Мой одуванчик

      Уже неделя, как лучший детектив мира и его любимый палач засыпали а одной кровати, даже не скрывая это от остальных. В их глазах томилась радость, какое-то счастье, но в тоже время страх неизбежного окутывал в узы печали и тревоги. Л несколько раз пытался сказать свое имя, чтобы все быстрее закончилось, но Лайт упорно прикрывал все признания. Даже Миса с глазами Бога Смерти не имела права говорить Лайту имя. Он нашел способ оборвать с ней отношения, оставаясь лишь другом. Серьезный разговор помог ему, девушка осознала, что если она желает ему счастья, то лучше отпустить.        Снова дождливая пятница и Лайт ждёт, когда Л выйдет из душевой кабинки. Рассматривая запотевший силуэт, он ловит себя на мысли, что его желание становиться сильнее обычного. Темные большие глаза показались из-за запотевшего стекла, но не всё тело. — Ягами, можешь мне помочь? - немного заикаясь спросил Л. — Что нужно? - делая вид, что не смущён ответил Кира, - и называй меня по имени, прошу. — Хорошо, Лайт. Ты можешь потереть спину и сделать массаж? Что-то она сегодня болит. — Я же говорил, что это все твоя поза сказывается, - раздеваясь и предвкушая напомнил Лайт. — Но в приличной позе моя мозговая деятельность снижается на 40%. И не рассматривай меня, это смущает.       Л отвернулся к стене, когда увидел, что на его любимом осталось лишь белье. Ради справедливости Лайт снял его и встал позади Л. Руки светловолосого юноши начали изучать кожу худого, что кости выпирают, парня. Постепенно, просто поглаживания стали чем-то бо́льшим и Лайт начал покусывать нежную кожу шеи и спины. Несколько лёгких засосов не заставили себя ждать. Впервые он видит Л без одежды. Такое доверие должно чем-то объясняться. — Лайт, - очень задумчиво начал Л, но тот был увлечен телом любимого, - Лайт, мне стыдно и я не хочу, чтобы мое возбуждение отпугнуло тебя.       Вместо ответа, возбуждённый Лайт прижался телом к спине Л, а руками начал поглаживать торс спереди, спускаясь вниз. Его член уже стоял и тёрся о ноги детектива. — Ах, - с уст детектива вырвался стон, дающий Лайту зелёный свет, но хозяин вздоха не позволил сделать задуманное, — Ягами Лайт, я люблю тебя, - небрежно простонал Л, — Мое имя Л Лолайт. Теперь ты можешь убить меня, я поддаюсь тебе. Не спеши делать поспешные выводы. Я люблю тебя, ты стал моим другом и любовником, ты дал мне то, что смогло осчастливить меня, пусть и ценой жизни. — Да как ты смеешь думать, что я смогу убить тебя?? - злобно прокричал Лайт, ударяя кулаком в стену перед Л, — Да, ты знаешь кто я, но из-за тебя я никого уже очень давно не трогаю, я избегал твоего имени, чтобы не дать тебе умереть, я не хочу, чтобы ты умирал. Знаешь, что я чувствовал каждый день, с тех пор как во мне проснулась любовь к тебе? Я ненавидел себя, я был в ужасе. Я влюбился в парня, в детектива, который обещал меня отправить на эшафот. Я ненавидел себя, что полюбил того, кого должен убить. Я мечтал о такой великой цели, я жаждал этого, но ты покорил моё сердце. А это признание теперь будет стоить мне жизни. Я бы никогда не убил тебя, Л Лолайт, я по уши в тебя влюблён. Можешь звонить моему отцу и остальным, я расскажу им правду.        Сердце Лайта кровоточило, оно было сломано этими словами. «Теперь ты можешь убить меня» — болезненно ёкнуло в сердце и Ягами вышел из душа, оставляя Л с мыслями наедине разглядывать следы крови с руки Киры.

***

      Лайт шёл не понимая куда, стена дождя не давала ему обзор. Злость закипала в крови, перемешиваясь с осознанием того, что его унизили. Он не мог поверить в упрямство Л. Какой же упрямый, глупый Л. Как он стал лучшим детективом, если не может понять, что я люблю его. А может это был лишь способ заставить меня признаться? Да, так. Это было игра. Л Лолайт великий маг пулятор. Кто бы мог подумать, бога нового мира обвели вокруг пальца, играя на чувствах. Ненавижу, этот мир не исправить. Лайт шёл куда-то в сторону парка, где они с Л гуляли через день. Беседка укромно прятала парня от дождя. Его глаза всматривались в стену дождя, а по его щекам изредка катились слёзы. Всё кончено. Машина его отца проехала мимо парка, но Лайт узнал сирену и марку автомобиля. Л уже все рассказал, осталось только признаться.       «Я обречен» - шепотом произнес Ягами Лайт.