Бесславные ублюдки

Целые сутки понадобились силам союза для того, чтобы окончательно очистить поле от тел. Часть из них сожгли, часть предали земле, и, пожалуй, самое меньшее количество повозками отправили в Бухту Свободы для достойных похорон. Командиры Освобожденных, северян и одичалых – все они отправились в последний путь к морю. Особняком следовали телеги с телами погибших Манса и Дикона Тарли. Первого одичалые, не смотря на свой страх, собирались похоронить за Стеной, как истинного короля тех мест, а Дикона Тарли, как того пожелал Джон, предали бы земле близ могил героев Севера, около Бухты Свободы. К карте Джон смог прильнуть лишь тогда, когда окончательно был произведен весь подсчет тел убитых. И он удручал его – почти половина его людей погибла. Лишь восемь тысяч Освобожденных осталось в живых, не считая тех, кто пожелал примкнуть к ним из войска Дейенерис. Их было немало, но вот доверия к ним у Джона не было. Да, он понимал, почему они воевали за нее – благодарность и страх перед драконом казались ему довольно сильным сочетанием, поддерживающим верность. Но теперь, когда они увидели слабость королевы и пообщались с освобожденными по другую сторону, они решили перейти к Джону. И, разумеется, это не могло его радовать – что будет, если эти «свободные» неожиданно найдут еще более достойного короля? У его союзников ситуация была либо схожей, либо немногим лучше – Ланнистеры, например, потеряли менее трети своих солдат. И без того малочисленные северяне Робба потеряли почти половину людей, а вольный народ, помимо своего лидера, лишился немногим менее половины своих воинов, почти всех мамонтов и более половины великанов. Ситуация была, мягко говоря, не самой выгодной для продолжения войны на юге. Но новость о поражении жестокой, державшей всех в страхе королевы должна была быстро разлететься по королевству. На Западе, где все безоговорочно уважали и боялись Тайвина Ланнистера не меньше, чем жгущую города и людей королеву, теперь точно должны найтись союзники Джейме, Речные Земли, если помнят о своем родстве с королем Севера, поддержат Робба. Да, в принципе, почти вся армия Дейенерис полегла на Севере – ни у кого нет армии равной той, с которой на юг должен выдвинуться усиленный остатками войск Простора союз. В голове Джона зрел финальный план, и он, скорее всего, уже не будет включать в себя тяжелые, кровопролитные битвы. Корабли Адриана, если тот нигде не задержался, уже давно должны были стоять в Зеленом Зубце около Близнецов. Разумеется, Дейенерис могла оставить там гарнизон, и корабли Адриана, так удачно вставшие рядом, могли бы с легкостью занять мост, или же просто переправить всю армию союза на противоположный берег. Рассказывая это Роббу, Джон не скрывал улыбки – наверняка лорд Фрей никогда не ожидал того, что кто-то так нагло и легко будет игнорировать его золотоносную переправу. И сам Робб, слушая эту часть плана, никогда не скрывал своего удовольствия от услышанного. Но дальнейшие действия пока что ускользали от Джона – все зависело от многих «но» и «если». Да, победа, скорее всего, будет в их кармане. Но какой ценой? - Смотрите, - сохраняя задумчивый вид и не отрывая глаз от карты, произнес Джон, - После переправы через Зеленый Зубец мы, скорее всего, беспрепятственно сможем пройти через Речные Земли. А дальше… - Дальше, как я думаю, - продолжил Робб, - Нам нужно сделать остановку близ Харренхолла. Собрать лояльные нам силы… - Мы не можем, - перебив Робба, произнес Джон, - Дракон получил ранения. Тяжелые ранения. Но каждый день, который мы проведем в Харренхолле, приближает момент выздоровления Дрогона. - Капитан Эндор в Королевской Гавани. Не может ли он… - Нет, лорд Джейме, - тут же отказал Джон, - Мы не знаем, жив ли он вообще. А взрывать город, хоть это и принесет нам легкую победу, мы не должны. Капитан знает это… - Если он вообще жив, - подтвердил Робб, - И что, мы пойдем на Королевскую Гавань без существенной поддержки Западных и Речных лордов? - Мною были написаны и отправлены письма в Простор. На мой зов откликнутся, - заявил Мейс Тирелл, что было встречено одобрительным кивком Джона. - Аарон, - наконец-то оторвав голову от карты, Джон обратился к своему другу, - Близ Рубинового Брода находится Перекресток. Там ты можешь покинуть нас, сможешь наконец-то отправиться увидеть семью в землях Долины Аррен. Все внимание было приковано к развалившемуся на стуле с меховой подкладкой чемпиону. Он выглядел, на удивление, более чем свежо, хотя каждое движение отдавалось ему в перевязанные раны. И, когда Джон предложил ему отправиться домой, Аарон поднял свои вмиг подобревшие глаза. Джон видел в нем брата – не менее близкого, чем Робб, а в каких-то моментах даже ближе. Это был настоящий старший брат – сильный, по-наставнически обходящийся с ним, но не лишенный своих проблем. И одну из них Джон знал с самого начала. Давно потерянная семья, о встречи с которой так давно грезил его названный брат. Сейчас она была к нему как никогда близко. Пара тройка недель пути на лошади, и он узнает их судьбу. - Джон, - Аарон улыбнулся и, прижав руку к пронзенному боку, выпрямился на своем стуле, - Ты же знаешь, что я пойду с тобой до конца. - У тебя раны… - За время нашего путешествия они затянутся, и ты это прекрасно знаешь. Мы начали вместе, на той самой вилле. Все началось с того поля для представлений… - Я знаю, Аарон, - перебив друга, произнес Джон, - Но там ты спас мне жизнь, а теперь я хочу уберечь твою в уплату. - Между братьями долго не может быть. Я иду с вами до победного конца, - заключил Аарон, но, выдержав небольшую паузу, продолжил, - Девочку точно доведут до Бухты живой? - Точно, - кивнул Джон, - И отдадут лично Белль под опеку. Кстати о тех, кто ушел к Бухте Свободы. Стир, вольный народ не обязан участвовать в последней битве, он… - Манс объединил нас, Манс указал нам путь подле вас, южан. Вмести с ним и вами мы приняли не одно сражение. Ты лично убил предводителя мертвых, - прохрипел магнар теннов, - Ты помог освободить нашу землю. Теперь мы обязаны вернуть вам долг. - Никто не гонит вас за Стену, - обратившись к Стиру, заявил Робб, - Вы можете остаться здесь потом, жить вместе… - Король Северян, - все так же грозно и хрипло продолжил отвечать магнар, - Если кто-то из Вольного народа захочет остаться, то никто противиться не будет. Но я уведу свой народ за Стену, в родные земли. С пониманием покивав, Робб приблизился вплотную к здоровенному тенну и протянул ему руку со словами: - Врата Стены теперь никогда не будут закрыты для Вольного Народа, и никто не будет охоться на вас, как на зверей. И Стир, пожав руку Робба в ответ, произнес: - Тысячи лет вражды… А ведь все могло закончиться именно так очень давно. После рукопожатия воцарилось недолгое молчание. Джон, Робб, Джейме и многие офицеры вникли в карту, Аарон, кое-как приподнявшись, при помощи Бернгарда приближался к столу, а Гарлан, облокотившись на несущую балку, следил за советом со стороны. До сих пор он не мог смириться со смертью Дикона – пожалуй, своего лучшего друга и ближайшего соратника, с коим он и замыслил этот, оказавшийся бесконечно героическим, но и смертельно опасным поход. Не так все должно было закончиться… Не так… Безэмоционально он смотрел то на Джона, то на Робба, то на Джейме, лишь изредка заглядывая в карту и готовясь согласиться на очередную авантюру. И лишь, пожалуй, присоединившийся ко всем Петир Бейлиш заставлял Гарлана краснеть и плеваться каждый раз, когда он брал на себя слово. Как можно доверять Мизинцу? Хотя, никакого недоверия к нему не высказывали ни северяне, ни офицеры Запада. Но, пожалуй, лишь лицо отца Гарлана было наполнено тем же недоумением. Похоже, Петир все знал с самого начала. С самого начала он был скрытым лазутчиком, которого допускали на все собрания и, следовательно, он знал обо всем и мог сообщать о многом в стан союзников. Удобный, но крайне нелицеприятный союзник. Дискуссия о методах взятия столицы продолжалась уже несколько минут, но, когда дело начало касаться использования в кампании войск Тиреллов, Джон проговорил: - Лорд Тирелл, Гарлан… - Я слушаю, - дождавшись вставшего подле него сына, произнес Мейс. - Без ваших сил столицу взять будет трудно. Даже если там пара тысяч человек – мы можем застрять там на много лун… - Джон, я с вами до самого конца, - ударив кулаком по нагруднику, уверенно заявил Гарлан, - Но, как ты понимаешь, от всей моей конницы осталось две дюжины человек. С таким отрядом даже деревню не захватить. - Силы Простора помогут вам. Мы совершили много преступлений против Севера, а я много раз мог быть убит вашим сиром Аароном. - А что насчет Долины? Лиза Аррен моя тетка, Джон. Долина… - С самого начала не вступала в войну, Робб. Ни в Войне Пяти Королей, ни в войне с Дейенерис. Мы не можем надеяться на ее помощь… - Знаете, - лучезарно улыбнувшись, заявил Петир, - У вас явный недостаток в коннице, которая смогла бы эффективно действовать в Королевских и Речных землях. Возможно, я смогу уговорить леди Аррен одарить нас парой тысяч всадников… - Это нужно сделать быстро, лорд Бейлиш. Мы планируем выступать немедленно, дабы не дать Дейенерис собрать силы с еще лояльных ей лордов. - Я напишу письмо сразу после собрания и, с вашего позволения, когда корабли Велариона после переброски ваших сил через Близнецы отправятся к столице, я взойду на один из кораблей и высажусь в Перстах. Обменявшись с Роббом взглядами и убедившись в его согласии, Джон произнес: - Хорошо, лорд Бейлиш. Вы напишете Лизе Аррен, чтобы она направила конницу к морю и вы лично поведете ее. С вами так же отправится Джейме Ланнистер с остатками кавалерии союза и частью сил Запада. Адриан высадит вас близ Сумеречного Дола. До нашего прибытия вы должны осадить столицу и не дать никому в нее попасть с земли. В таком случае вы заберете еще и великанов. К нашему прибытию постройте лагерь... – Джон задумался и, обратив внимание на фрагмент карты Западных Земель, вновь поднял голову, - И еще вопрос, лорд Джейме – лорды Запада поддержат вас? - Думаю да. Если мои письма доставят вовремя, то к столице ближайшие к Королевским землям дома прибудут еще раньше, чем мы. - Раньше кораблей Адриана? Не думаю, - заключил Джон, обменявшись с Джейме довольными, но крайне вымученными улыбками. ******************************************** Вскоре все офицеры и лорды покинули шатер, оставив там лишь Джона, Робба, Аарона, Гарлана и Леви. Выступление решили назначить на ранее утро, поэтому многие надеялись раздать первые приказы и как следует выспаться. Но не оставшаяся в шатре компания – они медленно смаковали вино, закусывая его тем, что было найдено в обозе Дейенерис. Мясо, выпечка, фрукты – Простор оказался невероятно щедрым поставщиком. Но, в основном, они молчали – тяжелые мысли сковывали каждого, не давая отдаться их короткому торжеству. Даже Аарон, после таких тяжелых битв и ранений имевший традицию напиваться, неожиданно легко потягивал вино из чаши, растягивая ее, порой, даже дольше, чем остальные. Джон все больше начинал верить в то, что произошедшее с ним за последний год – лишь сон, или же, вероятно, он умер тогда, в Яме Джотиэля, после полученных от пятнистого человека ран. Но, почему же его названные братья покинули его в этом сне? Они заслужили хорошую жизнь, землю и безбедное существование до глубокой старости. Славы, конечно же, добился каждый из них еще при жизни. Но что такое слава, когда ты не дожил до своих лучших времен? - Знаете, - прохрипел Аарон, - Сколько мы так сидели? Десять раз? Двадцать? - Намного больше, - ответил Джон. - Да, верно, - усмехнулся рыцарь, - Собираясь близ костра, с винами, женщинами и едой мы всегда общались. Говорили о нашем прошлом. О родных землях, о том, как попали в Ямы и кого встретили на этом скверном пути. Вспоминали о наших победах до Ям, во время них и после нашего бегства. Шутили, ели, пили до такой степени, что иногда в свои палатки приходилось возвращаться ползком. Но никогда мы не говорили о нашем будущем… Чего мы хотим от нашей жизни? Джон запрокинул голову назад – Аарон был прав. Они действительно почти не касались темы будущего в своих мирских разговорах. Видимо, в Ямах их настолько приучили к смерти и битвам, что ничего, кроме них, они не рассматривали. Планировали грядущие битвы, целые военные кампании, но никогда то, что ожидает их в случае возможного успеха. И, пожалуй, сейчас наступил тот самый момент, когда успех ближе всего к ним. Джон начал представлять все, что ждет его в будущем – споры с Роббом о троне, и, как бы смешно это не звучало, суть этого спора будет не о том, кто на него сядет. Наоборот – оживленно они будут заставлять сесть на него друг друга. А дальше… В голове смешалось все – Элла, их будущий ребенок, последние братья и, конечно же, Бухта Свободы и все освобожденные, которых Джон не мог просто оставить на какого-нибудь человека. - Что ж, - впервые за вечер осушив чашу залпом, начал Джон, - Если мы переживем последние битвы, то, наверное, я наконец-то смогу отложить меч в сторону и займусь чем-то мирным. Стану Десницей хорошего короля, например… Джон покосился на Робба, и тот, в свою очередь озарился улыбкой и произнес: - Когда ты станешь Королем Семи Королевств, я буду лишь Хранителем Севера… - Так, стоп, Робб, Аарон попросил пофантазировать о личных мечтах. Я мечтаю о том, чтобы трон занял ты, а я бы помог тебе его удержать. Я вижу себя не на троне… Но вот помочь хорошему человеку – почему нет? Тем более, я уверен в короле, за которого воюю. А там все спокойно уже будет. Дети, женщина, с которой я свяжу остаток жизни… - Замок, - тут же добавил Робб, решив не разрушать фантазии Джона. - Ты дал бы мне замок? – усмехнулся Джон. - А почему бы и нет? Деснице нужна резиденция. И, как я понимаю, их нужно целых две. Одна в Королевских землях, а вторая на Севере. Дредфорт, скажем. Недалеко от Бухты Свободы, в которую, я так думаю, ты часто будешь возвращаться. То ли от вина, то ли от теплых слов Робба у Джона по нутру начало расползаться приятное, расслабляющее тепло. Но, стоило Роббу произнести слова о Бухте Свободы, как он тут же впал в новые размышления. Джон не был готов отдать кому-то чужому этот город… - Аарон, - обратив свой взор на товарища, произнес Джон, - Ты такой же герой в глазах освобожденных, как и я. Многие планы без тебя бы не существовали. И многие наши достижения без тебя не свершились бы. Никому кроме тебя я не могу доверить наследие нас и наших братьев. Бухта Свободы и десятки тысяч жизней людей, нашедших в ней свой новый дом. Впервые на лице своего товарища и наставника Джон не видел недовольства этой темой. Он выглядел совершенно спокойно. Никакого напряжения, никакой боли и усталости – лишь царящая внутри него умиротворенность. - Бухта Свободы… Я уж думал, что мне предложат чин главы королевской гвардии… - Слишком низкая, хоть и уважаемая должность. Да и, к тому же, им нельзя брать жен и детей… - А кто мне помешает? – с азартом и огнем в глазах заключил Аарон, но, отпив вина и направив свой взор на карту Вестероса, более спокойно произнес, - Наследие наших братьев должно быть под нашей защитой. Наших наследников, Джон. Когда-нибудь твой сын вырастет, и… - Станет Хранителем Севера, - перебив Аарона, заявил Робб, - До своей смерти Севером будет править Бран. А пока сын или дочь Джона будет расти, он или она будет наследным владельцем Дредфорта, столичного замка Свободных Земель Севера. А твои дети, Аарон, будут править Бухтой Свободы и прилегающими к ней землями. А дальше… Бран не сможет иметь детей, и после него старший ребенок Джона займет этот пост. И, как я думаю, как и при Таргариенах наследник трона Королевской Гавани был владельцем Драконьего Камня, так и при нас, Старках, наследник Винтерфелла будет владельцем Дредфорта. - А ловко ты все вывернул, - широко улыбнувшись, протянул Джон, - Поднимем же наши чаши за то придуманный на хмельную голову порядок наследования титула Хранителя Севера. - Мы ж фантазируем. Почему нет? – вскинув руки, заявил Робб. - Знаете, пару лет назад я выкрал из Винтерфелла вашу сестру, чтобы ее продать Станнису, - прервав всеобщий смех, заявил Леви, - С того момента вся моя жизнь изменилась. В тот день, наверное, во мне умер беспринципный наемник. От цепей освободился тот добрый, самоотверженный человек, каким его воспитала мать. С тех пор многое произошло – меня ранили, били. Я был за Стеной, убегал от мертвых и дважды сходился с ними в битвах. Я потерял друга в битве с драконом. Но, если вы спросите меня, хотел бы я что-то изменить пару лет назад, то сейчас я бы без раздумий сказал «нет». Если бы не та рискованная работенка, я бы не встретил вас, своих друзей, коим я могу доверить жизнь. Не встретил бы женщину, которая смогла ее изменить. Не понял бы истинной ценности человеческой жизни. - И мы это ценим, брат, - добро ответил Джон, похлопав наемника по плечу. - Я знаю, знаю, - ответил Леви. - Я чувствую, что ты к чему то ведешь, - тут же предположил Аарон. - Веду… Да, наверное. Ценность человеческой жизни, ваш пример бесконечной силы и терпения – что, как ни это должно заставить меня продолжить ваше дело. Вы освободили много рабов, Джон. Но еще больше осталось в Эссосе. Вы прекрасно это знаете… - В нашем положении уже нельзя спокойно отправиться в Эссос и начать грабить господские виллы. Это приведет к конфликту с Вольными Городами, - понимая Леви всей душой, заявил Джон. - Ты прав. А вот безымянный наемник, ничем не отличающийся от другой массы солдат удачи, может это сделать. Где-то выкупив, где-то украв. Я хочу спасти как можно больше жизней… - Благородное желание, - заключил Аарон, - Что ж, а я, если переживу последние битвы, хочу наконец-то вернуться в Долину. Найти семью и, возможно, дать им ту жизнь, о которой они и не мечтали. Может быть, у них не найдется сил простить меня за уход и то, что на чужбине меня согревала другая женщина. Но, по крайне мере, я смогу им помочь… Почему-то в Джоне все сильнее просыпалось желание увидеть старую семью Аарона. Увидеть тех людей, ради которых этот человек встал на свой кровавый, героический путь Джон бы счел за честь. Наверное, он действительно их до сих пор любит их больше своей жизни. - Я стал ловить себя на мысли, - продолжил Аарон, - Что отчасти не помню лицо дочери. Может быть, потому что я видел ее совсем маленькой, а сейчас ей должно быть не менее семнадцати лет. Меня не было дома более десяти лет… Глаза чемпиона заблестели и он, тяжело вздохнув, наконец-то осушил всю чашу вина залпом. И, понимая всю напряженность момента, Гарлан, до этого преспокойно слушающий рассказы своих друзей, проговорил: - Меня тоже дома ждет красавица-жена. Ох, когда я вернусь к ней, то несколько дней просто не буду ее отпускать. - А я думал ты по мальчикам, - тут же заявил Аарон в ответ, чем вызвал неподдельный смех Гарлана. - Счастье любит тишину, Аарон. А тебя с Белль, порой, слышали все шатры в округе, - заключил Джон, обновив вино в компании каждого из своих названных братьев.