Бесславные ублюдки

С холма, вдоль которого протекала впадающая в море Вздохов неназванная на карте Гериона Ланнистера крупная река, Аарон мог рассмотреть Мантарис во всей его красоте. А красоты этой не было - все было ровно таким, каким и мог представить себе мужчина овеянный дурной славой рабовладельческий город. Лишь однажды под крышей виллы Тимиро побывал человек, имевший "честь" увидеть Мантарис. Тогда зазнавшийся, закрытый для общения чемпион не придавал значения словам погибшего буквально через несколько дней невольника. Он помнил лишь одно выражение - грязный снаружи и ужасающий изнутри. Но дурная слава города, конечно же, и ранее доходила до него. И первое, что бросилось в глаза Аарону - не самые высокие, крошащиеся и покрытые мхом, пятнами и трещинами стены, за которыми высились нагромождавшиеся друг на друга уродливые здания. - Что ж... Хоть тут меня никто не обманул. Пора убедиться в ужасности внутреннего убранства... Спустившись с каменистого холма и подобрав сложенные у его основания скромные пожитки, Аарон спокойно двинулся в сторону раскрытых городских врат, перед которыми чуть ли не на пол мили растянулось странное, суматошное образование, издалека напоминавшее предвратный рынок. Его мысли путались, хоть и лицо сохраняло холодное, уравновешенное спокойствие, а походка не дрожала - в конце концов его подбадривал тот факт, что он смог выбраться живым из Валирии. Но все же - что ему сказать стражам города? Не часто ведь с юга приходят странники с валирийским мечом за плечом, золотая рукоять которого ясно блестела на солнце в этот предобеденный час. На рынок он вошел спокойно, но сразу же ощутил на себе десятки взбудораженных взглядов. Похоже гостей из Валирии здесь действительно не ждали ни в прошлом, ни в обозримом будущем. Так или иначе, Аарон ускорял шаг по направлению врат, и, когда перед возникли стражники, немедленно остановился в предвкушении грядущего диалога. - Путник, со сталью, из Валирии? Здесь не так часто встретишь таких гостей, - со всей возможной строгостью и удивлением заявил страж, рука которого то и дело теребила рукоять припрятанного в ножны клинка. - Не совсем так, дорогой друг. Меня зовут Белгрим... - Не важно, как тебя зовут. Объясни, как ты умудрился попасть в Валирию и выйти из нее живым? В голове Аарона мгновенно всплыли все воспоминания за последние месяцы. Кажется, находившаяся в Юнкае Дейенерис Таргариен отзывалась о правителях Мантариса, как о тех, кто не поддержал ее взгляды и, соответственно, военную кампанию против работорговцев. - Я участвовал в морском сражении у Миэрина, дорогой друг! - без задней мысли выпалил Аарон стражнику, глаза которого тут же напряглись, а кисть немедленно легла на рукоять и обхватила ее. - И на чьей же стороне ты воевал? - За Добрых Господ Нового Гиса, конечно же. Видите ли, я наемник, Белгрим из Змеиного Леса, - продолжал лгать мужчина в ответ, выпалив с ходу место своего рождения, - Я участвовал в морской битве, мой корабль был разрушен рабами и я несколько дней дрейфовал на куске дерева, пока меня не прибило к берегам Фригольда. А дальше не так интересно - вас ждет банальная история об удаче и целом ряде сложившихся в мою пользу обстоятельств... Аарон умолк в надежде, что складная, красивая ложь сможет задобрить собравшуюся стражу. И, к большому облегчению мужчины, глава стражников с улыбкой на лице опустил меч и отошел в сторону, открывая Аарону вход в Мантарис... ***************************************************************************** Когда стража осталась за спиной, а впереди была лишь широкая, переполненная людьми улица, Аарон на секунду застыл на месте. Здесь, за стенами, на него уже смотрели не с таким подозрением - видимо то, что его пропустила городская стража мгновенно сняла с народа какие-либо подозрения о прибывшем. Но сам народ... Грязные, унылые, ничем не напоминающие свободных жителей Залива Работорговцев люди. Даже смотреть на них было не так приятно. "Что ж... Кажется надо узнать, где, что и как тут происходит..." - в мыслях сообразил мужчина, уверенным шагом двинувшись к ближайшей к нему торговой лавке. - Дорогой друг! - обратился к Аарону торговец еще до момента, когда тот бы окончательно сблизился с его товаром, - Хочу предложить тебе свой товар! Отодвинув от прилавка небольшого, худощавого мальчугана, Аарон бегло осмотрел предлагаемый торговцем товар. То были освежеванные, разделанные тушки небольших животных, среди которых, пожалуй, более всего знакомой выглядела небрежно ощипанная тушка курицы. - Собака, птица и многое... - Извини, дорогой друг, я бы предпочел сначала сделать свои дела, прежде чем травиться собачатиной, - небрежно отреагировал на рассказы торговца Аарон, тут же оторвавший глаза от не самого приятного прилавка. - А какие дела интересуют вас, странник? - торговец сменил тон на более деловой, попутно складывая руки на животе и принимая наиболее важный вид. - Я бы хотел найти кузнеца... Возможно самого лучшего в городе, - Аарон присогнулся над прилавком и тут же перешел на шепот, - Желательно умеющего работать над валирийской сталью... Торговец тут же выпрямился и своими толстыми, грязными пальцами потер покрытые грязью и потом виски. Очевидно было, что он знал, куда направить Аарона, но пока лишь решал, за какую цену сделать это. Знавший натуру торговцев Аарон тут же нащупал в напоясной мешочек, в котором вперемешку было навалено золото Ланнистеров сира Гериона и монеты почивших патрульных из Мантариса. Прибрав небольшую горсть монет, он аккуратно протянул их торговцу и тот с улыбкой принял их, тут же закинув в свой подсумок. - Ближе к центру города, близ таверны "Старая Валирия" увидишь знак кузни. В нем работает квохорийский кузнец Марон. Признанный мастер! - Этого достаточно, - лаконично заключил Аарон, - Хватай еще монету, дай поесть парнишке. Когда очередной золотой оказался в руках у торговца, он тут же выбрал одну из лежащих на прилавке птичьих тушек и протянул ребенку и тот, развернувшись, на секунду пошатнул уверенность и уравновешенность Аарона. Ребенок был одноглазым... - Спасибо, добрый сир, - проговорил парнишка, тут же скрывшийся в толпе. - В первый раз в Мантарисе? - с ехидной улыбкой обратился к Аарону торговец. - Да... - Это довольно частое явление, сир... - Кстати, - неожиданно оборвал мысли торговца Аарон, - А к чему рынок у южных врат со стороны Валирии? - Это прилавки для самых бедных, вам повезло, что вы решили ничего не спрашивать и не покупать там. Что люди оттуда, что торговцы все как один самые низшие личности в городе... Аарон усмехнулся - забавно, что житель одного из рабовладельческих городов назвал бедняков низшими личностями. Либо он уважал рабов больше, чем их, либо вообще не принимал рабов за людей. Хотя привыкший отталкиваться именно от самого худшего из вариантов чемпион больше склонялся ко второму. Мужчина учтиво кивнул в знак прощания и медленно двинулся вперед по улице, которая, как и сказал торговец, должна была привести его в самый центр. Постепенно Аарон ускорял свой шаг - по мере приближения к центру города он таки собирал на себе все больше и больше взглядов. Всех пугал либо он сам, либо привлекала торчащая из-за его спины золотая рукоять "Светлого Рева". Но сам он то и дело шарахался от изуродованных страшными мутациями людей. Двухголовые, многорукие, с костными наростами в виде рогов, безглазые - похоже тот боец из Мантариса при словах "ужасен изнутри" имел ввиду далеко не нагроможденные друг на друга дома-муравейники, а именно таких людей. Постепенно близилась искомая площадь, толпы людей становились все более плотными, что заставило Аарона положить руки на пояс - придержать денежный мешочек и схватить рукоять кинжала наверняка. Голова Аарона поднялась и глаза его забегали в разные стороны сразу же, как только он ступил на площадь и вырвался из общей массы разбредавшихся в разные стороны людей. Здесь прилавков было еще больше, выглядели они куда богаче и приличнее, чем расположенные ближе к южной стороне торговые места. Они будто бы выделялись на фоне грязного, уродливого города, да и собрались там на вид более приятные люди. "Хозяева..." - злобно подсказал сам себе чемпион, глаза которого продолжали искать таверну. Ему пришлось пройти еще глубже, то и дело расталкивая беспорядочно двигающийся люд, пару раз он небрежно убрал в сторону господ, но те по какой-то причине не стали даже посылать за ним своих стражей. - Придется взобраться на монумент, - сквозь зубы, с тяжелым вздохом выдал Аарон, когда понял, что шансов увидеть таверну в столь разношерстной толпе у него практически нет. Преодолев пару широких ступенек и запрыгнув на один из не самых высоких выступов монумента, Аарон обхватил каменный клинок статуи и бросил свой взгляд в противоположную сторону площади. Торговцы, торговцы, торговцы, и, наконец-то - искомая, огромная таверна с прижавшейся к ней скромной кузницей. - Отлично... ***************************************************************************** Звон кузнечного молота Аарон смог услышать лишь тогда, когда он вошел в кузницу, да и все равно молот приглушался гудением толпы. Он уже видел спину довольно крупного, лысого мужчины, четко мог разглядеть бегущие по его спине, сверкающие в пламени горнила капли пота. - Заказов у меня на несколько дней вперед, кем бы ты ни был, - через спину проговорил кузнец, продолжавший ковать раскаленную докрасна заготовку. - Я думаю, мало кто может предложить ту работу, которую хочу вам дать я... - И о какой-же работе идет речь? - чуть более раздраженно ответил Марон, наконец-то распрямившийся и бросивший заготовку в чан с водой. - Переплавка валирийской стали, - гордо и уверенно заявил Аарон, тут же обнаживший клинок и протянув его в сторону кузнеца на двух вытянутых руках. И тут уже кузнец развернулся к нежданному гостю, но даже не обратил на Аарона никакого внимания. Его взгляд тут же приковал прекрасный двуручный клинок. Грязными, дрожащими руками он прикоснулся к лезвию, а после, склонив голову и спину над мечом, принялся рассматривать знакомую рукоять. - Это достойнейший меч, переплавлять его преступление, - кузнец принялся выпрямляться, - Для чего это... Аарон? Убийца безупречных? На мгновение у чемпиона перехватило дух - в его планы явно не входил тот факт, что хоть кто-то мог его узнать. Он сразу же начал теряться в догадках и теориях, его мысли смешались, а язык никак не решался хоть что-то выдать в ответ. - Как? - лаконично и как никогда раньше растерянно выдавил из себя Аарон. - Ты серьезно? Не знать "Убийцу Безупречных"? Хотя... Мне просто посчастливилось выполнять заказ в Миэрине. Денег было достаточно для того, чтоб увидеть то потрясающее зрелище. Огромное представление, десятки боев и финал между чемпионами, которых пытаются пробить копьем десятки безупречных. А еще я поставил против тебя все свои оставшиеся деньги. Наслушался историй про тебя, твое прошлое... Но когда ты размозжил голову летнийцу... Мне пришлось немного задержаться в городе по понятным причинам... - Ну, я просто хотел жить, - уже более уверенно заявил Аарон кузнецу, в мыслях уже неоднократно прогнав идею об убийстве ненужного свидетеля. - А я хотел получить деньги, - сурово отреагировал Марон на оправдание собеседника, - Итак, зная тебя, я готов предположить, для чего твою находку необходимо переплавить. Сражаешься двумя клинками, легкими... А чем ты, собственно, будешь платить за работу? Разговор, очевидно, постепенно переходил в деловой тон. "Светлый рев" уже давно лежал на столе перед кузнецом, тот в свою очередь жадно рассматривал его, лишь изредка поднимая глаза на Аарона. А ведь ему, на самом деле, приходила мысль о цене подобной работы. И решение, соответственно, так же приходило ему в голову неоднократно. - Меч двуручный, ты сам понимаешь, что я сражаюсь короткими одноручными клинками. Я... С этого клинка же выйдет два одноручных? - С виду... - Марон тут же еще раз склонился над мечом и что-то покивал головой, очевидно изображая активную мыслительную деятельность, - С лихвой хватит... - Тогда я готов отдать вам второй клинок при условии того, что ты скуешь мне обычный второй меч... - Не ты должен ставить мне условия. На тысячу лиг в округе ты не найдешь ни одного мастера, более достойного, чем я. Ты предлагаешь мне второй валирийский меч, за который многие семьи в Вестеросе готовы вывалить далеко не самую маленькую сумму. Это приемлемо. Но ведь это моя работа, да и второй меч ты ничем не оплатишь. Не думаю, что клинок моей работы ты сможешь оплатить из этого худого мешочка на твоем поясе, - с явной усмешкой перебил Аарона кузнец. Но чемпион заметил, как уголки рта Марона изобразили легкую улыбку, что означало лишь одно - как минимум он был заинтересован в сделке. - А есть ли работа, которую может выполнить лучший мечник в Эссосе? - уверенно и гордо произнес Аарон в ответ на довольно осмысленное и деловое заявление своего собеседника. - Самоуверенно... Но вполне оправданно. Думаю, подобная работа есть, - максимально довольно на вид заключил Марон. ***************************************************************************** Их разговор плавно перешел в переполненную таверну. Марон пытался растормошить Аарона, но тот, едва лишь ему довелось услышать запах еды и эля, был завлечен именно ими. Он понимал, что кузнец сам заинтересован в этой сделке и никуда уже не уйдет, да и торопить его уже никуда не будет. Пока он лишь пытался его разговорить, но свежий, странноватый на вкус хлеб, сделанный явно не из привычных Аарону злаков, немного мяса, о происхождении которого он уже не задумывался не давали ему сосредоточиться. Да и окружавшие их продажные женщины, мягко говоря, были на столько красивы, что нутро чемпиона иногда сжималось, а пища и эль вываливались изо рта. - Ну так что, Аарон! Мы перекусили. Мы выпили. Мы лицезрели женщин. Мы готовы обсудить наши дела? - Марон, дорогой друг. Я сбился со счета потерянных в Валирии дней... - Да никуда мне эта Валирия не упала. Единственное, что меня интересует из твоего валирийского прошлого - твоя валирийская сталь, невесть как добытая и, наверное, к лучшему, что я даже не могу предположить, откуда у тебя двуручный валирийский меч с золотой рукоятью. - Ладно, я слушаю, - кратко и полушепотом произнес Аарон в ответ, утерев губы от пенки и жира. Марон тут же осмотрелся, медленно склонился над столом и тихо, едва ли не шепотом выговорил: - Мантарис - город большой, надеюсь ты заметил это. И кузница здесь далеко не одна. Но есть один кузнец, из местных, и мы с ним постоянно конкурируем за заказы. К нему приходят господа, ко мне приходят господа. Они заказывают хорошую сталь - он дает ее. Так же делаю и я. Ты понимаешь, к чему я клоню? - К конкуренции между вами, верно? - Верно, дорогой друг. Люди, для которых он выполняет работу очень влиятельны, и они советуют его своим друзьям, которым, теоретически, мог помочь я. И нет, я не жалуюсь на свой достаток, работы хватает. Но я люблю золото... - Тогда перейдем к логике. Почему я не могу сейчас взять и пойти к нему, обговорить цену, опираясь на наш устный уговор? И, возможно, получу меч, не выполняя грязную работу. - Ну смотри. Тот кузнец ни разу не покидал город, он местный, но работы очень много для него одного. И, соответственно, он не знает, кто ты, на чьей стороне ты воюешь. Намек ты понимаешь? - Понимаю... Но Мантарис же активно не поддерживал кампанию против Дейенерис? - Да что ты говоришь? Недавно наши воины в составе общей коалиции взяли мятежный Юнкай, перебили десятки тысяч мятежников... - Юнкай взят? - Разумеется, взят. У Аарона моментально все сжалось внутри - он даже думать не смел о том, что его друзья проиграли и могли погибнуть. Да какие же друзья? Они все, как один, были ему братьями. На долю мгновения он задумался о том, куда ему двигаться теперь, как жить и что предпринимать. Мстить или пойти в неизвестность? - Где найти этого кузнеца? - неожиданно, без задней мысли, гневно выдал Аарон, от чего улыбка Марона стала самой яркой из всех, что Аарон видел за последние несколько лет своей жизни. ***************************************************************************** Темными переулками, тихо и едва заметно Аарон продвигался в западную часть города. Он быстро перебегал более менее широкие улочки, скрывался от глаз людей, лишь иногда при этом попадаясь на глаза живших в переулках бездомных. В коем то веке перебежка начала даваться ему легко - то ли эль, то ли отсутствие огромного клинка и вещей позволяли ему ускориться. С собой у него был только нож и навыки, хотя, этого вполне себе хватит. По уговору с Мароном Аарон должен был убрать конкурирующего кузнеца, пока сам же кузнец будет переплавлять валирийский меч. Глубоко в душе Ар не доверял Марону, уж слишком он показался ему хитрым, скользким человеком. Да и угрозы касательно раскрытия его личности не оставляли его спокойным. Но уговор есть уговор, и пока еще Аарон был намерен его соблюдать. - А вот и кузня... "Семеро, надо перестать разговаривать самому с собой," - легко усмехнулся мужчина, после чего он в очередной раз перебежал из переулка прямо к кузнице. Из нее даже в столь поздний час лился яркий свет, звук кузнечного молота не смолкал, уголь приятно потрескивал в расположенном у самого угла помещения резервуаре. А кузнец даже не обращал внимания на прибывшего Аарона - он был предельно сосредоточен. Аарон старался не думать о том, что забирает чужую, невинную жизнь. Он отгонял от себя плохие мысли о моральной составляющей своего поступка. Постепенно, с каждым шагом, он все больше убеждался в том, что не должен был дать жертве заговорить с собой, дабы работа была сделана "чисто" и без лишнего сожаления. Ар осматривал все, что могло ему помочь как можно дольше скрывать следы преступления... И взгляд его пал на огромное, стоящее перед самым кузнецом горнило. Он сделал все быстро, не дав никакого шанса на последние слова и, тем более, сопротивление. Лезвие стилета быстро, без каких-либо помех вошло в шею кузнеца, рот которого Аарон моментально заткнул куском грязной, влажной ткани. Тело быстро начало обмякать и тяжелеть в руках убийцы, и он, отбросив стилет в сторону, завалил тело в раскрытую печь. Скинув туда стилет и тряпку следом, Ар тут же запер заслонку. "Кажется можно валить," - обнадеженно и с неким странным умиротворением про себя проговорил мужчина. - Папа? Что за шум? - неожиданно раздался детский, шелковый голосок из-за уходящей вглубь здания двери. И тут у Аарона все вылетело из головы... Руки и ноги жестоко задрожали, по телу побежал неприятный холодок, а внутри все сжалось на столько, что он на секунду перестал дышать и соображать. Неровной, дрожащей походкой он попятился назад, а когда до него донесся скрип раскрывающейся двери, то не задумываясь ни о чем помчался к выходу из кузницы на улицу, попутно расталкивая и врезаясь в редких прохожих. Едва лишь он забежал в переулок, как тело его невольно согнулось, плечо прижалось к охладевшей стене, и, развернувшись, уничтоженный морально Аарон обратил свой взор в удивительно чистое небо. Глаза его прослезились, но сами слезы не пошли - он не мог пустить их сейчас, сломаться так рано... Голова его наполнилась мыслями о его настоящей семье - красавице жене, маленькой дочери, которую он не видел уже многие годы... Но он хотя бы жив. А у этого ребенка больше нет отца. "Я не сдамся... Я вернусь..." Не став дожидаться криков и облавы, он медленно поднялся с земли и, постепенно набирая скорость, побрел обратно, по уже известной ему дорожке через переулки. Дыхание его постепенно нормализовывалось, шаг становился тверже, но мысли оставались темными и спутанными. Он не знал, сколько прошло времени с момента убийства, но явно осознавал, что путь обратно занял куда больше времени. - А, вернулся, - пресно отреагировал на возвращение Аарон Марон. - Сколько тебе еще заниматься перековкой? - Друг мой, это валирийская сталь. Времени нужно несколько больше, чем... За спиной Аарона раздались крики, лязг стали и топот, кажется, нескольких десяток ног. Шумиха постепенно приближалась, и, когда чемпион развернулся спиной к выходу из кузницы, где перед ним в плотной стеной выстроились стражники. - Что это значит, Марон? - ошарашенно Аарон обратился к кузнецу, но ответить ему не дал топот, доносящийся уже из самой глубины кузницы. Дверь растворилась, и Аарона от кузнеца отделила еще одна стена из стражников. Все они наставили на мечащегося из стороны в сторону мужчину копья, постепенно сужая круг и окончательно лишая его шансов на спасение. - Аарон, именуемый в Заливе Работорговцев, как "Убийца Безупречных". Вы обвиняетесь в многочисленных убийствах господ, их воинов-защитников и во многих других страшных преступлениях... - Тогда постарайтесь меня в этом убедить! Схватив со стола один из готовых клинков, он бросился на стражников, но, неожиданно, в его глазах потемнело, а тело, по ощущениям впавшего в бессознательное состояние мужчины, камнем рухнуло на землю. Ударивший его древком в затылок стражник первым бросился связывать потерявшего сознания Аарона, а глава их, убедившись, что предполагаемый главарь беглых рабов больше не окажет сопротивление, снял с пояса мешочек с драгоценными камнями и небрежно бросил его в руки кузнеца. - Тебе повезло, - через плечо проговорил уходящий в сторону улиц стражник. - Повезло... - тихо буркнул под нос Марон, - Убитый конкурент, камни, и валирийская сталь...