Бесславные ублюдки

Метели и холод усиливались с каждым днем, а дни становились ощутимо короче. Укрепления замка постоянно заносило снегом, ветер срывал знамена и флаги, вырывал палатки и опрокидывал ненадежно закрепленные шатры. Волчий лес уже существенно отступил от Королевского Тракта и стен Винтерфелла – каждый день люди вырубали до нескольких десятков деревьев для обогрева и укреплению возведенных сооружений. Внутри замка было не менее холодно, чем снаружи – порой вода в чаше Джона за ночь успевала покрыться непрочной ледяной коркой. Хотя, если быть уж совсем честным, воды ни он, ни кто-либо из его людей практически не пили – в потребление шло пиво, эль и вина, от которых кровь становилась еще более горячее, а мысли смелее, что позволяло людям не впадать в пучину безнадежности и страха. Последние ночи Джон все время проводил в компании Эллы – и причиной этому было не только их взаимное влечение, которое оба уже не скрывали перед окружающими. То, что Элла разделила с ним постель, Джон не уставал объяснять тем фактом, что вместе спать куда теплее. Многие встречали это улыбкой, шутками и смехом, но, в свете недавних событий, никакая радость не длилась долго. Они избегали рассказов и домыслов о судьбе Аарона и, в принципе, всей застенной экспедиции, дабы не вызвать у Белль лишних вопросов и подозрений. Но, возможно, она давно уже что-то подозревала, ибо грусть и напряжение между всей группой легко можно было уловить. Скорее всего, лишь яркий, бесконечно веселый настрой Филиппа и Адриана, заставлял ее не думать о плохом. Последнего так вообще многие окрестили «Болтуном» за бесконечные разговоры, рассуждения, вопросы, среди которых едва ли можно было вставить что-то свое. Это утро Джон встретил в замковом дворе – его еще затемно разбудил колокольный бой, вызванный северным сигнальным костром. Он знал, что это значило – по распоряжению Робба этот костер зажгли бы только тогда, когда вернется северная команда. И теперь, скрепя сердце, он ожидал истины. Его руки дрожали не то от холода, не то от страха, а мысли смешались в кучу и не давали обдумать свои следующие слова. Определенно, им придется признаться Белль в сокрытии смерти Аарона. И уж тем более поддержать ее и не позволить ей потерять ребенка. - Лорд Джейме, вы вовремя, - прерывистым из-за дрожи голосом произнес Робб. - В конце концов, вы обещали мне доказательства. Я обещал помочь вам в этой войне, если они убедят меня в этом… Поэтому, если я хочу сохранить остатки своей чести, то мне необходимо поддержать своих новых союзников. - Они подъезжают! – разразился криком стоящий на стенах копейщик, после чего все тут же разошлись по своим местам. Джон тут же занял главенствующее место подле Робба, за ним выстроились Адриан, Джером и Филипп. Теон с выстроившимися за ним капитанами располагался по левую руку от Робба чуть позади него и иногда перешептывался с ним о вопросах, сути которых Джон не мог понять из-за воющего и свистящего ветра. Родрик, как и обговаривалось с ним, вместе с Корой и Эллой отошли в сторону Белль и заняли место прямо за ней. Пестрая сторона южан, пожалуй, выглядела самой потрепанной и растерянной. Мало того, что их донимали жуткие, незнакомые для их мест холода, так теперь они в предвкушении ужаса, коим их пугали в самом детстве. Джейме с Мирцеллой, пожалуй, выглядели наиболее спокойными из всех, хотя и сидящий на бочке капитан Эндор не подавал признаков паники. В его руках блестело уже привычное для глаз яблоко, от которого он маленьким ножом отщипывал сочные дольки. Не хватало лишь Гарлана и Дикона, но их конница должна была вернуться через несколько часов после разведки и прокладывания пути через занесенный снегом Дредфортский тракт. И вот, спустя несколько минут, в ворота ворвалась целая россыпь из всадников, за которыми под аркой врат медленно следовала пара телег. Все всадники на вид были обморожены и измучены – неужели им требовалась такая спешка для того, чтобы доставить одного мертвяка? Если да, то чем эта спешка была вызвана? Джон терялся в догадках ровно до того момента, когда один из всадников резко скинул капюшон и заставил людей впасть в ступор. Аарон… Живой, здоровый товарищ, которого уже все успели похоронить. Да, выглядел он не менее замерзшим и усталым, чем и сопровождавшие его люди, но, все же, он был живым. Что за неуместная шутка была в послании Леви? Самым первым спешился возглавлявший колонну Леви, за ним постепенно все люди начали спускаться со своих лошадей. Кто-то сразу же валился с ног, после чего к ним бросались люди из толпы. Им помогали подняться, оборачивали их в личные плащи и одежды, после чего уводили в сторону замка. Но Леви, Эмрис и Аарон, вопреки своему видимому самочувствию, стояли на земле твердо, и, когда суматоха среди конников сошла на нет, все трое двинулись к Джону и Роббу. - Я рад, что вы живы, - восторженно произнес Джон, тут же сорвавшись с места и обняв своих друзей. - Джон, - язвительно усмехнувшись, сказал Аарон, - Ты меня задушишь… - Тебе, если верить вашей шутке, в привычку умирать, - более тихо пробормотал Джон, надеясь, чтобы слова его не дошли до ушей раскрасневшейся от подступивших к лицу слез Белль. - Это не было шуткой, - так же тихо ответил Аарон, - Но об этом я расскажу тебе потом. Вместе с Эмрисом, коему, наверное, проще объяснить случившееся. - Да, здесь не обойдется без его причитаний о Владыке, - рассмеявшись, заявил Леви. - Леви! – до ушей наемника донесся голос выбежавшей из толпы Арьи. - Моя госпожа, - сдержанно улыбнувшись, проговорил Леви, крепко обняв приблизившуюся к нему Волчицу. Постепенно их начали обступать все присутствующие во дворе люди. Многие из них пытались что-то спросить у Аарона, задать всем троим вопросы о Застенье и встреченных там ужасах. Но, вопреки их ожиданиям, ни Эмрис, ни Леви, ни Аарон не были особо разговорчивыми. - Брат, - яро пробасил Родрик, прижав Аарона к своей окутанной в меха груди. - Брат мой. Ты в коем-то веке без своего доспеха? - Снимать его обмороженными руками сложно, - усмехнулся Родрик. - Обленился ты на замковых харчах, здоровяк. Может быть тебе поможет крепкая тренировочная дуэль? - После этой дуэли, вероятно, мои руки не смогут даже в хорошую погоду снять все эти ремни. А вот тебе, брат, поможет твоя женщина. Руками Родрик подтолкнул Аарона к Белль. И он застыл – разумеется, он скучал по ней, но видеть ее с крупным, округлившимся животом было для него невероятным страхом. Зная, что идет к ним, он бы не хотел видеть ее здесь. В любом уголке мира он бы расплакался от счастья, но здесь… Он приклонил колено и, бессловно взяв свою любимую за руку, правым ухом прижался к ее теплому животу. На душе его вмиг наступило счастье, дыхание успокоилось, а силы, кажется, моментально восполнились. - Я вернулся, как и обещал… - прохрипел Аарон, голову которого уже наглаживала красная от холода рука Белль. - А я дождалась, как и обещала. Аарон улыбнулся, но, еще раз промотав в голове увиденную белую мглу, в которой исчезли Стена, Черный Замок и десятки людей из его отряда, тут же поднялся с колен и, развернувшись лицом к телеге, проговорил: - Дождись меня еще немного, любовь моя. В тепле и уюте наших покоев. Тебе не стоит видеть то, что я покажу остальным. Джон видел, как спокойно Белль отреагировала на слова Аарона и, похлопав Робба по спине, направился вслед за уходящим к одной из телег Аароном. Народ начал собираться вокруг накрытой черной тканью телегой, и, когда чемпион взобрался на нее, все стихли, ожидая увидеть то, что было обещано Роббом далеко не один раз. Аарон одним из своих мечей разрезал ткань и, когда он сорвал ее, до всех донеслись вопли. Связанный вихт визжал так, будто бы кто-то резал его или пытал его. Даже свист ветра мерк перед этими звуками. - Это, - гордо произнес Аарон, - Наше доказательство. Таких к нам движется многие тысячи. И убить их может, как стало известно, оружие из валирийской стали, из драконового стекла и, разумеется, огонь. Джейме Ланнистер, вам достаточно доказательств для того, чтобы ваши воины встали с нами в один ряд в этой войне? - Да, - без каких-либо раздумий заявил приобнимавший замерзшую дочь Джейме, - Я обещал, я исполню эту клятву. - Отлично, - ехидно произнес Аарон, силой вонзив свой валирийский меч в грудь вихта. - Постой, - опешил Робб, - Ты сказал, что к нам движется? Неужели… - Стена пала, едва мы успели от нее отойти, - Аарона со своим докладом опередил Леви, - Черный Замок захватили, а мы едва успели унести ноги. - И насколько вы опередили мертвых? - День, не более. Они следовали за нами без отдыха, а нам иногда нужно было есть и спать, - с холодом отчитался Леви. После слов наемника среди людей сразу же поднялись разговоры, резкие выкрики и предположения. Люди были явно испуганы таким раскладом. Даже с такой подготовкой, никакая оборона не выдержит столь массированного, беспринципного удара. Обсуждение становилось все более удручающим, и Джон, собравшись с мыслями и потерев сонные глаза, громко выкрикнул: - Собираемся на совет, немедленно! ****************************************** В большом чертоге все было готова менее, чем за час. Была вынесена карта Винтерфелла, на ней были расставлены многие сотни фигурок армии альянса и орды Короля Ночи. А разговоры не утихали, и, как казалось Джону, с каждой минутой становилось все больше и больше. В его голове после рассказов Аарона уже мутно строилась картина сражения, но пока она не могла радовать его. Все упиралось в колоссальные, неподъемные для грядущих войн потери. - Мы не можем вместить все войска в Винтерфелле, - сурово произнес Робб в момент, когда Джейме Ланнистер в очередной раз поднял этот вопрос, - В городе мало места и припасов для таких армий. - Осады не будет, Робб, - холодно изрек из себя Аарон, - Они просто придут и сметут все за один налет. Точнее, не налет. Это будет лавина, которая похоронит под собой всех, кому не повезло оказаться за стенами. - А если разбить эту лавину конной атакой лоб в лоб? – сложив руки на груди, предположил вернувший из похода Гарлан. - Это не рыцарская конная схватка, Гарлан, - тут же выступил Леви, - Эти твари на моих глазах бросались зубами на лошадей и рвали их на части без страха быть затоптанными. Конная атака должна быть направлена в тыл. Я, конечно, не особо разбираюсь в тактике, но… - Ты прав, Леви, - положив руки на карту, заявил Джон, - Не смотря на то, что у нас приличная армия, ее количество все равно меркнет перед силами мертвых. Да и за стеной Винтерфелла не выйдет ее использовать так, как надо. Нам остается только встретить врага грудью в поле, где даже огонь и частокол не сильно замедлят продвижение врага… - Либо, - Робб перебил Джона и убрал более половины фигурок армии альянса с карты, - Встретить их за стенами малым, но максимально возможным для Винтерфелла числом людей. А оставшихся отвести в более приспособленное для таких битв и армий место… Джон вновь отошел к карте Севера – где же находится замок или город, чьи стены и размеры позволят вести битву с неприятелем, когда у тебя самого огромное число воинов. Барраутон, Белая Гавань, Дредфорт на худой конец… Но тут в его голове начало что-то складываться – каждый из этих городов в размерах меркнет перед тем городом, которого пока нет на этой карте. И, обмакнув свой палец в вине, он приложил его к устью реки Плачущей. - Бухта Свободы, - словно прозрев, произнес Джон, - Она обладает достаточным размером, чтобы вместить нашу армию, орудия и приподнести нашим врагам несколько сюрпризов. И из нее, в случае неудачи, есть путь для отхода… - Корабли? – предположил Адриан. - Разумеется, - согласно покивал Теон, но тогда надо перегнать их из Белой Гавани к Бухте Свободы. - Поэтому ты и Адриан, как самые умелые моряки, в грядущей битве участия принять не сможете, - скрепя сердце, подытожил Джон, окончательно убрав фигурки железнорожденных с карты, - Что думаешь, Робб? Робб обдумывал план Джона с самого начала и старался не упустить никакой детали. Пока все строилось лишь на их удаче, скорости и неизвестном исходе. Робб ясно понимал, что малым числом им Винтерфелл не удержать, но теперь в его голове становилось понятным предназначение южного вала из хвороста и ветвей. Глаза его лежали на отвлеченной, испуганной Мирцелле, то и дело прятавшейся на за спиной отца и изредка ловившей на себе взгляд Робба. Но она не боялась его глаз – скорее наоборот, его взгляд вызывал у нее теплую, слабую улыбку. - Я согласен, Джон. Теон, возьми самых крепких лошадей и всех своих капитанов. Во весь опор скачите в Белую Гавань, наберите людей у Мандерли и поднимайте паруса. - Я надеюсь, что еще увижу тебя, - с грустью Теон развел руки и заключил Робба в объятия. - А я надеюсь, что увижу всех вас не в крипте, не ваши тела, не ваши недовольные лица и уж тем более не надеюсь увидеть вас в армии мертвецов. Я лишь… - Адриан, - рассмеялся Джон, - Седлай коня и отправляйся в дорогу. Теон и его капитаны покинули чертог вслед за Адрианом и Джон вновь завис над картой. Теперь, когда их силы стали более или менее ясны, им необходимо было найти правильное применение к ним и всем их приготовлениям. Он видел катапульты, конницу Простора, Запада и Севера, видел рвы, колья, скорпионы и баллисты. Но одного видения мало – никогда у него не было столь разношерстных, богатых на орудия и конницу сил. Лишь пехота и малое число всадников, коими было намного проще управлять. - Капитан Эндор, мне сказали, что вы настоящий мастер по работе с ограниченными ресурсами, - прервав тишину, произнес Робб, что заставило капитан выйти поближе к карте и осмотреться. - Начиная с Королевской Гавани, ни один знатный лорд не интересовался моими планами. Мне приходилось придумывать их вместе с солдатами, в маленьких коморках и полумраке. А тут и свет хороший, и людям интересно. Практически у всех присутствующих слова капитана вызвали смешки, и лишь наблюдавший за каждым его движением Джейме оставался непреклонен. Его глаза до сих пор сочились ненавистью, но, кажется, он начал хоть немного понимать приказы и поступки капитана. Благодаря ему дом Ланнистеров не прекратил свое существование столь бесславно, а наследница дома вместе с частью офицеров остались живы. И все благодаря преступлению нового цареубийцы, капитана Эндора. - Времени на подготовку больше нет? - У нас едва ли хватит времени, чтобы подготовить все оружие, а нам еще необходимо снабдить и отправить в путь десятки тысяч человек, - тяжело вздохнув и выпятив глаза, повертел головой Джон. - Что ж… Без подкопов и дикого огня у нас вряд ли выйдет что-то действенное… Что ж, если верить карте, то вы возвели перед стенами частокол, за которым сразу же идет ров с хворостом и много волчьих ям. С поджогом проблем не будет? - Не будет, - ровно протянул водящий свою руку над пламенем Эмрис. - Тогда… Весь хворост, который мы успеем заготовить, свалить бы в большие кучи и поджечь. Бревна, ветви, щепки. Вообще все. И зажечь уже тогда, когда мы увидим наших врагов. Это разобьет их строй, и нам будет легче. Катапульты, которые мы не сможем вместить внутри замка, а их, я так понимаю, вместим мы совсем немного, установите за крайним, прикрывающим возможный отход южным рвом. Дальности их обстрела хватит, чтобы осыпать мертвых огнем. А дальше… - Дальше, когда стенам станет совсем трудно, Гарлан, - Джон обратился к очевидно заскучавшему после замечания командиру Простора, - Расположенные рядом с этими катапультами всадники Простора обогнут замок и размажут столько вихтов у Стен, сколько смогут. И потом, если кто-то из вас выживет – отходите на тракт. Отступайте, как можно дальше. Прикрывайте отход людей. - Принял, - покорно покивал Тиррелл, и тут же передвинул фигурки Простора за южную стену Винтерфелла. - Но… Мне кажется, что нам придется выставить часть людей за Стены. Чтобы накатывающая волна застопорилась об них, а у наших лучников было достаточно времени на то, чтобы обдать мертвецов градом из стрел, - потерев правый висок, предположил Джейме. - Это означает, что мы отправим несколько тысяч людей на верную смерть, лорд Джейме, - сдержанно возразил Робб, - При всем желании, я бы даже ваших солдат не захотел послать в это пекло. - Джейме Ланнистер, как бы это странно не звучало из моих уст, прав, - издав практически обреченный, наполненный тяжестью смешок, изрек Аарон, - Если выстроить крепких мужей под стеной, не более тысячи-двух, то прошедший через горящие препятствия вал из мертвых застопорится об них, что позволит лучникам дольше вести эффективный обстрел. Джон согласно покивал и тут же обратил взор на беспорядочно сметенные с карты фигурки войск. Силы Ланнистеров, Старков, вольного народа, его собственные… Выделить из каждого воинства несколько тысяч человек – равно подписать им смертный приговор. - Джон, - Аарон прервал недолгие размышления северянина и взял в руку камешки с изображением сариссофоров, - Я понимаю, что тебе трудно, поэтому позволь мне решить. Копейщики с длинными копьями с этой задачей справятся отлично. Они сдержали наступление Болтонов и Ланнистеров на тракте, и я, как и тогда, возглавлю их… - Нет, ни в коем случае, - тут же возразил Джон. - Тебя так и тянет за порог жизни. Подумай о Белль, - сдержанно пробасил Родрик. - Тебя считают героем, и если ты погибнешь в начале сражения, то подумай о моральном духе солдат… - Я пойду туда, - бледно улыбнувшись, речь Робба перебил Леви, - Только за птицей моей присмотрите, когда меня не станет. Джон выпрямился и отхлебнул вина из кубка. Отправлять друга на верную смерть для него, оказывается, еще тяжелее, чем отправить на убой пару тысяч человек. Эмрис уже принялся расталкивать убежденного в своем решении Леви, Аарон оживленно заспорил с Родриком. И лишь Робб продолжал наблюдать за картой. - Да, Леви, - сохраняя предельную серьезность лица, произнес Джон, - Возглавишь небольшие части армии за стенами. - Тогда, если вы позволите, мне хотелось бы плотно поесть, выпить вина и выспаться. Может быть, пока вы всех не отправили из замка. Джон медленно, едва заметно покивал головой в знак согласия и наемник, приложив сжатый кулак к своей груди, тут же направился к выходу из чертога. И теперь уже все застыли над Винтерфеллом – все же внутри замка согласно плану еще ничего не было. Лишь пара катапульт, да и то, очевидно не самых эффективных после того, как мертвые смогут взобраться на стену. - Здесь все просто, - неожиданно более легко, как-будто отрепетировал, начал Джон, - Лучники на стенах. Когда мертвые начнут неведомым нам образом взбираться на них, лучников заменят мечники, а стрелки уйдут в запертые башни и во внутренний двор. Обстрел должен продолжаться без конца. - И еще, - тут же вступился Робб, - На стенах всегда должно быть кипящее масло, деготь и, как мне рассказал капитан Эндор, при обороне Утеса Кастерли им очень помогли бревна, которые они скидывали на нападающих при помощи помостов. Я же предлагаю закрепить их на канатах и веревка и тогда, когда мертвые доберутся до стен, поджечь бревна и, когда настанет нужный момент, веревка прогорит и огонь обрушится на головы нападающих. А пока они будут гореть – лучники сменятся мечниками. - Вы запомнили мои слова, король Робб, и даже приспособили их для нашей битвы, - лучезарно осклабившись, произнес капитан Эндор. - Буду честен, ваша тактика была крайне занимательна. - Значит, мы почти все решили, - решил подытожить Джон, - После этого совета мы отправим большую часть армии, всех гражданских, каких сможем, в Бухту Свободы. Я, Робб, Аарон, лорд Джейме, Филипп займем позиции на стене, Леви в авангарде, Родрик возглавит сопротивление на улицах. - А я? – смущенно произнес Джером. - Ты… Мы должны отправить тебя в Бухту, ты не сможешь… - Я даже с одной рукой смогу навалять половине воинов нашего альянса, - Джером с улыбкой на лице перебил замявшегося Джона. - Тогда… Ты будешь на улице, среди людей, которые будут охранять вход в крипту. Там мы расположим наших раненных. - Хоть так, - слабо ухмыльнувшись, заключил Джером. - Ладно, - опустил свою голову Джон, - Для многих из нас это последние день, вечер и ночь. Проведите их так, чтобы ни о чем не жалеть в последние мгновения жизни. Все потихоньку принялись расходиться. Кто-то в сторону покоев, кто-то на улицу, кто-то в сторону кухни. Лишь взволнованный и испуганный, как и Джон, Робб, остался с ним. Кончиками пальцев он настукивал по столу, мотал головой и, видимо, хотел что-то сказать брату. И, когда в полной тишине они провели почти несколько минут, Молодой Волк таки подошел к Джону и вынул из внутреннего кармана своего жилета свиток. - Это что? – усталым голосом спросил Джон. - Королевский указ, рекомендую тебе прочесть его. Джон неспеша надломил печать и, развернув свиток, принялся зачитывать про себя строки, которые, вероятно, он никогда не ожидал увидеть: «Указом короля Робба Старка, Джон Сноу, бастард лорда Эддарда Старка, признается законным Старком. Отныне и впредь в письмах, документах и описях его следует именовать, как Джона Старка, узаконенного сына лорда Эддарда Старка. Подписано королем Севера Роббом Старком.» - Но это… - Это меньшее, что я мог для тебя сделать, Джон, - расплывшись в теплой, братской улыбке, заключил Робб, - Письма с таким же содержанием я послал в Цитадель и с мейстером Уолканом в Бухту Свободы. И они обнялись. Так крепко, как никогда ранее. Оба были благодарны друг другу, оба пережили невероятно тяжелые испытания и продолжают жить, поддерживая друг друга. - А теперь, Джон Старк, - еще не разжав объятия, прошептал Робб, - Иди к своей женщине. Ты заслужил отдохнуть перед битвой. - Как и ты, брат. Надеюсь, тебе хватит смелости? - Я поговорю с ней перед отъездом, Джон, - воодушевленно заключил Робб и, покивав друг другу перед временной разлукой, оба брата разошлись в разные стороны.