Путь пирата

Спустя несколько дней подготовки, «Королева» была окончательно готова выйти в море. Михаль, немало заинтригованный этим событием, жаждал поскорее расстаться с ставшим уже в какой-то степени родным Цидарисом. Иво, в свою очередь, также пребывал в нетерпении. Он знал, что сейчас, в середине весны, торговые маршруты, проснувшиеся от зимней спячки, переполнены купцами. Капитан уже строил планы патрулирования и перехвата кораблей у устья Понтара и Яруги. Но… На борт каравеллы поднялся высокий сухощавый мужчина в бледно-голубой мантии. Его окружали снующие туда-сюда слуги, нагруженные различным скарбом, очевидно принадлежавший мужчине. — Простите, вы кто? Вы куда?! – Михаль попытался задержать незнакомца, но был проигнорирован. Матроса, который стоял на пути, мужчина в бледно-голубой мантии сильно ударил тростью по спине, от чего матрос тут же свалился с ног. Мужчина перешагнул через бившегося в истерике матроса, и пошёл дальше. В этот момент из каюты вышел капитан. — Мне нужен капитан этой посудины — сказал нежным, бархатным голосом мужчина в бледно-голубой мантии. Голос здорово контрастировал с внешностью мужчины, впалые щеки и крючковатый нос которого скорее напоминали портового клерка. Михалю даже на мгновение показалось, что говорит другой человек. — Таких здесь здесь нет. — сказал Иво, скрестив руки на груди, — Капитан велел передать, что не берёт на корабль пассажиров. — В таком случае, найдите себе другого капитана. — спокойно ответил мужчина. Сунув в руки Иво письмо, мужчина и его слуги проследовали в капитанскую каюту. Капитан пробежался глазами по письму. Что-то прорычав себе под нос Иво скомкал письмо и бросил на палубу. Когда капитан ушёл, Михаль, немало заинтригованный, поднял письмо.       Любезнейший мой друг, Иво!       Я имел смелость рекомендовать тебя и твой превосходный корабль моему другу. Его зовут Арчибальд Бунс. Птица высокого полёта, которая, должен заметить, признаёт себе равными только людей его положения. Посему прошу отнестись с терпением к его повадкам с поминиманием, ибо Арчибальд — человек высокого ума и больших талантов. Надеюсь, его пребывание на борту не доставит тебе особенных неудобств.       Понимаю, ты скорее хочешь выйти в море, но, к сожалению, я вынужден просить тебя об услуге для меня. Кому как не тебе доверить столь ответственное дело, как сопровождение моего талантливого друга. Необходимые инструкции, относительно вашей экспедиции получишь от него лично. В приватной обстановке.              С уважением, Р.              P.S.       Мой друг очень чувствителен к почтительному обращению. Организуй оное.        — Час от часу не легче. — приговорил Михаль, и выкинув письмо за борт. После полуденных склянок, «Королева» выбрала якорь, и взяв курс на северо-запад, вышла в море. Цидарис, дом у рынка и мягкая кровать с периной и гнусавым дворецким остались позади. Когда от Цидариса осталась лишь узкая полоска земли на горизонте, капитан созвал экипаж. — Значит так, — начал он, — у нас на корабле гость. Мне это не нравится, но придётся уж потерпеть. С гостем обращаться почтительно. А именно: не смотреть на него, не разговаривать с ним, не прикасаться к нему. — Это ещё что за цаца такая?! — возмутился один из матросов. — Очень привилегированная. Я бы и сам с удовольствием выкинул его за борт, но есть обстоятельства, которые выше всех нас. Так что ведём себя тихо, воду не мутим. Вопросы? — Ты так и не сказал куда мы идём, — сказал Тадеуш. — Мне, в целом, всё равно. Но надо же знать, куда курс прокладывать. — Идём на северо-запад. Куда-то севернее Скеллиге. Больше не скажу, сам не знаю. Команда зароптала. — Слушайте сюда! — крикнул разозлившийся капитан. — Мы выполняем заказ больших и влиятельных людей. Нам за это хорошо заплатят. Есть несогласные? Шлюпка. Весла. Цидарис. За работу, марш! Команда разошлась по своим вахтам. Иво жестом подозвал к себе Тадеуша. Они отошли на квартердек, где о чём-то долго беседовали. Михаль не слышал их, поскольку остался на шканцах. Подходить не стал. Чуял — не стоит. Когда Иво и Тадеуш наконец разошлись, Михаль подошёл к Уолласу, которому штурман что-то кратко изложил, прежде чем скрыться где-то в недрах корабля. — Тебе что-то сказали? — поинтересовался Михаль из Блавикена, сгорающий от любопытства. — Нет. — буркнул Уоллас. — Не твоего это ума дело. И не моего. Михаль не нашёл что ответить. Простояв некоторое время рядом с рулевым, который за всё это время ни разу не взглянул в сторону друга, он ушёл в трюм. Пересчитать припасы, проверить снаряжение. Убить время. Путешествие шло на удивление спокойно. За неделю пути ни разу не испортилась погода, не встретился ни один корабль. «Королева» была словно в пузыре. На девятый день пути спустился туман. Настолько плотный, что казалось его можно было потрогать. Каравелла убавила парусов. Море было тихим и спокойным, но именно такое море могло принести неприятности. Тадеуш это знал, поэтому постоянно ходил от борта к борту, от носа к корме, не выпуская из рук подзорную трубу. Неожиданно, на палубе появился пассажир. Своих слуг он оставил в Цидарисе, оставшись на корабле в гордом одиночестве. Поднявшись на квартердек, он достал из под полы мантии шкатулку, что-то прошептал в неё, и открыл. Из шкатулки вылетел белый шарик света, похожий на светлячок. — Следуйте за ним! — скомандовал Тадеушу Арчибальд Бунс, и ушёл в каюту. Тадеуш смачно плюнул ему вслед, и ушёл на бак, командовать манёврами каравеллы. Вскоре из воды стали появляться обломки кораблей, трупы матросов, некоторые совсем свежие. Команду захватил дух смятения. Кто-то тихо молился богам, кто-то делал это громко. Особо ретивые требовали повернуть назад. — Я не собираюсь подыхать черте где из-за какого-то урода в бабском халате! — неистовствовал один из моряков. — Класть я хотел на деньги! Если мы тут сложим головы, мне они и даром нужны не будут. Вертай назад, говорю! — Матрос. На место. — Иво Эрландсен, капитан этого корабля, держал руку на рукоятке ножа. — Да я лучше сдохну, чем хоть на дюйм мы двинемся дальше! — Как хочешь. — резким движением Иво метнул нож в моряка, попав тому точно в глотку. Тот упал навзничь, трепыхаясь и хрипя. Из глотки разбрызгивалась кровь. Капитан молча подошёл к умирающему матросу. Медленно вынул нож, открыв рану, из которой потоком хлынула кровь. — Выбросить эту падаль за борт! И отдраить палубу. Команда молча выполнила приказ. Михаль пребывал в смятении. Он впервые увидел капитана в деле наведения порядка на корабле. Ни он, ни кто-то ещё более перечить Иво не смел. Вечером на палубе вновь появился пассажир. Он что-то сказал Тадеушу, после чего вновь скрылся в каюте. Тадеуш велел убрать паруса и отдать якорь. Каравелла остановилась. Утром Арчибальд Бунс вышел из каюты. — Капитан, соберите несколько человек. Они сойдут со мной на берег, — сказал он. — Только отберите не трусов. На берег решил сойти сам Иво, и трое других моряков. Михаль тоже вызвался. Иво не хотел его брать, но неожиданно за высказался сам Арчибальд, со словами, что лишние руки не помешают. Неизвестно что руководило Михалем. То ли любопытство, то ли преданность капитану, трусить перед которым выглядело плохой идеей. Тадеуш тоже вызвался, но Иво запретил ему, оставив старшим на корабле. Шлюпка медленно продвигалась по мрачным и серым водам таинственного залива. Михаль, греб на веслах с другими матросами. Иво сидел на румпеле. Пассажир на носу, указывая путь. Михалю, как и всем матросам, было не по себе, но никто не подавал виду. Шлюпка осторожно протискивалась среди обломков. Где-то в далеке послышались крики. Женские. — Глядите в оба! — тихо проговорил капитан. — Здесь полно сирен. Не слушайте их. Гребите тихо. Матросы переглянулись. Шлюпка шла вперёд. Михаль осторожно оглянулся, так чтобы не заметил пассажир. С удивлением для себя Михаль отметил, что Арчибальд взволнован. Не от страха перед сиренами и жуткими водами вокруг. А от нетерпения. Спустя несколько часов, как показалось Михалю, странствий, шлюпка наконец коснулась дна. — Высаживаемся! — повелел Арчибальд. Команда осторожно шла через уродливые заросли странных растений, каких Михаль никогда не видел. Скрюченные, истлевшие. Стояла полная тишина, которую прерывали лишь далекие крики сирен. Арчибальд шёл впереди. Его походка была уверенной, словно он идёт по знакомой улице в Цидарисе. Это немного успокаивало. Иво шёл замыкающим, постоянно оглядываясь и держа меч наготове. Один из матросов споткнулся он торчащий корень. Кое-как сохранил равновесие. Чертыхнулся. — Тише! — прошыпел Арчибальд. — Смотрите все под ноги. Помните: это ненастоящий туман. Если кто отстанет, мы его уже никогда не найдём. Держитесь поближе ко мне. Матросы тут же столпились у пассажира. Михаля разрывало от количества вопросов. Но он молчал. Понимал. Вдруг туман расступился, и перед экспедицией возник большой эльфский храм. Его сохранность была поразительна — будто оставлен он был только вчера. У статуй эльфских героев сохранилась краска, фрески, изображающие бытность некогда единого народа Ольх, были яркие и живые. Арки, обвитые на удивление, в сравнении с остальным островом, живым плющом и хмелем. Время здесь застыло. Как и сама экспедиция. Михаль никогда не видел эльфских построек настолько хорошо сохранившихся. — Итак, пришли, — сказал Арчибальд Бунс. — Здесь сделаем привал. Можете перекусить. Но не разводите огня. Не смотря на запрет, Михаль не смог удержаться. — Где мы? — спросил он подойдя к Арчибальду. — Это древний храм Aen Elle, — на удивление спокойно, даже заинтересованно, ответил пассажир из высшего общества. — Эльфы бросили его, когда их народ разделился. Когда-то они ещё надеялись на скорое воссоединение, но… Люди оказались несколько более живучими, чем эльфам показалось, ха! — То есть, эта земля… гхм… ждёт своих хозяев? — Можно и так сказать. Уходя, эльфы наложили на остров, а это достаточно большой остров, защитное заклинание, которое скрывает его от чужаков. Вроде тех, останки которых мы видали по пути. — То есть, нас тут не ждут. — Совсем не ждут. Попасть сюда можно только если знать как. Мы знаем как. Только это не отменяет того факта, что мы здесь чужаки. Остров будет себя защищать. Проверьте снаряжение. Матросы проверили. После непродолжительного отдыха Арчибальд велел выдвигаться. Экспедиция подошла к большим резным воротам, где был вход в нечто напоминающее часовню. Арчибальд достал из-под полы мантии пузырёк. Открыл, и выплеснул содержимое прямо на дверь. Та с грохотом и скрежетом отворилась. Экспедиция вошла внутрь. Было темно, сыро и неуютно. Разожгли факелы. По сторонам туннеля, в который вошла группа, стояли каменные статуи. Вооружённые. Михалю показалось, что они следят за людьми. От этого сделалось ещё тревожнее, чем было до этого. Спустившись по туннелю вниз, группа оказалась в большом зале.