Как спасти жизнь

Большую часть вечера готесса провела в переглядках с Тори, пытаясь прочесть её разум. Она что-то скрывала, и Джейд казалось, что это не в лучшую сторону. Наоборот, это было уже слишком к худшему. Каждый раз, когда она спрашивала у латины, в порядке ли она или что случилось с её губами и руками, Вега как всегда улыбалась и говорила, что это ничего, не придумывая больше каких-то неубедительных оправданий, чтобы заставить Вест прекратить свой допрос. Но раны и бинт, покрывающие смуглую руку, не могут быть объяснены как ничего, а порезы на губах были ну уж слишком глубокими, чтобы обосновать это всего лишь столкновением с асфальтом. Джейд никогда бы не подумала, что Тори способна на враньё. Это было на неё не похоже. Она просто не могла быть такой. И, может быть, поэтому готесса сначала недолюбливала её, и это мягко сказано. Может, всё потому, что Вега была слишком открыта, но теперь она была замкнута, и это беспокоило Вест гораздо больше. Она ненавидит признавать что-либо, но девушка хотела вернуть ту добрую, радостную и счастливую Тори. Чёрноволосая оторвала глаза от двух исполнителей на сцене, которые, безоговорочно, не имели такого великолепного голоса. Они были вне поля, испортив песню. Тайком готесса глянула на Тори, собиравшую картофель, которую она ей купила. Её лицо было покрыто грустью. Девушка продолжала смотреть на фаст фуд всего несколько секунд, хотя она была глубоко задумана. Джейд вздохнула и откинулась на спинку стула. Она рассматривала латину с головы до торса, и с торса до ног. На первый взгляд, ничего примечательного в ней или её одежде нет. Короткий топ, поверх которого лёгкая куртка, узкие завышенные джинсы и сапоги до колена. Обычный стиль Веги, но… Укороченный верх слегка приподнялся и Вест заметила огромную, фиолетового оттенка ссадину вдоль её живота. Не из тех, что можно получить от падения. Не маленький, быстро забываемый след, который спадёт через пару дней. Нахмурившись, неформалка укусила свой свежевыкрашенный чёрный ноготь. Лак сошёл и упал на её язык, придавая вкус горечи. Тори взглянула на подругу, точно зная, что она уже о чём-то догадывается. Латина собрала нетронутый картофель и начала убираться, чтобы выбросить его в мусорное ведро перед выходом из здания. — Джейд, оставь её в покое. — предупредил Бек, когда она собралась пойти за Викторией. — Не говори мне, что делать, Оливер. — рявкнула она, заставив его зябнуть. Без сомнения, она обидела его чувства, сказав это, но ей было плевать, ведь чёрноволосая спешила за более интересующим её объектом, так что ей некогда было играть с ним. Под шум толпы Вест продолжила путь к главному входу, откуда вышла Тори, и осмотрелась вокруг. Тёмная как смоль ночь уже окутала улицу, за исключением уличных фонарей и мерцающих знаков от заправок и красочных витрин магазинов. Готесса выпустила тучку пара изо рта. Холод быстро развеял тепло бледного тела, заставив дрожь пройтись по хребту. Тори прислонилась к стене, её голова откинулась назад, а грудь равномерно поднималась, делая глубокие вдохи. — Ты скажешь мне, что делают эти синяки на твоём животе? — спросила Джейд, принудив латиноамериканку подпрыгнуть от испуга. Когда у неё перехватило дыхание, Тори отрицательно покачала головой и опустила взгляд в пол. — Нет. Ты продолжаешь задавать мне один и тот же вопрос, но ответ от этого не изменится, Джейд. Вест тоже облокотилась о твёрдую преграду и посмотрела на девушку напротив: — Я могу только надеяться, верно? Но всё же, скажи мне. — Не могу. — ответила она, отворачивая своё красивое лицо. — Но почему нет? — Потому что я н-не могу. — начинала нервничать младшая Вега. — Ладно. Тогда скажи мне, почему ты не можешь, чтобы я знала причину хотя бы тому, почему не могу спрашивать. — Потому что она изобьёт меня, если я расскажу тебе! — призналась Виктория, привлекая внимание прохожих. В этот момент сердце Джейд остановилось. Что она имела в виду? Озадаченные серо-голубые глаза уставились на латиноамериканку, которая в ужасе прикрыла рот и сделала шаг назад, понимая, что сболтнула лишнего. — О чём ты говоришь? — спросила Вест, подходя к ней всё ближе. — Ни о чём… — Кто тебя бьет, Тори? Это кто-то из школы? Скажи мне кто это и я воткну ножницы ему в зад. — Нет. — Это Трина? Я не думала, что она настолько сумасше… — Нет! Певица набрала больше воздуха, думая только об одном человеке, которого она совсем не хотела упоминать. Но она знала, что готесса дойдёт до этого. Её собственная мать. Мисс Вега казалась таким милым, добрым и любезным человеком, такой же, как и её младшая дочь. Но никто не знает наверняка, где и когда грядут перемены. — Это твоя мама? — как можно мягче спросила Джейд, максимально сократив дистанцию между ними. Она опустила плечи, и по её щеке скатилась одинокая слеза. — Нет, не она. Снова неподвластное для Тори враньё вылезло наружу. Если она врала Вест долгое время, то почему она вдруг начнёт говорить ей правду? Почему Джейд должна верить ей сейчас? Какие на это есть причины? Никаких. Готесса проворчала от разочарования и безумия, повернулась и направилась обратно в караоке-заведение. — Куда ты идёшь? — спросила её Тори, схватив бледную ладонь. Вест посмотрела на то место, где их руки соприкоснулись, прежде чем встретиться с карамельными глазами. В её взоре ясно читались обида и обезнадёживание. — Туда, где меня не обманут. — коротко и с огорчением ответила Вест. Тори вздрогнула, явно тронута её словами, но не настолько удивлённая. Она отпустила девушку и внимательно следила, как та быстрым шагом возвращается внутрь здания. Джейд не хотела бросать её, но и не собиралась позволять вешать лапшу себе на уши, слушая очередную ложь, особенно от человека, который, казалось, заботился о ней.