Закон Смирения

      Рубинового цвета вино плескалось в бокале мужчины, глаза которого напоминали игру света в оттенках полдневного неба. В голубой глубине отражался красный напиток, в то время, как все было серым до невозможного: почти черным или почти белым.              Рядом сидела девушка. Она со скучающим видом смотрела на артистку, что пела на сцене: красиво, но пение не трогало ее душу:              В свете луны, на небесах,       Найдется пара звезд.       Что не готовы уступать ее сиянию.       Нет пустоты.       В себе они таят  —       Огонь!       Наперевес бессмысленному существованию.              -Бред какой-то, а не песня. — Девушка притянула к губам бокал и закатила глаза.              Буччеллати сидел и не вслушивался в слова песни. Однако, он не спускал глаз с девушек, что шныряли взад-вперед по залу.              Постоялые дворы. Буччеллати много видел гостиниц на своем веку, но уже прошло достаточно много времени, с тех пор, когда он в последний раз был в месте, настолько напоминающем бордель: девушки тут были хоть и красивые, но вели себя откровенно вызывающе. Такова была их работа.              «Что стало с миром…» — Думал Бруно.              Прошло десять лет с начала войны, и она продолжалась повсеместно. Многие кто присягнул на верность узурпатору, хотели откусить свой кусок пирога, разворовать государство, которое когда-то построил Дио в одиночестве. Деньги, которые хранились в его казне, возбуждали воображение. Для королевства свойственно иметь достаточно денег для поддержания самого себя в период упадка, но этих денег было слишком много чтобы пройти мимо.              Джорно пропал бесследно.              Мальчика, которого Бруно поклялся защищать даже ценой собственной жизни, канул в Лету. Пропал бесследно в мире. С его исчезновением начался кризис, который продолжался уже несколько лет.              Девушка взяла Бруно за прядь волос и задумчиво разглядывала ее.              -У тебя такие гладкие волосы… Такие красивые.              Бруно вопросительно смотрел на девушку, в то время когда она вертела в своих пальцах глубоко черные волосы. Но прежде чем, она успела ими налюбоваться, он нежно взял ее руку и отнял от своих волос.              «Волосы, как волосы». — Думал Бруно.              -Завтра нам надо будет быть в городе Н. Ты уверена, что хочешь остаться тут переночевать?              -Да. Я не хочу оставаться на улице.              -Я тебя понял.              Бруно вышел из-за стола, и пошел к хозяину гостиницы. Стойка регистрации находилась рядом с дверью. Перед стойкой, за которой сидел хозяин, стоял тонкого вида парень, в прозрачных шелках, открывающих спину и грудь. Длинные, вьющиеся как ветки, золотые волосы ниспадали чуть ли не до колен. Лицо юноши Бруно не разглядел, но оторвать взгляд от него не мог. Странное чувство кольнуло в груди.              В момент, когда мужчина еще сидел за столом, парень о чем-то оживленно разговаривал с хозяином гостиницы, а когда Бруно подошел, так он замолчал, и начал заплетать волосы. Хозяин протянул тому деньги. Парень взял крохотных мешочек и положил его себе в карман одежды. Руки его просвечивались сквозь красивые широкие рукава. Сам по себе он выглядел легко, будто вот-вот оторвется от земли. Для такого места он был слишком неземной.              -Ешь больше. Клиенты жалуются.              -Будешь платить больше, обязательно наемся. — Игриво отрезал парень и развернулся к выходу.              Бруно заметил только его профиль: его внимание привлекли зелёного цвета глаза, в окантовке черных ресниц, очень густых. Остальное он не успел разглядеть. Блондин выскочил за пределы двора стремительно, и затерялся в ночи.              -Сниму две комнаты. До завтра. — Бруно протянул мешочек с золотом, а взамен получил пару ключей.              -Комнаты не рядом. Обе на втором этаже: одна в конце коридора, вторая посередине.              -Спасибо.              После этого, мужчина вернулся к своей спутнице, и они пошли в свои комнаты. Попрощавшись до утра с Триш, мужчина заперся у себя.       Сразу лег, но сон не шел. Он чувствовал возбуждение, какое бывает перед событием, что долго ждешь. Было чувство, что скоро произойдет что-то, что очень давно должно было случиться, но он не знал что именно.              Потеряв цену времени, мужчина жил день за днём, не чувствуя себя живым.              Отец Триш имел ростовщический бизнес в городе Н и являлся очень влиятельной фигурой в городе. В городе, который был, на данный момент, очагом самого большого греха который приключился с этим миром.              Когда-то, в свое время, когда Бруно ещё служил Дио, ему было поручено убить дочь этого уважаемого человека, но теперь обязан охранять ее.              Люди потеряли свой путь, и просто жили, удовлетворяя свои потребности. Хотя, это не всегда плохо, создавалось впечатление, что смысл этого мира летит в трубу.              Бруно тянул с ответом на вопрос, который задал ему Леоне уже очень долго. Так долго, что не было смысла даже отвечать.              Прошло около десяти лет с того судьбоносного случая, когда он потерял Джорно в мире, где маленький восьмилетний мальчик точно мог пропасть. Если только не случай, который решит все за него, будет благосклонен к его жизни. Это было так давно, что думать то том, что он не справился, было бессмысленно. Но душа не могла успокоиться. Бруно думал о нем очень часто, с этими размышлениями приходили чувства, которые перекрыть было невозможно ничего. Страх, раскаяние, вина и скорбь. Ктобы, что не говорил, он не видел причин считать, что он не мог поступить иначе. Эти мысли съедали изнутри: «Мог ли, он что-либо изменить?» — Мужчина не знал ответ на этот вопрос.              Ночь тянулась. За окном было тихо. Музыка прекратилась, но были негромкие разговоры за дверью.              Мужчина ворочался в кровати. Потом встал, и прошел к окну. Поднес к губам сигарету.              Он часто видел, что Леоне курил.              Его друг никогда не был жизнерадостным человеком, но то, что из него сделала жизнь всегда пугало Бруно. Он до последнего хотел быть ему опорой. Думая задним числом, Бруно, скорее всего, мог и не ехать за ним тогда: если бы они встретились в других обстоятельствах, Леоне был бы жив, а Бруно… мертв.              Буччеллати вздохнул, и зажег сигарету: щёлкнув пальцами, чтобы создать пламя.              Для использования магии нужны жизненные силы — для того, чтобы не нарушать баланс. На регулярной основе нужно быть готовым, что магия может не стать долгим удовольствием. Чтобы что-то получить — нужно что-то отдать в жертву этому миру. Мир щедрый, но он ждёт щедрость в ответ.              Мужчина возненавидел магию, однако, пользовался ей с завидной регулярностью.              Это, быть может, и не понравилось бы Леоне, но он старался об этом не думать. Многое, что было между ними, не давало ему покоя и по сей день. Бруно часто снятся сны с ним. Снятся спокойные времена: когда они просто были. Жить без него было невыносимо, из-за дня в день, двигаться неизвестно куда. Как вол, которого тянут вперед, но никто его не тянет. Из-за дня в день борьба жизни и существования. Порой, ему становится страшно: слова, что говорил Леоне, о том, что они непременно встретятся, причиняли больше боли, чем радости.              Он убивал себя понемногу. Хотел ли он умереть? Он не знал. День, ночь, год, месяц, десять лет: все смешалось в одну кашу из чувств и несказанных слов. Он стремился забыть, отодвинуть прошлое и жить настоящим. Но был страх, что найти такого же человека как Леоне, он не сможет: честного, верного и такого родного. Ведь родственность, проявляется в желании, во чтобы то ни стало, идти за человеком до конца. Зная, что в самые тяжелые часы, дни, месяцы и годы, он будет с тобой, потому что по-другому просто нельзя.              Он стал работать на банкира Дьяволо, которого он видел однажды. Банкир носил маску на пол-лица. Его дочь, Триш, любила сбегать из дома, а Бруно искал ее по всему материку: то тут, то там. Можно было сказать, что в этом и заключалась его работа, хотя изначально это было не так. Теперь ему легче представлять, что его должностные обязанности — это быть телохранителем юной леди. Девушка имела нежную душу, и была очень чувствительной. Хотя, изначально сложно в ней это увидеть.              Бруно курил, и чувствовал, как ему становится плохо: голова кружилась и мутило. Он много не пил, однако, состояние было таким, будто он умирал. Медленно умирал.