Второстепенный персонаж будет жить!

      Тренировка оказалась более выматывающей, чем она думала. Заходя в комнату, Сюэ Бай Хэ чувствует, как ноют мышцы рук, ног, а также меридианы. Старейшина Шэнь — мастер своего дела, что и заставляет всех без исключения учеников его уважать. Пожалуй, именно благодаря ему у Сюэ Бай Хэ появился ощутимый прогресс спустя три года. Возможно, совсем скоро она даже сможет продвинуться на седьмую звезду, а там и до Духовного ученика будет недалеко.       Сюэ Бай Хэ теплит надежду, что её успех в культивации сможет хоть как-то смягчить сердце отца. Она надеется, что с помощью этого сможет хоть так помочь матери, ведь если дочь имеет хорошие результаты, то значит, Тан Шиши сможет родить настоящего наследника с потенциалом как минимум выше обычного, что так необходимо Сюэ Зянши.       К сожалению, каким бы хорошим ни был цвет души у Тан Шиши, для Сюэ Зянши это не имело никакого значения. Из-за того, что она родила её — Сюэ Бай Хэ, — отец ещё больше невзлюбил жену. И как же он был рад, когда наложница — Чжоу Шуньхуа, — смогла родить наследника — Сюэ Шенга. И именно из-за этого наложница пользовалась большей благосклонностью, чем главная жена. Какой позор.       Вот только из-за лихорадки Чжоу Шуньхуа умерла, что и заставило отца обратить внимание на Тан Шиши спустя годы. И лучше бы этого не происходило. Если Сюэ Зянши оказывался в плохом настроении, а мать попадалась под руку, он не считал зазорным ударить женщину. Пожалуй, Тан Шиши спасало от частых встреч с мужем только то, что она вечно болела или же просто недомогала, проводя почти всё время у себя в покоях.       Вот только ужасное отношение от отца, а значит и слуг, это не отменяет. Ведь зачем стараться на кухне ради женщины, что находится в немилости? Вечные задержки еды, не лучшие продукты, отказ давать некоторые блюда… Всё это уже стало обыденностью. Страшной обыденностью.       Даже несмотря на то, что Сюэ Бай Хэ — дочь Сюэ Зянши, это не отменяло пренебрежительного отношение от слуг с кухни и к ней, потому как все знали отношение хозяина не только к собственной дочери, но и к женщинам в целом. И для неё стало глотком свежего воздуха пребывание в Академии Фуюн. Помимо того, что тут всё-таки присутствуют слуги, с кухни ей приносят горячую, вкусную, не потерявшую лучших свойств еду. Хах, а ведь Сюэ Бай Хэ — дочь влиятельного человека, но преимуществ от этого она не особо сильно ощущала.       Взяв из тумбочки пилюлю, Сюэ Бай Хэ проглотила её. Из-за того, что на тренировке она немного перетрудилась, комната уже охладела, а на окнах теперь можно заметить морозные узоры. Стоит успокоить ци.       Взяв мазь из всё той же тумбочки, Сюэ Бай Хэ намазала её на особо ноющие места на руках и ногах. Она довольно жмурится. Густая мазь отдаёт приятным холодком. Пожалуй, вот оно, единственное преимущество быть дочерью Сюэ Зянши — возможность покупать хорошие лекарства, которые могут как заживить раны, так и помочь продвинуться в культивации. Хотя переусердствовать с ними ни в коем случае нельзя, но иногда их даже полезно применять.       Но только Сюэ Бай Хэ захотела прилечь в кои-то веки на кровать, впервые позволив себе расслабиться после тренировки, а не продолжить её, уже в медитации она услышала лёгкий стук в дверь. Незваный гость пришёл вовремя, ведь если бы сделал это хоть на минуту позже, то она бы уже его не услышала.       — Ученица Сюэ, вам письмо, — отдал ей запечатанный свиток слуга в одеждах с чёрными облаками. Сюэ Бай Хэ слышала, что слуги вовсе и не слуги, а внешние ученики, однако они почему-то исполняют их роль. Именно поэтому Сюэ Бай Хэ и называет их слугами, ведь это их суть, от которой не уйти.       — Благодарю, — с холодом в голосе и лицом, не выражающим эмоций, сказала она.       Дождавшись, когда слуга отойдёт, Сюэ Бай Хэ закрыла за ним дверь. С затаённым страхом в сердце она замечает печать клана в виде снежинки с завихрениями вокруг, похожими на морозные узоры. Неужели от отца? Или матушка, наконец, решилась ей написать?       С секунду засомневавшись, Сюэ Бай Хэ всё-таки сняла печать и раскрыла письмо.

Совсем скоро откроется Тайная территория Хулишан. Хорошо, что ты попала во внутренние ученики, потому как это означает, что тебя будут обязаны туда пригласить. Ты должна воспользоваться этим шансом.

      На секунду засомневавшись, что это письмо от отца, ведь оно очень похоже на беспокойство о ней, Сюэ Бай Хэ вновь разочаровалась — дальнейшее содержание было вполне в его духе. Хах, а она уже успела размечтаться, что отец обратил на неё внимание не ради Сюэ Шенга, а потому что она его дочь. Она достойна.       Но, похоже, только в её же мечтах.

От информаторов поступили новости, что Хулишан может быть Тайной территорией сильного заклинателя прошлого. Если это действительно так, то там должны будут находиться артефакты, которые могли бы пригодиться твоему брату.

Вот тебе мой наказ: отправься в Хулишан и найди там артефакты, которые могли бы пригодиться твоему брату. Если же ты не сможешь справиться с таким простым заданием, то найди морозные травы и животных, которые могли бы помочь Сюэ Шенгу продвинуться дальше в культивации. Хоть так проявишь свою пользу.

Если же не сможешь сделать ничего из этого, можешь перестать называться моей дочерью.

      Не сдержав слёз обиды и горечи, исходящих из сердца, Сюэ Бай Хэ замечает это, только уже когда слезинка приземлилась на пергамент, ещё в полёте превратившись в ледяной кристалл. Заворожённо посмотрев на искрящееся на свету крошево от слёз, Сюэ Бай Хэ смахивает одним движением его с письма, сворачивает то и убирает подальше в комод.       Хах, и чего она ещё ожидала? Она же женщина. Она не может продолжить род, а значит, и ценность имеет гораздо меньшую, нежели младший брат. Она должна была с этим уже давным-давно смириться. Глупое сердце, что не понимает этих прописных истин, и глупый разум, что продолжает думать обо всём этом. Она сама виновата, что не родилась мальчиком. Так что ей остаётся просто смириться со своей судьбой.       Пускай и не хочется.       Зато, как утешает себя Сюэ Бай Хэ, если она принесёт всё необходимое, то отец будет доволен. Благодаря этому страдающая матушка сможет прожить без неудобств как минимум несколько недель. Ради такого стоит постараться.       Глубоко вдохнув несколько раз, чтобы успокоить разум, Сюэ Бай Хэ села в позу лотоса на кровати. Ей стоит больше уделять внимание совершенствованию. Если в Академии она наконец смогла продвинуться в культивации, это не значит, что ей теперь можно бездельничать. Необходимо воспользоваться этой возможностью. К тому же, если медитировать правильно, при этом по-особенному дыша, можно успокоиться, достигнув тишины в своём сердце, что так необходимо Сюэ Бай Хэ в данный момент.       …Но, к сожалению, медитация выходит не слишком плодотворной. Зато, как ощущает себя девушка, она достигла эмоционального равновесия, чувствуя приятную привычную прохладу в груди, даруемую родной ци, а не ледяное покалывание от волнений энергии в меридианах.       Раздался очередной за сегодняшний день стук в дверь.       — Соученица Сюэ, — появилось радостное лицо Минь Хуан. Удивившись тому, что она решила посетить её покои, Сюэ Бай Хэ пригласила гостью войти внутрь. Та, не особо раздумывая, зашла в комнату, сразу же сев за стол без стеснения.       — Сейчас приготовлю чай, прошу сестру Минь подождать, — засуетилась Сюэ Бай Хэ. Обычно в домашней резиденции этим занимались слуги, но пока что у неё нет личной служанки из внешних учеников, которая могла бы в любой момент сделать всё необходимое.       — Конечно.       В последнее время Минь Хуан стала редко заходить в гости к Сюэ Бай Хэ. Она уже думала, что у подруги просто появились какие-то проблемы или же ей наскучило общество самой Сюэ Бай Хэ. Оттого она приятно удивлена, что Минь Хуан зашла.       — Что-то случилось?       — Сестра Сюэ, прости, что не заходила раньше, — прикрыв глаза в извинении и молящем жесте, сказала Минь Хуан. — Я пришла поделиться с тобой последними новостями, — так уж завелось за время их знакомства, что сестра Минь частенько приходила к Сюэ Бай Хэ, чтобы поговорить о случившемся в мире. Кажется, как заметила Сюэ Бай Хэ, она любит обсуждать других людей.       — И что же случилось? — а Сюэ Бай Хэ и не против. Она готова с радостью пообщаться на любую тему, ведь она же её драгоценная подруга. А у друзей так принято.       — Я же тебе рассказывала раньше, что у Главы Академии спустя много лет появилась личная ученица? Помнится, прошлый его ученик умер несколько десятилетий назад. Возможно, Глава Лю, наконец, пережил эту утрату, — играясь интонациями, Минь Хуан увлечённо рассказывает. Именно из-за этого Сюэ Бай Хэ и любит её слушать. — Ну так вот, — смочив горло, сестра Минь продолжает: — говорят, она только поступила на обучение, как сразу же поднялась до Ученика девятой звезды! Хотя до этого обладала всего лишь третьей звездой, — засомневавшись в правдивости подобных слухов, Сюэ Бай Хэ слегка хмурит брови. Но дальнейшие слова развеивают её сомнения: — А всё благодаря фиолетовому цвету души. Везёт же некоторым, — с завистью тянет Минь Хуан.       Если у этой Фэн Сюин и впрямь фиолетовый цвет души, то это вполне может быть правдой. Этот цвет души настолько редок, что почти никто не видел его обладателей. Сюэ Бай Хэ читала, что последнего его обладателя видели больше трёхсот лет назад. Фиолетовым цветом души может обладать всего один человек из нескольких миллионов, и именно из-за этого в одном поколении ещё ни разу не было два обладателя такого потенциала.       И оттого удивительно, что у Главы Лю получается сдерживать эти новости. Они должны были разлететься по миру с невероятной скоростью. Но новости остаются лишь слухами в стенах самой Академии и никто, кроме близких учеников старейшин и лучших среди заклинателей, не могут сказать — правдивы ли они или же нет. И что-то подсказывает Сюэ Бай Хэ, что слухи появились вовсе не на пустом месте.       — Ещё недавно стало известно о выдающемся ученике с Атрибутом воды, — услышав это, Сюэ Бай Хэ навострила уши. Хороших владельцев этого Атрибута довольно трудно найти, в основном они принадлежат каким-либо кланам, а раз до этого момента об этом ученике ничего не было известно, он не клановый. Возможно, он из обычной семьи крестьян или же купцов. — Зовут его, вроде бы, Шуэй Юань. Насколько мне удалось услышать, он учится на Цианчжоу. На него положил глаз один из старейшин, да и сам паренёк не любит показываться на людях. Именно из-за этого о нём до этого момента никто не знал, а известно о нём стало после показательных соревнований между учениками Пика Заклинателей.       Призадумавшись, пока Минь Хуан отпивала чай, дабы смочить горло, Сюэ Бай Хэ вспомнила о маленьком клане, в котором часто рождались носители Атрибута воды. Неужели в их рядах родился поистине талантливый ребёнок? Потому как, насколько Сюэ Бай Хэ читала, в последние десятилетия их клан стал слабеть и вымирать. Обычная, на самом-то деле, ситуация. Недостаток ресурсов, а также малочисленность играют свою роль.       — Вижу, тебя он заинтересовал, — хитро прищурилась Минь Хуан. — Могу понять. Поговаривают, он красавчик. Конечно, не сравнится с мужчинами из топа десяти красавцев мира, но близок к ним, — особо не вслушиваясь дальше в болтовню подруги, Сюэ Бай Хэ всё равно старается поддерживать разговор.       Пускай она и знает, что отец уже выбрал самостоятельно ей жениха — Шэнь Сяо, — чтобы увеличить влияние клана, Сюэ Бай Хэ всё равно интересны другие юноши. К сожалению, как бы она не присматривалась к Шэнь Сяо, первое впечатление о нём не изменилось. Но и поменять решение отца будет невероятно трудно, потому что у семьи Шэнь и впрямь большое влияние на людей.       Сюэ Бай Хэ хотелось бы любви, как в той самой легенде о храбром воине, который пошёл против Императора демонов, чтобы вызволить свою возлюбленную из его лап и провести остаток жизни вместе с ней. Она не хочет, чтобы её супружеская жизнь была подобна жизни Тан Шиши и Сюэ Зянши. Но, к сожалению, она — дочь главы клана, а значит и выбора у неё нет.       Но ведь… Она же может помечтать, верно? О том, что найдёт суженого, он освободит её от бремени брака с Шэнь Сяо, он будет любить её, трепетно заботиться, одаривать её вниманием и подарками, а она в ответ будет любить его, будет готова пойти с ним хоть на край света…       Но это лишь мечты, с горечью осознаёт Сюэ Бай Хэ. И вот вроде бы, если эти мысли вызывают боль, то стоит забыть о них, перестать об этом думать, но в то же время… А что ей ещё остаётся делать? Кроме мечт, кроме фантазий у неё ничего и нет. И если она не будет даже мечтать, то жизнь её навсегда потеряет и так скудные краски, превратившись в одно сплошное заснеженное поле в центре метели зимней ночью. Такая же холодная и мрачная.       Кажется, Минь Хуан заметила, что Сюэ Бай Хэ ушла в себя. Как неловко. Она же её подруга, специально выделила время, чтобы навестить её, а она… С сожалением проводив гостью, Сюэ Бай Хэ решает — в следующий раз она этого не допустит. Ведь спустя столько лет у неё появился человек, которого можно назвать другом! И лишаться его так быстро Сюэ Бай Хэ не готова.       Сев в позу лотоса на кровати, Сюэ Бай Хэ прикрывает глаза, дабы погрузиться в медитацию. Она станет сильнее и, возможно, не только в её мечтах, докажет отцу, что она чего-то стоит. Что она может распоряжаться своей судьбой на своё же усмотрение. Что она заберёт матушку с собой в домик в горах, который Сюэ Бай Хэ когда-нибудь построит…       Да, неплохая цель. Осталось только до неё дожить и добраться, потому что если она хочет всего этого добиться, то ей необходимо достичь как минимум ранга Генерала, а ещё лучше — Императора седьмой звезды, потому как отец находится как раз на этом ранге, но у него всего третья звезда. Ведь, как известно, в этом мире тот, кто сильнее, тот и прав; тот и может распоряжаться своей судьбой на своё же усмотрение.       Ну а до тех пор ей остаётся только упорно трудиться.

***

      Я готова головы поотрывать этим двоим, честное слово. Или побить палками. Выбор, на самом деле, велик, просто это первое, что приходит на ум.       И я просто диву даюсь, как шисюн терпит их. Морда-кирпич, прям как у Вейж Мин Луна. Вот только если у дяди лицо такое, потому что ему и впрямь на многое плевать, да и мне с ним довольно трудно выражать эмоции активно лицом, то у Ли Юна этот навык явно приобретённый. Я прям ощущаю от его фигуры ауру задолбанности из-за этих двоих.       Складывается такое впечатление, что Чжэнь Бэй убил любимую бабушку Гуань Вея, вот только не хочет в этом признаваться, а последний ему мстит словами. Вот только одна проблема — в итоге почти все их ссоры заканчиваются драками. Разнимает их Ли Юн, а если это происходит на почтовой станции или в другой деревеньке, то извиняюсь перед местными уже я. И это только за два дня. А судя по тому, как мы задерживаемся из-за этих дебилов, ехать нам примерно столько же.       Была бы моя воля, я бы уже давно встала на меч и полетела, оставив двух дебилов позади. Одна проблема — уровень не тот. И ведь кинуть их в какой-нибудь деревеньке — не выход, — помимо того, что местные не поймут, так эти двое ещё должны добраться до места назначения, чтобы в отчёте от старосты было указано, что ученики прибыли в полном составе.       И вот что интересно — помимо того, что по этим отчётам от старост деревень узнают, справился ли ученик, по ним так же определяют, был ли ученик на задании вообще или нет. Если выходит последний вариант, то он должен будет «отработать» другую миссию. Как итог: схалявить не получится, впахивать придётся. И это особенно эффективно против детей аристократов. Деньги у них есть, так что из-за них они работать не будут, а вот шанс того, что тебя выгонят из Академии за то, что задания не выполняешь — это уже другой стимул. Помимо того, что учеников Академии Фуюн в мире уважают, это ещё и почёт среди других заклинателей, потому что в этом заведении дают хорошую базу.       К тому же одним из факторов, почему Академии так важно, чтобы ученики выполняли задания, является заработок. Если берёшь денюжку за защиту от нечисти, так будь добр выполнять свои обязанности. Если бы Фуюн этого не делала, то все деревни обратились за защитой к другим сектам или школам.       К тому же задания распределяются по уровню силы. Набирается чаще всего группка из трёх или четырёх учеников, к ним прикрепляется более старший и сильный шисюн на всякий случай. Если же один из учеников захочет не выполнять задание и свалить по-тихому, то есть вероятность, что миссия будет провалена или некоторые ученики даже умрут, потому что силы с нечистью будут не равны. А Академии нужны потери среди боевых единиц, оно же пушечное мясо? Вот именно, что нет.       Тихонько оглядываюсь себе за спину. Нет, всё равно хочется их придушить. Даже от одного взгляда на этих двух голова опять начинает болеть. Я даже сочувствую Ли Юну — свалили же ему на голову этих… Просто этих.       А Гуань Вэй сидит в уголочке, отвернувшись от Чжэнь Бэя. Опять поссорились, благо в этот раз дело до драки не дошло — шисюн успел вовремя их остудить.       И почему ученики с Цианчжоу и с Инвана вечно как кошки с собаками? А когда напрямую им на это указываешь, то случается два варианта событий: либо на тебя посмотрят, как на дурачка, мол, ничего такого нет, либо начнут ругать противников на чём свет стоит. И тут даже не важно, с какого Пика ученик, всё зависит от характера опрашиваемого.       Оценивающе посмотрела на Ли Юна. Интересно, а он ответит на мой вопрос? Все эти два дня я показывала себя с лучшей стороны — быт в дороге им обустраивала, под ногами не мешалась, вместо них на почтовой станции вчера договаривалась о передышке для лошадей. Другими словами, зарабатывала хорошую репутацию в глазах шисюна. Потому что что? Правильно — если о тебе хорошего мнения, значит, шанс того, что на тебе же и решат сбросить пар, меньше. Может, хорошая репутация мне подсобит ещё и интересующее узнать?       Глубоко вдохнув, я решила: была не была!       — Шисюн, — тихо, боязливо позвала я его. Лучшая стратегия общения с такими — вести себя тише мыши, ниже травы, чтобы тебя было жалко ударить. И ведь работает! Особенно такой тон помогает, когда общаешься с высокомерным сынишкой аристократа — сразу чувствует себя сильнее и выше, что хорошо чешет эго.       — Что случилось? — на удивление доброжелательно отозвался Ли Юн. Кажется, он наслаждается тишиной, потому что после прошлой ссоры эти двое расселись по разным углам и теперь дуются друг на друга.       — Простите за бестактный вопрос, шисюн, просто эта ничтожная правда не знает, — обращение прислуги вошло в чат, — но почему многие ученики с Цианчжоу и Инван враждуют между собой? — использую я более формальные названия пиков. Обычно в разговорах ученики употребляют более простые, показывающие суть названия, но здесь явно лучше этакий сленг попридержать при себе.       — Скажи, что тебе известно о философии меча и заклинательства? — туманно как-то спрашивает Ли Юн. Одно хорошо — он хоть как-то да ответил, а значит, есть вероятность, что я получу, что мне интересно.       — Насколько этой ничтожной известно, в философии мечников говорится о том, что их меч — не просто лучший друг, но и товарищ, часть их собственной души. Они ценят свои мечи как возлюбленных, — что и неудивительно в реалиях этого мира. Некоторые мечи могут достичь собственного разума, к тому же, после того, как ученик получает свой собственный меч, в него помещается ци заклинателя, а ци, можно сказать, и есть частичка души. Слышала, некоторые даже построили практику культивирования на том, что совершенствуются вместе с мечом. Говорят, их мечи невероятно прочны, но в то же время, если сломать такой меч, то сам мечник станет вдвое слабее, если не больше.       — Да, это так, — согласился со мной Ли Юн. — В то же время те, кто придерживаются философии заклинателей, считают, что истинного мастерства заклинатель может достичь, полагаясь лишь на свои силы, используя заклинания. Вершиной самосовершенствования в этой философии считается полный отказ от меча.       И больше Ли Юн ничего не сказал, оставив меня размышлять самостоятельно.       Тогда всё становится на свои места. Но в то же время не понимаю, как можно так люто ненавидеть того, у кого просто отличается мировоззрение? Нет, в моём мире такое тоже встречалось — взять те же идеологии коммунизма и либерализма. И из-за этих противоречий даже случались войны, но в то же время эти две идеологии влияли на окружающий мир, их столкновение было необратимо, но мировоззрения? Разные философии?.. Нет, как бы я этого ни хотела, мне их не понять. Возможно, я просто слишком тупа для этого мира.

Не в первый раз, да?

      Впереди виднеется очередная почтовая станция. То что надо — лошади уже устали и им явно требуется напиться воды да наесться. Бедняги устали настолько, что даже повозку стали ввезти медленнее.       — Скоро прибудем на стоянку, — оповещаю попутчиков и товарищей на время миссии. Хотя и товарищами их язык не поворачивается назвать — помимо того, что используют меня как прислугу, так ещё и взгляды презрительные кидают. Просто блеск.       И в ответ мне тишина. Только шисюн слегка головой качнул в знак того, что принял к сведению, что для него удивительно — неужели так тишина на него повлияла?       По мере того, как почтовая станция становится всё ближе, я подсчитываю денюжки. Мда, не густо. С такими средствами я вряд ли смогу оставить себе хоть что-то в качестве моральной компенсации от этих двух. А жаль, я-то надеялась потом в чайную пойти и потратить их, помимо того, что на вкусный чай, так ещё и на божественные пирожные. Но, видать, не судьба.       Спрыгнув с повозки, направилась ко входу в здание, косящее под гостиницу для проезжающих. Но я-то знаю, как они должны выглядеть, меня не обманешь!       — Здравствуйте.       — Приветствую проезжих заклинателей, — отвечающим за почтовую станцию оказывается низенький старичок с глубокими морщинами у глаз. Видать, часто в жизни улыбался. Жаль, что в этом мире не понять по этому признаку добрый человек или нет — тут всем принято улыбаться, особенно если подлизываешься, а старик явно из подобного типа людей. — Чем могу помочь?       — Нам надо ненадолго остановиться, напоить и накормить лошадей, — задерживаться явно не стоит — и так много времени из-за двух идиотов потеряли. К тому же так будет меньше шанс, что они снова посрутся, а мне потом за них извиняться придётся.       — Хорошо-хорошо… С вас десять серебряных.       С сожалением в сердце я всё-таки отдаю несчастные деньги. Успокаивает только мысль, что деньги эти не мои. Но и в то же время огорчает…       Сообщив попутчикам, что можно выходить, сама я пошла на здешнюю кухню, — пускай она и очень маленькая, но хоть какую-то еду приготовить можно, а большего и не надо. К сожалению, в последний раз мы ели вчера утром, и уже сегодня чувствуется голод, который лучше утолить, а то два дебила и так, похоже, вспыльчивые, а на голодный желудок явно будут ещё и раздражёнными. Хотя почему будут? Они уже. Из-за того, что они — внутренние ученики, на них не ставили эксперименты, а смогут ли зелёные новички податься в инедию?       Благо, в эти десять серебряных входят и продукты, которые можно использовать, чтобы подкрепиться. Да и я сама не прочь была бы поесть — голод вполне себе ощущается, пускай и терпимый, но от того не менее желанный.       Помидоры с яйцами, немного рыбы, побольше специй да суп из риса, где этого самого риса не так уж и много — вот она, суровая походная кухня. Суровая для этих троих, а для меня вполне привычная. Всё-таки для внешних учеников не слишком любят разготавливаться, нам давали что побыстрее, а для вкуса специй сыпали, чтобы детишки богатеев поменьше вякали, вот и всё. Вполне съедобно, должна признать, даже вкусно. Единственный минус — большинство блюд из-за этого получались острыми, но это такие мелочи, право слово. За счёт культивации гастрит, а тем более язву, так себе не заработаешь, так что и так сойдёт.       Стоит мне принести блюда к столу, как вижу недовольные лица. Ах, как бальзам на душу — хоть и мелко, пакостно, но я «мщу». И я закрою глаза, что просто так судьба сложилась, что в путешествии особо продуктов нет, а значит и готовить что-то более полноценное возможность тоже отсутствует.       Видать, в этот раз разругались эти двое знатно, раз даже за едой сидят и молчат. Ну, мне же с Ли Юном лучше. Да и старичку тоже — к сожалению, очень часто ссоры этих двоих оказываются на грани драки, а на прошлой почтовой станции, в тайне от шисюна, они всё-таки сразились на поляне рядом со стоянкой. К сожалению, было много шума, и чуть не пострадала сама станция, благо Ли Юн вовремя заблокировал атаку двух дебилов. Извиняться перед мужчиной пришлось мне, так же как и платить за моральный ущерб. Вот никогда бы не подумала, что в этом мире будут требовать деньги за такое — это вам не мой прошлой мир, где до этого вообще додумались. Здесь всё гораздо проще — дом не разрушили, и на том спасибо. Просто тот мужик оказался очень сообразительным, а отказывать было очень сложно — ученики Академии Фуюн частенько останавливаются на его станции. Если бы из-за меня у других внешних учеников появились проблемы с этой станцией, меня свои же загрызли бы. А они бы легко нашли козла отпущения, это да.

Ведь так же гораздо проще, не правда ли?

      Оставив внутренних учеников в почтовой станции, сама я пошла проведать лошадок. Готовка и трапеза заняли где-то два часа, так что кони могли уже отдохнуть, что надо проверить.       Но, к сожалению, стоит мне оказаться в конюшне, как я понимаю, что задержимся мы здесь ещё на часок-другой точно. Хм, а ведь в Байюне сказали, что эти кони очень выносливы и до деревушки довезут нас всего за два дня вместо четырёх. Хах, не удивлюсь, если лошади, как и я с Ли Юном, просто устали от вечного шума двух дебилов. К тому же, пускай и не специально, но во время ссор они фонили враждебной ци, что тоже могло сказаться на самочувствии лошадей. Эх, одни проблемы от них.       Погладив по гриве обеих коняк, я развернулась в сторону почтовой станции. Раз так всё совпало, то можно и воспользоваться местными комнатками, чтобы вздремнуть. Если эти трое спали во время поездки в повозке, то я — нет. Кто-то же должен был направлять лошадей. Мы и так потеряли много времени из-за Гуань Вэя и Чжэнь Бэя, чтобы делать лишние остановки. А ведь я тоже устаю! Спать хочется неимоверно…       И почему первое же моё задание оказалось таким неудачным в плане сокомандников? Лишь Ли Юн оказался вполне нормальным — на меня внимание не особо часто обращает, на мои вопросы ответил, спокойный… Не шисюн, а прям мечта, особенно в моём положении. Но вот оставшиеся двое…       Я просто буду надеяться, что в следующий раз мне повезёт больше, хорошо? Никто же не может мне запретить это делать.       А вот исполнятся ли надежды или нет — это уже другой разговор…       Захожу в выделенную комнатку и понимаю, что она очень маленькая. Пожалуй, даже меньше моей халупы в Академии. С другой стороны, это вам не постоялый двор и тем более не гостиница, чтобы комната была просторной.       Заваливаюсь на кровать, слыша скрип досок. Подушка уже свалялась, одеяло — просто ткань, которой можно было бы укрыться. Ну, мне большего и не надо. Прикрываю глаза и проваливаюсь в мир снов. Мне ещё очень долго придётся терпеть компанию двух дебилов, так что хоть высплюсь, глядишь, сил терпеть их прибавится.