Закон Смирения

      Что идёшь ты странник? Мираж былой тайны?       Зачем ты стучишь в закрытую дверь?       Продолжаешь терзания без утешения,       Открывая замок не имея ключей?              Услышишь на суше знакомые трели,       Коль в море бескрайнем отыщешь ли свет?       Слышишь и смотришь — ты полон внимания,       Но мир не привык давать скорый ответ.              Я стану заменой судьбы окаянной:       Если довериться, то станешь счастлив.       Вместо леденящих душевных терзаний       Я покажу твоей мечты перелив.              Говоря откровенно, я знаю лечение -       От мук, состоящих из дней из ночей.       Не стану лукавить, уходить бесполезно       Из мира «плохого», в «хорошую» смерть.              Где тебе быть? И чем тебе быть?       На эти вопросы ты сам уж ответь,       И тогда я смогу твою жизнь оживить,       И до смерти буду готов умереть.              Сон проходит очень быстро, даже не начавшись. Джорно не любил долго спать, но ему и не приходилось. Нежелание отдавать себя в состояние близкому к смерти было очень кстати в его работе, где всегда надо быть на ногах.              Тонкая рука опустилась на окно. Он посмотрел на людей что и днём, и ночью шастают в по улицам создавая гомон способный оглушить: цоканье копыт лошадей, голоса и смех людей, колеса фиакр скользящие по каменной дороге, и шум, шум, шум. Без конца. Разговоры, пьяные перепалки, девичий крик и смех, — все вокруг создавало гул, в котором если привыкнуть, можно раствориться и забыться. Стать частью этого шума не принимая в нем участие. Дыхание и стук сердца становится таким же скорым, как и жизнь этого города.              Джорно причесался, умылся и спустился вниз к гостям.              Сегодня был праздник. По этому поводу людей как никогда были много, и они все желали только одного — уединения. Пошлые желания должны быть удовлетворены самым лучшим образом, иначе не видать еды в следующем месяце.              Джорно никогда не знал что такое любовь и принимал свою работу как истинное ее проявление. Он тратил все силы чтобы отдать частичку любви каждому клиенту. Смеялся, удивлялся, интересовался, разговаривал, подбадривал, — он был в этом профессионал. Но никогда не плакал, не просто потому что ему нельзя. Это был тот случай когда следствие стало причиной. По другому он просто не мог.              Каждый день начинался одинаково: сидеть в зале, соблазнять клиентов, вдыхать запахи жасмина, ладана, агара, базилика, ванили, опиума и других благовоний, от которых начинает кружиться голова уже через несколько часов. Тогда уже сам желаешь уйти с кем-нибудь из зала, лишь бы не чувствовать эти мерзостные запахи. Но оставаясь наедине с клиентом кажется что они никогда не уйдет.              По началу, когда Джорно только начинал, секс давался ему тяжело. Он никогда не испытывал стеснения, но чувство что он делает что-то неправильное терзало его постоянно. После времени, когда сеанс подходил к концу и клиент уходил, Джорно лежал словно парализованный, без сознания. Мысли улетали куда-то далеко. Это значит что частичка его души умирала. Этой души, за десять лет, осталось так мало, что о ней даже думать не было смысла.              Всегда одна и та же процедура. Секс всегда одинаковый, и всегда это мерзость и грязь, где удовольствие получает только один, а второй терпит.              Джорно не знал что такое любовь, но был уверен, что это что-то близкое по смыслу с совокуплением. Он не видел разницы между словами заниматься любовью и сношаться. Для него все эти слова собрались в один единый ком в горле, который не давал чувствам пробираться к сердцу.              Спустившись в зал, Джорно поприветствовал гостя который только что вошел. Это был знакомый ему человек, примерно его возраста, с черными глазами и волосами. Парень не понимал откуда он знал его, но было очень теплое ощущение при взгляде на него.              -Добро пожаловать. — Джорно обнял его за руку и потянул к дивану.              Но парень стоял как вкопанный.              Джорно немного смутился. Человек смотрел на него словно хотел что-то сказать, но не мог. Джорно мило улыбнулся, и решив что ему не нравится в обществе парня отпустил руку. Когда он хотел маякнуть девочкам, его взяли за руку нежно, словно что-то ценное, и притянули его обратно.              -Ты работаешь? Я хочу тебя купить.              Джорно удивился такой скованности собеседника, но не показав виду он кивнул и улыбнулся.              -Конечно, пошли за мной.              Джорно повел его на второй этаж, в свою комнату. Впустил гостя и сам закрыл за собой дверь.              -Как тебя зовут? — Джорно положил свои руки парню на плечи. Он был значительно выше, от чего ему пришлось подняться на носочки. Тут же парень отстранился. Джорно даже улыбнулся глядя на такое застенчивое поведение, таких не часто увидишь.              -Миста. — Парень держался за ухо. Разворачиваясь, он выглядит так, как если бы Джорно на него напал. Джорно мягко ступал, он не стал на него давить. Ушел в сторону, зажёг свои любимые благовония, которые его меньше всего раздражали. Закрыл окна, взял Мисту за руку и потянул на кровать.              -Извини, если давлю, скажи как ты хочешь?              -Прости, это конечно странно может показаться, но я не за этим тут. Я, если честно, не против, но у меня к тебе вопрос. Я тебе заплачу сколько хочешь, только ответь на него честно.              Джорно был поражен. Он сидел и не понимал чего от него хотят. Он непроизвольно кивнул, априори соглашаясь на следующие вопросы. Он не понимал ничего, просто смотрел на парня и ожидал всего.              -Хорошо. Один вопрос. Я очень давно хочу получить на него ответ. Кто ты, Джорно?              Миста присел на колени перед ним. Парень сидел на кровати и взгляд ниспадал до глаз Мисты, которые смотрели странно, очарованно, но не так как смотрят гость на проститутку. Пусть даже если и очарованный красотой. Пару раз он видел такие глаза, но это были глаза девушек, и совсем не связанных с работой, они были обычными девушками из города. Такие глаза пугали сильнее самого грязного и жесткого секса, когда избивают и издеваются. Страшнее любых мучений — влюбленные глаза, для души опустошенной, сдержанной.              Джорно молчал, ему задали простой вопрос. Но он не знал на него ответа, это был, наверно, самый сложный и непостижимый вопрос. Как засор в трубе, являлся этот вопрос в жизни Джорно.              -Это прелюдия такая? — У парня, неожиданно для себя самого, перехватило дух. Он не чувствовал, но при этом на лице было умоляющее выражение, словно он боялся отвечать.              -Джорно, кто ты?              -Я не знаю.              Миста взял парня за руку. Джорно захотелось вырвать ее с импульсом, театрально, чтобы посетитель понял что переходит черту. Джорно взял себе за правило, что с ним можно делать все что вздумается клиенту, даже если это что-то будут подразумевать его смерть. Но только не личные вопросы.              Джорно молчал, смотрел на Мисту, на столике рядом с кроватью тлела свеча. За окном были крики, музыка, празднество, а Миста пытался раскрыть душу что против воли была закована в цепи самозащиты. Ни один человек не сможет вывести из колеи, если он не друг, или любовник.              -Ты помнишь меня?              -Нет.              -Мы виделись тринадцать лет назад, в лесу. Близ замка что сейчас лежит в руинах, но ты тогда играл. На флейте. Ты улыбался так очаровательно. Назвал меня свои первым слушателем и другом, а потом дал это. — Миста протянул брошь в форме божьей коровки и показал ее Джорно. Парень смотрел на нее, и не верил ни единому слову этого человека. Но очень сильно хотел. Боясь связей как огня он пожелал скрыться, но продолжал сидеть и замыкаться.              -Ты тогда сказал, чтобы я пришел на следующий день на то же место. Я пришел, и на следующий день, и так почти каждый день. В течении недели. А потом перестал. Изредка приходил, но тебя не было. Никогда. Я думал что мне это приснилось, но эта брошь не давала мне забыть тебя. Я никогда не держал в своих руках что-то настолько ценное. Дело не в том, что украшение дорогое, а в том, что оно бесценное. Если ты понимаешь.              Джорно молча встал и прошел к комоду. Заглянул в него и достал оттуда такие же две брошки и показал их Мисте.              Он стоял и еле джора, боялся упасть.              -Это был ты.              -Я не помню.              -Но они такие же, смотри.              -Я не помню. — Вторил он. Холод в словах остужал пыл Мисты.              -Да как же так. Что с тобой произошло? Ты же тот самый: милый мальчик из леса, с уверенностью настоящего аристократа, и таким очарованием о котором даже в легендах не расскажут. Ты же и сейчас такой, я же помню. — Миста взял парня за плечи.              -А я не помню.              Джорно стоял все больше зажиматься, теперь ему всеми силами хотелось вытолкнуть его из комнаты. Хотелось закричать, чтобы заглушить его слова. Хотелось молить его, чтобы он не продолжал. Но он не мог, ему нравилось то, как он него смотрит этот человек, что говорит. Словно он сам очень скучал по нему всё это время.              -Прости. — Миста положил ладонь на его голову, приятная тяжесть перетекала по голове и он начал успокаиваться. Как это человек понял что он взволнован когда по его лицу и голосу абсолютно ничего нельзя было сказать? Джорно мог только догадываться. Его снова усадили на кровать. Миста сел следом.              -Ты напуган? Что-то произошло тогда, я прав? Ты забыл, потому что тебя напугали? Как сейчас? И чтобы не пугаться больше перестал показывать эмоции чтобы обмануть судьбу? — Миста улыбнулся во все зубы. Парень, находясь в состоянии шока даже забыл о сдержанности, и посмотрел с настоящим испугом на собеседника. — Вот, видишь, я об этом и говорю. Знаешь, Джорно, это конечно твоя воля, скрывать от людей чувства, чтобы перевернуть игру, но однажды продолжая так жизнь игра перевернет тебя и ты ничего поделать не сможешь. Ты не сможешь долго сопротивляться, но ты можешь стать таким, что ни одно потрясение не сможет тебя сломить, знаешь как?              Джорно покачал головой.              -Для этого надо наполнять свой эмоциональный багаж чувствами. Изранить душу так, чтобы потом она стала как ангел, прекрасна и не уязвима, иными словами, я хочу сказать, чтобы ты внутри стал выглядит как ты снаружи — неотразимо.              Джорно покраснел. Парень отвернулся и зарылся в одеяло, он больше не мои сдерживать себя. Он хотел спрятаться от этого взгляда.              -Но ты еще недостаточно готов к этому, тебя нужно вводить мягко и аккуратно в этот мир. — Миста положил руку на голову под одеялом. — Я могу только сказать, что ты самый очаровательный человек что я видел в своей жизни, а я видывал много всякого. Но всегда я вспоминал тебя.              -Ты сейчас уйдешь? — Джорно вдруг испугался и высунул голову из-под покрывала.              Миста сидел перед ним как и сидел. Он улыбнулся не отводя взгляд, был очарован не только внешностью, но и душой, столь невинной и чистой, словно ребенок.              -С тобой хочет встретится ещё один человек, он о тебе знает больше чем я, когда освободишься?              -Я только начал работу. Сегодня только ночью закончу.              -Тогда ты не против если я за тобой зайду?              Джорно покачал головой.              -Запрещено. Это правило: нельзя уходить за дома, когда есть клиенты.              -Но ты все равно уходишь.              -Это глупое правило. Но оно везде одинаковое, из-за него я часто меняю место жительства.              -У тебя нет дома?              Джорно посмотрел на Мисту как на идиота:              -Конечно у меня нет дома, я же работаю в доме удовольствий. Я бы, конечно, хотел себе виллу на берегу моря, правда все мои богатства уходят хозяйке.              Миста задумался.              -Приходи в лес за городом. Тебе знакомо это место. Ты там был когда я шел с работы.              -Я там был?              -Да, ты на флейте ещё играл, ту самую мелодию.              -Ту самую?              Джорно смотрел на Мисту с вопросом.              -Это было неделю назад, не говори что ты и это забыл?              -Возможно я тогда перенюхал опиума и немного выпал из реальности. Такое бывает когда много работаешь.              -Получается, ты не знаешь как туда дойти?              -Нет. Знаю.              Миста терзали сомнения.              -Тогда, я надеюсь, что ты придешь.              Джорно кивнул.              -Ты не боишься?              -Чего?              -Вдруг я тебя обманул, а ты поверишь и придешь, а я тебя на кусочки порежу и продам по дешёвке на черном рынке.              Джорно улыбнулся.              -Во-первых, ты бы не сказал это так в открытую, во-вторых, ты бы не предлагал бы зайти за мной, а сразу отправил в лес, и в третьих, — Джорно навис над Мистой, сел ему на колени обнимая за плечи. — Это заклинание. — Он опустился к его губам и прикусил нижнюю, заигрывая. Потом провел языком по губам накрывая их своими. Поцелуй длился недолго, но от него остался приятная сладость на губах и желание продолжения.              Джорно не сопротивлялся, но Миста не хотел к нему прикасаться сейчас. Поэтому остановился.              Джорно смотрел на него недоуменно.              -Ты не хочешь?              -На самом деле я не для этого сюда приходил. Я хотел видеть тебя. Как бы глупо это не звучало, но удовольствия от твоего поведения, голоса, мимики я получаю куда больше, чем я мог получить его он чего-либо иного. Ты всю жизнь ускользал от меня, потому разговор с тобой стал для меня самым желанным плодом.              Джорно оказался поражен ответом, и не сразу понял что сказать.              -Мимика?              -Ну да.              -Разговор?              -Да…              Джорно задумался и слез с его коленей вниз.              -А ты будешь платить за этот час?              -Конечно.              -А если ты будешь ко мне приходить, мы также будем болтать? Без секса?              Миста ужаснулся такому вопросу, но все же ответил:              -Ну да…              -Ты странный.              -Я то?              -Ты пришел в бордель, и вместо того чтобы заниматься сексом ты решил со мной поговорить и еще за это потом заплатить? У тебя друзей нету?              -Джорно, ты хочешь секс или хочешь разговор?              -Я? — Джорно удивился еще сильней, что даже поднялся на колени в одно мгновение, но после сразу сел обратно. — Это не имеет значения. Важно только то, что хочет клиент.              -Ну вот видишь.              -Ты все равно странный.              -Чтобы казаться менее странным, я бы не отказался от поцелуя.              Джорно встал на колени, положил руки Мисте на бедра и поднялся на руках к его лицу. Он поцеловал Джорно и поднял на руки, положил на кровать и продолжал целовать на ней.              Он прикасался к нему, нежно проводя ладонью по чувствительным местам. Спустившись к шее, он начал покрывать ее поцелуями, за ухом и зону за ним, прикусил мочку. Джорно начал прерывисто дышать, приятное покалывание распределялось по телу. От поцелуев закладывало уши. Джорно подставлял шею под поцелуи и чувствовал себя маленьким в руках Мисты. От ласк создавалось чувство неописуемой легкости. Он расслабился. Миста провел рукой по животу вниз, и через одежду стал поглаживать возбужденную плоть парня. Джорно широко распахнул ресницы и смотрел в глаза Мисты. В тот момент чувство заботы, невиданное доселе, появилось в нем. С него сняли одежду и прикоснулись к нему снова. Вдруг ему стало неловко, что к нему притрагиваются именно так: нежно, заботливо ведут его от одного приятного ощущения к другому. Неожиданно юноша ощутить чувство незнакомого трепета в груди.              Миста смотрел на него и тепло улыбался. Джорно хотелось плакать, впервые за долгое время ему хотелось плакать навзрыд. Но парень держался, потому что нельзя плакать при клиенте.              Миста помог Джорно закончить. Уложил его и накрыл одеялом.              -У тебя такое лицо было, как будто я тебе плохо делаю. Скажи честно, ты хочешь плакать?              Миста гладил Джорно по голове, пока он лежал и его охватил лёгкий озноб. От рук Мисты все тело горело, так как это было приятно.              -Миста, поверь, если бы я мог, я бы сейчас рыдал. — С абсолютно каменным лицом сказал Джорно.              Джорно промолчал. Он как кот ластился в руках парня.              -Это заклинание сработало. Теперь я знаю что тебе можно доверять.              Миста опустился и снова поцеловал его.              

***

      

      После того как Миста ушел, Джорно остался в своей комнате без сил к какой-либо деятельности. Что-то с ним стало: сердце неожиданно забилось, словно часы которые давно сломались начали двигаться, и двигать мысли.              Его грубые руки были такие сильные и так приятно брали его. К нему никогда не относились подобным образом. Его брали как вещь, пользовались и уходили. Джорно не чувствовал противоречия в этом — он жил и считал что такое отношение и должно быть к таким как он. Он никогда не задавался вопросом кто он, и почему к нему могут прикасаться кто не попадя. В голове укоренилось мнение, что он отброс, раз он себя нашел на улице, без воспоминаний и средств к существованию. За него заключили что он сын нищих, что был выброшен на улицу из-за нежелания родителей содержать лишний рот.              Вдруг парню стало мерзко и ему хотелось отмыться. Мыться так долго чтобы смыть с себя всю грязь накопленную за эти долгие годы, но времени не было.              Надо было идти работать.              Да, работать! Как еще ему существовать? Как ему еще находить средства? Он решил давным-давно, что работа — это неизбежные издержки жизни. Отсутствие жизни — отсутствие работы. Но эти издержки потихоньку стали вытеснять саму жизнь из него и стали нормой, жизни без стремлений.              Миста. Кто он? Почему он его искал? Почему так к нему относился, и почему он не помнит его? У него была такая же брошь. Джорно посмотрел на стол где лежали украшения и его не покидало ощущение что он забыл нечто чудовищно важное. И стало на душе ещё тяжелее.              Вдруг, Джорно заметил на столе еще кое-что, — листок бумаги сложенный вдвое.              -Очень красивая бумага. — Джорно взял ласточка, украшен красивыми виньетками. На нем был нотный стан и мелодия, которую Джорно доселе никогда не исполнял. — Красивый почерк. — Он положил руку на бумагу, словно не верил своим глазам и пытался удостовериться.                     Он начал напевать мелодию, она показалась ему знакомой. Теплые чувства захватили парня и он услышал вдруг голос из-за дверей.              -Джорно, ты на работу выходить собираешься?              Парень спрятал бумагу в столе.              -Да, уже выхожу.              Снова маска была на лице парня, он стоял и видел себя в зеркале около входа. Лицо безучастное, как обычно, но его глаза показывали такие доселе невиданные эмоции: страх и печаль, такая горькая, что хотелось плакать, а внутри чувств целый океан.              -Кто это мне ее оставил, или я уже брежу?              Юноша собрал волосы в косу и вышел из комнаты.