Неидеальный

      Ричард зацепился взглядом за рыжее пятно в дверном проёме, а когда повернул голову, его словно пронзило ярким выстрелом. Омега, который работал за монитором, был сосредоточен и в строгости костюма до неприличия красив. Ричард был нормальным медведем, омегой, и ему никогда не нравились омеги даже других видов — поэтому он разозлился и пошёл не в кабинет к шефу, а к нему. Задеть его, унизить, разочароваться и тем самым задавить в себе неуместный интерес.       Когда же оказалось, что перед ним не омега, а альфа, Ричард едва сдержал себя в руках. Ведь это было даже хуже. Кем надо быть, чтобы зацепиться взглядом за такого альфу?       Но ничего не вышло: рыжий гиена Андрэ изводил его мысли. Ричард прочёл его личное дело, запомнил адрес и всю остальную информацию. Себе он так и не смог объяснить, зачем. То, как Ричард поступал, было непрофессионально — эмоции настолько его переполняли, что он терял над собой контроль и вёл себя агрессивно, пытаясь никчёмного альфу задавить, понять, насколько тот жалкий, и тогда уже разорвать неуместную привязанность.       Вот только всё сорвала неожиданная встреча. Ричард смотрел на сцену, смотрел на этот огонь, пылающий в каждом движении и в глазах Андрэ, и желал его. Тот был похож на опасную искру, и это будоражило Ричарда. После танцев он уже перестал так сильно цеплять Андрэ, немного остудил голову, попробовал разработать новую стратегию. Однако стоило увидеть альфу вновь, как контролировать себя становилось сложнее. Никто раньше не вызывал в нём таких эмоций: ни школьные товарищи, ни сослуживцы, ни командиры — только Андрэ был таким ярким. Мог быть солнечным, сосредоточенным, спокойным. А мог показать зубы.       Чтобы хоть как-то отвлечься и выпустить пар, Ричард ненавязчиво предложил шефу необычную идею для сплочения коллектива: командную игру. Ягуар тогда поморщился, явно намереваясь отказать, но он знал, чем надавить. Упомянул, что желающие могут покрасоваться перед омегами своим мастерством, а победившей команде выдать какие-нибудь бонусы по работе. Шеф сразу задумался, а Ричард уже знал, что тот согласится: видел, как он балует своего секретаря шоколадками и цветами. Вот только шоколадки тот любил горькие с орехами, а не молочные с ягодами — даже Ричард успел заметить это. Шеф же внимательностью не отличался.       Как оказалось, игра действительно могла прочистить мозги: Ричард так увлёкся, сосредоточился и погрузился в имитацию боевой обстановки, что на крик Андрэ и на то, как альфа спалился и выбыл из игры, сначала скривился от досады, ведь это минус один игрок из его команды. А потом понял: было бы Андрэ всё равно на него, а не на игру, так и не вылез бы из укрытия. Приятно.       Встреча под лестницей только добавила новых эмоций: Андрэ прямо оттуда хотелось загрести в лапы и утащить в свою берлогу. Но Ричард ощущал, что стоит сейчас лишь надавить, и он получит действительно врага, а не партнёра или... кого-то большего.       Эти мысли Ричард повторно крутил уже дома. Смакуя ложку за ложкой элитный мёд, и как тот переливался на языке, так и в голове сверкал Андрэ. Однако решиться на что-то было трудно — помог гон альфы. Конечно, Ричард сразу же подготовил путь к отступлению: взял документы, которые «срочно нуждались в проверке». Но вместе с тем захватил и подарочки для Андрэ. Альфе во время гона нужны силы. Нужна сладость. И новый вкусный чай.       В итоге не Ричард утащил Андрэ в берлогу, а наоборот. В первые секунды он даже растерялся — от Андрэ подобное было трудно вообразить. Но зато как легко поддаться. Острые укусы распаляли сильнее, жадные поцелуи заставляли утробно рычать, а член альфы — гореть внутри.       Раньше у Ричарда были отношения с альфами, которых можно было бы назвать равными ему. В силе, в телосложении, в интересах. Андрэ же был совершенно другим и сжигал собою всё. А на солнце сам сверкал как драгоценность. Сложно было оторвать от него взгляд, губы, дыхание, однако утром Ричард ушёл из постели.       Тяжёлые мысли сдавливали голову: он воспользовался состоянием Андрэ, а что теперь? Нужен ли ему не в гон такой омега? Впервые за долгое время Ричарду стало страшно. Успокаивало лишь ощущение укусов на теле — Андрэ метил так, как будто не хотел отпускать. Это ощущение Ричарду нравилось.       А потом искреннее признание на удивление далось Ричарду легко. Ведь альфа и правда был как мёд, как сладость, как драгоценность. И после этого все страхи отступили.       — Хочешь, я перееду к тебе? — как только Андрэ отдышался от очередного узла, так сразил Ричарда своим вопросом. И откуда только знал, что наоборот он не согласился бы?       — Хочу, — вместо словесной радости Ричард загрёб в объятия своего яркого альфу и зарылся носом в волосы. Это было правильно.       — И больше никакого пейнтбола? — Андрэ остро укусил в шею, и Ричард прижмурился от удовольствия. Его альфа кусался как надо. И шкуру пробить мог. А ещё явно понял, кто уговорил шефа на игру.       — Никакого пейнтбола, обещаю.

***

      — Давай станцуем вместе? — Ричард чуть не уронил чашку и для надёжности отставил подальше. После внимательно оглядел Андрэ, который от идеи чуть ли не горел. Кажется, он это всерьёз.       — Где я, а где танцы, Андрэ? — с негромким рокотом попытался возразить Ричард. Почему-то резко разговаривать уже не получалось. А про то, что не похож на всех его предыдущих партнёров по танцам, Ричард напоминать не стал.       — Я уже всё продумал! Тебе понравится. Это ведь почти то же самое, что двигаться в бою. Давай покажу, — Андрэ потянул его за руку, и Ричард почему-то поддался. Не мог отказать такому воодушевлённому взгляду. Может, у них и правда что-то получится.

***

      — Андр-рэ, просыпайся. Через час мы едем в тир. Ты забыл? — Ричард с лёгкостью стащил со своего альфы одеяло, а тот всё пытался увернуться от солнца и от его рук. Он залюбовался Андрэ и широко провёл ладонью вдоль позвоночника — тот сразу расслабился и взглянул хитро, явно намереваясь сорвать поездку.       — Ты обещал, Андрэ. Я станцевал с тобой на сцене, а ты занимаешься со мной стрельбой, — в ответ Андрэ вздохнул тяжело и перекатился к краю, вставая.       — Но тебе же понравилось, Рич. Мы долго тренировались и выступили потрясно! Ты же чувствовал это! — медведь смягчил взгляд и склонился над расстроенным альфой, чтобы поцеловать.       — Понравилось. Потому что это был ты, — целоваться с Андрэ неторопливо Ричарду тоже нравилось. Наслаждаться его сладостью, а не урывать кусками. — И тебе понравится. Ты же мне веришь?       — Да, — Андрэ куснул его за губу и стал нехотя собираться. Теперь Ричард спокойно пошёл греть завтрак и доставать к чаю медовую пастилу с клюквой — угостить своего альфу. Ни с кем поделиться раньше не мог, а вот для Андрэ и последний кусочек не жалко.       Силы его альфе определённо понадобятся: и на стрельбу, и на то, что будет после.