Месть Непревзойденного Огурца

      Демон уже давно привык являться по малейшему мановению его господина, Владыки демонов Ло Бинхэ. Вот только сейчас ему было совсем не до этого, ведь он был крайне поглощен поисками чего-то очень для себя важного… Вернее, кого-то. Перевернув в течении этих дней все Северные пустоши, он так и не добился успеха, еще не отчаявшись, но все еще пребывая в нетерпимости.       Тем не менее, он не мог так легко пойти против своей природы, которая, к слову, и была предписана ему тем, кем он и был сейчас больше всего увлечен. Так что, холодно вздохнув, он сразу же иссиня-черной тенью возник подле своего Владыки, впервые желая поскорее расправится с поручениями и отправиться по своим личным делам. Его лицо было пронизано благородной холодностью, напрочь стирая любые иные намеки на эмоции.

***

      Зрачки вечно невозмутимого и холодного Генерала демонов Северных пустошей непроизвольно расширились и мгновенно сжались до пары точек, а кадык, едва содрогнувшись, замер, когда он выслушал подробный и быстрый инструктаж Ло Бинхэ. Он, конечно, догадывался о чем-то подобном и раньше, но это… это… ЭТО. Как он мог ЭТО сделать? Хотя, чем дольше он думал и прокручивал «это» в своей голове, тем больше слегка покалывало его заиндевевшее сердце, которое своим участившимся биением разрушало сковавшие его льды, и тем сильнее становилось давно уже зревшее внутри него чувство… Очень странное и непривычное для него ощущение.       Стоит ли упоминать обо всех талантах, скрытых и очевидных, молодого демона, уже давно ставшего во главе своего рода? Его гениальность не ограничивалась лишь сугубо грубой силой и демонической энергией. Одного внимательного взгляда и времени, за которое и палочка благовоний не успеет догореть, хватило для того, чтобы он со всей тщательностью и скрупулезностью изучил врученное ему пособие, запомнив и разобрав даже все мельчайшие детали. В дальнейших объяснениях он не нуждался. На его лице не дрогнул ни единый мускул, лишь в глубине глаз можно было заметить едва вспыхнувший синий отблеск.       Переведя взгляд с произведения в своих руках на молчаливо сидевшего и попивающего чай Шэнь ЦинЦю, который являлся учителем его господина, Мобэй-цзюнь впервые коротко поклонился кому-то, кроме Ло Бинхэ. Разумеется, ему не составило особого труда догадаться, кто являлся главным зачинщиком подобного внимания и указаний, со стороны его владыки. После этого он также безмолвно исчез, как и появился.       Хотя в большей степени он был благодарен не столько за инструктаж, сколько за наводку на то, где искать то, что он не мог позволить себе потерять. Вернее, кого-то… Теперь же это было приправлено еще и некоторым томительным предвкушением.

***

      Он появился как нельзя вовремя. Промедли хоть еще немного и вряд ли бы от этого бесполезного, такого жалкого и бесхребетного создания еще что-то осталось… Хотя сам Мобей-цзюнь почему-то никак не мог верить в его столь скорую кончину, однако, это не умалило всей обуревавшей его ярости, когда перед его глазами предстала эта сцена. — Ты вёрткий, словно таракан — а что если я оставлю тебя без ног, сможешь убежать? — буквально прошипел сквозь зубы Линьгуан-цзюнь, уже готовый переломать ноги Шан Цинхуа, на что тут сразу же возопил: — Ваше Величество!!!       Если честно, в этот момент, зажмурившись от страха и расходящейся боли, он попросту сжался, ничего не видя вокруг. Ему просто всего-то хотелось хоть в какой-то целости сохранить свои конечности и испытывать чуть меньше боли… Говоря начистоту, у него на это не было ровным счетом никаких шансов, поэтому в сердцах, он позвал того, кого ждал больше всего. Правда, этот душевный крик огласил всю округу, чуть ли не грозя обернуться ударной волной против его обидчика.       Именно поэтому, когда он позвал, и увидел Владыку демонов за спиной Линьгуан-цзюня, то тотчас же подумал, что именно его зов призвал это спасение!       Да, именно так! Не зря же он был Великим Богом этого мира и по совместительству папочкой всех его детищ! Не важно, как сильно был перелопачен и изменен оригинальный сюжет, этого у него не отнять — именно так думал Сян Тянь Да Фейцзи, Самолет взлетающий в небеса, Онанист, пронзивший небо! Ве-ли-кий пи-са-те-ль! Коим он обязательно станет и в этом мире.       Быстро разобравшись со своим младшим дядей, а заодно и выпустив на него пар, после чего скинув его в ущелье подальше с глаз долой, Мобэй-цзюнь наконец-то мог заняться основным вопросом своего визита. А именно — Шан Цинхуа.       Следуя инструкциям Ло Бинхэ, основным источником которых, в принципе, когда-то давно стал сам Лорд пика Андин собственной персоной, а именно: жалость и покорность, Мобэй-цзюнь позаботился о своем нерадивом подчиненном. Для начала он не стал вымещать на нем свое негодование. Благо этой цели неволей поспособствовал его дядя — Линьгуан-цзюнь, за что его можно было бы даже поблагодарить, но уж точно не стоило. После этого он занялся транспортировкой пострадавшего посредством найденой в ближайшем хозяйстве тележки. — Я хочу поесть лапши! — заявил мерно покачивающийся и забывшийся, словно знатный вельможа, Шан Цинхуа.       Даже не думая противоречить чему угодно, что бы он ни сказал или ни придумал сейчас этот бессовестный, но все же такой милый человек, Мобэй-цзюнь лишь коротко отозвался: — Гм. — Тянутую лапшу, — уточнил тот. — Это можно, — легко бросил демон. Для него не составит никакого труда достать подобную мелочь… — И чтоб ты сам приготовил, — окончательно обнаглев, заявил Шан Цинхуа.       Тележка, дёрнувшись, остановилась — Мобэй-цзюнь замер на месте. Если задуматься, когда он был у господина, то заметил начисто вылизанный котелок и еще невымытые чаши с остатками лапши. Температура вокруг начала стремительно снижаться. Только сам Мобэй-цзюнь знал, что для него снижение температуры — равно её повышению для обычных людей. Вместо розовеющих щек, его лицо стало еще более бледным. Почувствовав малейшие изменения в окружающей их атмосферы, Шан Цинхуа сразу же сложил дважды два и пошел на попятную, уже начиная опасаться за собственную сохранность и в руках Мобэй-цзюня. Он почему-то ни в коем случае не сомневался, что, при желании, этот демон был способен обеспечить ему куда больше страданий, чем даже его дядя мог себе представить… На радостях, он совсем забылся, едва не потеряв все шансы на дальнейшее спокойное существование.       Однако, Мобэй-цзюнь уже не слышал полившиеся изо рта его знакомого оправдания и мольбы. Тележка вновь мерно покачнулась и двинулась дальше. — Сделаю, — не обернувшись, заявил демон, и его голос сквозил холодной твердостью.       Стоит ли говорить, что Шан Цинхуа едва не вывалился, замерев подобно ледяной статуе. Вот только в его глазах полыхал невиданный доселе огонь. Преисполнившись железной решимости, он воспылал всей душой, погрузившись в собственные фантазии и мечты о дальнейших планах в этом мире. Он определенно снова станет писателем! И столь же известным! Знал бы он только, что сейчас реально популярно... И каким тенденциям ему придется следовать ради этой популярности. Но он уже заранее был на твердо и решительно на всё готов!       Этот жар Мобэй-цзюнь почувствовал буквально спиной, и от этого уголок его рта дрогнул, едва заметно приподнявшись в самой теплой улыбке, что вообще была способна появиться на его холодном лице.       Узрей это сам Шан Цинхуа, трудно сказать, какие бы чувства он испытал…