Медленно пробиваясь сквозь дневной свет

У По было очень мало сюрпризов. Еще на Явине IV был его праздник, устроенный его друзьями. Когда он встретился с Леей, когда ему предложили присоединиться к Сопротивлению и добиться реальных результатов. Но он должен был сказать, что проснуться посреди разбивающегося корабля, привязанного к столу, и только в полубессознательном состоянии было бы немного более удивительно, чем дома. Тревога чирикала и паниковала, пока По возвращался в мир, в его глазах и разуме цеплялась слабость. Он попытался сесть, но его остановили ремни, проходящие через его грудь и ноги. — Ты, должно быть, шутишь, — простонал По, откинув голову назад. Его разум все плотнее сосредоточился на реальности, он напрягся от знакомого ощущения разбивающегося корабля. Корабль застонал, когда его внешность начала деформироваться и бороться с турбулентностью. Голоса в кабине ссорились и боролись, когда звук разбивающегося корабля вокруг них становился все громче. — Начиная сейчас, — сказал один из них, — мы уничтожаем всех. — Мне очень жаль, что я однажды пытался никого не уничтожить. — Это слишком много, Марель! Траектория корабля резко изменилась, и руки По разошлись по сторонам, цепляясь за прочный металл. Его позвоночник плотно прижался к поверхности, а внутренности скручивались, как крышка. — Подожди, ты куда? — Решая мою проблему, дайте мне минутку, — сказал лейтенант. По вытянул голову, чтобы посмотреть, как он прошел через дверной проем кабины и остановился у загрузочной дверцы. Марель повернул голову и посмотрел на По. Он ухмыльнулся. — Держись крепче, По. Дверь открылась, и Марель вышел, как будто его не трогал сильный ветер. По с недоумением смотрел на него, не заметив, как Марель упал на быстро приближающуюся землю. Странный стук за пределами U-крыла привлек внимание По, его глаза в замешательстве уставились в потолок, и это было последнее, что По слышал перед тем, как корабль потерпел крушение. *** — Ты такой сильный, — По прижался к щеке рукой. Ее руки были мозолистыми, но По не возражал против этого чувства. — Ты знаешь что? Большие руки обняли По и подняли его, улыбка промелькнула на слабом лице. По поместили на плечи, его маленькие ножки слегка упирались в его грудь. — Он получает это от тебя, поэтому, — сказал Кес, — и вот где он получил свою внешность. Что ты вообще получил от меня, приятель? Руки По пробежались по голове. Это было длиннее старых фотографий, которые показывали ему при их первой встрече. — Ты сладкоежка? — По догадался. Кес засмеялся, покачав головой, прежде чем наклонить ее, чтобы попытаться взглянуть на По. По хихикнул и посмотрел вниз со своего насеста, упираясь лбом в лоб. — Приятно знать, что я хоть что-то тебе дал. Как она? — Она в порядке, — сказала она с легкой улыбкой. Она перевела взгляд с лица Кес на лицо По. Даже сейчас, даже тогда воспоминания о них застряли в голове По. Тогда он этого не понял. Но затерявшись в воспоминаниях, в легком сжимании рук вокруг его лодыжек, он понимал достаточно хорошо. Сидя напротив Дерева, По уперся головой в кору. Он гудел, и По пытался найти смолу в собственном горле. Прекрасный день пролился сквозь ветви и согрел его лицо, пощекотал волосы. Затем ветви обвились вокруг его рук и обездвижили. По открыл глаза, подавляя внезапный страх, когда заметил фигуру в темном плаще. — Где это находится? — Единственное, о чем вам нужно беспокоиться, — сказал По сквозь потрескавшиеся губы, по подбородку текла кровь, — это лучшее чувство моды, генерал. Вы, ребята, действительно так боитесь использовать какой-нибудь цвет? — А чего ты боишься? Самодовольное выражение генерала выделялось поверх его бледного лица. По взглянул в ответ, с легкой ухмылкой на его лице. — Для начала, ты зря тратишь мое время. Искаженный голос позади него быстро последовал. — Считаете ли вы, что ваше время ценно? — Или, — продолжил он, приближаясь сзади. Волосы на затылке По встали дыбом. — Возможно, вы знаете, что ваше время не имеет значения. Что нет никакой ценности для вас или ваших усилий. Еще сильнее прижавшись к стулу, По посмотрел на ограничители и понял, что это все еще ветки, кора упиралась в его запястья и лодыжки, медленно обвивая живот. — Нет, я не это сказал, — сказал По. — Все, что вы есть — пустая трата времени. Эта ваша миссия напрасно потратила время и безопасность Сопротивления. Как лучший пилот Сопротивления может разбиться и попасть в плен? Ты стал всего лишь помехой. — Вы ошибаетесь, — отрезал По, — это не так. Я не такой. — Но это так, пилот, — сказал Рен, кружа, — вы все еще на Джакку, пока вашему дроиду удалось уйти. Ты останешься позади, брошен чахнуть. Как грустно. Лицо По побледнело, его челюсть захлопнулась. Звук туфель Рена по полу прекратился, сразу за левым боком По. — Больно, правда? Быть бессильным. Казалось, воздух покинул легкие По. Он пытался найти это, но все, что приходило ему в голову, было короткими паническими вдохами. Кайло Рен стоял перед По, наклонившись ближе. Его голос был мягким, когда он просачивался. — Это все, чем вы сейчас являетесь, По Дэмерон. Бессильный. По увидел части своего отражения в серебряных линиях на маске Рена. Он увидел страх, который он испытал, когда посмотрели ему в глаза в тот день. *** Глаза По резко распахнулись и сморщились, когда налетел дым. По попытался встать, но ремни снова остановили его. Напрягая шею и подняв голову, По оглядел сломанное U-образное крыло. Обшивка в нескольких местах была обломана, провода торчали наружу, сквозь щели выходил дым. Из кабины вылилось еще больше, хотя По не мог поднять голову выше, чтобы лучше рассмотреть. Опустив голову и ударившись о стол, По на мгновение лежал неподвижно. Его внутренности были не менее искривлены, чем раньше, сжаты кулаком в перчатке от сновидений. По корчился и боролся, натягивая ремни. Надеясь, напрягаясь, По не приводил свое тело в такой припадок давно. Гнев, стыд, страх — все, что было внутри По, он бросил на ремни. — Давай, ты… — По вскрикнул, когда упал на землю, сдерживая ругань от резкого удара. В уголках его глаз выступили морщины, и он проигнорировал искушение свернуться клубочком. — Я ненавижу все, — пробормотал По, работая на четвереньках. Жар волнами исходил от обшивки внутри, давя на него. Когда он попытался подтянуть под себя правую ногу, острая боль не позволила По согнуть ее. — Я в порядке, — сказал По, прочищая горло, стараясь не вдыхать набухающий дым. Но он застрял у него в горле, и По поднес руку ко рту. После непродолжительного припадка он без энтузиазма провел рукой по лицу и по волосам. Одна здоровая нога. Ну одна рабочая нога. Он мог это сделать. Взявшись за край платформы, к которой он был привязан, По удержал вес на своей ноге и подкрался ближе к краю. Он подъехал на здоровой ноге, используя руки, и рухнул на стол, когда снова поднялся на ноги. Часть По хотела закрыть там глаза, наполовину разбросанная по металлической поверхности посреди разбитого, горящего, сломанного U-образного крыла. По вспомнил гладкий внешний вид, то, что он пускал слюни в этот момент, солнце, отражающееся в синем цвете, сияло сиянием, которое проявлялось только через любовь. Он был в таком хорошем состоянии… Он был в хорошем состоянии. По резко вскочил, держа устойчивую руку на столе, пока он изучал интерьер. Боковая дверь в центре корабля была широко открыта. А если там была дверь… Взгляд По переместился с бокового входа на пустую кабину, туда! Да! Он стиснул зубы и крепко держался за то, что предлагало стабильность, когда он ковылял. Резкая боль ударила его в ногу, и несколько шагов он неуклюже покачнулся под его весом. К тому времени, как он добрался до края, его рубашка прилипла к его коже и растягивалась с каждым вдохом, но По остановился и не рухнул, когда подошел к коммуникатору. Его левая рука крепко держала микрофон на системе связи, отказываясь отпускать, когда он переводил дыхание. Судя по тому, что он мог видеть, система, похоже, избежала повреждений в результате крушения. По осмотрел его, прежде чем посмотреть на пустыню через боковую дверь. Было несколько небольших обломков, которые По мог видеть, в основном с одного из крыльев. Но ни людей, ни штурмовиков, ни звука приближающихся самолетов. Еще секунду По с беспокойством смотрел, прежде чем его свободная рука потянулась к ручкам. Проходя по ним, он задержал дыхание и включил питание. Комикс выдохся, статические помехи доходили до микрофона. По с изумлением слушал. Ориентировочно По настроил сигналы, работая в направлении частоты, когда его пальцы остановились. Если он отправит сообщение Сопротивлению, что помешает Первому Ордену отслеживать сигнал с любой стороны? — Пустая трата времени, — сказал Рен. Большой палец По постучал по приемнику, прервав статику. Этот сигнал был небезопасен и не соответствовал стандартам Сопротивления. Кто-то может слушать, ждать, готовый услышать его голос и отдать приказ, Сопротивление не будет готово. BB-8 покинул планету. У них было послание, у них была помощь; у них был Финн. У них был шанс. Странный всплеск шума прорезал ресивер, и статика испарилась. Свет погас по системе связи. По уставился на него, его большой палец все еще толкал трубку безрезультатно. Он щелкнул выключателем питания, но не было ни звука, ни помех. Трубка выскользнула из руки По. Коммуникационная система молча смотрела на него. Он не двинулся с места. Сначала его рука ударилась о стену над системой. И снова. И снова. Затем По сбился со счета, и он снова оказался в неподвижном состоянии, его рука покраснела и покалывало болезненными волнами. Абсолютно беспомощен. Задыхаясь, По покачал головой и прислонил ее к стене. Дым начал рассеиваться, но металл все еще был горячим. При поломке правильной проводки мог возникнуть пожар. Достаточно большой, чтобы проглотить останки корабля. Может даже уничтожиться. Было бы не хорошо. Повернув голову, По лениво смотрел на густой дым, идущий из кабины. Потом прищурился. Он напряг глаза и вцепился в слабый контур. Прихрамывая к кабине, По сосредоточился на неопределенной массе, прежде чем добраться до двери. Заглянув внутрь, его пальцы коснулись ткани, и По схватил горсть. Обеими руками По потянул за человека и попытался вытащить его из кабины. Вес на ноге был, попросту говоря, плохим. Или плохо. Или болезненно. Или мучительно. Он не был уверен, могут ли конечности самопроизвольно упасть, но все было впервые. Их телам было трудно передвигаться по стулу, но По сумел подхватить их руки и вытащить их. Медленно он вытащил их обоих из корабля и прочь от дыма, его ноги споткнулись, когда он покинул металлическую платформу и погрузился в песок. Он перенес их еще на несколько футов, прежде чем уронить их и рухнуть на горячую землю. Затаив дыхание, По выпрямил ногу, пытаясь унять боль. Его взгляд переместился с пустого пространства на второго пилота. Она выглядела рассерженной без сознания. Судя по тому, как она нахмурилась, как будто она застыла посреди битвы с роем пчел или чем-то еще. Сажа была размазана по ее лицу в нескольких местах, но она не выглядела серьезно раненой. Худшее, наверное, было от вдыхания дыма. По слегка ударил кулаком по лбу. Спасение врага. Что за пустышка.