Черные перья стального ангела

Первая их встреча была неординарной, не такой, какую представлял Гаара или Шинки. С того самого объятия Шинки думал: «Можно ли любить, причиняя себе боль?». Что это была за любовь и почему Гаара так тщетно ее кроет? Шинки всегда стремился узнать, но отец хорошо умел скрывать. Даже от самого себя. Шинки десять лет, когда ему начинают снится кошмары. Каждую ночь, один за другим, они рушат невинную детскую психику, пугают до смерти, кошмары, от которых можно сбежать только в цинковый гроб на восемь футов под землей. Он прекрасно понимает, что Гаара сделает все, чтобы он был счастлив и его ничто не беспокоило, он знает, что он поможет ему, стоит лишь попросить, но Шинки не станет злоупотреблять его добротой, тем более, что Гаара не спал куда дольше него, ему тяжелее, чем Шинки. Эти кошмары немного побудут с пареньком, а потом уйдут, придется потерпеть некоторое время, но это ничего по сравнению с ситуацией Гаары, который не может спать, как все люди. Шинки поддается влиянию со стороны своих, как ему казалось, логических умозаключений, и начинает терпеть кошмары. Но рано или поздно у всех кончается терпение, даже если у вас стальные нервы. Жуткие создания, цокающие кровавыми клыками, преследуют его каждый раз, когда он засыпает. Их глаза горят во мраке алым, а когда Шинки подрывается, глуша тихий всхлип подушкой, он боится посмотреть за дверь. Боится увидеть эти глаза. Гаара знает, что с Шинки что-то не в порядке, говорит: — Если у тебя проблемы — скажи мне, я помогу тебе.   И Шинки, сияя глазами, каждый раз набирает полную грудь воздуха, собирается смелостью, чтобы рассказать о своих кошмарах, но груз вины тяжестью оседает на его плечах. Он не может, нет, просто не может…    Потому что хочет, чтобы отец мог жить нормально, а он своими снами принесет немало хлопот, которых и без того хватает. В конце концов, это же просто страшный сон, во что он может обернуться?   Но ночью Шинки так не думал. Ночью он дрожал под одеялом, накрытый с головой, когда слышал, как редко скрипит пол, как приоткрывается дверь или окно от сквозняка, как воет за окном пусчаная буря. Тьма грозилась выколоть глаза, а гробовая тишина была настолько пугающей, что можно было услышать стук своего быстро бьющегося сердца. Шинки почти не дышит, садится на кровати и накрывается одеялом с головой, напряженно наблюдая за дверью. Его клонит в сон, но он не может уснуть, потому что каждый раз, закрывая глаза, он видит этих страшных существ. Темнота в комнате придает своеобразный шарм, поэтому воображение Шинки играет в плохую игру. Он слышит, как скрипят половицы, и в этот момент его сердце холодеет и он мысленно молит всех Ками, чтобы к нему пришел Гаара, чтобы успокоил и остался с ним, не дал кошмарам завладеть собой…   И мальчик слышит невесомые шаги, пугается, а затем понимает, что эти шаги несравнимы ни с чьими-либо другими. За его дверью загорается слабый светильник, а внизу, в дверном проеме, Шинки видит тень. Гаара открывает дверь, удивляется, видя, что Шинки не спит. Он заходит к нему, присаживается на край кровати, и мальчик готов расплакаться от радости, что все обошлось, кинуться на шею отцу и крепко обнять. — Почему ты пришел? — спрашивает он.   Гаара в недоумении глядит в пол, будто это Шинки к нему пришел, а не он к нему. — Я просто ощутил, что мне сейчас надо быть рядом с тобой, это очень сложно обосновать… я почувствовал это.   На некоторое время Шинки замолчал. Он успокаивался от кошмара. — Почему ты не спал?   Ну вот. Ему придется все рассказать, потому что Гаара добьется правды, всегда и везде. И Шинки рассказывает правду. Гаара слушает, не перебивая, только иногда глядит на него, как на дурака. А затем садится ближе и тянет руки, приглашая в объятия, и Шинки, счастливый, что настал конец его кошмарам, обнимает его. Гаара гладит сына по голове, прижимает ближе, вдыхает запах его волос. — Ты же знаешь, что я всегда помогу тебе.   Шинки кивает, отрешенно смотря в пол. — Никогда не молчи о своих проблемах, слышишь? Я сам через это прошел, и я знаю, каково это. Я хочу предостеречь от кошмаров тебя. Обещай, что с этого дня ты не будешь молчать.   Шинки кивает. Бормочет тихое «обещаю», усыпляемый теплыми объятиями, спокойным голосом, аурой любви и едва ощущаемым запахом мужского парфюма.