Tenebris mundi

Юнги втайне гордился тем, что знает Чонгука лучше всех. Он вырос вместе с ребенком, практически вырастил его. Он знал Чонгука как свои пять пальцев, поэтому с первого взгляда легко мог сказать, что молодой генерал так беспомощно влюблен в Тэхена. И все же это был первый раз, когда он видел мальчика в ярости. Он был не просто зол или раздражен, нет — Чонгук кипел от ярости. Юнги, Намджун и Сокджин последовали за ним, когда Чонгук зашагал по коридорам замка, каждый шаг был громким, тяжелым и звенящим от напряжения. К сожалению, в недавно назначенных рядах Чонгука были несколько шпионов, и эти шпионы помогли Джихану и Хери уйти невредимыми. Однако это не означало, что другие солдаты были бесполезны. Во время побега им удалось поймать троих шпионов, и, узнав об этом, Чонгук молча направился к ним. – Чонгук, – снова позвал Юнги, его голос эхом отдавался от стен замка, когда он отчаянно пытался догнать молодого генерала, – Чонгук, успокойся на хрен и послушай меня. Внезапно чья - то рука сжала запястье Юнги, и он резко остановился, повернувшись лицом к обеспокоенному лицу Сокджина. Он медленно покачал головой, поворачивая голову, чтобы взглянуть на удаляющуюся спину Чонгука. – Пусть он делает то, что считает нужным в данной ситуации. – Послушай, я так же зол, как и он, но если он сделает в таком состоянии и со своим взрывным характером, он сильно будет жалеть об этом, – выпалил Юнги, вырывая свое запястье из хватки Сокджина и двигаясь вслед за Чонгуком. Сокджин снова остановил его. Юнги стиснул зубы. – Сокджин. – Это его люди, Ваше Высочество, – взмолился Сокджин, сверля Юнги медово-золотыми глазами. Рядом с ним стоял Намджун и смотрел в сторону, сжав челюсти в жесткую линию. – Доверься Чонгуку. Тебе нужно поверить ему. Юнги внимательно наблюдал за ним, прислушиваясь к слабому эху тяжелых шагов Чонгука, ступающих по полу замка и тревожа неподвижный воздух, висящий вокруг них. Он глубоко вздохнул и осторожно высвободил руку. Сокджин отпустил его. Юнги повернулся на каблуках и продолжил следовать за Чонгуком. Взрыв, вызванный побегом Джихана, серьезно повредил несколько камер, так что временная, где сейчас содержались шпионы, находилась в другом месте. Они нашли Чонгука неподвижно стоящим перед большой деревянной дверью, грудь его тяжело вздымалась, а голова была опущена. Юнги немного понаблюдал за ним, давая ему свободу действий. Чонгук медленно выдохнул, прежде чем выпрямиться и плавно открыть дверь. Юнги и остальные последовали, за ним. Временная камера была большим белым куполом, похожим на зал Хосока. Единственным отличием было отсутствие полок и стеллажей с зельями и книгами. Несколько солдат Чонгука стояли сбоку, охраняя трех сгрудившихся в центре фигур со связанными запястьями и руками, крепко обхватившими их торсы. При звуке шагов Чонгука в комнату все трое шпионов вскинули головы, страх, но все же затаившийся вызов был легко виден в их широко открытых, налитых кровью, глазах. – Полагаю, вы меня узнаете, – начал Чонгук, голос его внезапно стал глубже и холоднее. Юнги, Намджун и Сокджин стояли у двери, скрестив руки на груди и внимательно наблюдая, как Чонгук застыл на месте в добрых двух метрах от шпионов, сложив руки за спиной и расставив ноги на ширину плеч. Один из шпионов вздрогнул, отвел взгляд от Чонгука и негодующе усмехнулся. – Конечно, мы знаем, кто ты. Ты же пес принца. Чонгук слегка наклонил голову, хрустнув шеей. Юнги видел, как он сжимает кулаки за спиной. – Где Джихан? – Спросил Чонгук, проигнорировав брошеные слова, враждебным и сильно пронизанным опасностью, голосом. – Аха так мы вам все и расскажем, – проворчал шпион, и Юнги наконец заметил – под всей этой грязью и короткими волосами – шпион был девушкой, ведьмой, вероятно, не старше самого Чонгука. Девушка слегка ухмыльнулась, подняв подбородок выше в явном проявлении неповиновения. – Даже если мы тебе скажем, ты недостаточно умен, малыш. Я имею в виду, мы были у вас под носом последние несколько недель, разве вы не заметили? Что это говорит о вас, генерал? – Она насмешливо протянула звание, и в мгновение ока Чонгук внезапно прижал ее к стене, крепко обхватив рукой ее тонкую шею. – Не испытывай мое терпение, ведьма, – он не выдержал, клыки выступающие, синие вены на его руках, потемнели в пурпурный оттенки, огромный контраст с его бледной кожей, – я тебя прикончу. – Давай, – ведьма выплюнула, ее тон столь же горькой и злой как у Чонгука. Юнги быстро сократил расстояние между ним и Чонгуком, предупреждающе положив руку на плечо генерала. Прежде чем он успел что-то сказать, Чонгук повернулся к нему, слишком яростно ударив свободной рукой. Юнги не вздрогнул, даже когда Чонгук случайно поцарапал его щеку. В одно мгновение клыки Чонгука снова сжались. Его глаза расширились при виде жемчужно - красных капель, стекающих по бледной щеке Юнги. – Чонгук, успокойся, – сказал Юнги тихим и спокойным голосом. Его пальцы чуть крепче сжали плечо Чонгука, и тот едва заметно сглотнул. Он отпустил ведьму, и девушка в изнеможении упала на колени. Не говоря ни слова, Чонгук зашагал прочь от ведьмы и Юнги. Он сделал знак солдатам, стоявшим рядом, и тихо попросил их увести шпионов. Продолжая идти, он прошел мимо Сокджина и Намджуна. – Чонгук с тобой все в порядке? – Тихо спросил Сокджин, слегка нахмурившись, когда Чонгук нервно кивнул головой. Юнги наблюдал с другого конца комнаты, как Чонгук внезапно остановился у двери, неподвижный, как статуя. Со спины он ясно видел, как мальчик пытается глубоко дышать, его плечи поднимаются и опускаются. Прежде чем он вышел из комнаты, он услышал, как Чонгук тихо прошептал извинения.

☆☆☆☆

Чимин знал, что это не его вина – черт, он даже не был рядом с Хосоком, когда это случилось, – но он не мог помочь, снова, непрекращающемуся напряжению в его груди. Он знал, что это чувство вины. С тех пор как они ступили в преисподнюю, все, что они делали, это сеяли смуту и подвергали опасности людей, которых полюбили. Он понимал, что глупо винить себя за то, над чем не властен, но ничего не мог с собой поделать. Он чувствовал себя плохо. Он чувствовал себя виноватым. – Эй, – прошептал Чимин, печально наблюдая, как Хосок все еще лежит на больничной койке – губы бледно - розовые, кожа бледно-серая, грудь медленно отрывисто вздымается с небольшими неглубокими вдохами. Он крепко сжал его руку, надеясь, что, может быть, только может быть, если он сожмет ее достаточно сильно, Хосок проснется и отругает его за попытку раздавить руку. – Прошло уже три дня...тебе не надоело спать? Хосок оставался неподвижным, если не считать небольших мерцающих движений его глаз под веками, как будто он видел что-то во сне. Чимину хотелось, чтобы это был хороший сон. Теперь, когда Хосок был без сознания и не использовал ни малейшей щепотки своей силы, чтобы скрыть свои рога инкуба , Чимин наконец-то смог увидеть, как он выглядит на самом деле. Его темно-каштановые волосы на самом деле были не просто темно-каштановыми. Некоторые пряди были чуть-чуть серебристыми, а концы слегка завивались, отчего волосы казались пушистыми и мягкими. Его рога – то, что Чимин видел только мельком – были в полном красном великолепии, свернутые, как у барана, и величественные на вид, текстура была немного грубой и выветренной годами. Кожа Хосока тоже была не просто гладкой. У него были красивые веснушки, слегка припудрившие переносицу и щеки. Если бы Чимин не знал ничего лучше, он бы предположил, что Хосок был феей. Он хотел лично сказать Хосоку, что ему не следует скрывать свою внешность, но ...но, он все еще был без сознания. Поначалу это действительно смутило Чимина. Когда целители взяли Хосока под свое крыло, а Юнги и другие постарались как можно лучше разобраться с беспорядком, который оставил Джихан, целитель сообщил им, что с Хосоком все в порядке, он действительно был в порядке, но он не был бессмертным – никто из них не был – так что его быстрое исцеление просто не было достаточно быстрым, чтобы залатать его. Камень ранил его слишком глубоко, слишком серьезно, и Хосок проснется, сказал он, но никто из них точно не знал, когда именно. Его тело работало на перегрузке, чтобы попытаться залечить любые повреждения, которые он получил, и, как следствие, это отнимало у него много сил. Чимин решил, что это похоже на кому. – Хосок, – снова попробовал Чимин, слегка пожимая руку Хосока, прежде чем вздохнуть и мягко отпустить его пальцы. Чимин встал со своего места, погладил Хосока по щеке и тихо вышел из лазарета. Снаружи, со скрещенными на груди руками и усталым выражением лица, стоял Юнги. Он посмотрел на Чимина, его ноги быстро понесли его вперед, чтобы поймать Чимина в столь необходимые объятия. – Эй, – прошептал Юнги, касаясь губами виска Чимина, – ты в порядке? Чимин глубоко вздохнул. Это было немного трудно сделать, он чувствовал, как тяжелый ком образовалось в горле и в легких. Он медленно отпустил его, пальцы слабо царапали бока Юнги, пытаясь зацепиться за что-нибудь. Он неуверенно кивнул. – Он собирается проснуться, не так ли? – Он не был уверен, слышал ли его Юнги. Он едва слышал собственные слова, такие тихие, мягкие и полные чувства вины. – Он очнется, пожалуйста, поверь мне, – пробормотал Юнги, нежно целуя его кожу и немного отстраняя Чимина, чтобы посмотреть ему в лицо. Он обхватил щеку одной рукой – Чимин позволил себе слегка улыбнуться тому, как тепло ему было – и позволил своему большому пальцу провести успокаивающие круги по щеке. – Давай отдохнем сегодня ночью, хорошо? Ты пробыл там так долго, что я почти не видел ,что ты спишь, солнышко. Чимин сжал губы в тонкую линию, мысли вернулись к Хосоку, лежащему без сознания на больничной койке. Юнги сказал ему, что все будет хорошо. Юнги не стал бы лгать. И все же в глубине души Чимин все еще верил, что это его вина. – Я все исправлю, обещаю. Я обещаю. Чимин позволил себе раствориться в объятиях Юнги, тепло и аромат принца окутали его. Он кивнул головой, потерся щекой о шею Юнги, прежде чем, наконец, осмелился взглянуть на него. Чимин почувствовал, как у него перехватило дыхание. На левой щеке Юнги все еще краснела царапина длиной около трех дюймов. Чимин тихо ахнул, отстраняясь, чтобы нежно обхватить щеку Юнги. – О, детка, что это? – Пробормотал Чимин, даже не потрудившись смутиться из-за прозвища, которое само собой слетело с его губ. Юнги только покачал головой, усталая улыбка слегка изогнула его губы. Чимин нахмурился, осторожно проведя большим пальцем под царапиной. – Юнги. С тобой все в порядке? Тебе больно? – Я в порядке, это был несчастный случай, правда, совсем крошечный. Тебе не о чем беспокоиться, солнышко, – прошептал Юнги, наклоняясь ближе и прижимаясь мягкими розовыми губами к губам Чимина. Он немного отодвинулся в сторону, чтобы вместо этого поцеловать Чимина в щеку. – Давай просто отдохнем, ладно? Чимин уткнулся носом в его щеку, напевая себе под нос, и кивнул.

☆☆☆☆

Убедившись, что Чимин удобно устроился на кровати, Юнги тихо вышел и закрыл за собой дверь спальни. Ему было больно видеть, как Чимин спит с хмурым выражением лица, с обычной мягкостью и нежностью, скрытыми под его беспокойством и чувством вины. Юнги знал, что он снова чувствует себя виноватым – это было просто в характере Чимина, он пришел, чтобы узнать – но он ничего не мог сделать, кроме как заверить его, что это не так, это действительно не так, и ждать, пока Чимин придет к согласию со своими собственными чувствами. – Чимин спит? Юнги обернулся и увидел, что Намджун ждет его, скрестив руки на груди и прислонившись к стене напротив покоев Юнги. Он слегка нахмурился, уголки его губ опустились в хмурую складку. Юнги вздохнул, прислонившись к двери и глядя на Намджуна. – Мм, так и есть, – устало выдохнул Юнги. Он повторил позу Намджуна и слегка наклонил голову, так что его подбородок почти коснулся груди. Он закрыл глаза, чувствуя, как начинает болеть голова. Иногда он ненавидел быть принцем – но еще до того, как он им стал, он знал, что ситуации, подобные той, в которой они оказались, были неизбежны. – О чем ты думаешь? – Пробормотал он, взглянув на Намджуна. Намджун несколько мгновений пожевывал нижнюю губу, нахмурив брови, осматривая свои ботинки и, казалось, находя в них что-то интересное. Как раз в тот момент, когда Юнги подумал, что он ничего не скажет, Намджун прочистил горло. – Что нам делать с Джиханом? Юнги вздохнул, выпрямился и провел рукой по волосам. – Мы найдем этого ублюдка, конечно. – С помощью кого? Хосок выбит из строя тем, что устроил Джихан, только Хосок может сравниться с ним в навыках, и это просто я пытаюсь мыслить позитивно. Я уже поспрашивал вокруг, и у нас нет никого, кто мог бы выследить его, пока Хосок не очнется – если он очнется, – мрачно добавил Намджун, его голос немного дрожал. – Не смей так говорить, Намджун, ты же знаешь, что он проснется, – выпалил Юнги, сжимая кулаки. Намджун глубоко вздохнул, и Юнги, подняв глаза, увидел, что он тревожно кусает губы. –...Мне очень жаль. – Я знаю, что мы все сейчас взволнованы, – начал Юнги, отталкиваясь от двери и двигаясь, чтобы открыть ее, – но лучшее, что мы можем сделать прямо сейчас, это оставаться на ногах и надеяться на лучшее. Зная Джихана, он не будет торопиться, и когда он наконец начнет действовать, это не будет чем-то подлым. Это будет что-то грандиозное – козел всегда был талантливым. –...Юнги... – начал Намджун, но Юнги отмахнулся, тихо простонав, он снова открыл двери. – Я устал, Намджун, – прошептал он, входя в свою комнату и жестом приглашая Намджуна уйти. – давай поговорим завтра.

☆☆☆☆

– Ты где-нибудь видел Чонгука? Тэхен печально наблюдал, как стражник замка решительно покачал головой. После инцидента Тэхен последовал за Чимином в лазарет, чтобы проверить Хосока. Несколько часов спустя Чимин отказался сдвинуться со своего места, поэтому Тэхен ушел один, чтобы проверить Хару (которая, слава Богу, была понимающей маленькой девочкой, решившей остаться в их общей комнате и вести себя тихо). Уложив девочку в постель, Тэхен был полон решимости найти Чонгука. Когда они прибыли на место происшествия раньше, генерал никогда не выглядел таким сердитым. И все же Тэхен устал. Он искал уже целую вечность и был почти уверен, что обошел весь замок дважды. Он все еще не мог найти ни шкуры, ни волос Чонгука. Его обоняние тоже не приносило ему никакой пользы, если только – Тэхен поспешил во двор, найдя темный угол, чтобы спастись от случайно мелькнувших людей. Так быстро, как он мог, он лишил себя своей одежды. Он не носил зачарованных, поэтому ему действительно не хотелось рвать такую красивую одежду. Как только он спустился до своих боксеров, он быстро представил себя в своей волчьей форме – большой, черный, пушистый, величественный – с каждой сменой, которую он делал, это становилось все легче и легче. Когда он открыл глаза, то увидел свои большие черные лапы. Он слегка пошаркал по земле, прежде чем неуклюже выйти во двор. – Тэхен? Он посмотрел на балкон на верхних этажах и тихо залаял, увидев высунувшегося Сокджина, светлые волосы которого блестели в лунном свете. – О, привет, мам, – тихо подумал Тэхен, наблюдая, как Сокджин махнул рукой. – И тебе привет, молодой человек. Куда это ты собрался ? – Ищу Чонгука! Я решил, что лучше учую его запах, если буду в волчьем обличье. – Тэхен прошелся по двору, нетерпеливо виляя хвостом. – Хм. Ну, я, честно говоря, не знаю, где ты найдешь, его ребенок, но...будь аккуратней, хорошо? Я был с ним некоторое время назад, и...он не очень хорошо себя чувствует, я волнуюсь. – Сокджин скрестил руки на перилах, глядя вниз на Тэхена. Тэхен понимающе фыркнул, прежде чем уйти и легко перепрыгнуть через стены замка. Он проскакал несколько километров, прежде чем остановился на поляне, сел на корточки и задрал нос, пытаясь отыскать Чонгука. Когда он уловил запах пороха и тот сильный химический запах, который всегда был на Чонгуке с тех пор, как он проводил время в своей лаборатории, Тэхен почувствовал, что внутренне улыбается. – Нашел тебя, – подумал он. Он шел по запаху так быстро, как только мог. Если бы он был в человеческом обличье, Тэхен нахмурился бы, когда обнаружил, что приближается к внешнему лесу. Запах становился только сильнее. Он тихо вошел в лес, помня о том, что вокруг наверняка таятся дикари. К счастью, он не столкнулся с какими-либо опасностями, но вместо этого быстро наткнулся на силуэт Чонгука, бездумно стоящего одиночку. Тэхен поспешно подошел к нему, уткнулся носом в плечо и облизал лицо, когда Чонгук поднял на него глаза. – Уходи, Тэхен, – раздраженно проворчал Чонгук, ускоряя шаг и стараясь не смотреть на него. Тэхен снова ткнулся в него носом и получил от генерала лишь слабый ответ. Понимая, что он не сможет передать свои слова, пока находится в волчьем обличье, Тэхен остановился, чтобы снова принять человеческий облик. Слишком поздно он осознал, что забыл свою одежду, и как только он пошевелился, с его губ сорвался тихий смущенный вскрик. Чонгук быстро повернулся к нему, думая, что он поранился. – Черт, Чонгук, не смотри! О боже мой! – Закричал Тэхен, быстро опустив руки, чтобы прикрыть то, что ему нужно было спрятать. Чонгук отвел глаза, уши, покраснели. Он быстро снял пальто, шагнул к Тэхену и поднес пальто к его лицу. – Какого хрена ты делаешь? Почему ты голый? Блядь, вот, надень это! Тэхен схватил пальто и поспешно скользнул в него, застегивая пуговицы и благодаря всех богов за то, что оно смогло спрятать то, что нужно было спрятать. Однако он все еще дрожал, когда туман в лесу коснулся его голых ног. Не говоря ни слова, Чонгук подошел к нему и притянул ближе к себе. Тэхен с любопытством посмотрел на него. – С-Сокджин снесет мне голову, если ты заболеешь, так что ... – Чонгук замолчал, крепко обняв Тэхена за плечи. Тэхен просто кивнул и позволил Чонгуку вести его туда, куда направлялся генерал. Через несколько мгновений Чонгук неловко откашлялся. – Хм. Кстати, что ты здесь делаешь? – Я искал тебя, – тихо ответил Тэхен, слегка облизывая губы, когда он скользнул в тепло Чонгука. Он сжал кулаки так, что они остались в рукавах куртки Чонгука. – Я просто...мне нужно было знать, все ли с тобой в порядке. Ты ... ты был так зо до этого. Тэхен нервно сглотнул, а Чонгук молчал, их шаги тихо звучали в лесу. Всплывали слова Сокджина из их разговора – о родственных душах – эхом отозвались в его голове. Сокджин чувствовал себя в безопасности, когда он был рядом с Намджуном, и он всегда чувствовал, что Намджун мог видеть его таким, каким он был на самом деле – как будто он был голым и открытым только для него. По его словам, Сокджин всегда чувствовал необходимость убедиться, что Намджун в порядке, здоров и счастлив. Тэхен, как ни странно, чувствовал то же самое рядом с Чонгуком. Конечно, он в буквальном смысле слова действительно был голым в данный момент, но Чонгук всегда заставлял его чувствовать себя в безопасности, и как будто он мог сказать мальчику абсолютно все, и Тэхен всегда чувствовал необходимость защитить Чонгука – убедиться, что он нигде не пострадал. Тэхен на мгновение задумался, чувствует ли Чонгук то же самое рядом с ним. – Я в порядке, спасибо, – тихо прошептал Чонгук, сжимая пальцами плечи Тэхена. – ...ты уверен? – Тэхен остановился, протянул руку и схватил Чонгука за рукав. – Будь честен со мной, пожалуйста. – Чонгук остановился как вкопанный, сделав несколько глубоких вдохов, прежде чем повернуться к Тэхену. Тэхен слегка нахмурился, увидев печаль на лице Чонгука. – Гуки, ты можешь сказать мне, – Чонгук резко вдохнул, прежде чем посмотреть вниз на свои ноги, плечи дрожали, когда он сделал глубокий вдох. – Это моя вина. Я не был достаточно скрупулезен в своей разведке. Долбанные шпионы проникли внутрь, и теперь Хосок ранен. Я подвергаю всех опасности, Тэхен. Я подверг тебя и Хару опасности. Я есть – Тэхен внезапно прижал палец к губам Чонгука, отчего тот был потрясен и лишился дара речи. Тэхен пристально посмотрел на него, а потом вдруг обхватил ладонями его щеки и сжал их вместе. Он вспомнил, как Чимин всегда делал это с ним, и как это заставляло его чувствовать себя глупо, смешно и нормально. Немного глупости в те печальные времена, когда они были детьми. Он надеялся, что это заставит Чонгука почувствовать то же самое. – Прекрати это, Чонгук. Перестань винить себя. Ты не причинил вреда Хосоку. Это не твоя вина. – Но ... – Нет! Это не твоя вина! – Тэхен двинулся дальше, подходя ближе и сжимая сильнее. Руки Чонгука мягко обхватили его запястья. – Юнги не винил тебя. Мама с папой – нет. Чимин – нет. Я нет. Никто не знал. Это не твоя вина, Гуки. Джихан придурок – но это не твоя вина. Чонгук молчал, глядя на Тэхена так, словно видел его впервые. Тэхен медленно отпустил его щеки, его руки скользнули вниз и остановились на плечах Чонгука. – Перестань винить себя, ладно? Пожалуйста, послушай меня, – Чонгук моргнул один раз, прежде чем тихо вздохнуть. Он кивнул головой, и улыбка угрожающе изогнула его губы. Тэхен улыбнулся, внезапно почувствовав себя храбрым. Он шагнул вперед, и прежде чем смог отговорить себя от этого, прочитать себе внутреннюю лекцию о том, что это может быть плохой идеей, он прижался губами к щеке Чонгука, оставив после себя мягкий и теплый поцелуй. Глаза Чонгука расширились, и Тэхен быстро отвел взгляд, чтобы скрыть свое покрасневшее лицо. – Это в качестве благодарности за пальто, я имею в виду, – застенчиво пробормотал Тэхен, игнорируя милый взрыв смеха, который невольно издал Чонгук. – ...всегда пожалуйста, Тэ, – тихо прошептал Чонгук, и Тэхен поймал себя на том, что ухмыляется, услышав это прозвище.

☆☆☆☆

Юнги проснулся от прикосновения мягких пальцев к своим волосам. Он слегка улыбнулся, наклонился к ним и выдохнул с губ довольный вздох. Он вслепую потянулся, пальцы ощупывали простыню, прежде чем его руки, наконец, нашли опору на том, что, казалось, было бедрами Чимина. – Привет, мой принц, – тихо прошептал Чимин, и Юнги почувствовал, как его губы прижались ко лбу. Подтянутая и стройная нога мягко перекинулась через его бедра, заключая его в клетку. – Ложись спать, еще слишком рано, ты почти не спал. – Тогда почему ты не спишь, – сонно пробормотал Юнги, повернувшись на бок и обхватив рукой талию Чимина, наконец позволив себе открыть глаза. Чимин смотрел на него глазами, полными обожания, одной рукой подпирая голову, а другой все еще проводя успокаивающие линии по всему черепу Юнги. – Не мог уснуть, – просто пробормотал Чимин, сжав губы в тонкую линию, когда его рука замерла, и он попытался обхватить лицо Юнги. Юнги легко видел его насквозь. Он медленно сел, увлекая за собой Чимина. Чимин держал свои ноги поверх бедер Юнги и свободно обернутыми вокруг его бедер, принц держал достаточно места между его ногами, чтобы Чимин мог чувствовать себя комфортно. Чимин закусил губу, глядя куда угодно, только не на Юнги. – Солнышко, поговори со мной. – Я, – начал Чимин, притягивая руки к себе и перебирая пальцами, – я, э-э...я чувствую, что...ладно, слушай, я знаю, что ты собираешься сказать, хорошо? Я знаю, и я понимаю, но я просто ничего не могу с собой поделать и все еще чувствую, что все это моя вина, понимаешь? Юнги вздохнул. Он протянул руку, успокаивающе проведя ладонями по бедрам Чимина. Чимин вздохнул от этого ощущения, придвинулся ближе и обхватил руками торс Юнги, прижавшись щекой к его плечу. – Чимин, пожалуйста, перестань так с собой поступать. Ты ни в чем не виноват. С тобой или без тебя, Джихан все равно сделал бы это в конце концов. Хорошо? Чимин кивнул, Его руки обхватили Юнги. – Ты действительно понимаешь? Я не хочу, чтобы мой малыш думал так плохо о себе, – Юнги отстранился, чтобы посмотреть на Чимина, положив руки ему под подбородок и нежно проведя большим пальцем по мягкой коже там. – Я понимаю, Юнги. Прости, – тихо пробормотал Чимин, почти про себя, его веки затрепетали, когда он сделал глубокий, дрожащий вдох. – Не стоит, – пробормотал Юнги, сокращая расстояние между ними, ловя пухлую нижнюю губу Чимина между своими и нежно покусывая ее, – тебе не о чем сожалеть, Чимин. Чимин напевал, целуя Юнги в ответ, его руки нежно поднимались вверх по спине Юнги, пальцами рисовал бессмысленные фигуры по шелковистой поверхности его ночной рубашки. Юнги поцеловал его нежно , ноги Чимина обвились вокруг него, когда Юнги обхватил его шею, подушечки его пальцев достигли мягких волос на затылке. Юнги провел рукой вниз по спине Чимина, положив ее на поясницу, прежде чем осторожно уложить Чимина и нависнуть над ним. Они прервали поцелуй, их тихое дыхание нарушало тишину ночи. Чимин смотрел на него широко раскрытыми глазами, серебряные волосы веером рассыпались по кровати, мягкие пряди ловили лучи лунного света, льющегося из окна, и делали его еще более неземным, чем он уже был. Он протянул руку, чтобы замком из его рук лениво притянуть Юнги, с мягкой улыбкой, целуя его губы. Юнги резко втянул воздух, внезапно осознав, что Чимин выглядит так только для него. Эта уязвимость, эта мягкость, эта нежность, исходящая от Чимина, были присущи только ему. Юнги слегка улыбнулся, наклонился и нежно провел носом по щеке Чимина. – Я люблю тебя, – внезапно прошептал Юнги, и слова сорвались с его губ прежде, чем он успел подумать о серьезности своих слов. Потребность убедить Чимина, что он не виноват, и что он не был катализатором неприятностей, в чем он, казалось, убеждал себя, внезапно стала такой сильной. Чимин напрягся под ним, и Юнги посмотрел на него сверху вниз, когда мягкие оттенки розового внезапно расцвели на яблоках щек Чимина. Его глаза расширились еще больше, прежде чем он убрал руки назад и закрыл ими лицо, пытаясь скрыть свое красное лицо от Юнги. Он что-то пробормотал себе под нос, и Юнги тихо рассмеялся, когда одной рукой открыл лицо Чимина, намеренно проведя большим пальцем по его нижней губе. – Солнышко, я тебя не слышу, – мягко поддразнил он, вызвав тихое поскуливание у Чимина. – Я сказал....ятебялюблю. Чимин слегка шлепнул Юнги по плечу сжатым кулаком, его губы скривились в гримасе, а щеки покраснели еще больше, когда он отвел взгляд от Юнги. Юнги обхватил ладонями лицо, большим пальцем рисуя круги на теплой щеке. Чимин застенчиво пробормотал это в ответ, но Юнги в любой момент согласился бы. Чимин наклонился навстречу его прикосновению, веки дрогнули, когда его язык незаметно высунулся, чтобы облизать губы. – Поцелуешь меня? Юнги подчинился, ни в чем не отказывая Чимину. Он преодолел небольшое расстояние между ними, все еще держа ладонь на щеке Чимина. Всякий раз, когда он целовал Чимина, Юнги всегда чувствовал себя таким легкомысленным. Поцелуи с Чимином всегда разжигали огонь внутри Юнги. То, как Чимин застенчиво облизывал свои губы, влажные маленькие звуки, которые издавали его губы, то, как теплое дыхание Чимина смешивалось с его собственным, мягкие звуки и тихие стоны в глубине его горла, тихое мурлыканье, которое он случайно издавал, когда Юнги касался его шеи или бедер – все это заставляло Юнги чувствовать так много вещей. Когда Юнги отстранился, чтобы провести губами вниз по обнаженной шее Чимина, оставляя влажные поцелуи с открытым ртом на раскрасневшейся коже, руки Чимина соскользнули со спины Юнги, чтобы потрогать пуговицы на передней части его ночной рубашки, застенчиво играя с пуговицами, прежде чем расстегнуть одну. – Отодвинься. – голос Чимина был хриплым и немного отчаянным, его пальцы расстегнули еще одну пуговицу, прежде чем он слабо, нетерпеливо потянул за рубашку Юнги. – Я хочу тебя видеть. – Юнги вздохнул, прижавшись лбом к его плечу и пытаясь игнорировать медленно накапливающийся жар в паху от действий Чимина. – Чимин, – предупредил он тихо и немного устало, – мы не можем. Я не хочу торопить тебя, и мы даже...не говорили об этом. – Юнги, я не ребенок, – прошептал он, его голос был раздраженным и вызывающим, когда один палец скользнул под рубашку Юнги, его холодный кончик пальца заставил Юнги тихо шипеть, – Я просто ... …Я хочу кое-что попробовать. – Чимин. – Дело не в этом! Просто...доверься мне? – Чимин двинулся дальше, полностью просунув обе руки под рубашку и проведя ладонями по худому животу Юнги. Юнги задумчиво прикусил нижнюю губу, прежде чем вздохнуть. Он действительно не мог сказать Чимину "нет". Он сел на колени и начал расстегивать оставшуюся часть рубашки, пока руки Чимина не взлетели вверх, почти ударив его. Глаза Юнги расширились, заметив, как покраснел Чимин, когда младший немного приподнялся и схватил его за запястья, чтобы остановить. – Я, – пробормотал Чимин, облизывая губы, прежде чем посмотреть на Юнги сквозь ресницы, – я хочу его снять. Можно мне? Пусть все знают, что Юнги слаб, особенно против Чимина. От застенчивых слов Чимина жар разлился по венам Юнги, и он тяжело сглотнул, когда кивнул головой, безмолвно глядя вниз, пока Чимин медленно расстегивал рубашку. Руки Чимина слегка дрожали, его румянец доходил до ключиц и скрывался под рубашкой. Дойдя до последней пуговицы, он провел пальцами по коже и медленно спустил рубашку Юнги вниз по широким плечам, его дыхание сбилось, когда он увидел бледное тело Юнги. Короткие пальцы пробежали перистые линии вниз по рукам Юнги, каждое прикосновение оставляло за собой горячий пылающий след. Чимин застенчиво посмотрел на Юнги. – Ты выглядишь потрясающе, – благоговейно прошептал он, наклоняясь ближе и нежно целуя прямо над тем местом, где должно быть сердце Юнги, – и я не могу поверить, что вижу это. Юнги улыбнулся, от этих слов его грудь наполнилась таким обожанием и любовью к мальчику, лежащему под ним. Он протянул руку, обхватил его щеку и наклонился, чтобы поцеловать в губы. – Так и есть? Но я думаю, что ты еще удивительнее. Красивый, великолепный – ты это знаешь? Чимин застенчиво улыбнулся в ответ на поцелуй, положив маленькие руки на грудь Юнги. Юнги наклонился, чтобы дотянуться до подола рубашки Чимина, и он молча потянул ее вверх. Чимин поднял руки, чтобы помочь ему снять ее, и в тот момент, когда она была снята и отброшена в сторону вместе с его собственной рубашкой, Юнги поразился открывшемуся перед ним зрелищу. Его поразило, что у Чимина – его мягкого, очаровательного Чимина – было такое тело. Он был худой, подтянутый и гладкий, слабые мускулы покрывали его тело, его кожа была не совсем бледной, но имела мягкий золотистый оттенок. – Черт, ты великолепен, – пробормотал Юнги, больше для себя, и он не терял ни секунды, чтобы показать это. Он толкнул Чимина обратно на кровать, положив руки на бедра Чимина и покрывая его кожу поцелуями с открытым ртом, шепча похвалы и слова любви. Чимин тихо стонал с каждым прикосновением губ Юнги, с каждым облизыванием его теплой кожи, короткие пальцы запутались в темных локонах Юнги и слегка потянули. От этого ощущения что-то горячее пронзило кровь Юнги, и он поцеловал его в ответ, прижавшись губами к губам Чимина, а затем провел рукой вверх и вниз по его боку, наслаждаясь мягкостью и теплом, которые он излучал. – Юнги, – выдохнул Чимин между поцелуями, медленно проводя рукой по обнаженному торсу Юнги, – я сейчас кое-что попробую, хорошо? – Юнги промычал в ответ, двигаясь, чтобы запечатлеть томные поцелуи на мягкой коже за ухом Чимина. Хриплый стон сорвался с губ Чимина, его рука задрожала в движении. Юнги нежно прикусил кожу, заставив Чимина жалобно заскулить. – Не отвлекай меня! Юнги засмеялся, прижимаясь лицом к шее Чимина и кивая головой, останавливая его поцелуи и просто вдыхая немного сладкий естественный аромат Чимина. Он почувствовал, как пальцы Чимина медленно скользнули вниз по его коже, оказавшись в опасной близости к поясу брюк, прежде чем Чимин заставил его сесть. Пошатываясь, он приподнялся и оседлал Юнги, одной рукой обхватив его за шею, а другой все еще держа за пояс. Юнги нежно держал Чимина за бедра, целуя его в шею. Медленно, Чимин опустил руку вниз, пальцы неуверенно скользнули по растущей твердости в штанах Юнги. – Чимин, ты не должен, – выдохнул Юнги в шею Чимина, впиваясь пальцами в его бедра, когда Чимин начал ласкать его мягкими круговыми движениями. – Я ... я хочу, – нервно пробормотал Чимин, продолжая свои манипуляции, откидывая голову назад, чтобы посмотреть на лицо Юнги, щеки которого порозовели. – я хочу почувствовать тебя, Юнги. Юнги тихо застонал, а Чимин продолжал гладить его. Его голова шла кругом от ощущения округлой и теплой задницы Чимина, прижавшейся к его коленям, от прикосновения его мягких пальцев через тонкую ткань, покрывающую его пульсирующий член – но этого было недостаточно. В кои-то веки он позволил себе почувствовать легкую жадность, прижавшись губами к мягкому соединению на шее Чимина и покусывая кожу. Пальцы Чимина тормозили в движении, когда Юнги лизнул место, которое он укусил. – Прикоснись ко мне, солнышко, – прохрипел Юнги, бездумно приподнимая бедра. Чимин наконец-то просунул руку внутрь, обхватив пальцами Юнги. Он посмотрел вниз и слегка охнул, когда вытащил член, головка эрекции Юнги покраснела и слегка блестела. Чимин прикусил губу, когда крепко обхватил пальцами ствол, не дотянувшись до конца, прежде чем экспериментально мягко потянуть. Его голова дернулась вверх, когда Юнги застонал от этого ощущения. Не сводя зачарованного взгляда с лица Юнги, он обвил пальцами ствол и скользнул вниз и вверх, проведя большим пальцем по щели. Юнги судорожно выдохнул, крепко зажмурив глаза и больно вцепившись пальцами в бедра Чимина. – Это было...это было хорошо? – Тихо спросил Чимин. Юнги открыл глаза, видя, как глаза Чимина сияют желанием и гордостью, что да, он сделал это. Юнги улыбнулся про себя тому, как легко было читать мысли Чимина в такие моменты. Юнги поймал губы Чимина в поцелуе, улыбаясь ему. Он скользнул рукой вниз к передней части брюк Чимина, пальцы танцевали на поясе. Дыхание Чимина перешло в стон, и он остановил руку на плоти Юнги, его глаза опустились, чтобы посмотреть, как Юнги протянул руку и вытащил его член. Юнги поднял на него глаза, встретился с ним взглядом, и на мгновение они просто остановились. Впитывая тепло друг друга, серьезность того, что они делали, уровень близости, в которую они входили – и Чимин застенчиво улыбнулся. Он наклонился вперед, касаясь губами губ Юнги, зубы Чимина почти касались его губ, потому что младший просто не мог перестать улыбаться. – Я в порядке, Юнги, продолжай. Юнги нежно целовал его везде, куда мог дотянуться, его большая рука легко обхватила уже твердый член Чимина. Другой рукой он потянулся к руке, которую Чимин обхватил вокруг него, и отдернул ее. Чимин вопросительно заскулил, но Юнги шикнул на него поцелуем и притянул к себе, их груди почти соприкоснулись. Он передвинул руку Чимина так, чтобы они обе обвились вокруг его шеи. – Чиминни, позволь мне сделать тебе приятное, хорошо? Чимин прижался лбом к Юнги, кивнул и крепко зажмурился. Юнги прикусил губу и взял себя и Чимина в одну руку. Он тихо зашипел от ощущения, что их члены трутся друг о друга, трение было слишком напористым и слишком нежным одновременно. Чимин непроизвольно дернулся, из его рта вырвался тихий стон. Другой рукой он надавил на бедро Чимина, чтобы тот не двигался. Он поцеловал Чимина в последний раз, прежде чем двинуть руку вверх по их членам, мягко выдыхая от трения. Он мог видеть, как живот Чимина сжимается от удовольствия, грудь беспорядочно вздымается от его быстрого дыхания. Сначала он делал все медленно, зачарованный тем, как быстро Чимин уже истекал, предварительно кончая, стекая с раскрасневшейся головки его члена, весь розовый и блестящий и такой, такой красивый. На самом деле Юнги ничем не отличался. Юнги поднял пальцы вверх, проведя большим пальцем по головке. Он с особой осторожностью провел большим пальцем по щели Чимина, вызвав у того сдавленный стон, а пальцы младшего мальчика заскребли по его спине. – О-ох, – выдохнул он, сжимая бедрами талию Юнги, – Юнги ... … – Мм, солнышко? – Он грубо застонал, выкручивая запястье, когда накачивался так, как, он знает, чувствует себя потрясающе, и Чимин дернулся вперед, слегка выгнув спину, их груди соприкоснулись. – Быстрее, п-пожалуйста, – тихо попросил он, его голос дрожал, когда он прижался лицом к изгибу шеи Юнги, – мне нужно быстрее. Юнги повернул голову, целуя в шею Чимина, когда он сделал это младшему, двигая рукой в быстром темпе, в то время как его другая рука скользнула с бедра Чимина, чтобы пробежаться по его красивым серебряным волосам. Хриплые протяжные стоны Чимина наполнили комнату, и Юнги поразился тому, как потрясающе выглядел Чимин с раскрасневшейся, потной кожей, его мышцы напрягались при каждой волне удовольствия, которая захлестывала его, заставляя слегка вздрагивать. Чимин с открытым ртом покрывал поцелуями все плечо Юнги, когда он застонал от прикосновений Юнги. Юнги был близко, и он знал, что Чимин тоже – чувствовал это по тому, как бедра Чимина сжимались вокруг него, как его поцелуи становились все более неряшливыми и грязными. Он решил, что тоже долго не протянет, когда Чимин так мило стонет ему в ухо, крепко обхватив его руками и бедрами, словно он был спасательным кругом. – Д....Юн - Я уже близко, – отрывисто проскрежетал Чимин, его голос оборвался на высокой ноте, от которой в Юнги потекло тепло. – Хорошо, детка, хорошо, – прошептал Юнги, ловя открытый рот Чимина в грязном поцелуе, все зубы и хриплое дыхание, его свободная рука двигалась вниз от волос Чимина, чтобы нежно погладить вверх и вниз по спине, – давай вместе, красавец. Юнги ускорился, и еще через два - три движения, его большой палец слишком напористо надавил на щель Чимина, а запястье изогнулось, создавая восхитительное трение, Чимин красиво задрожал, распадаясь на части в руках Юнги. Юнги практически проглотил стоны Чимина, когда белые капли выстрелили из члена Чимина на его живот, некоторые на руку Юнги. Юнги гладил его на протяжении всего оргазма Чимина, тяжело дыша. Чимин улыбнулся ему, прежде чем обернуть свою руку вокруг руки Юнги, помогая ему достичь своей собственной кульминации. – Позволь мне помочь, – мягко сказал он, мягко поймав нижнюю губу Юнги между своими и нежно посасывая розовую мышцу, в то время как он продолжал устойчивый темп на их членах, потирая их друг о друга. Чимин застонал в поцелуе, его собственный член был вялым и все еще чувствительным, но когда он лизнул рот Юнги, пробегая языком по крыше, сжигая в его сознании каждое ощущение и каждый вкус, Юнги кончил с низким, тихим стоном. Чимин отстранился, наблюдая за раскрасневшимся лицом Юнги, когда Юнги отпустил его и позволил Чимину погладить его во время оргазма, его сперма вырисовывала что то на животе Чимина красивыми белыми полосами. – Ну, – прошептал Чимин, блаженно улыбаясь Юнги, когда его рука замедлилась, осторожно заправляя его и Юнги обратно в штаны, – это бесконечно лучше, чем дрочить в одиночку. Прежде чем Юнги успел что-то сказать, Чимин поднес свою испачканную спермой руку к губам, моргнул, прежде чем экспериментально поднести ее к губам, его язык метнулся в кошачьих облизываниях, прежде чем полностью засунуть пальцы в рот, розовые губы красиво обернулись вокруг них. У Юнги пересохло во рту, и он почувствовал, как его член пытается вернуться к жизни. Нет, подумал он. Со стоном он обнял Чимина, возвращая его обратно на кровать. – А! – Завопил Чимин, внезапно оказавшись в ловушке под весом Юнги, – Юнги, остановись! Мы все еще грязные! – Мне все равно – блядь, ты будешь моей смертью, – простонал Юнги в матрас, образ Чимина, облизывающего его пальцы, горел в его голове. Он притянул Чимина ближе, лениво поцеловал в плечо и повернулся к младшему. – Перестань быть таким привлекательным. Чимин радостно засмеялся, прижимаясь к боку Юнги. Юнги просто наблюдал за ним. Он позволил своим глазам скользнуть по хорошенькому розовому румянцу на его круглых щеках, его губам, распухшим от слишком большого количества поцелуев и укусов, красные отметины распространились по всему его потному торсу. Он провел рукой по волосам Чимина, смахивая влажные пряди. – Ты такой красивый, Чимин. Чимин перестал смеяться, его улыбка превратилась в застенчивую. Его веки затрепетали, когда он уткнулся носом в шею Юнги, а губы запечатлели поцелуй на его шее. – И ты тоже, понимаешь? – Я люблю тебя, солнышко. – Я тоже тебя люблю. (– Это все еще было слишком быстро? – Вообще-то нет. – Мы можем...мы можем сделать это снова в ближайшее время, Юнги? – ...ты действительно спрашиваешь меня? –Я приму это как "да".)

☆☆☆☆

– Я буду в тронном зале, Чимин. Если тебе что-нибудь понадобится, ты знаешь, где меня найти. Люблю тебя, солнышко. Юнги смотрел, как Чимин хрюкает во сне, сонно бормоча: – Я тоже тебя люблю. – Его обнаженное плечо выглядывало из-под черных простыней Юнги, и Юнги улыбнулся про себя, наклонившись, чтобы поцеловать его в плечо, прежде чем тихо выйти из комнаты. Намджун ждал его возле его комнаты, поднимая бровь. – Ты выглядишь...свежо, – лениво заметил Намджун, нахмурившись от собственного выбора слов. Он позволил Юнги идти впереди, прежде чем последовать за ним. – Свежо, – повторил Юнги, поправляя плащ одной рукой. Он протянул руку, чтобы поправить свои зачесанные назад волосы, внезапно не привыкнув к тому, как хорошо он выглядит. Прошло много времени с тех пор, как он носил свой наряд принца, и он знал, что они были слишком тяжелыми и подавляющими, но официальная встреча была важна – встреча стратегии защиты и нападения в случае войны. – Ага, как будто вы переспали или что-то в этом роде, – тихо подразнил Намджун, ухмыляясь, когда Юнги бросил на него взгляд через плечо. – Заткнись, ты, волосатая дворняжка. Намджун рассмеялся, немного успокоившись, когда они подошли к гигантским двойным дверям тронного зала. Намджун остановился рядом с ним, кивая головой, когда Юнги подошел, чтобы открыть их. Они открылись с тихим скрипом, и все головы повернулись к нему. Сокджин слегка улыбнулся ему со своего места. Он прошел через комнату к своему трону, быстро отбросив плащ в сторону, когда садился. Он кивнул головой в знак приветствия, и Ихен откашлялся со своего места. – Ну и что теперь? – Весело спросил он, оглядывая всех вокруг. – А как он вообще выбрался? Разве мы не очистили двор от шпионов и ненадежных людей? – Ну и что? – задумчиво добавил Крис, склонившись над столом и скрестив руки на груди. – Как же Джихан сбежал? Юнги скрестил ноги и облизнул губы, готовясь заговорить, когда из-за двери внезапно послышался голос Намджуна. Юнги обменялся взглядами с Сокджином как раз в тот момент, когда они услышали крик Намджуна: – Чонгук, стой!. Двери распахнулись с сильным размахом, и все головы в тронном зале повернулись, чтобы увидеть, как Чонгук шагает по голубому ковру, глаза полны решимости. Он был в своем полном красном мундире, волосы идеально зачесаны назад, а рот сжат в решительную линию. Он твердо смотрел в глаза Юнги, держа спину прямой, как шомпол, и аккуратно сложив руки за спиной. Он остановился прямо перед золотым помостом, медленно опустился на одно колено и наклонил голову вперед, демонстрируя полную покорность Юнги. – Ваше Высочество, пожалуйста, простите меня за мою некомпетентность. В тронном зале некоторые из членов древнего совета перешептывались между собой. – За что ты извиняешься, генерал? – Тихо спросил Юнги, нахмурившись в замешательстве. Он выпрямился в кресле, наблюдая, как Чонгук застыл у трона стоя на коленях. – Это моя небрежность привела к тому, что эти шпионы проникли в мои ряды, – тихо объяснил он, и Юнги увидел краем глаза, как Крис двинулся, чтобы что-то сказать. Он поднял руку, заставляя старика замолчать. Чонгук еще ниже склонил голову, прежде чем снова взглянуть на Юнги. – За это я искренне сожалею, и я знаю, что никакие извинения не отменят моих действий. Однако я хочу искупить свою вину, Ваше Высочество. – Как ты себе это представляешь? Юнги уперся локтями в колени, сдерживая улыбку, потому что было немного удивлен видеть Чонгука таким. Он вырос вместе с мальчиком и ни разу не видел, чтобы тот выглядел или звучал так решительно. – Позволь мне возглавить поиски Джихана, – просто предложил он, снова тихо склонив голову. Большинство членов совета подняли шум, жалобы на то, что Чонгук наверняка снова потерпит неудачу, эхом разнеслись по широкому залу. Юнги понимал их чувства, и он знал, что позволять своим личным эмоциям управлять своими решениями, как принц, было плохо, но он знал Чонгука – знал, что как только мальчик будет настроен на что-то, он выкарабкается. Он снова поднял руку, заставляя всех в комнате замолчать. Чонгук поднял на него глаза. – Не подведи меня, Чонгук, – тихо сказал Юнги с легкой улыбкой на лице. Чонгук снова склонил голову. Он встал одним плавным движением. –Не подведу, принц.

☆☆☆☆

Чимин не ожидал увидеть Тэхена сидящим на стуле рядом с кроватью Хосока. Блондин посмотрел на него, улыбаясь и похлопывая по месту в ногах кровати Хосока. Хосок, конечно же, все еще был в отключке. Чимин улыбнулся ему, занимая место на которое указал его лучший друг. Тэхен посмотрел на него, протянул руку и легонько ударил по плечу. – Привет, Чим, – поздоровался Тэхен с легкой грустью в голосе. –Привет, Тэтэ, – пробормотал Чимин, улыбаясь и чувствуя себя немного виноватым. Он не часто видел Тэхена в последние дни, потому что Чимин был слишком занят своими чувствами и собственной ситуацией. Он не был уверен насчет Тэхена, и его немного пугало то, что он не знал, что происходит с его братом. – Как ты поживаешь? Тэхен нахально улыбнулся ему. – Я был великолепен, но послушай, я знаю, что ты чувствуешь. Стоп. Мы не всегда должны быть вместе, понимаешь? Ну ...это – все в порядке, ты мой друг, мой брат! – Тэхен протянул руку, обхватил ею шею Чимина и притянул его к себе для комфорта. Чимин громко заскулил, отталкивая Тэхена и задыхаясь от смеха. Он скучал по Тэхену – очень сильно. – Прекрати ! У меня есть новости! Тэхен ухмыльнулся ему, все еще не отпуская его шею. – Что, Юнги уже трахнул тебя? Это мой мальчик, Чимин! Мамочка Тэхен горд за тебя, – Подразнивающе пробормотал Тэхен, вытирая несуществующею слезу и вызывая возмущенный визг у Чимина. – О боже, дело не в этом! Н-ну ... почти, как таковое, но ... – Чимин замолчал, чувствуя, как краснеют его щеки, когда к нему возвращаются сцены прошлой ночи, каждая ярче предыдущей. Он все еще чувствовал губы Юнги на своей коже, его большая теплая рука касалась и гладила его, пока он не расслабился с прерывистым стоном – он покачал головой, отталкивая Тэхена, и крепко скрестил ноги. – Кое-что случилось. Но дело не в этом, не смотри на меня так! Мы не торопимся. Тэхен понимающе кивнул головой, мягкая гордая улыбка украсила его лицо. Он протянул руку и нежно погладил Чимина по щеке. – Тогда это хорошо. Я счастлив, что ты счастлив, Чим. – Как там Чонгук? – Тэхен прикусил губу, глядя на свои колени, его уши внезапно покраснели. Чимин весело закатил глаза и ущипнул Тэхена за щеку. – Ты уже вместе с ним – я прав? – Хм, Да, мы встречаемся, – счастливо прошептал Тэхен, возбужденно ерзая на стуле, когда с его губ сорвался возбужденный смешок. Их окутала уютная тишина, Тэхен тихо напевал себе под нос, а Чимин бездумно пробегал пальцами по светлым локонам Тэхена. Рядом с ними все еще спал Хосок, его глаза были закрыты, а грудь равномерно вздымалась, что успокоило Чимина, когда он наконец заметил это. Он потянулся и похлопал Хосока по руке. – Хосок, все ждут тебя, – тихо прошептал он, сжимая холодную руку Хосока. Он нахмурился, слезая с кровати и опускаясь на колени рядом с ней. Свободной рукой он развернул его ладонью вверх. Тэхен шаркающей походкой приблизился к нему. – Инсендо,– прошептал Чимин, и Тэхен тихо ахнул от благоговения, когда маленький мягкий огонек вспыхнул в ладони Чимина. Она мгновенно согрела его собственную руку, и он, не моргнув глазом, поднес ее к руке Хосока, держа его руку в своей и позволяя свету согреть их соединенные руки. – Вот так, чтобы тебе не было холодно, когда ты проснешься, – сонно пробормотал Чимин, скрестив одну руку на краю кровати и положив на нее щеку, слегка зевая. Тэхен нежно погладил его по волосам. – Просыпайся скорее, Хосок, много чего случилось.

☆☆☆☆

Глаза Чимина распахнулись, и он увидел пустую кровать. Он вскочил, широко раскрыв глаза от паники. Рядом с ним, растянувшись на полу без единой заботы, лежала распростертая фигура Тэхена, с открытым ртом, издававшего тихий храп. Чимин протянул руку и сжал плечо Тэхена. Он яростно встряхнул его, чтобы разбудить, и увидел, как Тэхен слегка поморщился, сел и потер поясницу, сонно оглядываясь по сторонам. – Что случилось? – пробормотал он хриплым от сна голосом, и глаза его угрожающе закрылись. Чимин легонько хлопнул его по плечу. – Смотри, – он указал на пустую кровать, и Тэхен начал моргать, просыпаясь, – Хосока здесь нет. – Он...разве люди должны так поступать – исчезать на ночь, пока их госпитализируют? – Конечно, нет, какого хрена, – выдохнул Чимин, пытаясь подняться с пола (почему они оказались на полу, он не совсем уверен). Он дотронулся до простыни и нахмурился, когда понял, что она все еще теплая. – Он не так давно ушел Тэ, давай поищем его! Я ... я не знаю, проснулся ли он, или кто-то забрал его. Тэхен отчаянно закивал головой, теперь уже полностью проснувшись, когда ситуация медленно начала проясняться. Они подорвались, и Чимин первым вышел из лазарета. Как только они вышли в коридор, Чимин остановился как вкопанный. Тэхен налетел на него, и раздраженное ворчание сорвалось с губ Тэхена, но Чимин не мог сосредоточиться на этом – все, на чем он мог сосредоточиться, был человек, прислонившийся к противоположной стене напротив лазарета, его красные рога и мягкие вьющиеся каштановые волосы блестели в лунном свете. Не теряя ни секунды, Чимин побежал вперед, с его губ сорвался крик облегчения, когда он врезался в Хосока и растаял в его объятиях. – Т-ты в порядке! Ох, ты в порядке, Хосок! – Чимин откинулся назад, пристально вглядываясь в лицо Хосока, пытаясь понять, реален ли он, в порядке ли он, спит ли Чимин, но Хосок только рассмеялся и отстранился, мягко сжимая его плечи. Чимин улыбнулся ему, слезы облегчения внезапно наполнили его зрение. – Т-ты в порядке, О боже. Хосок тихо рассмеялся, взъерошив волосы Чимина и потянувшись назад, чтобы взъерошить волосы Тэхена тоже. Затем Чимин заметил, что глаза у Хосока были не светло-карие, а светло - голубые. Он действительно многое скрывал. – Так и есть. Я должен идти – у меня все еще есть дела. Не могу же я умереть, когда не подразнил Юнги за то, что он добрался до третьей стадии, не так ли? Чимин легонько ударил его по плечу, смеясь, когда Тэхен протиснулся между ними, чтобы заключить Хосока в объятия. Вытирая слезы, Чимин тихо выдохнул, улыбаясь хосоку. – С возвращением, Хосок. Хосок оторвался от объятий Тэхена, усталый, но все же облегченная улыбка искривила его губы и осветила черты лица. – Я счастлив, что вернулся