Не думала, что буду дружить с параллельным миром

      Pov: Рика       Мы сидели за большим деревянным столом на веранде, укрытой мягким светом лампы. Чайник с мятным чаем приятно источал пар, кружки чуть запотели, создавая уютную атмосферу. Я устроилась напротив Сони — она недавно постриглась, и её новая каре удачно подчёркивала тонкие черты лица. Я тоже поменяла имидж — моя новая причёска «медуза» доставляла мне тайное удовольствие. Мы сидели вчетвером: я, Соня, мама и папа. Чай был горячим, сладости на блюде почти закончились, и всё казалось бы спокойным, если бы не напряжённый разговор мамы по телефону.       Она сидела чуть в стороне, держа трубку у уха и нервно постукивая ногтем по столешнице. — Как через час?! — её голос прозвучал резко и даже тревожно. — Я уже три часа жду вашего курьера! Мне на работу нужно!       Мы с Соней переглянулись, одновременно прислушиваясь. — А! Ну… хорошо. Дома будут дочки. — мама смягчилась, тяжело выдохнула. — Кто-то из них распишется. Угу, до свидания.       Отключив звонок, она откинулась на спинку стула, сделала глоток чая и посмотрела сначала на Соню, потом на меня. — Девочки, только через час посылку привезут. Получите, ладно? — Хорошо, — без раздумий кивнула Соня. — Без проблем, — улыбнулась я, хотя в груди у меня что-то приятно кольнуло. Какое-то странное тепло пробежало по сердцу от её слов — «дома будут дочки». — А что за посылка? — поинтересовался папа, отложив кружку и прищурившись.       Мама загадочно улыбнулась: — Всякие полезные штучки для дачи. Потом сами увидите. — Да, кстати, о даче… — папа перевёл взгляд с меня на Соню. — Вы так и не рассказали, что случилось с вашей новой подругой? Как её там… забыл имя. Эта… доставщица пиццы.       Я недовольно буркнула, отпивая чай: — Её зовут Алёна. — И она пропала, — спокойно добавила Соня. — Пропала? — нахмурился папа. — Ага, растворилась словно и не было… — я поспешила вставить, — но ничего не пропало, мы проверили. — Кроме неё самой, — не удержалась Соня.       Папа скрестил руки на груди: — А с чего вы взяли, что она пропала? Может, просто ушла? — Я звонила в пиццерию, — объяснила Соня, не глядя ему в глаза. — Она там не появлялась уже неделю. — Ничего себе… — мама удивлённо подняла брови. — И велосипед свой бросила у нас. — Хозяин пиццерии сказал, что приедет за ним, — добавила Соня. — Странно… — папа задумчиво потёр подбородок. — Что же с ней могло произойти? — Понятия не имеем, — вздохнула я и сделала ещё глоток мятного чая. Горячий настой словно помогал держать лицо спокойным. — Но я думаю, тут не обошлось без мистики, — твёрдо сказала Соня и посмотрела на меня. Я молча кивнула в ответ. — Ох, Сонь, ну опять ты за своё, — раздражённо вздохнула мама. — Да брось, — попытался сгладить ситуацию папа. — Наверняка она просто решила уйти из пиццерии. Может, ей не доплачивали. — И как бы это выяснить? — Соня нахмурилась, уткнувшись взглядом в скатерть. — Не надо ничего выяснять, — строго сказала мама. — У вас учеба на носу. Пусть розыском занимаются профессионалы. — Прасфистионалы, — хмыкнула я, вспомнив реплику Гнездилова из сериала «Пёс».       Семья на секунду сдержала улыбку, но всё равно уголки губ дрогнули. Смех не решился прорваться, потому что тема оставалась серьёзной. — Ну да, — кивнула мама. — Родители Алёны наверняка уже обратились в полицию. Либо она вообще никуда не пропадала. — Надеюсь, с ней всё в порядке, — тихо сказала Соня и вновь посмотрела на меня.       Я отвела взгляд. В этой ситуации мне нечего было добавить — слова словно застряли где-то внутри. — Ладно, я пойду в свою комнату, мне нужно разобрать канцелярию, — решительно сказала Соня и встала из-за стола. — Я с ней, — пробормотала я, подхватывая кружку.       Налила себе ещё горячего мятного чая, почти до краёв, и поспешила за ней в комнату.       Соня уже сидела на полу, раскладывая тетради и ручки, а я устроилась на диван, скрестив руки и наблюдая за ней.       Мы сидели в комнате, и Соня всё никак не могла успокоиться. Она возилась с красками, вытаскивая из пакета баночку за баночкой, но взгляд её то и дело возвращался к полке, где лежала та самая книга. Я поймала себя на том, что тоже смотрю туда — слишком уж навязчиво она врезалась в нашу повседневность. – Как думаешь, куда она могла пропасть? – тихо спросила Соня, словно боялась, что нас кто-то подслушает.       Я выдохнула и сделала глоток остывающего чая. – Сонь, мы уже это обсуждали. У меня нет знаний на уровне Хогвартса, да и я туда не ходила, чтобы получить их. Поисковые чары — это не для нас. Они скорее связаны с печатями или редкими зельями. А в моём положении изучить такое в разы сложнее.       Соня промолчала, но глаза её блеснули, когда она поднялась и открыла шкафчик. Пальцы сестры дрогнули — и книга снов оказалась в её руках. Стоило её раскрыть, как страницы послушно остановились на знакомом развороте. Я затаила дыхание. – Думаешь, Алёна могла прочитать это заклинание? – спросила я, чувствуя неприятный холодок по спине.       Соня лишь кивнула и медленно начала читать строки, которые выглядели скорее как стихи, чем как магическая формула:

«Если ты не глуп И умеешь зорким быть, То увидишь образ ты, Который не забыть.

Если ты прочтёшь, Или скажешь вслух, За тобою явится Мистер Бабадук.

Прочти о нём, Услышь лишь звук И не исчезнет Бабадук.

Не бойся, он забавный, Услышишь скрежета звук, А затем тройной стук…»

      Голос Сони дрогнул на последних словах, и словно в ответ на её чтение — в дверь раздался отчётливый тройной стук. Мы обе подскочили на месте, обернувшись к двери. Я, не находя в себе смелости, метнулась к окну и выглянула, но снаружи никого не было видно.       Соня же, сжав кулаки, поднялась и направилась к двери. Я едва успела крикнуть: – Подожди! – но она уже тянулась к ручке.       Дверь распахнулась — и на пороге стояла мама. – Девочки, мы поехали, – бодро сказала она, словно не заметив напряжённой тишины. – И не забудьте про посылку. Если что — звоните.       Мы переглянулись, и обе почти одновременно кивнули. – Дверь за собой закрывайте, и не забывайте спрашивать «Кто там?» – строго напомнила мама. – Так точно, капитан. Мы же не маленькие, – попыталась я пошутить и вновь сделала глоток остывшего чая.       Когда дверь за родителями закрылась, Соня вернулась в комнату, а рядом со мной, вытянувшись из кольца, появился Кальци. Он скрестил руки на груди, пристально глядя на сестру. – Может, зря вы это заклинание прочли? – тихо спросил он, и в его голосе звучала непривычная серьёзность. – Зря не зря, – Соня закрыла книгу и прижала её к груди. – Но я ведь не просто так всю неделю открываю её именно на этой странице. Вдруг это и есть ответ? Вдруг это ключ к исчезновению Алёны?       Я нахмурилась и отставила кружку. – Я бы не рисковала, Сонь…       Прошло меньше десяти минут, и вновь — стук в дверь. – Кто это? – нахмурился Кальци. – Может, курьер? – предположила Соня, уже вставая. – А не рановато? – тихо спросил он. – Мама сказала, что он придёт в течение часа, – пожала я плечами и пошла вслед за сестрой.       Мы подошли к двери. Кальци, понимая всю серьёзность, убрал рожки и хвост, превратившись в мальчишку с алыми волосами и янтарными глазами. Соня заглянула в глазок. – Кто там? – строго спросила она. – Служба доставки, – раздался слишком знакомый голос. – Посылка для Нины Майер.       Соня приоткрыла дверь. На пороге стоял курьер в синем костюме и кепке того же цвета. Он улыбнулся и протянул планшет с бумагой. – Простите за опоздание, пробки, – произнёс он, будто оправдываясь. – Вот тут распишитесь.       И в этот момент у меня похолодело внутри: голос этого курьера я уже где-то слышала. И слишком хорошо его помнила. – Алёна!? – воскликнула Соня и, не веря своим глазам, выбежала на крыльцо.       Девушка в синей форме курьера, с планшетом и кепкой, обернулась. Её глаза расширились, посылка с глухим стуком упала на землю. – Ты?! – пролепетала она, отступая на шаг, словно увидела привидение. Я тоже вышла за сестрой, прищурившись. – Ну надо же… Пять звёзд за сервис — точно не поставлю, – фыркнула я, но голос всё равно дрогнул: слишком уж странной казалась эта встреча. – И ты…!? – выкрикнула Алёна, явно в шоке. – Алёна, ты жива! – Соня буквально вспыхнула радостью и кинулась было к ней, но та резко вскинула руки, пятясь. – Не подходи ко мне! – голос Алёны дрожал, а глаза метались от меня к Соне. – Не подходите… я серьёзно!       Она развернулась, собираясь бежать прочь, но прямо у калитки путь ей преградил Кальци. Красноволосый парень стоял небрежно, руки в карманах, но в янтарных глазах плясали искры насмешки. – Тише, тише, красавица, – сказал он с ленивой ухмылкой. – Уже уходишь? А как же подпись? – Ты кто такой?! – Алёна побледнела, но отойти некуда.       Я подошла ближе и встала рядом с Кальци, скрестив руки на груди. – Мы тебя не отпустим, пока ты нам не объяснишь, каким, прости господи, Дзянь Чэном ты тогда пропала. Что вообще произошло? – Лучше вы объясните, – выпалила Алёна, дрожащей рукой указывая на Соню, – почему она меня преследует!       Соня оторопела. – Я?! – Да! – почти закричала девушка. – Куда бы я ни пошла, ты снова оказываешься рядом! Даже тут меня нашла… Ты ведьма, да? Колдунья! Что вы делаете в этом доме?!       Кальци фыркнул. – Они тут живут, если что.       Алёна перевела взгляд на планшетку, заметив имя в квитанции. – Нина Майер… Вы ещё скажите, что кто-то из вас и есть она. – Нина Майер — это наша мама, – спокойно сказала Соня, но на меня всё же бросила быстрый взгляд. – А я Соня Майер. – Что? – Алёна моргнула, растерявшись. – Серьёзно? – Абсолютно! – подтвердила Соня, почти возмущённо.       Я добавила тише, уже без иронии: – Она очень переживала, что ты исчезла. – Я даже звонила в пиццерию, – Соня шагнула вперёд, глаза её блестели заботой. – Там сказали, что ты неделю не появлялась на работе. Что случилось? – Это всё вы… и ваша дурацкая книга! – сорвалась Алёна, сжав кулаки.       И только теперь я заметила: кончики её волос стали синими. Значит, за эту неделю она не просто скрывалась — пыталась начать новую жизнь. – Ты открывала книгу снов?! – Соня воскликнула так, будто ей ударили током. – Да! – выкрикнула Алёна и вцепилась в планшет. – Открыла! Там был этот… мерзкий стих. А потом появился он. Мой кошмар.       Соня шёпотом, почти одними губами: – Бабадук…       Алёна кивнула, опуская взгляд. – Он… он ничего не сделал. Я бросилась бежать, не помню как. Перелезла через забор, изодрала руки, порвала футболку… – она замолчала, пытаясь отдышаться.       Кальци тихо присвистнул. – Скажу честно, марафон у тебя знатный получился.       Я тут же дала ему по затылку. Он лишь ухмыльнулся, не обижаясь. – Пришла в себя уже дома, – продолжала Алёна, словно не заметив его слов. – Собрала вещи и уехала к сестре. Живу у неё. Только устроилась на новую работу… и тут снова вы. – Но мы ведь не виноваты, – мягко произнесла Соня, но её голос дрогнул. – Это ты ослушалась и открыла книгу! – я не выдержала, возмущение взяло верх. – А теперь получается, что мы виноваты? Я должна защищать миры, понимаешь? Но как их защищать от таких, как ты? Любопытных, которые суют нос куда не следует?! – Что?.. – Алёна уставилась на меня, явно не понимая, о чём я говорю. – Впрочем… и знать не хочу! Она сунула нам планшет. – Вот, распишитесь о получении. И я пойду.       Но её руки дрожали, а глаза всё время метались к Соне, словно она всё ещё считала её источником бед. – Да-да, конечно. А ручка есть? – сестра вопросительно посмотрела на курьершу. – Не знаю… – Алёна оглянулась по сторонам, нервно перебирая пальцами края кепки. – Она была… куда-то закатилась, наверное. – Пойдёмте в дом? – предложила Соня, и все согласно кивнули.       Мы не забыли захватить и посылку, которая по-прежнему лежала у порога.       Как только мы переступили порог, Кальцы без слов закрыл за нами дверь, словно ставя точку в этой странной встрече. Соня же мягко улыбнулась и повернулась к Алёне: – Ты ведь не очень торопишься? Может, чаю? – Лучше воды, – тихо ответила девушка, опуская взгляд. – Проходи, – Соня жестом пригласила её к столу и пошла на кухню. – Извини, что я уронила коробку, – смущённо проговорила Алёна, пока садилась на край стула. – Я просто очень сильно испугалась. – Ничего страшного, – откликнулась Соня, наполняя кружку водой. – Надеюсь, там не было ничего хрупкого? – с тревогой уточнила курьерша.       Я изогнула бровь, скрестив руки на груди: – И только сейчас решила об этом подумать? После того, как уронила? – Мне правда очень неловко, – Алёна поникла, пальцы судорожно теребили край формы. – Сегодня мой первый рабочий день, и вот так неудачно он начался… – У каждого бывают промахи, не переживай, – мягко подбодрила её Соня и поставила перед ней кружку с прохладной водой. Алёна сделала несколько глотков и всё же попросила: – Проверьте, пожалуйста, вдруг там правда что-то хрупкое? – Сейчас проверим, – охотно согласился Кальцы. Он ловко достал из кармана небольшой канцелярский нож и подцепил им скотч на коробке. – Если там что-то разбилось, я всё возмещу, – поспешно добавила Алёна, явно терзаемая чувством вины. – Но ты ведь ещё и копейки не заработала, – заметила Соня. – Займу у сестры, – выдохнула Алёна, чуть ссутулившись. – Мне правда очень неловко, что всё вышло так глупо…       Я нахмурилась, глядя, как она переживает. – Главное, что ты жива, – сказала я серьёзно. – Всё остальное неважно.       В глубине груди кольнуло: я бы себе не простила, если бы при мне исчез человек. Хранитель не имеет права допускать, чтобы чьи-то жизни ломались из-за его беспомощности. – Я правда рада, что у тебя всё хорошо, – Соня осторожно коснулась её плеча. – Ведь всё хорошо… правда?       Алёна опустила голову. – Не совсем… – Что не так? – спросила я, и курьерша сняла кепку, проведя рукой по волосам с синими кончиками. – Он снится мне каждую ночь, – произнесла она почти шёпотом. – И кажется, что я постоянно вижу какие-то тени. А стихи… эти стихи про него, они не выходят у меня из головы.       Я напряглась, оглядываясь по углам комнаты, словно ожидая, что за спиной вот-вот что-то шевельнётся. – Я не понимаю, откуда этот стих мог появиться в Книге Снов, – пробормотала Соня, нахмурив лоб.       Глаза Алёны оживились: – Ты тоже его видела? – Она всю неделю открывала книгу именно на этой странице, – пояснила я, чувствуя, как неприятно холодеет внутри. – Словно её заколдовали. – Сейчас покажу, – решительно сказала Соня и почти бегом вышла в свою комнату. – А смотреть будем? – лениво спросил Кальцы, вертя в руках ножик. – Потерпи, – отмахнулась я.       Через минуту Соня вернулась, прижимая к себе увесистый том. Она раскрыла его на знакомой странице. Слова выглядели чётко, будто их только что написали чёрными чернилами. – Вот, смотрите. Я не понимаю, откуда эти стихи в Книге Снов. Обычно там заклинания… но не это. – Голос её дрогнул, а взгляд метался по строчкам.       Я вгляделась в строки и ощутила, как будто от страниц тянет ледяным ветром.       Комната словно дышала напряжением. Воздух был тяжелым, в нём витала неестественная прохлада, как перед грозой. Книга Снов лежала на столе, страницы её тихо шелестели, будто сами собой, и излучали слабое магическое свечение. Я прищурилась — несмотря на ауру, в ней не ощущалось чего-то по-настоящему опасного. Но слишком уж многое совпадало. – Может, это снова проделки Глока? – осторожно предположила Алёна, не сводя глаз с книги. – Точно, – подхватила Соня и резко обернулась ко мне. – Это ведь тоже может быть морок. Помнишь, ты рассказывала мне о своих снах? Если он подслушивал… он вполне мог использовать это против нас.       Я с Алёной кивнула, крепче сжав палочку в руке. – Да. Но если так… что нам теперь делать? – А что делать? – возмутилась я, чувствуя, как закипает злость. – Поймать этого мерзавца и отнять у него силы! – Нет, – Соня покачала головой и вспомнила слова нашей старой няни. – Нужно сказать ему, что он ненастоящий. Карина всегда говорила: иллюзии исчезают, если в них перестать верить. – Соня права, – поспешно поддержала её Алёна, будто цепляясь за спасительную мысль. – Этот монстр всего лишь иллюзия. Бабадук…       Её голос дрогнул, и в тот же миг по полу со стуком покатился детский мячик. Он вылетел из комнаты Ксюши, ударился о ножку дивана и замер в тишине. – Он здесь, – мрачно произнёс Кальци. Его взгляд похолодел, а рука машинально потянулась к карману. – О, нет!.. – воскликнула Алёна, в панике вскочив на ноги. – Мне пора уходить! – Алёна! – крикнула Соня, хватая её за руку. – Ты не должна убегать! Ты должна встретиться со своим страхом лицом к лицу! – Если у этого страха вообще есть лицо… – пробормотала я сквозь зубы. – Нет… – Алёна зажмурилась. – Это не моё… извините!..       Она бросилась к выходу, но остановилась, будто наткнувшись на невидимую преграду. Я тут же насторожилась: магия в доме словно задрожала. Достав палочку, я поспешила к ней, Соня не отставала. Но мы не успели — Алёна резко отшатнулась назад, врезавшись прямо в меня. – Да что вы творите?.. – я едва удержала равновесие, и в этот момент по всему дому одновременно хлопнули двери. Гул ударов отдавался в ушах, словно грохот барабанов. – Это что-то новенькое… – выдохнула я, стиснув зубы.       Хлопанье внезапно стихло. Из щели в двери родительской спальни медленно высунулась длинная, тонкая рука. Пальцы неестественно выгибались, когти скребли по дереву. – Это он! – закричала Алёна, её глаза округлились от ужаса. – Скажите, я не сплю? Он настоящий?!       Но рука мгновенно исчезла, и дверь захлопнулась с такой силой, что дрогнули стены. – Нет, Алёна! – Соня перекричала её панику. – Ты должна поверить, что Бабадук не существует! Он всего лишь иллюзия!       Я уже хотела поддержать сестру, но слова застряли в горле: прямо перед нами, у дверей в комнаты Ксюши и родителей, возникло нечто. Человеческая фигура, но искажённая, словно вырванная из чужого кошмара. Чёрное пальто, вытянутые пальцы, лицо, обезображенное широкой, гротескной улыбкой. Губы вымазаны густой, чёрной краской, глаза налились жутким блеском, а седые волосы спадали на плечи, закрывая половину лица. – Ты иллюзия! Ты не настоящий! – закричала Соня, дрожа, но стараясь держать голос твёрдым. – Ты не существуешь!       Монстр не исчез. Напротив – его тело стало вытягиваться, он рос, нависая над нами всё сильнее, пока потолок почти не упёрся в его шляпу. – Ребята! – Соня в панике обернулась. – Чего молчите?! Мне нужна ваша помощь! – Ты не настоящий… ты иллюзия… – повторила Алёна, но её голос дрожал от страха, каждое слово звучало неуверенно. – Мне кажется, от ваших криков он только крепче становится, – усмехнулся Кальци, хотя в его глазах мелькнуло напряжение.       Бабадук двинулся в нашу сторону. Его шаги были медленными, но каждый удар ботинок о пол звучал так, словно рушилась стена. Сердце в груди сжималось от ужаса. – В комнату! – выкрикнул Кальци и первым бросился в сторону Сониной комнаты. Я схватила Алёну за руку, рывком увлекла её за собой, а Соня — следом.       Дверь захлопнулась, замок щёлкнул. Мы сгрудились в тесном пространстве, слушая, как снаружи гулко раздавались шаги. – Что делать?! – Алёна почти плакала. – Эта хлипкая дверь ему не помеха!       Соня отчаянно огляделась и внезапно вытащила из шкафа старый, потертый зонт — тот самый, что принадлежал её прабабушке. Она раскрыла его, и я поняла её замысел. – Рика… что вы собираетесь делать? – Алёна отступила назад, глядя то на нас, то на странный зонт.       Я крепче сжала её руку, другой рукой призвала Кальци обратно в кольцо. – Доверься нам. – Полчаса назад! – выкрикнула Соня и крутанула зонт.       Мир вокруг дрогнул. Воздух в комнате загустел, стены словно вытянулись, и нас накрыло мягким вихрем. Всё исчезло – шаги, стук, даже чувство страха – и в одно мгновение мы оказались в той же комнате, но будто отмотав время назад.       Тишина. В дверях никто не стучал. Дом был по-прежнему мирным, словно ничего и не происходило. – Что это было?.. – Алёна смотрела на нас с ужасом и неверием. – Как… как ты это сделала?..       Соня ещё держала в руках зонт, когда Алёна, всё ещё сбитая с толку, уставилась на нас. – Где ваш друг?.. Он исчез? – засыпала она вопросами, едва переводя дыхание.       Я, не отвечая, направилась к двери, чтобы проверить, всё ли спокойно. Соня в этот момент глянула на экран телефона. – Так, время… – она нахмурилась. – Сейчас 17:35. Значит, у нас есть полчаса. В 18:05 мы должны вернуться обратно. – Подождите… – Алёна перевела взгляд на зонт. – Это что, волшебный зонт? – Один из артефактов, – сухо отозвалась я, снова заходя в комнату. – Он принадлежал моей бабушке Полине, – добавила Соня, аккуратно закрыв зонт. – Той самой… колдунье? – уточнила Алёна, глаза её округлились. – Да, – кивнула Соня. – Но… как? Как этот зонт заставил Бабадука исчезнуть? – не унималась девушка, указывая пальцем на странный предмет.       Я шумно взъерошила волосы и, нарочито привлекая внимание, сказала: – Слушай, Алёна. Бабадук никуда не исчез. Мы просто… переместились. Это вроде прошлого. И сейчас у нас только одна задача — сделать так, чтобы Соня не прочла этот чёртов стих. – Прошлого?.. – Алёна моргнула, глядя то на меня, то на Соню. – Это что, машина времени? – Ну, да… – неуверенно протянула Соня. – Первое, что приходит на ум. – Но почему?.. зачем?.. – начала было Алёна, но я перебила её, резко вскинув руку. – Не «почему» и «зачем»! Сейчас не время для вопросов. У нас сложнее ситуация, чем ты думаешь. Потом объясним. А сейчас главное — не дать Соне прочесть тот стих. И помните: время тикает. Вот скоро мама уйдёт, Соня выйдет её провожать, потом вернётся с Киллианом… А ещё позже мы откроем дверь уже тебе, – я ткнула пальцем в Алёну. – Так что нужно действовать быстро. – Надо спрятать книгу! – решительно сказала Соня, вытащив том из шкафчика и растерянно озираясь. – Но куда? – Куда угодно, лишь бы ты туда не посмотрела первой! – выпалила я и тут же услышала знакомый звук скрипнувшей калитки и голоса – наш с Сониным, со стороны улицы. – Времени мало!       Мы метались по комнате, взгляд прыгал с одного места на другое, но всё казалось ненадёжным. Полки, шкаф, ящики — Соня наверняка туда сунулась бы в первую очередь. Я подняла голову и улыбнулась. – Алёна, слушай! Положи книгу наверх шкафа или на антресоль. Это точно место, куда мы не полезем сразу.       Я выхватила том у Сони и сунула его Алёне. Та, хоть и дрожала, послушно встала на цыпочки и закинула книгу туда, где её взгляд не зацепит сразу. – Отлично! – выдохнула я.       Мы снова взялись за руки. Соня раскрутила зонт, и в тот же миг вихрь света втянул нас в петлю времени. Стоило нам исчезнуть, дверь в комнату Сони распахнулась, и в неё вошла прежние «мы», не подозревающая о том, что книга уже спрятана.       Мгновение спустя мы оказались в 18:05. Я вздрогнула, когда часы на телефоне мигнули подтверждением. Всё получилось.       В гостиной Алёна забрала со стола свою планшетку и кепку. Лицо её порозовело от облегчения. – Ну вот! – с облегчением выдохнула Соня. – Значит, всё получилось! Если бы я не прочла этот стих вслух, он бы не появился. – Здорово, что мы смогли избавиться от него, – согласилась Алёна, но в её голосе всё ещё звенело напряжение.       Я нахмурилась, осматриваясь. Атмосфера в доме оставалась тяжёлой, что-то витало в воздухе, заставляя кожу покрываться мурашками. – Ладно, Соня, мне пора, – Алёна натянуто улыбнулась. – Я была рада познакомиться.       Она сунула руку в карман брюк, достала оттуда визитку и протянула Соне. – Вот. Это визитка нашей курьерской службы. Там есть мой номер. Если что… звоните. – Спасибо, Алёна, – кивнула я и, не желая её отпускать одну, пошла проводить. – Надеюсь, мы ещё встретимся, – улыбнулась Соня ей вслед.       Я захлопнула за курьершей дверь и, сделав пару шагов к сестре, вдруг ощутила, как воздух задрожал, пропитанный мерзкой, давящей аурой. В горле защекотало, кожа будто обожгло холодом. Я резко остановилась. – Соня… – только и успела выдохнуть я.       Мы обе повернулись к комнате Ксюши. Дверь медленно приоткрылась, и из щели выкатился мячик. Он прокатился по полу и остановился посреди зала. И тут — как будто из самого детского кошмара — прямо перед дверью метнулась чёрная фигура. Маленький Бабадук, ростом с ребёнка, скользнул по коридору, словно тень, и исчез. – Нет… – Соня побледнела.       Мы бросились к двери, собираясь выскочить наружу. Но она со скрипом открылась сама, и в проёме, словно поджидая нас, появился Бабадук. Его глаза горели, улыбка раздвинулась ещё шире. Он будто наслаждался нашим страхом.       Мы влетели в комнату Сони и захлопнули за собой дверь так, словно сама спасительная деревяшка могла остановить чудовище. Сердца колотились в груди, дыхание сбивалось. — Почему не получилось?! — в отчаянии выдохнула Соня, впившись взглядом в дрожащую дверь. — Что мы сделали не так?!       Я тоже слышала это: мерзкий скрип, будто чьи-то когти скользили по стеклу окна, оставляя невидимые, но почти осязаемые борозды. Холод пробежал по коже. Соня схватила телефон, набрала кого-то — и тут же сбросила звонок, резко посмотрев на меня. — А если… — начала я, и голос предательски дрогнул. — А если Алёна уже рассказывала заклинание, когда пришла к нам? Ты же его не читала, а она говорила, что стихи сами вертелись у неё в голове, двадцать четыре на семь.       Соня нахмурилась, глаза её расширились — узнала правду в моих словах. — Это бы объяснило, почему у нас ничего не вышло, — тихо проговорила она. И тут же телефон в её руках ожил. Соня резко ответила: — Вера, беда! В моём доме Бабадук, и мы не знаем, как его изгнать! … Да, с Книгой Снов что-то не так! … Я не знаю, но именно в ней было то заклинание, которое вызвало его! … Что ты имеешь в виду? … И что нам делать?! … Ты серьёзно?! Это твой совет?! …       Голос сестры был полон отчаяния, но Вера оборвала звонок, пообещав перезвонить через три минуты. Соня сжав губы, включила таймер. — Что она сказала? — спросила я. — Сказала, что если не перезвонит, нам придётся вызывать Баку, — ответила Соня и сжала телефон в кулаке. — Бабадук питается страхом. Чем больше мы боимся, тем сильнее он становится. А если будем его отрицать, он вырастет ещё больше.       Я горько усмехнулась. — Прекрасно. Хороша из меня хранительница… даже себя защитить не могу, не то что других. — Не будь так строга к себе, Ри, — поспешно возразила Соня. — Мы справимся. — Справимся? — горечь зазвенела в моём голосе. — Я уже столько времени учусь магии, изучаю артефакты, но всё без толку. Каждый раз… всё выходит из-под контроля.       Соня хотела что-то сказать, но не успела. За дверью заскреблись снова, на этот раз сильнее, будто когти пытались выцарапать вход в комнату. Мы сидели в тишине, затаив дыхание, пока не услышали, как калитка во дворе со скрипом открылась. А потом — торопливые шаги к дому. — Девочки! — раздался голос Алёны из коридора. — Вы забыли расписаться в планке о получении! Рик? Сонь? Вы дома? — Алёна, беги! — в ужасе выкрикнула Соня. — Беги отсюда, быстрее! — Что? — голос подруги дрогнул, в нём зазвенела паника. — Это снова он?! Бабадук?!       Не успели мы ничего ответить, как монстр сделал это за нас. По дому разнёсся низкий гул, будто сама тьма заговорила. Алёна в панике ударила кулаком в дверь нашей комнаты. Я сорвалась, распахнула её и втянула её внутрь, тут же захлопнув за собой. — Почему он опять появился? — воскликнула Алёна, глядя на нас с широко распахнутыми глазами. — Мы не знаем! — резко ответила я и опустилась на диван.       В комнате повисло напряжённое молчание. Я видела ужас в глазах Алёны и растерянность в глазах Сони. — Но мы ведь изменили прошлое! — прошептала Алёна, едва веря в собственные слова. — Значит, после того, как мы исчезли, произошло что-то ещё, — пробормотала Соня. — У меня два варианта, — сказала я, чувствуя на себе их взгляды. — Либо мы плохо спрятали книгу. Либо… Алёна прочла заклинание вслух, когда её допрашивали. — И что теперь делать? — спросила Алёна, сжав руки так, что побелели пальцы. — Сейчас позвонит Вера и даст нам совет, — сказала Соня, словно сама себе. Но тут же поняла, что Алёна смотрит на неё в недоумении. — Кто такая Вера? — спросила она. — Её ангел-хранитель, — бросила я коротко, не желая углубляться в объяснения. — Ждать осталось недолго, — с надеждой сказала Соня. И будто в ответ на её слова, телефон завибрировал. — Вера! Наконец-то! … Ну? Как тогда избавиться от Бабадука? … Хорошо, Вера, мы сделаем так…       Гул за дверью словно усилился, и мне показалось, что время, отпущенное нам, уже на исходе.       Соня отложила телефон и тяжело выдохнула. Не успела она ничего сказать, как в комнате раздались три гулких, медленных стука в дверь. Мы все вздрогнули — даже стены словно содрогнулись от этого звука. — НЕ ХОТИТЕ ОТКРЫВАТЬ ДВЕРИ?! — донёсся из коридора хриплый, мерзкий голос монстра. — НУ, НЕ НУЖНО! Я СДЕЛАЮ ВРАТА САМ!       Сразу же замок заскрипел, поворачиваясь сам по себе, будто чья-то невидимая рука пыталась провернуть ключ. — Алёна, — быстро заговорила Соня, её голос дрожал, но в нём звучала решимость. — Сейчас мне придётся призвать одного очень сильного духа. Не бойся! Он наш союзник. Он поможет нам справиться с Бабадуком!       Алёна энергично закивала, но её глаза выдали сомнение и страх. Соня перевела взгляд на меня: — А ты… пожалуйста, не ссорься с ним по пустякам. — Ой, надо мне это… — фыркнула я и отвернулась. — Ладно уж, молчать буду. — Сонь, ты меня пугаешь… — прошептала Алёна, переводя взгляд то на дверь, то на подругу, словно уже не знала, чего боится больше.       Я же даже палочку не достала. Внутри не было сомнений: если Соня вызовет Баку, то он одолеет этого чудовищного клоуна.       Соня закрыла глаза, прижала ладони к лицу и начала глухим голосом: — Баку, Пожиратель снов, приди! Баку, Пожиратель снов, приди! Баку, Пожиратель снов, приди!       С последним заклинанием она резко убрала руки от лица. На её коже тут же проступили странные тени, словно синяки под глазами, и губы изогнулись в чужой, пугающей улыбке. — Ну что, скучали без меня?! — раздался знакомый, дерзкий голос.       Я облегчённо выдохнула. Это был он. Настоящий Баку.       Алёна отшатнулась, всматриваясь в чужие черты лица Сони. — Ч-что… у тебя с лицом? — осторожно спросила она. — С лицом? — переспросил Баку, ощупывая щёки и лоб руками. — У тебя… какие-то… чёрные штуки под глазами, и… — Алёна запнулась, не находя слов. — А-а-а! Ты про это? — он хохотнул, явно довольный произведённым впечатлением. — Ну, понятно. Ты про меня ничего не знаешь. Так что тут произошло? Почему вызвали? Где вторая глупая девчонка? И ты вообще кто такая? Пиццу принесла, что ли?       Он засыпал Алёну вопросами, как градом. Девушка, растерянная и напуганная, лишь открывала рот, но не успевала ответить. — Баку, — вмешалась я, спасая её от его издёвок. — Повернись.       Он обернулся и замер. Его взгляд наткнулся на меня — и в тот миг по его лицу скользнуло настоящее удивление. — Глупая девчонка… — протянул он, — что ты сделала со своими волосами? — Постриглась, — спокойно ответила я, хотя внутри всё дрогнуло. И в ту же секунду поняла: замок на двери больше не трещит. Монстр не пытался войти. Он будто почувствовал перемены. — Так, — усмехнулся Баку, — что же у вас тут стряслось, что даже «могущественная хранительница» не справилась? — А вот и понадобилась помощь древнего и очень могущественного духа, — язвительно заметила я, скрестив руки на груди.       Алёна переводила взгляд с одного на другого, и, кажется, её сознание не выдержало такого потока откровений. Баку заметил это, склонился к ней и, глядя прямо в глаза, резко произнёс жутким голосом: — Бу!       Алёна вскрикнула и тут же осела на пол, теряя сознание. — Ты что творишь?! — я вскочила, схватив её за руку, проверяя дыхание. — А не видно? — довольно хмыкнул он. — Убираю лишние уши. Видела, какое впечатление произвёл? — Да она и так дрожала, как овечка на бойне! Ты её совсем доконаешь! — возмутилась я. — А тебе ли не всё равно? — вкрадчиво протянул он и шагнул ближе.       Я отвернулась, не желая встречаться с его взглядом. — Я воспринимаю тебя только в твоём настоящем теле, а не когда ты вселяешься в кого-то, — резко сказала я, не скрывая раздражения. — О-о-о, — протянул Баку, усмехнувшись своей фирменной усмешкой. — Как мы вдруг заговорили… интересно. — Лучше иди и разберись с Бабадуком, — отрезала я, указывая на дверь. — Потом проводим Алёну и поговорим. Если будет о чём.       Я решительно распахнула дверь и буквально вытолкнула его наружу.       Он уже собирался идти, но вдруг, не оборачиваясь, бросил: — Ты ведь знаешь, что пользуешься этим… тем, что нравишься мне. Ты ведь знала?       Я остолбенела. Сердце сбилось с ритма. — "Нравлюсь? Я?.. Ему?" — мысль прозвенела внутри, будто гром среди тишины.       Но прежде чем я смогла осознать сказанное, в коридоре появился Бабадук. Огромная тень заслонила свет. Я захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Взгляд скользнул на Алёну, лежащую без сознания.       И только теперь я поняла: смятение внутри стало куда страшнее чудовища за дверью.       Через несколько минут дверь тихо скрипнула, и в комнату вернулся Баку — всё ещё в теле Сони. На его губах блуждала самодовольная усмешка, а глаза блестели в полумраке. — Ну всё, глупая девчонка, — протянул он, отряхивая руки, будто только что разделался с назойливым комаром. — Я справился с этим жалким духом. И как вас только угораздило наткнуться на него?       Я молча кивнула в сторону Алёны, всё ещё лежавшей на полу. — Она всему виной? — прищурился он, глядя на девушку. — Ну… не совсем, — вздохнула я, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. — Насколько я поняла, это её ночной кошмар. Агент Глок успел наложить заклятие на твою книгу, а Алёна с Соней прочитали заклинание вслух. Вот и вышло, что мы получили гостя. Он гулял по дому, пугал нас… — я пожала плечами и посмотрела на духа. — Давай сперва проводим её.       Я заметила на столе планшетку, рядом лежала ручка. Алёна явно бросила её в спешке, когда влетела в комнату. Я расписалась, а Баку, убрав тени с лица и вернув Сони привычный вид, присел рядом с девушкой и осторожно тронул её за плечо. — Эй… Алёна, очнись, — сказал он удивительно мягким тоном, словно хотел быть убедительным.       Алёна дёрнулась, моргнула и медленно поднялась с пола. — Ох… голова кружится… Соня? Рика? Что произошло? — её взгляд метался от меня к Соне, и я поняла: придётся взять объяснения на себя. — Ты потеряла сознание, — ответила я как можно спокойнее. — Когда Баку пошутил над тобой. Вот, смотри, я расписалась за доставку.       Я протянула ей планшетку, и она с благодарностью кивнула. — Спасибо… — пробормотала она, прижимая устройство к груди. — А… Бабадук? Мы от него избавились? — Да, — вмешался Баку, и в его голосе прозвучала уверенность. — Он больше не появится.       Алёна облегчённо выдохнула, чуть улыбнулась и поспешила к двери. — Ну и хорошо… Мне пора возвращаться на работу. Я и так задержалась. — Она махнула рукой и исчезла в коридоре.       Мы с Соней переглянулись и синхронно кивнули. — Прощай, Алёна, — добавил Баку, удерживая видимость, пока дверь за девушкой не закрылась.       Стоило тишине опуститься на дом, он вернулся в гостиную и с пафосом плюхнулся на диван, закинув руки на спинку. — Как же это запаристо… — проворчал он, театрально закатив глаза.       Я скрестила руки на груди, наблюдая за ним. — Привыкай. Кажется, эта Алёна к нам приклеилась надолго, — я пожала плечами.       Он скривился, и на его лице промелькнула тень разочарования. — Что такое? — спросила я, уловив перемену.       Улыбка сама собой скользнула по моим губам. — А то, что я не хочу каждому встречному представляться, — буркнул он. — Представь, что было бы, если бы тебя рядом не оказалось? — Тогда ты бы утонул в куче вопросов от либо перепуганной, либо чересчур любопытной «мадам», — усмехнулась я. — Тоже верно, — нехотя признал он и пожал плечами.       Мы замолчали. Тишина повисла между нами тяжёлой нитью, и я решилась задать вопрос, что мучил меня уже давно: — Почему ты всё это время избегал меня по ночам? — я посмотрела прямо ему в глаза. — Почему?       Его выражение изменилось. Улыбка исчезла, и в голосе впервые не прозвучало насмешки. — Потому что я хотел обдумать свои чувства, — тихо сказал он.       Я замерла. — Чувства… ко мне? — слова сорвались сами собой, хрипловато. — Вообще ко всем вам, — ответил он после паузы, но взгляд его задержался на мне. — Хотелось разобраться в себе. В том, кто я теперь. С вашим появлением в моей жизни вдруг возникли… приключения. И я не знаю, радоваться этому или нет.       Я почувствовала, как сердце забилось сильнее. Он говорил это всё тем же спокойным голосом, но в его словах звучала искренность, которую я не привыкла слышать от него.       Я замолчала, словно слова застряли в горле. Мысли путались — хотелось всё сразу и ничего одновременно. В груди было тяжело, но я упрямо гнала это чувство прочь: сейчас важнее магия, знания, контроль над силами. А вот разбираться в собственных чувствах к духу… слишком рано. — Баку… я… — я прикусила губу, готовая сказать хоть что-то. — Не надо. — перебил он мягко, но твёрдо. Его глаза смотрели прямо в меня — усталые, виноватые и будто беззащитные. — Не говори сейчас. Обдумай лучше мои слова. Потом реши, что для тебя это значит.       Между нами повисла тишина. Она была тягучей, почти осязаемой, будто весь мир вокруг стих, оставив нас наедине с правдой, от которой никуда не скрыться. — Я долго наблюдал за тобой… с самого твоего детства, — тихо проговорил он, не отводя взгляда. — Думал, что просто жалею тебя. Но оказалось, что это не так.       У меня екнуло сердце. Я прикусила губу сильнее, уже понимая, к чему он ведёт, но боясь услышать вслух. Баку тяжело вздохнул, будто сам себе признался в том, чего так долго избегал. — Читай заклинание, — произнёс он неожиданно. — Что? Сейчас? — я нахмурилась, не ожидая такого поворота. — Да. — его голос стал спокойным и чуть отрешённым. — Читай. Поговорим в Царстве Снов.       Я колебалась, но кивнула. Слова древней формулы сами сорвались с губ: — Баку, Пожиратель снов, в кошмарах живущий и кошмары жрущий, приказываю тебе! Вернись в Царство Снов и забудь о мире яви! Выйди из тела, коим завладел обманом своим!       Тело Сони обмякло и безвольно рухнуло на диван. Я поспешила к ней, осторожно потрясла за плечо. — Сонь… Соня, очнись…       Её ресницы дрогнули, и вскоре сестра приоткрыла глаза. — Рика?.. — голос её звучал глухо и сонно. — А где Алёна? Баку справился? — Ну… Баку победил Бабадука, но… пришлось пожертвовать Алёной, её сожрали… — я состроила трагичную мину, еле сдерживая смешок. — ЧТО?! — Соня взвилась так резко, что я в панике зажала уши ладонями. — Да я пошутила! — поспешно махнула я руками. — Мы с Баку просто проводили её, чтобы бедняжка снова в обморок не грохнулась. Потом я прочла заклинание — и он ушёл.       Соня выдохнула и нахмурилась. — Что? Даже не сопротивлялся? — Нет, наоборот. — я задумчиво посмотрела в сторону, вспоминая его слова. — Он сам попросил. — Вот так даже? — удивление в её голосе было неподдельным. — И вы… даже не поссорились? — Нет. — я выдохнула чуть тише, чем хотелось, и отвела взгляд. — Мы с ним не ссорились. — За это надо выпить мятного чая, — Соня устало, но всё же улыбнулась.       Я тоже натянула слабую улыбку, стараясь скрыть смятение. — Да… это хорошая идея.       И, цепляясь за её простую домашнюю мысль, я пошла на кухню, чтобы поставить чайник. Казалось, только привычный запах мяты и мерное бульканье воды помогут прогнать ту тяжесть, что осталась после разговора с Баку.