Второстепенный персонаж будет жить!

      В какой-то момент тусклое освещение стало привычным для глаз. Если вначале, когда я с Фэн Сюин углубились в замок, глазам было трудно, и из-за этого я частенько спотыкалась, то сейчас уже не так критично.       В итоге Фэн Сюин так и не сказала, откуда взяла информацию, куда нам идти. Преследует меня ощущение, что то было написано в дневнике, который она нашла в пыточной, но я бы также не стала убирать и тот вариант, что она изначально знала, ради чего оказалась на небесном острове. Учитывая, что Тайная территория оказалась сотворённой руками человека, вполне вероятно, что в наружном мире или же в самой Тайной территории могли остаться подсказки, что находится на небесном острове.       В какой-то момент в груди неприятно сжалось от осознания, что я не так уж и хорошо знаю эту часть оригинального сюжета. Примерно на арке Тайной территории мне стало невероятно скучно от повторяющихся стычек с другими учениками, внезапных откровений от духа из кольца, и в итоге… Я бросила новеллу. Помню смутно, что Фэн Сюин найдёт какой-то меч, вовремя покинет Хулишан, помню, что после этого узнает, что её отец демон, и потому отправится на Хэйян… А что будет дальше, мне уже не ведомо. Даже сейчас меня нет-нет да потряхивает от того, что не понимаю, чего следует ожидать от Фэн Сюин и в принципе от мира. Что ж, буду считать всю эту ситуацию подготовкой к свободному плаванию, когда знания оригинальной истории, даже такие обрывочные, пропадут…       Если рассуждать логически, то в этих руинах должно храниться самое ценное сокровище всей Тайной территории — небесный остров попросту находится так высоко, что даже на мече его трудно было бы увидеть. Не удивилась бы, если бы его окружал ещё какой-нибудь барьер.       Но вот что меня настораживает — по ощущениям, мы опускаемся под землю, причём очень глубоко. Всё чаще на пути попадаются лестницы, ведущие вниз, довольно быстро мы оказались в коридоре, лишённом хоть каких-либо окон, даже от стен и пола стал исходить подземный холод. Неужели кусок земли, на котором построен небесный остров, настолько велик? И что же такого ценного может быть в той сокровищнице, что она находится так глубоко? Полагаю, если бы не дневник, в который Фэн Сюин поглядывает время от времени, мы бы даже входа в эту подземную часть не нашли.       А что это?       Я встаю напротив углубления в стене, напоминающего выдолбленную полку под вазу, вокруг которого расположились мелкие символы. Подношу ладонь со сгустком ци ближе к надписям, чтобы лучше рассмотреть, но это оказывается тщетно — я попросту не понимаю, что эти надписи значат. Возможно, благодаря тому, что мы находимся в явно скрытом ходу, но надписи будто не тронуло время. Они выглядят не просто цельными, но даже свежими.       — Фыр! — лис аккуратно зажал в зубах край моего ханьфу, потянув идти дальше. Чёрт, и почему только Фэн Сюин даже не остановилась? Она ведь довольно далеко уже ушла!       Я стараюсь нагнать Фэн Сюин, что у меня успешно получается. Правда, я чуть не навернулась об незамеченный камень… Не суть важно!       — Лао Фэн, тебе не кажется!..       Вот только договорить я не успеваю. Так и знала, что всё не могло быть так просто!       Фэн Сюин вовремя успевает отскочить в сторону, потому как в то место, где она была всего секунду назад, врезались стрелы.       — Долго же их не появлялось… — голос Фэн Сюин тихий, но она явно не старалась его заглушить — благодаря эху в коридоре и чувствительному слуху я прекрасно её расслышала.       Я медленно иду в сторону Фэн Сюин, следя за окружением. Такое ощущение, что эта ловушка была разогревом, потому как слишком очевидна и при внимательности её можно избежать даже совершенствующемуся чуть выше ранга ученика. Но что удивительно… На меня ловушка не сработала? Либо же был всего один заряд? А может, из-за старости механизмы заржавели и потому на меня стрелы не полетели? В любом случае мне же лучше, что я в безопасности добралась до Фэн Сюин.       — Я заметила странное углубление с непонятными надписями, возможно, весь ход дальше будет в ловушках.       — Знаю, — голос Фэн Сюин холодный, рубленный, отчего становится не по себе. Я сказала что-то не так? — Идём дальше.       Фэн Сюин разворачивается и идёт, не оглядываясь, а я же… На кончике языка появляется гадкий привкус, будто я лезу не в своё дело. Будто моё мнение и наблюдения ей не нужны.

Будто ты никому не нужна.

      В любом случае не стоит стоять на месте, потому как кто знает, что за ловушку из себя представляли те надписи? А то что-то не верится мне, что они могли быть связаны с механизмом стрел.       Вот только чем дальше мы идём, тем больше ловушек нам попадается. Причём срабатывают они на Фэн Сюин! Нет, я не жалуюсь, мне же лучше, что эта дурёха прёт напролом, как танк, активируя все ловушки на себе. Не уверена, что от той же ловушки с заморозкой я бы смогла увернуться… Но меня не покидает странное чувство, что не могло быть всё так просто. Даже если предположить, что все ловушки и впрямь были рассчитаны на одного человека, то неужели они были созданы ещё и одноразовыми? Но это ведь нелогично! В душе зреет чёткое ощущение, что меня где-то обманывают…       Один лишь лис выглядит довольным. В какой-то момент я даже не заметила, когда он обвил хвостом мою руку и стал идти максимально близко, чуть ли не прижимаясь к моей ноге. Даже мордочка его стала довольной! Но почему только Фэн Сюин никак на него не реагирует? Даже больше, её взгляд будто соскальзывает с фигуры лиса, что невероятно странно. Может, это его особенность, как магического зверя? И я ему просто понравилась, вот он и ходит со мной? Потому что иных причин, почему он всё ещё рядом, мой мозг придумать не в силах.       Даже не сразу замечаю, как рука утонула в мягкой шёрстке на голове у лиса. Божечки, гладить — его одно сплошное удовольствие! Жаль только, что такого красавчика придётся оставить на Хулишан… Здесь ведь его дом, возможно, семья. Было бы совершенно неправильно с моей стороны забирать его из привычной среды обитания по собственной прихоти.       Единственное, его симпатия мешает спокойно идти. В итоге получается, что я всё время чуть ли не на десять шагов иду позади Фэн Сюин. Она, конечно, не возражает, но из-за этого я чувствую себя как-то неправильно.       — Будь аккуратнее, — впервые за несколько палочек благовоний подала голос Фэн Сюин. — Ловушки впереди будут более серьёзными.       Если с теми, которые нам попадались до этого, ты справлялась, как с игрушками, то я даже боюсь представить, что ждёт впереди…       К моему удивлению, мы не продолжили идти в том же темпе, нет, Фэн Сюин ускорилась. И куда только так спешит? Так ведь можно пропустить и попасться в ловушку!       …Ладно, возможно, мои опасения были напрасны. Особенно учитывая, как ловко Фэн Сюин уклоняется от теневого клона, подобных которому встретили парни на пути к сокровищнице. Интересно, как они там? Вот только клон Фэн Сюин явно агрессивнее, потому как он не дожидается атаки от девушки, а сам атакует. Фэн Сюин с лёгкостью уворачивается от каждого выпада, атакуя в ответ. Но вот что странно: почему же нет моего клона? Это не может не удивлять.       …Что и ожидалось. Как же главная героиня этого мира могла хотя бы запыхаться, разделываясь с теневым клоном? Вот именно, неслыханно! Точным ударом Фэн Сюин пробивает грудину клона, откуда доносится звук разбитого стекла, а сам клон распадается кусками засохшей глины. Кристалл клона был в него вмурован? Может, из-за этого ловушка активировалась только на Фэн Сюин?       — Не задерживайся, — всё таким же холодным голосом говорит Фэн Сюин.       Хэй, я не виновата! Не могу же я случайно пнуть красавчика под ногами? Я слишком сильно люблю животных, особенно таких безобидных, чтобы это сделать.       К моему удивлению, дальнейший путь по прямой обходится без ловушек, даже лис зашагал быстрее. Вот только мне кажется, или впереди становится холоднее? И чем дальше мы идём, тем больший холод я ощущаю. А это что? Развилка?       — Нам вперёд, — мельком глянув на свиток из пыточной, Фэн Сюин уверенно двинулась дальше. Что ж, доверюсь ей, всё-таки хоть какой-то ориентир сейчас находится у неё.       Но мне не даёт покоя холод, который я чувствую впереди. От чего он может исходить?..       — Ложись!       Что?

***

      — Вот оно как…       Желание вернуть семейный артефакт оказывается для него более обременительным, чем он думал изначально. Пожалуй, только упоминания о его могуществе не дают забросить в раздражении поиски. Упоминание в записях формы артефакта в виде меча оказывается для Тао Лонг Вея достаточным, чтобы продолжать поиски спутника на пути самосовершенствования. К сожалению, немногие мечи способны выдержать его духовную силу, рано или поздно они все ломались, лишь некоторые остаются целыми в его руках. Однако… Из-за этого у Тао Лонг Вея всё время не получалось создать свой собственный духовный меч. А ведь ему импонируют воззрения Инван на мечи — искусство владения мечом для него настолько же привычно как дыхание. Когда же перед Тао Лонг Веем замаячила возможность, даже такая призрачная, обзавестись собственным спутником на пути самосовершенствования, она оказывается для него слишком заманчивой. Кто знает, насколько артефакт стал разумным, если считался семейным сокровищем императорской семьи? Уж он-то точно должен быть способен принять духовную силу Тао Лонг Вея.       Однако мальчику пришлось потратить гораздо больше времени, чем он рассчитывал изначально. Найти подсказки, где может находиться меч, оказывается почти невыполнимой задачей. Он потратил слишком большое количество ци, усталость ощущается уже даже привычно. Всё его нутро желает вновь обрести взрослую форму, однако не стоит делать это так поспешно — кто знает, в какой момент ему может понадобиться сила, а действие артефакта хватит лишь на ещё одно превращение в его истинную форму на сутки.       За всё это время он лишь исследовал Хулишан в поисках убежищ, которые оказались разбросаны по всей горе. Итогом стали… Крохи информации. Видимо, бывший хозяин Тайной территории был тем ещё параноиком, раз всё так хорошо спрятал.       Брови малыша хмурятся, отчего взгляд его становится серьёзнее. Странное чувство гложет его в последние дни, из-за чего он и торопился узнать, где же находится главная сокровищница Хулишан. За время, что прошло в мире, письменность не сильно изменилась, однако начертание некоторых иероглифов стало другим, что оказалось довольно досадно — из-за этого каждый раз, когда Тао Лонг Вей находит новые записи, у него возобновляется мигрень.       Очередное убежище оказывается маленьким домиком в скале, большую часть которого занимают полки с книгами и свитками. Убежище-библиотека? До этого ему попадались убежища с полигонами для отработки заклинаний и техник, с помещениями для экспериментов с формациями, убежище, созданное специально, чтобы разрабатывать новые формации на тот случай, если начертание окажется неправильным, структура окажется нестабильной и…       Пожалуй, иногда ошибки бывают слишком разрушительными, чтобы их не запомнить на будущее.       Тао Лонг Вей напитывает ци кристаллы для освещения. Очередная поломка — кристаллы треснули от времени, из-за чего освещение не настолько сильно, чтобы прогнать полумрак, и в то же время поглощает больше необходимого, чтобы хоть что-то осветить. Ещё одна головная боль, право слово.       Тао Лонг Вей углубляется внутрь дома, проводит пальцами по корешкам книг, свитков… Старые трактаты, записи о наблюдении за плотоядными растениями, записи об экспериментах над демонами… Изучение ци, сборник повестей и стихотворений… Небожители, неужели хозяин этого места так сильно не хотел даже задумываться о сортировке книг? Всё перемешано, тяжёлый выдох вырывается из Тао Лонг Вея. В очередной раз придётся потратить больше времени на изучение библиотеки, чем ему того хотелось бы.       А это что? Похоже на записи из жизни… Открыв книгу, мальчик сосредоточил взгляд на тексте, вот только полумрак помещения мешает ему хоть что-то разглядеть. В раздражение цокнув, малыш зажигает на руке маленький сгусток ци, благодаря чему перестаёт хмуриться в попытках разобрать текст.       Очередные записи об экспериментах, неудача в попытке начертания формации… Личное пространство? А это уже интересней.       Записи неаккуратные, человек явно не хотел стараться над ними, хотя по почерку Тао Лонг Вей с уверенностью может сказать, что почерк мужской, принадлежащий учёному мужу, которого с детства обучали изящному искусству. Слишком небрежно, слишком самоуверенно написано, местами даже виднеются отвратительные кляксы туши.       Личное пространство на формации? Без кристалла-маяка? И как только его задумка не разрушилась? Удивительно, что такая нестабильная конструкция в принципе не распалась и не взорвалась сразу же, как тот её создал.       Самой неожиданной находкой для него становятся записи о небесном острове. У него в душе тлели подозрения, но не было уверенности. Небесный остров — слишком затратное, не оправдывающее себя сооружение. Для кого-то может показаться чем-то величественным, уподобляющим хозяина небесного острова самим небожителям, однако… Слишком много энергии, слишком неповоротливое сооружение. Одна лишь трата ресурсов. Но если верить записям…       Шершавая бумага царапает подушечки пальцев, витающая вокруг пыль убежища, никем не тронутая многие и многие годы, забивается в лёгких, отчего дышать становится тяжело. Даже полумрак, разгоняемый сгустком ци, начинает раздражать малыша, вселяя в душу неизвестное чувство. В последнее время он испытывает подобное только по отношению к одному человеку…       Боль. Правое предплечье обжигает болью, будто кипятком, невидимая струна натягивается, формируя телепорт. Глаза жмурятся от внезапности, зубы стискиваются, и из губ вырывается шипение. Пергамент выпадает из его пальцев, глухо падая на пол, вокруг вспыхивает серебряный свет перехода, на мгновение ослепляя.       Тао Лонг Вей не обращает внимания на предплечье, перед глазами лишь связь с талисманом, ведущая к ней. Туннель телепорта привычно проносится перед глазами, тянет вверх, где находится Юэ Инг Хуа. Вверх?       Сердце гулко бьется о грудную клетку, кровь стучит в ушах, мешая сосредоточиться на мыслях. Он почти ничего не слышит, секунды, чтобы переместиться, кажутся вечностью.       Ноги касаются пола, покрытого корочкой льда. Ци Тао Лонг Вея соприкасается с враждебной ци холода, сжигая оное. Глаза мечутся по полумраку коридора, вокруг ощущается холод, что готов прокрасться сквозь одежды, чтобы заморозить сами кости. Где же она?..       Взгляд цепляется за остаточный след формации перемещения, он чувствует недавнее присутствие Фэн Сюин, но сердце и мысли застывают лишь на ней.       Юэ Инг Хуа выглядит скорее как ледяная статуя, нежели человек. Корка льда покрывает её конечности, кожа стала бледнее от холода и ци, на лице виднеются морозные узоры, будто сам холод поцеловал её. Кулон с талисманом тлеет красным огоньком, образуя защитный слой ци, который не даёт морозу поглотить девушку полностью. Рядом сидит обеспокоенный лис, от которого чувствуется тепло, чьи золотые глаза сияют от использования духовной энергии. Магический зверь?       Не важно. Первый шаг даётся с трудом. Ноги плохо слушаются, руки ослабли, Тао Лонг Вей не может оторвать взгляда от фигуры ледяной скульптуры. Ноги почти подкашиваются, Тао Лонг Вей позорно спотыкается, приближаясь к ней. Морозная ци пытается поглотить его, заморозить внутренности, превратить в такую же статую, но холод слишком слаб перед ним. Растопить лёд выходит очень просто, остатки ловушки слишком слабы, чтобы причинить ему хоть какой-то вред, но… Как же раздражает.       Собственная ци вспыхивает огнём в груди, растапливая лёд под ногами малыша, сам же Тао Лонг Вей стискивает кулаки, почти распарывая их детскими ноготками. Кто? Что посмело?..       Не обращая внимания на рычащую, сгорбленную фигуру лиса, готового к нападению, Тао Лонг Вей медленно подходит к Юэ Инг Хуа. Рука кажется тяжелее обычного, от её фигуры веет более плотной морозной ци, которая жалит холодом кончики пальцев. Активировать формацию мгновения получается привычно, не задумываясь. Это место явно не подходит для того, чтобы излечить её.       — Ты знаешь безопасное место? — голос малыша ледяной… Нет, обжигающий яростью. Голос человека, что сдерживает эмоции из последних сил, чтобы не взорваться разрушительным смерчем.       Тао Лонг Вей даже не смотрит на лиса. Это явно не простой магический зверь, он уже давно переступил черту, когда у животных формируется сознание, мальчик бы сказал, что этот зверь спокойно может принять форму, похожую на человеческую. Он просто обязан знать, где можно остановиться.       Облачко пара вырывается изо рта Юэ Инг Хуа. Его почти не различить, но всё внимание Тао Лонг Вея обращено к ней, он не мог не заметить этого. Брови хмурятся, раздражение плескается в глазах маленького мальчика, когда он, наконец, переводит взгляд на лиса.       — Быстрее, у меня нет времени на твои раздумья.       Если тот пытался спасти Юэ Инг Хуа, то сейчас самое время подчиниться Тао Лонг Вею. Он не привык к ожиданию, не привык, чтобы его приказы не исполнялись.       Будто прочитав во взгляде человека решимость, желание защитить, лис щурит глаза. Фигура его медленно расслабляется, хвост обвивается вокруг его фигуры. Молчание длится для Тао Лонг Вея вечность, когда зверь начинает движение.       Лис направляется за спину Тао Лонг Вея. Активация левитации, удостовериться, что формация мгновения работает, мягко поднять фигуру Юэ Инг Хуа, чтобы не повредить. Сейчас она больше похожа не на человека, а на искусно сделанную скульптуру изо льда. Это ведь всего лишь морозная ци так больно сжимает его сердце, не так ли?       Переместить Юэ Инг Хуа оказывается легко, они долго идут по извилистому коридору, чтобы остановиться у встроенной в стену полки. Лис поднимается на задних лапах, чтобы достать носом полку, напитав надписи ци. Вязь иероглифов вспыхивает золотом, стены вокруг начинают дрожать, приходя в движение.       Ожидаемо.       Лис проходит первым в образовавшийся проход, и только после этого Тао Лонг Вей проходит следом. Удивительно, он явственно ощущает скрытые ловушки, однако ни одна из них не активируется. Печать разрешения? У лиса? Неожиданно.       Потайная комната оказывается довольно просторной, пыльной, лишённой освещения, но приемлемо. Циновка на полу приходится кстати. Тао Лонг Вей аккуратно перемещает Юэ Инг Хуа, стараясь не навредить. Кулон почти полностью пуст, запас энергии, что в него вмещался, был почти полностью израсходован. Видимо, со временем ловушка активировалась превосходно, даже утечки энергии не было, раз его подарка хватило лишь на то, чтобы частично защитить девушку.       Поднести руку к кулону оказывается почти пыткой — холод от её фигуры почти жалит холодом, отчего Тао Лонг Вею приходится стискивать зубы и хмурить брови, чтобы активировать печать кулона. Боль вновь простреливает висок, вот только у Тао Лонг Вея нет времени на капризы детского организма. Полное обследование тела, энергетической структуры помогают успокоить разбушевавшуюся в груди бурю. Всё не так плачевно, как выглядит на первый взгляд.       Его собственные запасы ци не так полны, как того хотелось бы, да и сам он не настолько сведущ в медицине, как его соратник, но и его знаний достаточно, чтобы вырвать Юэ Инг Хуа из лап смерти.       Печати, пилюли, скальпель, что работает с ци… Руки слегка дрожат. Тао Лонг Вей стискивает их в кулаки.       Успокоиться. Ему просто необходима полная концентрация. Любая ошибка может обойтись ему слишком дорого.       — Фыр.       Золотые глаза лиса раздражающе блестят. Так и хочется их вырвать, лишь бы тот не смотрел на него с таким снисхождением.       Печать полностью останавливает потоки крови и ци в теле, пилюля мягко скользит в ледяные губы, растворяясь, распространяясь по телу девушки живительным теплом. Осталось самое сложное — отделить скальпелем враждебную ци от меридиан Юэ Инг Хуа.       — С тебя даже взгляда отводить нельзя, не так ли?

***

      Сколько точно времени прошло — Лин Янь Цю сказать не может. Почти всё время он будто находится под огромной толщей воды, что не даёт точно разглядеть окружающий мир, давит на грудь, голову, конечности… Вода слишком плотная, чтобы спокойно мыслить.       Встретить Его частичку на этой горе оказалось… Слишком ошеломляюще. Нереально. Какое-то время Лин Янь Цю попросту не мог поверить в свалившиеся на него дары небожителей. Сколько лет прошло, когда в последний раз он чувствовал Его ци? Годы? Десятилетия? Столетия? Или даже больше? В какой-то момент он даже позабыл те ощущения, лицо Господина стало расплываться, и лишь воспоминания служили ему ориентиром, не дающим опустить руки. И оттого ощутить нечто смутно знакомое от человеческой девчонки оказывается словно сильнейший удар по голове.       В груди расцвело чувство, от которого, как он думал, он давно уже избавился за ненадобностью… Надежда. Безжалостная, путающая мысли, заставляющая даже хвосты, не то что руки, дрожать от предвкушения.       Но кто она? Как эта человеческая девушка связана с Ним? Почему её ци ощущается такой знакомой?..       Именно эти мысли оказались решающей точкой для него. Лин Янь Цю просто обязан её изучить, прежде чем явиться перед ней. Спустя столько лет… Его план спустя столько лет впервые может осуществиться.       Принять облик животного оказывается… Непривычно. По ощущениям, с последнего перевоплощения прошли тысячелетия, но в то же время это оказывается так приятно… Лисята, будто чувствуя, что их Хозяин собирается выбрать девушку для осуществления своего плана, с беспокойством следовали за ним. Для начала стоило просто издалека понаблюдать за ней, в чём ему даже помогло вмешательство детей.       Юэ Инг Хуа, как её называли мальчишки, с которыми она сюда прибыла, даже не замечала его изначально. Разглядеть его фигуры среди других лисят, когда он сам того не хочет? Было бы слишком нереалистично для кого-то её ранга.       Когда же дети зашли в пещеру, Лин Янь Цю отдал мысленный приказ старшим лисятам возвращаться домой. Стоит для начала познакомиться с ней поближе, посмотреть, как она отреагирует на его звериную форму.       Возня детишек оказывается предсказуемой. Время идёт, одно поколение сменяет другое, но суть людей не меняется. Своего рода приятная стабильность в мире. Вот только… Атрибут звука? Он не мог в этом ошибиться. Её, пускай и жалкие, но всё-таки попытки, выглядящие как первые шаги ребёнка, оказываются действенными. Перед глазами Лин Янь Цю будто оказался призрак прошлого, когда они были ещё детьми…       Он не понимает как, почему, но он понимает одно — он не может её упустить.       Решение дать ей печать, разрешающую пребывание в Хулишан, оказывается верным. Лёгкий укус, и Юэ Инг Хуа даже не заметила, как он дал её. Было бы весьма печально, если бы одна из ловушек порушила все его планы.       На удивление Лин Янь Цю, мальчишки недурно проходят ловушки на пути к сокровищнице. Не самая богатая, в основном в ней хранятся пилюли, которые оставил тот мерзавец, но для людей их уровня сил и впрямь настоящие сокровища, которые могут пригодиться в самосовершенствовании. Вот только…       — Шимей!       Удивительно, до этого Лин Янь Цю не замечал в этой сокровищницы телепорта на Тайный небесный остров. Оказаться вовремя с А-Хуа проще простого. Можно даже сказать, что Лин Янь Цю на руку её разделение с товарищами, ведь так у него появится больше времени, чтобы настроить девчонку на нужный ему лад.       Ведь, судя по всему, она как нельзя кстати любит лисят. Лин Янь Цю должен признать, что у неё просто прекрасный вкус, определённо.       Наблюдать за её блужданиями по руинам замка оказывается интересно. Какая ещё барышня станет раздеваться?.. Неужели за то время, что его не было в мире, нравы успели настолько сильно поменяться? Что за вульгарщина?       Ловушки на пути не активируются, но Лин Янь Цю всё равно продолжает следовать рядом с девчонкой. Редко, но ловушки могут не среагировать на печать. Тот мерзавец был одновременно и гением, и полным бездарем при создании формаций. Ему в голову приходили поистине гениальные идеи, но не всегда он мог осуществить их на практике. Даже не так, мерзавец мог ошибиться даже в простейших формациях, однако всё равно использовал их при создании ловушек, чем не раз злил Лин Янь Цю, когда они сталкивались.       И решение его оказывается верным — когда Юэ Инг Хуа выходит в сад, разросшийся в непроглядную зелёную стену, одна из ловушек активируется. Обезвредить её для Лин Янь Цю невероятно легко, но он не уверен, что девчонка могла бы спокойно её обойти.       Но вот встретить ещё одну девчонку… Лёгкой иллюзии для отвлечения внимания оказывается достаточно, чтобы его не заметили. Но вот сама девчонка… Наглая. Беспардонная. Явно никогда не имела спутников, не то что товарищей. Проверить настолько варварским методом, живой ли перед тобой человек? Ещё и с настолько плохим контролем ци? Смех да и только. Даже ощущения от её кольца заставляют уши настороженно подниматься. Кольцо явно не простое пространственное кольцо, это более могущественный артефакт, но…       Мысль Лин Янь Цю не успевает сформироваться. Что?       За всё время пребывания на Хулишан Лин Янь Цю так и не смог полностью обойти все руины. В некоторые места даже его с печатью Хозяина Хулишан не пускали барьеры. Даже в тот момент, когда наглая девчонка открыла дверь, Лин Янь Цю не смог пройти в комнату, но… Эта ци, это не может быть ничто другое.       Ощущения знакомой ци заставляют уши и хвост замереть, а сердце ощутить, будто по нему прошлись когтями. Всё это время… Неужели?.. Даже несмотря на невозможность зайти, золотые глаза Лин Янь Цю внимательно следят за Юэ Инг Хуа. Её действия, слова… За всё то время, что его не было, в мире что-то изменилось? Но ведь он не так уж и долго отсутствовал, чтобы ненависть людей к демонам ослабла? Однако её действия, с каким сочувствием Юэ Инг Хуа отпускала несчастных на путь перерождения…       Думается ему, они смогут поладить.       — Нам надо пробраться в центр замка. Там находится массив формации, центрообразующее сооружение всей Тайной территории.       Мысли наглой девчонки слишком предсказуемы и в то же время безрассудны. Главная сокровищница Хулишан — самое охраняемое место в Тайной территории, даже он не может туда пробраться. Выражение мордочки лиса хмурится. Лин Янь Цю просто обязан присмотреть за Юэ Инг Хуа. И как только она окажется одна…       Спуск в подземелья оказывается долгим. У наглой девчонки, в отличие от его подопечной, нет права находиться на Хулишан, а потому и ловушки реагируют на неё исправно. Приходится сдерживать порывы Юэ Инг Хуа от того, чтобы ловушки не дотягивали до неё, в чём ему даже помогает поспешность нахалки. Вот только…       Оказавшись рядом с Юэ Инг Хуа, барьер пропустил лиса дальше, чем он самостоятельно смог пройти, когда впервые оказался на острове. Это оказывается… Неожиданной переменной. Не так много смельчаков либо же глупцов поднимались на Тайный небесный остров, а потому и до этого момента он не знал об этом.       К удивлению Лин Янь Цю, печать оказывается полезна и дальше, ловушки всё так же не реагируют на Юэ Инг Хуа, лишь наглая девчонка, что так спешит за своей смертью, получает все скрытые атаки от ловушек.       И единственное, что заставляет уши Лин Янь Цю дёргаться на каждый звук, оказывается странное ощущение прохлады. Не естественной прохлады подземелья, а прохлады…       Ловушка!       Вспышка ци оказывается слишком неожиданной. Тело двигается быстрее разума, ци окутывает его и Юэ Инг Хуа защитным куполом огненной, такой родной ци, рядом вспыхивает свет перемещения. Гуй его подери! Сколько же энергии накопилось в этой формации за всё время существования Хулишан, раз его тело даже отлетает?!       Морозная ци оказывается сильнее его огненного купола, поглощая его, замораживая его ци… Взрыв холода прекращается, вот только…       Лис медленно оборачивается к лежащей девушке. Нет. Нет-нет-нет… Нет!       Фигура лиса быстро приближается к Юэ Инг Хуа, ледяной нос касается её руки… Жива… Жива.       Кулон в форме луны тлеет слабым огоньком, окутывая всё её тело слабым теплом. Это ведь…       Лин Янь Цю успевает вовремя подавить желание перевоплотиться в человека, дабы спасти Юэ Инг Хуа. Как он и думал. И как только она согласилась принять подобный подарок? Неужели?..       Погодите, что?       Увидеть из вспышки телепортации маленького ребёнка шести лет от роду оказывается… неожиданно. Чёрные волосы свободно развеваются от дуновений морозной ци, тёмное ханьфу свободно разлетается, когда стопа ребёнка касается пола. Эта метка во лбу… Кажется смутно знакомой, но за прошедшее время память не хочет поднимать пыль с полок дальних воспоминаний.       От каждого шага ребёнка ледяная ци тает, отступает от напора энергии малыша. Взгляд его мечется, глаза дрожат, изо рта вырывается сбивчивое дыхание, пока взгляд не останавливается на Юэ Инг Хуа. Нет, он явно не обычный ребёнок, Лин Янь Цю теперь это отчётливо ощущает. Яд девяти лун? И, судя по ощущениям, яд почти распался. Давненько он не сталкивался с этой дрянью, неужели знания о его создании ещё сохранились в мире?       Поступь, взгляд, осанка — всё говорит о том, что мальчик этот не так прост. Даже его фигура и внешность напоминают Лин Янь Цю кое-кого.       — Ты знаешь безопасное место?       Какая наглость. Голос звучит уверенно, будто малыш привык отдавать приказы, будто привык быть облачённым властью, а потому не может даже представить, что кто-то не подчинится его воле. Аристократ мира людей? Или даже кто-то из правящей семьи? Черты лица его знакомы, но память отказывается давать знания о роде этого мальчишки.       — Быстрее, у меня нет времени на твои раздумья.       Лин Янь Цю расслабляется, садится, обвивая себя хвостом. Лис оценивающе смотрит на мальчишку. Фигура его стоит прямо, гордо, но… Кулаки дрожат от напряжения, дыхание сбивчивое, а глаза… В них плещется решимость. Что ж, раз так…       Лис медленно встаёт, направляясь за спину человеческого ребёнка. Даже не оборачиваясь, Лин Янь Цю чувствует, как ребёнок активирует формации. Этот явно более сведущ в этом искусстве, нежели мерзавец. Ни единого колебания, чистейшая формация с прекрасной стабилизацией.       Пройти приходится далеко, потому как самое ближайшее безопасное место, которое может предложить Лин Янь Цю, дабы ещё больше не навредить Юэ Инг Хуа — потайная комната, которую они давненько прошли.       Активация вязи символов и вот, потайная комната открывается. Стены сделаны из лунного камня, скрывающего ци от посторонних, удерживающего энергию в пределах комнаты. Идеальное место, чтобы залечить раны и быть уверенными, что их никто не потревожит. Судя по тому, как много людей появилось на Тайном небесном острове, Лин Янь Цю не удивится, если объявится кто-то ещё.       Действия малыша аккуратны, даже нежны. Кажется, ему можно доверять, раз он так бережно относится к Юэ Инг Хуа. Он точно ей не навредит, но… Паранойя не может отпустить Лин Янь Цю. Он внимательно следит за всеми действиями малыша, готовый в любой момент вмешаться.       Но этого не требуется. Руки его осторожны и тверды, дрожь покинула мальца, как только тот взял скальпель. Явно не Аптекарь или же Мастер медицины, но движения его точны, он знает, что делать. Возможно, у малыша есть друг или же знакомый лекарь? Либо же его обучили основам медицин? И, судя по движениям, знает своё дело он прекрасно, получше даже некоторых врачевателей.       Очищение меридиан длится долго, сколько точно — трудно сказать. Всё вокруг плывёт в сознании от напряжения. Его разум одновременно и кристально чист, и находится под толщей воды, а сердце… Его стук отдаётся в ушах, кровь кажется слишком горячей, всё его внимание сосредоточено на девчонке. Она не может умереть, не тогда, когда смогла чудом подарить ему Надежду.       Но почему её ци так сильно напоминает ему Его ци? Неужели та женщина?..       Малыш достаёт бутылочку с пилюлями, из-за чего всё внимание Лин Янь Цю обращается к нему. Стоит мальчишке откупорить бутылочку, как всю комнату наполняет аромат свежести, будто только дождь закончился.       — Если бы только здесь был Сяо Бянь Цюэ…       Аромат от снадобья невероятно чистый и сильный, что означает высокий ранг лекарства, однако кто этот Сяо Бянь Цюэ? И кто мог быть настолько помешанным на медицине, раз решился наречь собственного ребёнка в честь бога-покровителя врачевателей?       Мальчишка аккуратно приподнимает голову Юэ Инг Хуа, поднося бутылочку к губам. Брови его нахмурены, взгляд сосредоточен на губах, что только начали приобретать оттенок живого человека, а не ледяной скульптуры. Чувствует порывы совести? Человек, облачённый с рождения властью?       Лин Янь Цю хмурится от этого зрелища. Мальчишка явно не врачеватель, а потому излишний контакт с молодой девушкой для него должен быть табу, но, судя по поведению и общению девушки с товарищами… Она явно занимала место слуги, и раз у мальчишки пробудилась совесть… Лин Янь Цю не может оставаться в стороне.       Лис медленно встаёт и подходит к лежащей девушке. Взгляд ребёнка медленно перемещается на животное, взгляды их встречаются.       — Хмпф, — встряхнув головой, малыш всё же вливает снадобье девушке в рот, слегка надавливая той на губы, дабы она смогла проглотить лекарство.       И что же за человек этот малыш? По его поведению Лин Янь Цю мог бы сказать, что тот привык сдерживать эмоции, а потому настолько яркая для людей его рода реакция на девушку…       Кажется, Надежда Лин Янь Цю на свободу принесёт ему множество головной боли.