Истлевшее сердце

      Северус сидел на кушетке, низко опустив голову, что волосы завесой скрывали лицо. Руки лежали на коленях, и только судорожно сжатые кулаки выдавали напряжение, которое бешеным пульсом билось в жилах. Он старался дышать глубоко и ровно, чтобы успокоиться, но перед глазами вставали, как колдографии, воспоминания из слов Поттера. Он просматривал жуткие события глазами пятнадцатилетнего мальчишки и чувствовал себя паршиво.       — Как вы? — голос доктора Реймса раздался на краю сознания. Снейп не хотел обращать на него внимание, но требовательный взгляд, чем-то напоминающий взгляд Альбуса, давил на затылок не позволяя опуститься в глубины рефлексии.       — А как вы думаете? — выдохнул Северус и наконец разжал кулаки. Казалось, лунки от ногтей так и останутся на коже ладоней до самой смерти, как шрамы. Он устало запустил руки в волосы, сжал у корней, причиняя себе легкую боль, которая хоть как-то помогала отстраниться от липкой мерзкой паутины, что звалась прошлым Гарри Поттера. И Снейп застрял в нем как муха, которая разве что ножками могла дрыгать.       Доктор Реймс выжидал, стоя возле окна. Он не торопил, не наседал, даже не строил на лице презрение или любопытство. Это бесило еще сильнее. Но подойди он ближе, Северус тут же встал бы. Невыносимо ощущать чужое присутствие. Мелькнула мысль: сколько здесь билось людей в припадке? Сколько отчаянных криков слышали эти стены?       Видимо, почувствовав его состояние доктор Реймс отошел к столу и сел в кресло, делая расстояние между ним и Снейпом максимально безопасным. Отстраненным.       Северус снова выдохнул, трусливо пользуясь передышкой. Он хотел сказать… что-то сказать… но что? Мысли в голове путались, всего было слишком много, и он не мог определить главное, что больше всего разбило его эмоциональное равновесие, добытое вчера ночью такой ценой.       — Вы знали, что Гарри был там? — вопрос прозвучал внезапно, отчего Снейп вздрогнул и поднял голову, растерянно посмотрел на доктора Реймса.       — Где? — хрипло и тупо спросил он.       — На Башне, — доктор Реймс уточнил без всякого выражения, но серые глаза поверх очков смотрели прямо и пристально.       — Нет, — едва качнул головой Северус. — Я не знал… Не было времени даже подумать об этом. Счет шел на секунды. Пожиратели уже были в Хогвартсе, я упустил момент, когда Драко их привел. Флитвик ворвался ко мне в кабинет с криками, я оглушил его и бросился на поиски Альбуса. Я не мог просчитать все варианты событий, мы оговорили только примерный план, но… никто не думал о Пожирателях. Я понял, что они пришли за Дамблдором и Малфоем. Я едва обращал внимание на то, что происходило вокруг, только по обрывкам фраз и крикам я догадался, что они в Башне. У меня не было времени на раздумья… Альбус едва стоял, прислонившись к стене. Его бледное лицо походило на лицо мертвеца. Он… напомнил мне… мысленно: ты обещал. А потом сказал вслух: прошу тебя. Как же часто он «просил» меня, знал на что надавить. Даже сейчас я помню, как исказилось судорогой мое лицо, будто я шел против чего-то… что было за гранью добра и зла. Обещание, данное мной Альбусу, оказалось слишком непомерной ношей. Да, он умирал. Да, я облегчал ему смерть. Да. Я убивал раньше. И еще одно убийство для меня не составило бы труда. Но все же этот человек спас мне жизнь, поверив в мое раскаяние. И в меня. Может за годы преподавания и жизни в замке мы стали чем-то вроде друзей, хоть и на разных полюсах. Боль… потому что я сделал, как обещал. Облегчение… что он теперь не будет нависать надо мной дамокловым мечом. Я не думал о Поттере вообще. Знал, что он отправился с Альбусом куда-то по их важным делам, о которых мне знать не надо, — желчно сказал Северус. — Но… Поттера не было на башне… я так думал.       — А если бы он там был, стоял в сторонке. Что бы вы сделали? Вы бы убили Дамблдора у него на глазах? — безжалостно спросил доктор Реймс.       Северус задумался, представляя такую ситуацию.       — Да. Смотрел бы Поттеру прямо в лицо и улыбался, чтобы он окончательно понял — какой я ублюдок, — желчно выдохнул Снейп. — Возможно, тогда я ненавидел бы себя чуточку больше. И все же… я не хотел, чтобы он это увидел, — будто оправдание, тихо произнес Северус.       — Почему вы смеялись, когда он пытался вас остановить?       — Ха, — выдохнул Снейп и бросил насмешливый взгляд из-под завесы волос. — Я думал, он болтался где-то по замку, спасая своих друзей, и тут увидел меня с Малфоем, решил, так сказать, припомнить школьные долги. — Северус замолк, вспоминая ту ночь. — Поттер прав — я смеялся. Воистину, его жалкие потуги меня развлекали. Не ему тягаться со мной и швырять, будто тряпку, мои же заклинания. Но когда он сказал о Дамблдоре… я уже не мог себя контролировать. Как он посмел упомянуть его имя… да что он знает… строит тут из себя оскорбленное достоинство… Я даже не мог предположить, что он все видел и теперь бежал за мной, чтобы не просто остановить, а убить. Я был так зол… так яростно ненавидел его в ту минуту! Альбус оберегал его, носился как с хрупкой вазой… как с любимой игрушкой… тогда я знал, что Поттер обречен, но он этого конечно же не знал. И меня злило, что он так просто раскидывается своей драгоценной жизнью. Что бросается в огонь, совершенно не думая о последствиях. Его мог убить кто-то из Пожирателей, что сопровождали нас, и мне оставалось только кричать, что Поттер принадлежит Лорду и только он имеет право убить мальчишку. Но этот дурак не понимал, что находится в окружении и что любой может кинуть Аваду ему в спину. Тогда пусть это буду я. Я остановлю его и с радостью выбью из него всю дурь. Да! Я бы ударил снова. И снова. Если бы это хоть как-то вправило ему мозги. Да! Я ненавидел его тогда. Да! Я видел в нем только его придурошного отца. И да. Я тоже мог его убить… как Альбуса… — тихо добавил Снейп. — Из-за той самой злости и боли, что всегда питала меня. Я видел в нем его отца: эти волосы, лицо, фигура — он будто каждый раз царапал во мне старые раны одним своим видом. И когда я был на грани, когда только что совершил очередную непоправимую ошибку в своей жизни, Поттер подвернулся под руку и зажег во мне как порох все накопленное за годы.       — Почему вы его так ненавидите?       — Он квинтэссенция всего хаоса и боли, что олицетворяет моя жизнь. Я ненавижу не лично его, а тот образ, что он из себя представляет…       — Кто это говорит: теперешний вы или прошлый?       — А есть разница?       — А как вы думаете?       Северус сжал губы и тяжелым взглядом вперился в доктора Реймса.       — Так думал прошлый я, — хрипло произнес он, признавая то, что и так уже понял пару дней назад.       — А сейчас?       Северус задумался и, отвернув голову, уставился в окно, за которым медленно тянулись серые облака. Виднелась макушка дерева, которую из стороны в сторону трепал ветер. Мелкие листочки срывались с ветвей и, делая мертвые петли, улетали в никуда. От жаркого лета не осталось и следа. Даже с закрытыми окнами тянуло сквозняком по ногам, и поверх тонкой пижамы хотелось набросить теплую мантию.       — Не знаю… — тихо сказал Северус, продолжая смотреть в окно. — Я не знаю, кто такой Гарри Поттер.       — Послушав его историю, что вы о нем думаете? — не отставал доктор Реймс.       Северус перестал пялиться в окно и с негодованием посмотрел на старика, который умело его прессовал без какой-либо легилимеции.       — А что, это так важно, что я о нем думаю? — ощетинился он.       Доктор Реймс постучал ручкой по столу.       — Мистер Поттер ваше самое больное место, — сказал он. — Вы и тянетесь к нему и в то же время хотите ударить. Вы не считаете, что он равен вам?       — Поттер? — искренне удивился Северус и оскалился.       — Я не имею ввиду магически, он только ребенок, и, возможно, в будущем станет даже сильнее вас. Я о другом, — доктор Рейс чуть склонил голову на бок. — О внутренней силе идти до конца и оставаться верным самому себе. Или вы не относите себя к числу таких людей?       — Если так… — протянул Северус, продолжая нехорошо улыбаться. — То он абсолютно Святой, как я абсолютно Грешник.       Северус то провалился в полудрёму, то тупо пялился в белый потолок. Он слышал приглушенные разговоры из коридора, топот ног, невнятные крики, что производили овощи. Он пропустил обед, и желудок настойчиво напоминал о себе. Но Северус упрямо игнорировал требования организма. Утром он проглотил только кофе с тостом, заняв столик возле окна подальше ото всех. К сожалению, в этот раз Винсент не порадовал, отдав свой шикарный завтрак. Хотя Северус на это и не рассчитывал, хватило, что его ночью хорошо отымели. Зад еще побаливал.       — Гарри! — раздались крики с улицы. — Гарри! Смотри!       Северус медленно выдохнул. И тут нет покоя от этого Поттера.       — Гарри!       Нехотя, но все же с толикой любопытства, он поднялся и подошел к окну, что выходило в сад. Поттера обступили со всех сторон: Леди, София, Чинаски, Фрэнк и даже Элизабет — все что-то ему втирали. Скорее, утешали, услышав сегодня такую замечательную и грустную историю… Северус закрыл глаза и выдохнул. Это просто обида в нем говорит и мелочность. Его, конечно, никто не кинется утешать. Как бы наоборот не кинулись складывать дрова для костра, чтобы исполнить аутодафе.       Он не знал Поттера и сейчас скучал по тому, другому Поттеру, который ластился к нему как котенок. Которого можно было кормить с вилки блинчиками. Который откровенно прижимался к нему и лез в постель… Который казался понятным: я тебе — ты мне. «Удобно, когда они такие послушные». Да, очень удобно. Они могли бы быть вместе, Северусу понравилось ухаживать за таким Гарри, целовать, обнимать. Если бы только Поттер не пришел в себя…       Конечно, это все мечты и самообман — он понимал. Но почему сейчас он ощущал себя до смерти одиноким и покинутым всеми? Ласковое прикосновение руки Поттера по волосам пробило брешь в его защите и оставило после себя холод и привкус горечи на губах.       А что в душе у этого Поттера? Боль. Страх. Одиночество. Лица тех, кого убили у него на глазах. Жизнь — это борьба. Пока ты борешься за свои мечты, за кусок хлеба, за место под солнцем, за отмщение, за любовь — ты живешь. Но как только прекращаешь бороться — умираешь. Вот что произошло с Поттером. Надобность в нем отпала, когда он выполнил свое переназначение. Ты умер, Гарри Поттер. И теперь больше никому не нужен. Ты пережил настоящий кошмар и сделал, что от тебя требовал Дамблдор. Никто не думал, что ты выживешь… никто даже на это не рассчитывал. Не знаю, что ты видел там за гранью, но Альбус ясно дал понять: исход один — смерть. И все же… Ты вернулся. Но что осталось от «твоей» души? Для чего ты вернулся? Когда сам понимаешь, что здесь для тебя ничего нет. Как и для самого Снейпа. Они оба окровавленные осколки пережитой войны, которые невозможно приложить к мирной жизни.       Возможно, Поттер был прав… что стоило сказать ему раньше, перед битвой? Избежали бы они всех этих жертв? Поттер бы не струсил — Северус в этом был уверен. Но… можно назвать это милосердием? Пожертвовать многими, чтобы хоть на несколько часов оттянуть неизбежное. Неужели лучше отравить свои последние часы, дни, недели, годы знанием, что ты должен умереть от руки Лорда? Что если, ты засомневался… ведь была такая возможность, раз мне приказали сказать только в самом конце, в самом-самом конце… Важно было не дать тебе хоть на мгновение задуматься: зачем, почему, как так вышло? И какова роль каждого в этой игре?       Северус смотрел на Поттера со второго этаже и отчетливо видел, как тот отличался от окружающих его людей. Бледное лицо несло печать пережитого ужаса, глаза все так же не улыбались, а смотрели настороженно и оценивающе. Хрупкие плечи под тканью тонкой пижамы выделялись острыми углами. Будто все его тело ждало удара, и Поттер подсознательно был на стороже. Прошлое не опускало его, даже когда он излил душу другим, выплеснув на них, как ведро помоев, свою боль. Это не пройдет. Это никогда не пройдет.       Северус посмотрел на предплечье левой руки. Со смерти Темного Лорда метка снова стала блеклой, словно выцветшей на солнце. Думал ли он когда-нибудь свести ее? Да. Но Лорд смешал магию с кровью, и даже если он отрубит себе руку, частичка темной магии останется в нем навсегда. Многие пытались избавиться от темной метки после исчезновение Воландеморта, но никому не удалось. Северус с силой провел по черепу со змеей короткими ногтями, оставляя красные воспаленные полосы. И еще раз. Еще раз. Еще. Пока на коже наконец не проступили капли крови. Легче не стало. Он поднес руку к губам и попробовал кровь на вкус, как сегодня это сделал Поттер…        Подняв голову, он смотрел на него. Смотрел, стоя в окружении толпы психов, и ни на кого не обращал внимание, будто никого и не было в мире, кроме Снейпа. Эти глаза за стеклами очков, как и прежде, били насквозь. Задохнувшись, Северус отступил назад от окна. Что-то мелькнуло за плечом, как неясная тень. Сердце, что до этого едва ощущалось в груди, вдруг забилось в испуге. Он задышал чаще, как загнанный зверь. Руки откровенно задрожали. Паника начала подступать к горлу, а клубок змей, мерно извивавшийся в груди, сейчас зашипел, заворочался, будто ужаленный пчелами. Он разлепил пересохший рот и попытался сделать глубокий вздох, но воздух застрял в глотке, никак не желая проходить дальше. Перед глазами начало темнеть. Казалось, он вот-вот умрёт. Остановится сердце. Или что хуже — он сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума. Сойдет с ума.       Тише! Успокойся! Тише!       Отступив назад, пока ноги не натолкнулись на край кушетки, Северус осторожно сел, прижимая руку в груди, где билось сердце. Словно боялся, что оно сейчас проломит ребра и выскочит. Он не сойдет с ума. Нет. Нет. Это только кажется. Такое уже было. Все в порядке. В порядке. Он не сойдет с ума. Нет. Нет!       Он чувствовал, что в кабинете есть кто-то еще. Кто-то стоит. И смотрит на него. Северус сжался, опустил голову к коленям, прячась за завесой волос. Начало морозить, что мурашки неприятно выступили на коже. Затрясло. Он старался дышать медленно. Через нос. Но это едва помогало. Мысли в голове путались, будто он выпил бутылку бурбона. Он не умрет. Нет. И не сойдет с ума. Надо это просто переждать. Все сейчас пройдет.       Послышался шорох.       — Посмотри на меня       Северус с шумом выдохнул.       НЕТ!       Отлепляя дрожащие руки от лица, он медленно поднял голову. В темном углу за столом стоял Поттер, мрак размывал его фигуру, создавая бесформенный силуэт. И только зеленые, горящие неоном глаза, ярко выступали из этой тьмы.       — Посмотри на меня       Северус зажмурился и опустил голову, стараясь не закричать в голос…       Он смотрел, как холодная вода стекала между пальцев. Руки до сих пор дрожали даже спустя столько часов, как он проспал на узкой кушетке. Кто-то укрыл его пледом, пока он пытался пережить паническую атаку, скукожившись в позе эмбриона. Красные царапины на метке воспалились и болели, но это хоть как-то отвлекало от мерзкого ужаса, что буквально вывернул наизнанку. Сколько времени — он не знал. За окном стояла темная ночь, а во всей больнице замерла тишина. Тусклый свет туалетной лампочки, вырисовывал в зеркале унылое лицо с глубокими синяками под глазами. Сегодняшний приступ будто отнял у него пару лет жизни, которой и так уже осталось довольно мало. Он уперся руками в серо-рыжую от потеков раковину и через зеркало оглядел комнату туалета, пытаясь уловить в черных провалах пустых кабинок зленый отсвет неоновых глаз. Но только на боковом зрении мелькали размытые фигуры и тени, а слух тревожил неясный шепот. Но главное не было Поттера. Северус перевел дыхание и зажмурился, пытаясь трезво проанализировать ситуацию. Рубашка неприятно липла к спине, затылок холодило от пота, по всему телу разливалась отвратительная слабость, а каждая клеточка тела вибрировала в немом иррациональном страхе.       — Выглядишь довольно паршиво.       Северус до боли распахнул глаза и резко поднял голову, оборачиваясь. Погруженный в свои мысли, он не услышал, как в туалет кто-то зашел. Бенни, сложив руки на груди, скалил зубы в мерзкой усмешке. За его спиной монолитной глыбой стоял Бобби.       Северус широко улыбнулся, понимая, что нервное напряжение последних дней начинает давать свои плоды неадекватными реакциями. Бенни не разозлился на его улыбку, наоборот, похоже, ему она понравилась.       — Закрой дверь, чтобы нам не мешали, — приказал он. И Бобби, бросив многообещающий взгляд на Северусу, потянул дверь на себя, которая с тихим щелчком захлопнулась, отрезая его от остального мира. Помнится, Поттер в школьные годы был инициатором таких развлечений, а ублюдок Блэк с радостью в этом участвовал. Но тогда у него была палочка как-то им ответить.       Если он закричит, кто-нибудь придёт ему на помощь? Или сейчас в больнице он самое ненавистное лицо? И все это подстроено с молчаливого согласия большинства?        Против Бобби Снейп не выстоит. Да что говорить, он и Бенни, который походил на голодную гиену, едва мог что-то противопоставить. Какого Мерлина, всё дерьмо случается одновременно?       — Помнишь, я упоминал чью-то задницу? — как бы, между прочим, спросил Бенни.       Северус моргнул. Помнить он-то помнил, но в расчет свою задницу не брал.       — И? — понял он бровь.       — И это сейчас мы тебе покажем, — хохотнул Бенни, выпуклым не моргающим взглядом смотря на Снейпа.       — Почему я? — искренне полюбопытствовал Снейп. — Я — старый ублюдок, на котором одна кожа. Красотой никогда не блистал, как и покладистым характером. Неужто моя задница оказалась аппетитнее задницы Морисса?       — Ты не понимаешь, — махнул рукой Бенни. — Ты жалкий старый ублюдок, который будет рыдать и умолять отпустить его. Такие, как ты, кричат и стонут, но нежно выгибают спинку и покачивают бедрами, прося еще и еще. И как сучки открывают ротик, с радостью заглатывая поднесенные к нему члены. Я таких знаю. Сразу тебя приметил, как только сюда ты попал.       Что же, это было неприятно.       — Если ты слушал, что я сомневаюсь, — заметил Северус скучающим голосом, — то я убийца.       — Ха-хах-ха! — Бенни аж согнулся пополам от смеха, который как эхо пронесся по пустому коридору. Бобби за его спиной растянул губы в тупой улыбке.       — Ох, если б я верил во всю чушь, что мелят придурки, ох… то не знаю… — он развел руками. — Это тебе стоит бояться. Мне в дикий кайф причинять боль другим, подпаливать их кожу сигаретами, плевать в лицо, бить по яйцам, выбивать зубы. Убивать — это слишком легко. Скучно. Я убивал… — он пожал плечами. — Но какое в этом удовольствие? Когда на твоих руках чужая кровь — это чистый оргазм.       Снейп медленно выдохнул. То же мне, удивил. Будто он не видел таких психов среди егерей и обычной швали, но те не хотели его поиметь, знали, что с ними могут сделать. А этот… опасный.        — Я так понимаю, мое сопротивление доставит вам удовольствие? — уточнил Северус, пытаясь выиграть время.       Палочка. Ему нужна палочка… Иначе никак. В дверях стоял Бобби, на единственном окне — решетка, справа — кабинки туалетов, слева — умывальник. Он как крыса в ловушке. Пооткусывать им члены? Что же, тоже неплохо… Но с палочкой было бы сподручнее.       — По глазам вижу, что-то задумал, — усмехнулся Бенни и шагнул к Снейпу.       Северус вмиг напрягся, сжал кулаки и встал в стойку. Даже если это доставит им удовольствие, так просто сдаваться он не собирался, как минимум постарается выбить пару зубов. Он уже понял, что никто не придет. Кричи — не кричи. Да и когда он вообще кричал и звал на помощь?       Бенни оскалил зубы в довольной усмешке и слегка кивнул головой. Бобби вышел из-за его спины.       Северус пропустил удар. Слабость во всем теле и замедленные реакции не позволили увернуться от кулака размером со средний котел. Он почувствовал, как живот прилип к позвоночнику, и, упав, хрипло засопел, пытаясь сделать вдох. Колени болезненно заявили о себе при встрече холодным кафельным полом.       Жесткая рука сжала волосы на макушке и дернула назад, заставляя Северуса поднять голову.       — Прости-прости, — протянул Бенни. — Надо поаккуратнее, Бо, — обратился он к санитару. — Мы ведь не хотим сломать игрушку раньше времени.       Смотря вверх затуманенными от боли и бешенства глазами, Снейп оценил расстояние и с силой выкинул руку вперед. Удар пришёлся точно по яйцам Бенни, который схватившись за пах, согнулся и зашипел сквозь зубы. Бобби, стоящий совсем рядом, громко хохотнул.       — Тебе в рот член не клади, — по-доброму сказал он, а затем легко ударил Снейпа ладонью по лицу. Но этого хватило, чтобы голова Северуса отлетела, а из разбитой губы брызнула кровь.       Все еще прижимая одну руку к животу, в котором, кажется, пробили дыру, Снейп зло перевел взгляд с Боба на Бенни, что стоял и потирал яйца, но на его лице была все так же странная сумасшедшая улыбка.       — Подержи-ка его, — сказал Бенни.       Бобби вытянул руку и снова сжал волосы на затылке Снейпа, не давая увернуться.       Северус постарался вырваться, но вдруг замер и едва не подавился воздухом, распахнутыми глазами уставившись за спину Бенни. Это очередная галлюцинация? Или… Сложив руки на груди, к закрытой двери туалета прислонился Поттер и наблюдал с каменным выражением на лице без каких-либо эмоций. Тьма не обнимала его тело и глаза не горели зеленым неоном. Застиранная пижама серела в тусклом свете лампочки. Черные волосы отбрасывали рваные тени на лоб, а потрескавшиеся искусанные губы даже в полусумраке казались воспаленно-красными.       — Отвали от него, — надломленный хриплый голос заставил вздрогнуть всех, даже Снейпа, хотя он видел, как открылся и закрылся рот.       — Да, твою… — Бенни обернулся. — Как ты зашел?       — Отвали от него, — повторил Поттер.       — А то что? — нагло спросил Бенни и шагнул к Поттеру, опасно сокращая дистанцию между ними. Снейп напрягся, дернулся, сидя на коленях на полу, но железная хватка Бобби все еще сжимала волосы на затылке. — Как там тебя называли? Избранный? Ха-ха-ха! Таких избранных у нас по кругу пускают.       Северус не поверил, но Поттер ударил первым. Молча и спокойно он выбросил руку снизу вверх, целясь в лицо. Бенни явно не был готов к такому. Охнув, он отступил назад, теперь уже держась за нос, но тут же поднял голову и почти с восторгом посмотрел на Гарри.       — Ты че-то явно перепутал, пацан, — сказал он, сплевывая на серый разбитый кафель, и бросился на Поттера.       — Черт! — закричал Снейп, барахтаясь на коленях, и попытался скинуть руку Бобби.       Все походило на сюрреалистический сон, который отзывался прошлым воспоминанием, когда он отбивал Поттера в этом же самом туалете. Когда его так же били по лицу. И красные капли крови на белом кафе. И странная тишина, походившая на молчание. Но теперь в этой реальности был Поттер. Его решимость и затаенная злоба, которая кипела в глазах, резонировали от стен. Было ясно, он будет драться до конца, но он находился не в самом лучшем состоянии и выглядел еще слабее, чем Снейп. Первый удар Бенни попал в солнечное сплетение, задохнувшись, Поттер согнулся пополам, и следующий удар пришелся по челюсти.       Северус закрыл глаза, чтобы не видеть. И позволив себе мгновение пустоты, он решительно схватил Бобби за средний палец и дернул, надеясь сломать эту толстую сосиску с костями. Сломать не вышло, но Боб, наконец, отпустил его голову и отступил назад. И не теряя ни секунды, Снейп подлетел к Бенни со спины и ударил кулаком в бок под ребра, вымещая всю злобу, накопившуюся, если не за все годы, то за последние пару месяцев так точно. Он почувствовал, как удар вышел сильный и четкий. Но Бенни, отлетев к раковине, рассмеялся.       — Такая вечеринка как раз по мне, — скалил он окровавленные зубы.       Северус на мгновение растерялся, за что тут же получил удар в спину от Боба. Пролетев вперед по инерции, он приземлился рядом с дверью недалеко от Поттера, который, кажется, решил игнорировать его. Даже головы не повернул в его сторону.       — Какая сладкая парочка, — протянул Бенни и сел на корточки перед ними. — Слышь, Снейп, может, я буду тебя трахать сзади, а ты пососешь у нашего милого мальчика? — он громко рассмеялся.       Поттер молчал, только сдержанно сопел, потирая грудь.       — А ты че молчишь? — спросил Бенни, мутными глазами, смотря на него. — Не любишь, когда папочку обижают? Не верю я в те сказки, что ты рассказываешь, зато хорошо помню, как ты бегал за ним, как в душе терся. Это я видел своими глазами. Скажешь, не так? Если ты его так ненавидишь, тогда что ты тут делаешь?       Поттер медленно выдохнул и, разлепив сухие потрескавшиеся губы, сказал:       — Он мой. Я с ним еще не закончил.       — Ха! — Бенни растянул рот в довольной улыбке. — Твой-твой! Может сейчас закончим? Хочешь его трахнуть? М? — Он подмигнул. — Ну как, Снейп? Младшим надо уступать. Глядишь, и на душе полегчает. Или ты только тому бешенному даешь свою попку тискать? Как вы давеча развлекались, вся больница обзавидовалась… Такие стоны! Вах! Ты тоже слышал, Гарри? У тебя так же, как и у меня, встал? Признайся.       Горячий стыд обжёг щеки Снейпа. Никогда еще его гордость так не топтали. И Северус не знал, что унизительнее: когда Поттеру предлагали его трахнуть или что Бенни глумился над ним, упоминая его стоны во время секса! Неужели это правда? И сегодня на сессии Поттер знал, когда вещал про свою жизнь, что Снейп трахался с Винсентом? А если это все же Поттер подглядывал за ними ночью, а не Моррис…       Он убьет этого козла!       Перед глазами вспыхнули красные круги, а дыхание участилось. Он подобрался и в ту же секунду прыгнул на Бенни, валя его на спину. Удар! Удар! Снейп давил левой рукой на шею, а правой с размаху бил в лицо. Он выбьет из этой твари все дерьмо!       — Ха-ха-ха, — смеялся Бенни окровавленными губами и, положив руки на бедра Снейпа, откровенно мял их.       Мощный пинок под ребра, отправил Северуса в полет под раковину. Хрипло откашливаясь, Снейп поднял слезящиеся глаза на Бобби, которому надоело быть безвольным наблюдателем. Потирая пах, огромной лапищей, он возбуждал себя, глядя на Северуса.       Бенни, вытирая лицо рукавом пижамы, сел на пол и облизнул кровь с губ. Казалось, он совсем не чувствовал боли и, тихо посмеиваясь, выдохнул:       — Чистый кайф!       Бобби шагнул к Северусу, готовый уже приспустить свои натянувшиеся на члене форменные брюки. Но Поттер поднялся и встал между ними. Северус едва не застонал в голос. Да что б тебя! Поттер буквально дышал в лицо санитара, смотря на него из-под нахмуренных бровей. Боб же наоборот наклонил голову на бок, рассматривая Поттера, как забавную зверушку, которая сама лезла в руки.       — Я тебя разорву на части, — нежно пообещал он.       Поттер не двигался. Снейп едва не взвыл в голос: доставай палочку, идиот! И размажь его мозги по стенке! Где палочка?! Чего ты добиваешься, стоя перед ним с пустыми руками? Показываешь, насколько ты крутой? Ты против этой глыбы мяса, что метла против дракона!       Бобби схватил Поттера за горло и уткнулся носом ему в щеку, шумно втягивая запах. Поттер стиснул зубы и перехватил кисть санитара, словно мог как-то оторвать ее от себя. Второй рукой Бобби сжал ягодицу и притянул пах к паху, откровенно потираясь вставшим членом.       Северус попытался подняться, но Бенни ловко подскочил к нему и наступил на руку, не позволяя сделать этого.       — А ты куда?       Снейп зашипел, как же он люто ненавидел этого психа в эту секунду.       — Ты так хорошо сидишь, приоткрой губки и сделай мне приятное, — ворковал Бенни.       — Сейчас я открою, — прорычал Снейп. — Давай вытаскивай свой стручок, я откушу его по самый корень, прожую и выплюну! А потом отгрызу тебе и яйца!       — Что за грязный ротик! — рассмеялся Бенни. — Стоит только тебе надкусить, как я тебе все зубы выбью, один за одним, а потом буду трахать беззубый рот. Знаешь, какой это кайф, когда кровавые десны скользят по члену, будто тугая киска обнимает со всех сторон.       Снейп едва покачал головой на такое откровение и бросил обеспокоенный взгляд на Поттера. Свои зубы его мало волновали, а вот зад Поттера, который сжимал грязной лапой Бобби, до смерти напрягал. Что-то надо делать. И срочно. Если попробовать стихийную магию? Сможет ли она напугать их? Но это хоть что-то. Выбора нет. Северус выдохнул сквозь зубы и попытался сконцентрироваться. Он сам размажет их по стенке ровным кровавым слоем, даже кусочка плоти не оставит.       — Кх-кха, — как бы невзначай раздалось сбоку, словно кто-то сильно не хотел мешать, но все же, раз такое дело, то стоило проявить вежливость и обратить на него внимание. — Наигрались? — мягким бархатным голосом спросил Винсент, замерев в дверях в черном спортивном костюме. — Молодцы, подождали, когда меня не будет, — одобрительно кивнул он.       Бенни сморщил разбитый нос и отошел от Снейпа, разворачиваясь к Сесилу, будто боялся стоять к нему спиной:       — Хули ты так рано?       — Соскучился, — ответил Винсент.       — Вали дальше по своим делам.        — Это и есть мои дела, ты же знаешь, я не люблю делиться своими вещами. У меня их и так мало, — сказал Винсент и обратился к Бобби: — Отпусти его.       — Ты и в прошлый раз не дал мне поиграть с ним, — пробурчал Боб, все еще сжимая горло Поттера, а потом наклонился и влажно провел языком по щеке. Поттер сморщился и сильнее впил пальцы в бицепс растатуированной руки.       — Ну… — протянул Сесил и посмотрел в перекошенное лицо Снейпа, — если Сев разрешит, то, пожалуйста, играй.       Северус чувствовал, что еще немного и разнесет тут все.       — Но, кажется, он против, — откровенно забавлялся Винсент. — Так что лучше отпусти Гарри.       — Тц, — Бобби разжал руку. Поттер плюхнулся на пол и, с ненавистью смотря на санитара, стал растирать шею.       — Вот же сука… — тихо выдохнул Бенни, а потом зашипел, брызгая слюной: — Тебе можно, а другим значит нельзя?! Да ты такой же, как и я! А строишь из себя самого умного! Ты должен мне задницу подтирать и в рот заглядывать, проглотил я таблеточку или нет.       — Заткнулся и пошел спать, — ледяным тоном сказал Сесил и, впив тяжелый взгляд в Бенни, отодвинулся в сторону, освобождая проход.       Злобно зыркнув, Бенни сплюнул кровавый сгусток на пол, почти рядом с ногой Снейпа, и поплелся на выход. Поравнявшись с Винсентом, он скривил рот в поганой усмешке и сказал:       — Я тебе это еще припомню.       — Считай, что я до смерти испугался, — ответил Сесил.       Бобби хрустнул кулаками и, похлопав себя по члену, просто сказал:       — Пойду трахну Морриса.       Подождав, когда он выйдет, Винсент обратился к Снейпу.       — Помочь?       — Пошел ты, — и цеплялась за край раковины, он подтянулся, вставая на ноги. Болело откровенно все. Сильнее только желудок, по которому пришелся первый удар.       Снейп хотел наорать на Поттера: какого черта он сюда полез?! Какого черта не лежал у себя в кровати?! Какого черта он защищал Снейпа?! Он обернулся на Поттера, готовый вот-вот взорваться, но наткнулся на внимательный взгляд обманчиво спокойных глаз. Словно все было не так просто и кого-то только что проверяли. Словно, Поттер все контролировал, даже когда ему сжали мёртвой хваткой горло.       Словно он проверял Снейпа.