Тьма на пороге

Блэр чувствовал, как острые коготки боли рвут на части его сердце. Вот снова подбегает он к знакомому с рождения крепкому бревенчатому срубу и застывает, пораженный странной, неестественной тишиной – не шумят привычно в загонах ящеры, да и сам родной дом выглядит чужим, страшным, мрачно таращится черными окнами. Блэр с осторожностью ступает на порог и тянется рукой к тяжелой дубовой, обитой коваными полосами двери, желая ее отворить, да только она открывается сама, страшно скрипя в петлях. Блэр точно знает – не могут петли скрипеть. Уже два года, как смазывать их специальным маслом его работа, а он о том никогда не забывает. Однако, они скрипят, напряжение и ожидание беды от этого мерзкого, бьющего по ушам звука нарастает и кажется, что где-то внутри груди звенит от напряжения натянутая до предела струна. Блэр отчаянно боится, он точно знает, что там, за порогом, в привычной и наполненной светом комнате, его ждет жуткая жуть, страшнее которой и придумать нельзя. Идти внутрь в темный зев приоткрывшегося коридора отчаянно не хочется, но словно что-то притягивает его – и первый робкий шаг сделан вперед, за ним второй, и еще один – и вот он на пороге гостевой комнаты. Сейчас в углах тревожно клубится тьма, словно там притаился враг. Блэр невольно прижимается спиной к стене, потому что каждой частицей плоти ожидает внезапного нападения. Но сжавшееся в тугой ком время скачет мимо, а никто не спешит показываться из темноты. Вот только странно – на лавке у окна, слепящего светом глаза, лежит на боку мужчина, плотно укутавшийся в одеяло с головой. Не то страшно, что лежит – а то, что не дышит. Блэр делает страшное усилие и заставляет себя подойти к трупу. Нужно посмотреть, кто это ушел на встречу с Богами в их семейном доме. Он останавливается над телом и чуть дрогнувшей рукой решительно сбрасывает с умершего одеяло – крик застывает в горле – мертвыми глазами смотрит на него родитель. - Нет, не может быть! Это неправда! Блэр трясет Лика за плечо, рвет на груди нереально белую рубаху и припадает ухом к груди, силясь услышать пусть слабое, но биение живого сердца. Но нет – в ответ тишина. Лик совершенно точно мертв. - Надо сказать отцу… - шепчет он непокорными губами, и бежит в соседнюю комнату, в которой спальня родителей. Но там ждет его зрелище, еще более страшное и ужасное. На разворошенной широкой постели, раскинув в стороны руки, лежит Ральф. Голова отца неудобно свешивается вниз, вот только ему уже все равно – раскрашивая грудь алым цветком, в его грудь аккурат напротив сердца по самую рукоять вогнан чужой меч с темной вязью волшебных рун на рукояти. Такой меч, заговоренный ведьмаком, способен остановить даже упыря. А уж светлому оборотню после такого удара не подняться. - Все ясно. Все теперь ясно! – в отчаянии шепчет Блэр, до боли сжимая кулаки. И ему сейчас действительно понятно все. Кто-то прокрался в спальню и убил спящего отца. А родитель, вернувшись домой, увидел его смерть и умер от горя. Просто не выдержало любящее сердце. - Что же вы оставили меня? Зачем – одного? Горячие слезы горя и обиды прочерчивают по щекам первые несмелые дорожки. Он понимает, что остался совсем один – на всем свете – один. Ничей, никому больше не нужный. И никогда больше утром не разбудят его теплые родные руки, легонько тряхнув за плечо, не улыбнется Ральф, не потеплеют от одобрения глаза Лика. Потому что их больше нет. Их дружной семьи нет. И этот дом, всегда бывший защитой, теперь чужой и враждебный, как и весь мир вокруг… Это страшная боль, которую невозможно вынести, нельзя пережить. Но здоровое сердце продолжает биться в истерзанной муками груди. Блэр только тихо сквозь зубы втягивает в себя воздух. - Нужно взять себя в руки. Что сейчас надо сделать в первую очередь? Подумать! И Ральф, и Лик всегда твердили – думай! Что бы ни случилось – помни, у тебя есть несколько мгновений, чтобы подумать. И Блэр останавливается, закрыв глаза, пряча боль в глубину сердца. Что тут не так? Первое – петли не должны были скрипеть. Они просто не могут скрипеть, потому что смазанные. Второе – слишком белая рубашка. Обычно постирать просили его, а он, чего уж грех таить, ленился. Ткань светлых вещей со временем посерела. - У нас нет таких белых рубашек! – упрямо шепчет он. Третье – никто и никогда не смог бы незамеченным подкрасться даже к спящему отцу. У него из-за пыток что-то сбилось, остался звериный слух, который не уходит даже в человеческой ипостаси. - Он бы услышал врага! Да еще если учесть, как скрипела дверь! Четвертое – Лик, даже увидев мертвого супруга, остался бы с ним рядом, а не ушел умирать в другую комнату. - Это все ложь! Неправда! Обман! – отчаянно крикнул юноша и открыл глаза. Вокруг него не было привычных бревенчатых стен – он все еще был в пещере подземного города. В центре – алтарь с проклятым кольцом. Вот Наяда, приготовилась защищаться, а вот и огненный маг. Только, кажется, и его разум опутан ловушкой. Не спеша выдавать себя, Блэр незаметно огляделся – кроме них в пещере теперь находились все орденцы во главе со своим ненормальным магистром. Да двое держали еще какого-то человечка, от которого исходил отчетливый запах страха. Чувствовал он и присутствие страшного нечеловека, который и был истинным виновником происходящего. Ясно было одно – они в ловушке, из которой объединившись-то не выбраться, а учитывая состояние Антэро, тем более. Вот только сложить руки и сдаться на милость сильнейшего было стыдно. Не этому учили его родители! Для начала нужно было вытащить из магического транса огневика. Блэр присмотрелся к другу повнимательнее. Тот явно с кем-то сражался. Значит, у него другие видения. Но суть наверняка та же. Должны быть несоответствия – главное суметь достучаться до его разума. Блэр решился – если сражается, значит, выигрывает – вон, как светятся от азарта глаза. Нужно что-то неожиданное, чего он просто не может ожидать от несуществующего противника. И, кажется, он понял, что это может быть. Блэр чуть заметно улыбнулся и уловив момент поднырнул под опасный удар ведущей руки мага, а потом крепко обнял того за шею и поцеловал. Он ожидал удара – каждое мгновение сжавшись ждал, что острые когти оборотня вонзятся в спину, кромсая на лоскуты мышцы, был готов к любой боли… но в ответ почувствовал, как дрогнули твердые губы, как на его поцелуй ответили – сперва робко, словно неуверенно, а потом властно и требовательно, а на напряженную спину легла горячая ладонь с человеческими ногтями на пальцах. - Да растащите их немедленно! – возмущенно взвыл Дрого. К юношам тотчас бросились пара орденцев, но были встречены метким и заранее припасенным проклятием демоницы. Скорчившись и схватившись за животы они шустро усеменили в тоннель. Впрочем, их неудача только разозлила магистра, и он кинул в подростков жгучей сетью. Тут Наяда уже ничего не могла сделать – она сама едва успела выскользнуть из-под действия темного заклятия. Но отбросив себе за спину Блэра, пришедший в себя Антэро встретил сеть огненным шаром огромной мощи. Заклятие завизжало на высокой ноте, неприятно отозвавшейся в ушах, но все не сгорело. Его остатки упали на плечи огненному магу, заставив того закричать от боли. Он отчаянно сдирал с себя стремительно набухающие кровью обрывки черной сети. - Я помогу! Блэр, не замечая, как сдирает кожу на ладонях, начал отрывать куски паутины и отбрасывать ее в сторону. Какой-то клочок случайно упал на одного из людей магистра, и тот взвыл – похоже, хищной дряни было все равно, из кого пить кровь. - Я приказал растащить мальчишек по разным углам! – рявкнул Дрого. Но тут в пещере прозвучал новый голос. Правда, слышали его лишь двое – сам магистр, живший лишь по воле его обладателя, и Наяда, тьма в которой не могла не откликнуться. - Прекратите этот балаган! Немедленно готовь все к ритуалу! А ты, девчонка, помни о своем обещании – я ведь могу и передумать. Так долго ли после этого проживет твой отец? Немедленно, как хочешь, уговаривай этих двоих помочь тебе в овладении кольцом. Как возьмешь, передашь мне. Ясно? Шутить не советую! Наяда испуганно ссутулилась, а Дрого заметно вздрогнул, после чего каждый из них поспешил выполнить указание Хозяина. Магистр прикрикнул на орденцев, а Наяда повернулась бледным лицом к ребятам, успевшим совместными усилиями избавиться от остатков заклятия. Оба были порядком потрепанными, живыми, а кровь оборотней уже начала восстановление поврежденной кожи. - Парни, я вас очень прошу – помогите мне. Поверьте, это вопрос жизни и смерти, - тихо попросила она. - А что делать-то надо? – мрачно уточнил Антэро. - Мы должны взять это проклятое кольцо. Все вместе – одновременно. - Да на что оно нам? Кому надо – пусть сам и берет! – возмутился огненный маг. – Вон, некоторые тоже пытались. Так все, что от них осталось, можно с пола в совочек смести. Наяда опустила голову – ей нечего было ответить другу. Она и сама побаивалась приближаться к алтарю – вот только другого выхода у нее уже не было. «Ладно! Я пойду туда одна – и наверняка сгорю. И пусть! Тогда он не сможет обвинить меня, что я не выполнила его приказ и не будет больше мучить папу. И ребята останутся живы. Никто, кроме меня, не пострадает. Это – хорошее решение!» - подумала она и закусив до крови губу, сделала первый решительный шаг к алтарю. Воздух впереди опасно загудел и уплотнился. Но принявшей последнее в своей жизни решение демонессе было уже все равно. И она собиралась уже шагнуть дальше, но резкий рывок за волосы отбросил ее назад. - Что это ты задумала? – нехорошо прищурившись спросил Блэр. - Мне все равно придется взять это кольцо. Лучше не мешай мне! – зло зашипела Наяда. - Зачем? Для него? – присевший на корточки перед ней, Антэро небрежно ткнул пальцем в тень, клубящуюся в коридоре у границы пещеры. - Да при чем тут он! – с болью воскликнула девушка. - Все просто – если я не возьму кольцо, он убьет моего отца. - Руки коротки! – не поверил Антэро. - Не так уж коротки, как тебе кажется, - печально усмехнулась демонесса. – Наши родители тоже здесь – в подземном городе. Я видела. Этот показал. - Что, и мои? – не поверил Блэр. - И твои тоже. И вот его. И мои – оба. - Так это же здорово! – обрадовался Антэро, но Наяда с жалостью посмотрела на него. - И что ты видишь в этом хорошего? Что они просто погибнут вместе с нами? - А кто тут собирается погибать? Лично я не тороплюсь, - спокойно сказал Блэр. Он уже решил для себя, что поможет Наяде. Очень уж свежи были мороки, в которых он сам потерял близких. Что там нужно сделать, чтобы от них, наконец, все отвязались? Колечко взять? Хорошо! - Пойдем, - улыбнулся он Антэро, протягивая руку. – Поможем другу в беде. - Ну, если смотреть на это так, то я согласен. Антэро решительно сжал теплую ладонь Блэра, а тот в свою очередь крепко ухватил за ледяную ладошку Наяду. Ребята решительно сделали шаг к алтарю. И вот что странно – на этот раз он не отреагировал никак. А вот темный враг, притаившийся в темноте коридора, нетерпеливо зашипел. - Смелее! Да не бойся ты! – хлестнуло, словно плетью, сознание Наяды. Еще шаг. Все в пещере замерли, затаив дыхание, потому что сейчас дети замерли ровно напротив черного обугленного пятна, оставшегося от тела предыдущего ловца удачи. Но вот и эта черта успешно пройдена и троица подростков в нерешительности замерла у камня, на котором тускло поблескивало, отражая свет, кольцо. Почему-то именно сейчас им стало страшно. Просто протянуть одновременно руки и коснуться металла – очень страшно. - Ладно, начали уже, так чего тянуть? – подбодрил всех Антэро и скомандовал: - На счет три – берем! Раз! - Не смейте! На этот отчаянный крик обернулись все. С той стороны, где вошли в пещеру Дрого с последователями, выпрямившись во весь рост, стоял бледный Лель. - Только тронь – прокляну! – пообещал он опешившей дочери. - Но он же… - Лучше я, чем ты. Это моя воля! – только и успел сказать он, падая на камни безжизненной сломанной куклой. - Папа! – отчаянный крик словно стал сигналом – все вокруг мгновенно изменилось. Взорвался росчерками стали и активированных заклятий воздух. Страшно закричали попавшие под смертельные удары люди, и обиженно взвыл Темный Бог, стройный план которого рушился на глазах. В пещеру ворвалась выверна, для которой удары магии были досадными укусами комаров. Огромные когти и шипастый хвост безжалостно крошили попавшихся на дороге врагов. Следом за ней воздух гудел от магического напряжения – Рон плел одно боевое заклятие за другим. Он стал главным соперником для Дрого. И вот уже две человеческие фигуры замерли друг напротив друга, сминая реальность, подчиняя своей воле потоки магии. Лезть между ними было подобно самоубийству. Вскоре среди равных по силе магов скрутилась спираль набирающего мощь инферно. Тех же, с кем не успевала повстречаться дракониха, успокаивали навеки страшные в своем праве на месть Повелитель оборотней и султан Имрии. Невысокий Назир был прекрасным бойцом, и сейчас его изогнутые клинки пели грозную песнь, собирая богатую жатву. Вот кто-то из орденцев попытался встретить удар его тонкой сабли на тяжелый двуручный меч и с удивлением теперь созерцал куцый обрубок – ох и не просты были легкие сабли Назира! Мартин же вовсе не замечал сопротивления. Он старался не уходить далеко от входа, прикрывая носилки с телом погруженного в магический сон Анджея. Те из людишек, кто был отчаянно глуп, уже нашли свою смерть у его ног. Темный Бог в ужасе оглядывал пещеру. Он, конечно, собирался уничтожить всех этих людей, но не так! Они должны были умереть на алтаре во время точно выверенного ритуала, а теперь – все пропало! Многолетний труд – насмарку! - Ах, так! – злобно прошипел он. – Значит, хотите, чтобы я проиграл? Не бывать тому! Пусть я и не воскресну, но вы, жалкие твари, посмевшие мне помешать, тоже погибнете! И вас уже ничто и никто не воскресит! Темное облако мощнейшего проклятия вырвалось из коридора в пещеру и стремительно начало надвигаться на находящихся в ней людей. Пара орденцев, первыми вставших на его пути, вмиг осыпались серым пеплом, словно и не было их никогда. Отвлекся на всплеск магического фона Рон и охнул, пропустив коварный удар, побелел лицом и медленно осел на пол – по его руке стремительно расползалось черное пятно гнили. Расхохотался довольный трудной победой Дрого и одновременно с болью в голосе взвыла выверна, взмахнула тяжелым хвостом, впечатывая затылок магистра в стену. Раздался неприятный хруст, но Дрого лишь скривился. - Идиотка! Я уже мертв! Как ты можешь убить мертвого?! Марика, от неожиданности выпавшая в человеческий облик удивленно попятилась от наступающей на нее фигуры Дрого. Ей, травнице и лекарке, страшно было видеть живым человека с проломленным черепом, у которого практически не было половины головы. - Ребята, кажется, мы проигрываем! – отчаянный шепот вернувшейся к алтарю Наяды заставил отвлечься от вида страшного боя. - Что с твоим отцом? – тревожно спросил Блэр. Наяда лишь быстро вытерла сбежавшую по щеке слезу. - Не знаю. Но, кажется, он еще жив. Они проигрывают! Понимаете?! - Вижу! – Блэр со страшной скоростью прокручивал в голове возможные варианты спасения. – Есть только один выход. Берем кольцо и торгуемся – наши жизни в обмен на побрякушку. - Отличный план! Давай! Три руки одновременно схватились за оказавшийся неожиданно горячим ободок. Яркая вспышка озарила комнату…