Часть 1. Глава 1
28 октября 2020 г., 15:40
Память странная штука. Она существует для того, чтобы собирать опыт, и создавать на его основе суждения, продолжать дальше жить. Людям свойственно помнить большую часть своей жизни. Они копят воспоминания. Как коллекционеры, которые кропотливо собирают свою коллекцию. Как любитель искусства, которые собирают разного рода предметы творчества. Они им необходимы, чтобы оставаться собой. Наши вкусы, в том или ином роде, зависят от памяти, и от того, что мы в нее сложили.
Но что делать человеку, который лишился памяти? Как быть оставшемуся в лесу человеку, абсолютно одному и без воспоминаний? Что делать, когда отсутствуют воспоминания о детстве? Очутившись, однажды на улице, маленьким ребенком, бродить сквозь улочки в поисках своего места? Как быть человеку, который не помнит ничего, что с ним связано: ни имя, ни родителей, ни места и дня рождения? Если все это выпало из памяти?
Таким, против своей воли, стал Джорно.
Однажды, он очнулся на улице в возрасте восьми лет. Его быстро заметили, и прибрали к себе нехорошие люди. Они обобрали его до нитки, не оставив даже обуви. При себе у него осталась только брошь из чистого золота, что он прятал у себя, как доказательство того, что у него есть прошлое. Брошь была в форме божьей коровки, а на обратной стороне было написано предположительно его имя: «Джорно». А еще дата рождения.
Мальчику приходилось работать. Работа была тяжелая, а тело его не привыкло к труду. К интеллектуальной работе он был также непригоден, так как не помнил как читать или писать. Именно поэтому, его приняли за сына нищего. На вопросы о том, кто он и откуда, Джорно отвечал задумчиво: «Не знаю». Это было правдой, но ему не верили. Его отправляли в детдом много раз, но он каждый раз сбегал. Он не мог вытерпеть зверское отношение к себе.
Так тянулись года.
Когда ему было тринадцать лет, его заметила хозяйка один публичного дома. Мальчик сам по себе был очарователен к этому возрасту. Прекрасные золотые волосы, такому возрасту были довольно длинные. В черные веера ресниц были закованы редкий оттенок зеленого цвета. Во взгляде, была соблазнительная туманная задумчивость. Он мог моментально очаровывать. Его любили, а он дарил любовь равным эквивалентом. Работать его заставляли много, и он привык к этому. Не считая, что продавать любовь, это что-то зазорное, он выполнял свою работу с усердием. Долгое время на него не было нареканий.
Юноша, преимущественно, работал днем, а ночью уходил в лес. Любовь к лесному флеру сохранилась в черте его характера, и никуда не пропала с амнезией. Он никогда не натыкался на бандитов, что скрывались в лесах, так как умел искусно прятаться. Еще мальчиком он любил думать, что в прошлой жизни был котом, что виртуозно скрывается от всех проблем, которые на него наваливаются. По большей части, Джорно не волновали вопросы: он не хотел узнать кто он. Ему это не было интересно, потому что, с самого первого дня, который он мог вспомнить, он был один. Никто его не знал и не искал, ему было легче думать, что у него никого нет.
Так прошло десять лет. Год за годом ничего не менялось.
Но, однажды, неожиданно для себя, Джорно стал любопытным. Это проявлялось в разных вещах, но только не в работе. Он часто скрывал свои ночные похождения: ему запрещали сбегать, но он все равно это делал, без какого-либо зазрения совести. Так же он брал чаевые, и откладывал их туда, где никто бы не станет искать. Свою заначку он копил медленно, но верно, и никогда оттуда не брал. Работодатели заботились о нем, предоставляя кров и медицинские услуги. Джорно не на что было жаловаться.
Когда все начало меняться, он за вечерней прогулкой, по своему обыкновению, шел к лесной реке. Настроение было игривое, и он решил немного искупаться. Вода была чистейшая, сверкала в лунном свете белыми переливами. Была прохладная, приятная летняя ночь. Как вдруг, вблизи от него вышел мужчина на лошади дальше по течению. Джорно заметил его сразу. Не стесняясь того, что его увидят, но из-за интереса, он решил затаиться в кустах. Пока он натягивал свои шелка, мужчина успел спешиться с лошади и оставить ее у воды, а сам стоял рядом.
Он не выглядел так, будто наслаждался погодой, он казался грустным.
На вид мужчина был зрелого возраста. С черными, идеально ровно подстриженными волосами. Глазами цвета океана. В сером костюме с белыми капельками, на бедрах висели меч и кинжал, а укрывал его плечи плащ цвета слоновой кости, что чуть доставал до бедер. Он был тонок, но плотно сложен.
Джорно почувствовал, что он его знает, но вспомнить не может почему. Перед глазами возникали картины, которые он никогда не видел, и ощущения, что он никогда не испытывал. Он не понимал почему, но он не мог вспомнить этого человека. Парень ни разу не видел его у себя на работе. Была уверенность, что, такого как он, Джорно бы точно запомнил. Что-то в нем было родное и давно забытое.
Юноша не осмелился подойти.
Его сковал испуг.
Он решил уйти как можно скорее, но зацепился за ветку. От этого зашуршали кусты. Мужчина был настороже, и поспешил скорее уехать. Казалось, он убегал от кого-то. Джорно тут же охватила досада, как если бы он упустил нечто важное для него. Ему хотелось окликнуть этого мужчину.
Птицы пели в ночи.
Джорно стоял и смотрел, как черноволосый мужчина спускается вниз по реке. Он попытался запомнить этот образ. Однажды отыскать его и кто знает, чем может обернуться эта встреча?
***
Джорно стал появляться в лесу чаще обычного, и засиживаться там до утра. Мало спать и есть. В одной из своих прогулок по городу, он увидел салон музыкальных инструментов. Вид музыкантов захватил внимание юношу, что своей чарующей музыкой собирали толпы людей вокруг себя. Но не всеобщее одобрение вдохновляло Джорно, — это была сама музыка. Сочиненная и исполненная. Сама душа исполнителя в такие моменты проявлялась на глазах. Он купил себе флейту на деньги, что у него были. Цена не имела значения — он взял самую лучшую, по его мнению. Ту, которая издавала самые красивые звуки. Время шло. Джорно любил играть подальше ото всех. Исключительно в лесу, так как только там он чувствовал себя спокойно. Он подражал щебетанию птиц, шуму рек, шороху листвы и шепоту трав. Он сливался душой с лесом. Все в природе казалось переполнено мудростью и истиной. Казалось, что все ответы, на все вопросы, можно найти в закоулках лесных тропинок. Джорно не умел читать, но был уверен, что в книгах люди не пишут о таких простых и понятных вещах. Потому что, будь это так, то книги были маленькими, немногочисленными, и понять, что там написано, мог бы каждый. Джорно исполнял музыку, опираясь на свои чувства. Безмятежность, что струилась в нем, отражалась и в его творчестве. Он был счастлив, когда мог находиться наедине с собой. Город ему нравился, но в шуме толпы трудно сосредоточится, и тем более, найти покой.
