах и обсуждениях не участвовал. Его нос постоянно был в смартфоне. Парень что-то внимательно изучал. Иногда Сяо Чжаню чудилось, что Ван Ибо даже вёл какие-то записи, но ни разу ни блокнота, ни даже ручки в руках своей «девушки» так и не заметил.       Так продолжалось три следующих дня, а на четвёртый Ван Ибо сразу после уроков начал пропадать из его поля зрения на целый час. Сперва Сяо Чжань на это внимания не обратил, однако через пару дней заметил ссадины и мелкие порезы на пальцах своей «девушки». Он задал резонный вопрос, но в ответ получил лишь невразумительное мычание. Однако на следующий день Ван Ибо в обеденный перерыв поставил перед ним небольшую коробочку с самодельным салатом из битых огурцов и бумажный конвертик с тремя шоколадными пластинками.       Выглядело угощение не слишком аппетитно, да и на вкус оказалось весьма средним, хотя Сяо Чжань съел всё до последней крошки. Неудивительно, ведь кто же откажется от угощения, приготовленного руками собственной девушки? Верно, только бесчувственные сухари! Сяо Чжань таким не был. Пусть особенно умным он себя не считал, легко понял, куда Ван Ибо исчезал каждый день ровно на час сразу после уроков. Расписание занятий в клубе «Домоводства» Сяо Чжань знал наизусть, ведь сам помогал его согласовывать. Кроме того, Сяо Чжань нисколько не сомневался, что Ван Ибо учился готовить для того, чтобы порадовать его. Понимание этого наполняло уже готовое сдаться на милость Ван Ибо сердце Сяо Чжаня приторным счастьем, каким случается тающий на языке молочный шоколад.       Ван Ибо готовил для него. Там же (на третий день Сяо Чжань подсмотрел) учился обращаться с кухонным ножом. Совладать с острым лезвием у отпрыска китайской элиты получалось не сразу, отсюда и появлялись на пальцах порезы. Ван Ибо осваивал духовку или сковородку — через раз умудрялся схватиться за горячее голыми руками. Только с макаронами и рисом (Сяо Чжань выпытал интересующие его сведения у куратора клуба) у Ван Ибо проблем не возникло. Их получалось приготовить правильно почти всегда.       Что же при всём этом великолепии чувствовал Сяо Чжань? Не сомневайтесь, он был в полнейшем восторге! Потому не забыл сам радовать свою «девушку».       Их свидания случались каждый день и занимали не меньше трёх часов. Сперва были выставки и экспозиции в музеях, затем парк развлечений, после Сяо Чжань решил сжалиться и повёл Ван Ибо в батутный центр. На следующий день они отправились кататься на лошадях. Сяо Чжань вдруг понял, что у него скопилась масса идей для свиданий и неуёмное желание побывать во всех местах именно со своей «девушкой», пусть бы даже «она» оказалась «он». Этот факт ничуть не уменьшил, наоборот, расширил географию их встреч.       Сяо Чжань и Ван Ибо побывали в дельфинарии, обошли все кафешки недалеко от школы, посетили игры школьной футбольной и волейбольной команд, появились на стадионе и наблюдали за игрой профессионалов, съездили в скалолазный клуб и даже на мототреке отметились. В общем, Сяо Чжань отрывался на полную и ни в чём себе не отказывал. Оказалось, не отказывал он ни в чём ещё и своей «девушке», ведь та… тот получал не меньшее удовольствие от всего происходящего. В такие моменты молчаливость Ван Ибо испарялась начисто. Он будто в ребёнка обращался: восторженно охал и воодушевлённо хохотал над каждой его неудачной подачей, когда на очередном свидании они решили сыграть в теннис. Позднее от ракетки у Сяо Чжаня руки болели, зато Ван Ибо светился ярко, словно начищенный пятак.       Всё же, при всей своей сногсшибательности и восхитительности, покладистости рядом с ним, Ван Ибо оставался самим собой. Это Сяо Чжань тоже прекрасно видел.       Уроки, работа в школьном совете, собственные клубы — Ван Ибо почти всегда был рядом с ним. Хотя случалось и так, что Сяо Чжань следовал за своей «девушкой». Он с удовольствием наблюдал за занятиями танцевальной секции и присутствовал на тренировках баскетбольного клуба.       Ван Ибо покорял своей крутостью и холодностью, а ещё какой-то странной жестокостью. Не терпел парень не только своих огрехов, но и других. Если ошибался, заново выполнял танцевальный элемент или упражнение, пока то не получалось идеальным. Ладно бы сам, но Ван Ибо, словно маяк, лидер команд, вёл за собой других. Так ошибки кого-то одного были вынуждены отрабатывать все участники занятий. Мало кому такой подход нравился, потому стычки и «тёрки» случались часто. Парни спорили без злобы и скорее из-за усталости, а не неприязни, хотя подобные эпизоды всё равно напрягали. По крайней мере, Сяо Чжаня.       По нечитаемому же лицу Ван Ибо (а выражение это тот на себя цеплял всегда, находясь вдали от него) ничего прочитать было нельзя. Он от конфликтов не бежал и, пусть и не провоцировал их сам, неизменно отвечал прямо и честно. Наблюдая за подобными потасовками, Сяо Чжань с удивлением обнаружил, что жизнь «золотого мальчика» Ван Ибо далека от идеала. Подначки, издёвки и завистливые речи сыпались на его голову по делу и без. Хотя Ван Ибо на откровенные глупости не реагировал, получалось не слишком хорошо.       В этом заключалась ещё одна причина, почему Сяо Чжань старался со своей «девушкой» быть мягким и внимательным. Иногда казалось, что рядом с ним Ван Ибо даже дышал свободнее, не говоря уже о том, что тот почти постоянно улыбался.       Эти улыбки, как выяснилось в конце первой недели их «отношений», были явлением уникальным, и распространялись они только на него, Сяо Чжаня. С другими, даже одноклассниками, Ван Ибо вёл себя неизменно сдержанно и холодно. Девушкам же не доставалось чаще всего даже единственного взгляда.       С момента, когда они начали «встречаться», Сяо Чжань достаточное количество раз становился свидетелем попыток девушек признаться Ван Ибо. Тот же всеми возможными способами избегал подобных откровений, а если не получалось, отвечал однозначным «Нет!» ещё до того, как несчастная девушка произносила заветные слова.       — Может, не стоило так резко с ней? — как-то раз спросил Сяо Чжань. — Она расстроилась до слёз.       — А что мне с её слёз? — пожал плечами Ван Ибо. — Плакать или нет — только её выбор.       — Это же эмоции, Ибо, — возразил Сяо Чжань. — Их обычно нелегко сдерживать! Разве же она может запретить себе плакать?       Ван Ибо был, конечно же, целиком и полностью прав, однако Сяо Чжаню до сих пор ни разу не признавалась девушка и, соответственно, он ни разу не отказывал, потому хотел понять, откуда в его «паре» столь чёрствое сердце. Он-то знал совершенно иного Ван Ибо — того, что внимательно слушал его и думал, а ещё искренне смотрел в глаза и взгляд не отводил.       — Наверное, не может, — Ван Ибо легко согласился с его выводами, но потребовал дальнейших подсказок. — Тогда что мне надо делать в подобных случаях? Признание-то я её принять не могу.       — Не можешь, — улыбнулся Сяо Чжань. В душе у него потеплело: «Ты ведь встречаешься со мной», — зато ты мог сказать ей о причинах отказа. Это было бы менее жестоко с твоей стороны.       Ван Ибо некоторое время размышлял над его словами, а потом выдал лаконичное «Понял» и перевёл тему.       На следующий день вся школа судачила, что Ван Ибо «душой и телом принадлежит своему единственному, с кем не сумеет сравниться ни одна девушка или парень, а он, Ван Ибо, ни за что не станет смотреть на других, ведь Сяо Чжаню нет равных». Передано точно со слов Ван Ибо девушкой, которой не повезло признаться в чувствах парню следующей.       Теперь плакали навзрыд уже практически все девушки в школе, а нервный срыв маячил перед глазами каждого второго парня.       После этого Сяо Чжань осознал, что устойчивое ванибовское «понял» чревато конкретно для него ожогами смущения на щеках и ушах такой силы, что ими можно ледники растапливать. Зато виновник массового психоза вышагивал рядом с ним как ни в чём не бывало и даже улыбался ярче обыкновенного.       В тот день обед они были вынуждены провести на школьной крыше, подальше от посторонних глаз. Удивительно, но им понравилось. С тех пор сбегать от всех и устраиваться на границе неба и земли стало для них привычным.       Эмоциональный фон школы выровнялся только через три дня. Рыдающих становилось всё меньше, хотя заявления Ван Ибо подобного же настроения продолжали звучать.       — Они не останавливаются, — пожаловался как-то Ван Ибо, уминая за обе щёки приготовленную Сяо Чжанем курицу под кисло-сладким соусом. (В какой-то момент Сяо Чжань решил пожалеть многострадальные пальцы своей «девушки» и периодически приносил приготовленную самостоятельно еду).       — С чем? — не понял Сяо Чжань.       — С признаниями. Я делаю, как говорит мне Чжань-гэ, но раньше только девушки… теперь ещё и парни признаются… — несмотря на ворчание, расстроенным Ван Ибо не выглядел, скорее озадаченным.       — Думаю, это случилось потому, что ты раньше ни с кем не встречался, — Сяо Чжань широко улыбнулся.       Мысль о том, что они с Ван Ибо «встречаются», с недавних пор ему нравилась больше, чем было положено. Хотя заветного «я согласен» он так ни разу и не произнёс.       — Точно, сейчас я встречаюсь с Чжань-гэ! — простая фраза, а сколько эмоций! Ван Ибо расплылся в солнечной ухмылке.       «Технически, мы ещё не встречаемся», — Сяо Чжань постарался не думать об абсурдности этой мысли, учитывая количество состоявшихся у них «свиданий».       Между тем вариации их походов за пределы школы не иссякали. После луна-парка был павильон традиционной японской культуры с чайной церемонией. Затем — центр игровых автоматов. Следом они отправились в технопарк и автомобильную выставку. Немногим позднее зависли за просмотром мотогонок. Ещё через день посетили концерт симфонического оркестра и даже оперу. Интересных мест было столько, что и не перечесть, а Сяо Чжань и Ван Ибо хотели побывать в каждом!       За всеми этими событиями Сяо Чжань совершенно забыл о собственных сомнениях в статусе Ван Ибо и настолько привык называть его «моя девушка», что даже перестал оговариваться и поправлять себя, рассказывая Ван Чжочэну о проведённом в погожий субботний день пикнике в центральном парке.       — Так, и кто же из вас корзинку с едой собирал? — потешался над ним друг. — Или за вами всюду повар семьи Ван ходит?       — С поварами семьи Ван мы закончили ещё раньше, чем начали встречаться, — беззаботно ухмыльнулся Сяо Чжань. — А корзинку в этот раз собирал я.       — «В этот раз»? — Ван Чжочэн удивлённо вскинул брови.       — Да, я настоял, — кивнул Сяо Чжань и с какой-то гордостью добавил. — Ибо ещё только учится готовить, так что не всегда выходит удачно, но он старается.       — Мда-а, — задумчиво протянул Ван Чжочэн, — слышал я, что от любви дуреют, но не думал, что настолько…       — П-ф-ф-хе-хе, — на многозначное высказывание Сяо Чжань ничуть не обиделся, наоборот, обрадовался. Хотя сам едва ли понял причину своей радости. — Ты бы видел его несчастные руки! Мне от одного взгляда на них плохо становится! Все в порезах и ожогах! Он слишком усердствует!       — Так скажи ему об этом, — Ван Чжочэн явно был не настроен слушать дифирамбы Ван Ибо. От продолжения разговора он просто отмахнулся.       — Говорил! Много раз! Но он слишком упёртый! — Сяо Чжань настроения друга не понял? Вряд ли. Скорее всего просто не мог остановиться. О Ван Ибо хотелось говорить и слушать.       — Это у вас семейное… — Ван Чжочэн покачал головой.       Скажете «идиллия»? Будете правы. У Сяо Чжаня с Ван Ибо действительно была полная гармония и глубокое взаимопонимание. Сяо Чжаню иногда казалось, будто они были созданы друг для друга. Неудивительно, что им было настолько комфортно вместе. Однако далеко не всегда всё проходило гладко.       Сяо Чжань по-прежнему слышал о «злом Ван Ибо» и «бессердечном Ван Ибо», а ещё о «заносчивом Ван Ибо». Пусть даже теперь он практически никакого внимания на подобные слухи не обращал, ведь неприятностей с участием Ван Ибо больше не случалось, обстановка в школе накалялась. Это казалось странным: чем счастливее себя чувствовал Сяо Чжань, чем больше времени проводил со своей «девушкой», тем больше недовольных было вокруг.       Скоро отмахиваться от подобных настроений стало невозможно.       — Чжань-Чжань, это уже третий случай за неделю, когда Ван Ибо упоминается причиной ссоры между девочками, — Сюань Лу, секретарь школьного совета, внимательно рассматривала его сквозь линзы круглых очков.       — Думаешь он действительно виноват? — Сяо Чжань со вздохом отложил журнал учёта факультативов.       — Не знаю, — пожала плечиками Сюань Лу. — Признаваться девочки не желают. Вот только в последний раз они не просто поссорились, а чуть волосы друг дружке не повыдёргивали.       — Как так? — опешил Сяо Чжань.       — Не строй из себя дурачка, — с соседнего стола послышался не слишком приветливый голос Цао Юйчэня, казначея школьного совета и парня Сюань Лу. — Что тут непонятного? Представительницы ваших фан-клубов подрались между собой. Разве же это надо пояснять?       — Представительницы чего? — Сяо Чжань удивлённо захлопал глазами.       Нет, он, конечно же, знал, что популярен, но совершенно точно понятия не имел, в какой момент успел обзавестись целым «фан-клубом».       — Тц! Ты самомнение-то убавь, Сяо Чжань, — Цао Юйчэнь его замешательство понял неверно, потому разозлился. — Как будто не знаешь, что Ван Ибо коршуном вокруг тебя годами уже ходит…       — Эй, постой, Чэнь-гэ! — Сюань Лу перебила парня, мило улыбнулась в вытянувшееся удивлением лицо Сяо Чжаня.       Выглядел он при этом, видимо, презабавно, так как девушка начала тихонько хихикать:       — Для тебя только что Америку открыли, Чжань-Чжань? Хи-хи.       — Да уж скорее целую галактику, — неуверенно кивнул Сяо Чжань. Он категорически не понимал, что происходит.       Цао Юйчэнь на подобное вновь раздражённо прицыкнул, а Сюань Лу расхохоталась:       — Вот же, светлая душа! Ха-ха. Ладно, давай объясню. Ты уже давно разруливаешь все проблемы этого парня и постоянно успокаиваешь всех, кого тот обидел, а ведь Ван Ибо всего лишь пытался привлечь твоё внимание. Ха-ха-ха! Я вообще-то сильно удивлена, что он так долго держался и не признавался тебе. Ясно же было ещё в пятом классе, что парень краш словил! Ха-ха-ха.       — В пятом классе?       Сяо Чжань что-то о галактике говорил? Мало! Тут о Вселенной речь!       Сюань Лу была доброй, потому сжалилась над его пересыщенным информацией мозгом и доходчиво пояснила глубину и интенсивность чувств Ван Ибо к нему. Тот годами не только сам ни с кем не встречался и никого даже близко к себе не подпускал, но и за чистотой Сяо Чжаня бдительно следил.       — Помнишь малышку Мянь-Мянь из параллельного с нами класса? — Сюань Лу напомнила события трёхлетней давности.       — Это та, что перевелась в другую школу? — Сяо Чжань вспомнил миловидную девочку сразу, ведь был уверен, что та в него по уши влюблена.       — Ага. Она. Девочка советовалась со мной, как к тебе лучше подойти и признаться, — улыбнулась Сюань Лу. Ничьих секретов она не раскрывала, просто делилась воспоминаниями. — Потом она как-то внезапно переключилась на Ван Ибо. Позднее я увидела её под окнами танцевального клуба во время тренировки коллектива Ван Ибо, а затем она без причины перевелась в другую школу.       — Как же «без причины»… — Цао Юйчэнь вновь подал голос. — Лу-Лу, хоть ты-то не будь наивной! Девчонка собралась признаваться нашему солнцу-лопоухому, да только её Ван Ибо перехватил. Завлёк на себя-красивого посмотреть, а после кинул, едва девчонка рот открыла с признаниями. Разве же это не очевидно?       — Какой ты вредный, Чэнь-гэ, — Сюань Лу потешно сморщила носик, а после рассмеялась. — Вероятнее всего, так и было, хе-хе.       — Постойте, Мянь-Мянь… а Чжоу Ин? Ян Крис? — Сяо Чжань выуживал из памяти одно за другим девичьи имена, вспоминал, что те тоже на него якобы неравнодушно смотрели.       — Пф-ф-хах, ты ещё Чжу Сону вспомни, — Сюань Лу закатила глаза. — Да, у каждой очень похожая история.       — То есть Ван Ибо… всех… — Сяо Чжань никак не мог решиться закончить фразу.       — То есть всё, наш сладкий лопоухий зай, что интересует Ван Ибо, — это ты. И ради тебя он готов на многое, — очень нехорошая улыбка появилась на лице девушки. Она совершенно не понравилась Сяо Чжаню, ведь точно подзатыльником ему по шее проходилась и велела разуть, наконец, глаза и смотреть в нужную сторону.       Ван Ибо его с пятого класса?..       Мысль закончить он не успел: дверь в комнату школьного совета распахнулась и ударилась о стены с жутким грохотом. Ван Чжочэн появился на пороге:       — Чжань-Чжань! Ты здесь?!       — Что случилось?! — у Сяо Чжаня сердце в пятки упало. Дурное предчувствие накрыло с головой.       — Твоя «девушка» опять вляпалась! — Ван Чжочэн обвиняюще уставил в него палец.       — «Вляпалась»?! — у Сяо Чжаня после всего услышанного явно случились проблемы с понятийным аппаратом. Он категорически ничего не понимал.       — Ван Ибо подрался!