Закон Смирения

      "…тебе никогда не приходила мысль в голову, почему ты до сих пор жив?"              Во сне все ненастоящее.              Может ли, только проекция мыслей, созданная мозгом во сне, влиять на поведения человека в жизни? Мы не способны разделять чувства от разума, потому что эти понятия заключены в симбиозе и неразделимы.               Бруно лежал в кровати и смотрел в потолок. Луна освещала через занавески комнату. Ясная ночь освещала спальню, и проливала свет на спящее тело девушки, которое еле поднималось и опускалось. Бруно смотрел на нее и удивлялся, как эта девушка может засыпать так просто, словно ей это ничего не стоит. Неужели, она совсем ни о чем не думает по ночам?               Бруно знал, что возможно он сильно себя загонял за эти годы, но наблюдая, как девушка легко может засыпать и просыпаться, не вздрагивать в ужасе посреди ночи, и не страдать от невозможности заснуть, он думал о том, как тяжело нынче и впредь ему придется жить.               Триш настояла на том, чтобы Бруно переночевал с ней сегодня. И пускай, из соображений безопасности это могло иметь здравый смысл, все остальное, как и события, что произошли накануне, бросали тень сомнения на все, что сейчас могло между ними происходить.        Бруно не мог уснуть, ворочаясь из стороны в сторону. Нога адски болела, даже несмотря на то, что Триш попыталась перевязать ее очень аккуратно. Бруно не мог лечить свои раны, в отличие от ран Триш. Она сейчас лежала абсолютно здоровая. Рана от пули не требовала особых хитростей, обычный обмен.               Бруно встал, и, опираясь на спинку кровати, прошел к окну. Он открыл ставни и присел на подоконник. Сна не было ни в одном глазу, и он решил закурить. Он перешагнул за пределы окна и на руках спустился вниз по окнам. Уселся на веранде и закурил.               Он вспоминал, как Леоне объяснял ему, почему он курит, и в сознании прошла волна ностальгии. Смотря на тлеющую сигарету, ему казалось, более отвратительных вещей в мире не может существовать.               На улице было холодно, дело было к осени. Но Бруно не спешил идти обратно, даже несмотря на холод, он все же не мог оставаться в одной комнате с человеком, который так легко может спать ночью. Из-за страха разбудить, он решил просто отстраниться.               -Что же это все-таки значило…? — Задумчиво произнес мужчина, размышляя над словами напавшего на него с Триш бандита.               Бруно встал с места и поплелся обратно в дом, он не хотел надолго оставлять девушку одну — ей все еще грозила опасность. Но в мыслях, он ещё вспоминал Джорно, который, даже оставаясь под присмотром Мисты, все равно был в опасности. Хоть он и предупреждал, что может задерживаться на работе, совесть все равно мучила мужчину по этому поводу.               Вдруг, пройдя в гостиную, Бруно услышал шорох на кухне. Меча с собой не оказалось, поэтому он решил взять чашку, как можно тише пройти в комнату и узнать причину шума.               Резво передвигаться он сейчас не могу, но увидев свет свечи, мужчина опустил руку с чашкой и спокойно зашёл на кухню, где Триш кипятила воду в чайнике.               -Почему не спишь?               Бруно опирался на дверной проем, изучал тело девушки. Она быстро развернулась, как только мужчина появится в дверях.               Девушка испуганно вздохнула.               -Бруно, ты сам не спишь.               -Я не могу уснуть.               -Ну, так я тоже, не могу уснуть, пока ты со своей больной ногой, … в общем. Если тебе тяжело спать со мной, можешь спать один, я пойду в гостиную.               Бруно нежно улыбнулся и не спешил отвечать. Он не понимал, отчего на душе стало так тепло, и почему от того что за него переживают ему становится легче.               -Не стоит, Триш. Я могу спать с тобой. Так будет безопаснее.               -Я всегда сплю одна, и ни один маньяк ещё в окно ко мне не залез.               -Как не крути, сейчас другая ситуация.               Триш смотрел на Бруно, и не спешила отрицать то, что он предполагал. Ведь очевидно было то, что, скорее всего, если был прецедент в парке, то этим все не ограничится.               -Хочешь чай?               -Не откажусь, но только утром, сейчас тебе нужно спать.               -Тебе тоже, Бруно, не препирайся по пустякам.               Бруно прикусил язык и уступил Триш, заочно решив, что лишние препирательства будут бессмысленны.               Мужчина вздохнул и сел за стол.               Девушка разлила чай по чашкам, и поставила их на стол. Бруно поставил пустую чашку на стол, что держал все это время в руке.               -Ты чего с пустой чашкой ходишь?               -Думал, что в дом пробрались, хотел отвлечь.               -Чашкой?               -А почему бы и нет? Главное эффект неожиданности.              -Смог бы в меня кинуть?               -Нет. Никогда.               Бруно был серьёзен. Вдруг, в воспоминаниях появился образ маленькой девочки, бесстрашно смотрящей на него сквозь тьму. Что без капли испуга наблюдала за ним как он, ещё молодой, пришел убить ее, и словно была готова принять свою судьбу в его лице. Бруно оказался не таким, как казалось, даже ему самому. Он не смог поступиться справедливым началом в своем сердце, чтобы быть до конца честолюбивым. За что и поплатился бессонными ночами, и кошмарами по сей день, что не прекращались ни разу.               -Я знаю, Бруно. Ведь… ты же меня тогда не убил. Не смог. — Девушка сонно крутила в своих руках чашку возле лица, и вглядывался в потухшее лицо Бруно. На столе стояла свеча, и тьму озаряло теплое свечение огня, отбрасывая тень на лица двух людей, сидевших друг напротив друга. Но находившиеся очень далеко друг друга, что их слова не могли дойти до ушей. Но они старались.               -Ты помнишь ту ночь?               -Я тогда тебя не знала, и правда, по сей день не знаю, почему ты тогда пришел. Это и не важно, наверное.               Бруно меланхолично улыбнулся глядя на свечу.              -Ты тогда на меня так смотрела… Знаешь, если бы я мог вернуться назад, и изменить что-либо в том дне, я бы предпочел оставить все как было. С одним единственным нюансом. Я бы сделал так, чтобы ты в ту ночь улыбнулась.               Триш посмотрела на серьезное выражение лица своего собеседника и была поражена его словами.               -Улыбнулась?               -Ну да, чтобы ты обо мне вспоминала что-то хорошее. А не то, что я однажды, хотел тебя убить.               -Если бы ты меня убил тогда, что изменилось?              -Многое. По меньшей степени, мы бы сейчас тут не сидели, и не пили чай.               -В таком случае хорошо, что ты это не сделал. — Триш улыбнулась, смотря прямо в глаза Бруно. В ее глазах играли блики света, а улыбка была нежная и очаровательная.               -Да… ты бы мне сейчас не улыбалась так мило. Отчего мое сердце трепещет.              -Так страшно?               -Нет. Восхитительно.               Бруно отпил чай из чашки, и не сводил глаз с девушки, которая в данный отрезок времени была воплощением всех возможных легенд о красоте. Сейчас вдруг стало все не важно, Бруно смог оторваться от прежнего своего состояния и вернуться на мгновение в период покоя, где способен послать нервы к черту.               Он привстал со стула и подошёл к Триш, но на полпути споткнулся, случайно или намеренно, Триш поднялась, и Бруно оказался в руках девушки. Он улыбался, наблюдая за тем, как она волнуется за него. Бруно ненавязчиво слез с ее рук, но остался так же близко к ней, как и был. Он всматривался в ее глаза, выжидая подходящего момента. Девушка была смущена, но не отстранилась. Из-за Бруно, она оставалась стоять, где стояла. Глядя на него, она чувствовала его дыхание.               -Ты никогда прежде не целовалась ни с кем?               Девушка покачала головой, сейчас голос Бруно являлся концентрированным возбуждением. Он обнял девушка за талию, и прижал ненавязчиво к себе, но так, чтобы она почувствовала его тепло.               -Мы можем стать ближе, если ты этого хочешь.               Девушка подняла на него, наконец, взгляд, и обратила внимание на глаза мужчины: они были серьезными, улыбки на лице не было.               -Ты имеешь в виду, что только сегодня ночью?               -Нет.               Девушка вновь уронила взгляд.              Бруно не спешил, он не старался склонить девушку. Он мягко намекал на свое отношение к ней. Она расцветала в его руках, наблюдая, как девушка смущается, он потихоньку влюблялся в нее. Хотелось видеть ее лицо. Захватив пальцами подбородок девушки, он направил ее на себя. Всматриваясь изумрудного цвета глаза, он прикасался к ее щеке, к ее волосам, пальцами проскользил по губам.               -Знаешь Триш, если ты откажешься, между нами все останется по-прежнему. Но сейчас, я всё сильнее убеждаюсь, что с завтрашнего дня я не смогу относится к тебе как раньше. Будь благоразумна.               Девушка отстранилась. Слова Бруно расстроили ее.               -Я пойду спать, если хочешь, приходи ко мне в спальню, когда надумаешь выспаться.               После этих слов она вышла из кухни и пошла в сторону спальни.               Бруно боролся с учащенным сердцебиением. В нем сражались желание и здравый смысл. Те вещи, что сказал он ей, в первую очередь он хотел сказать их себе. Держать дистанцию между ними — важная часть работы Бруно. Рушить все между ними никак не допустимо. Но смотря в след девушки Бруно, не мог отделаться от мысли, как ему хочется держать ее и не отпускать.               Бруно проспал всю ночь на кухне, оставаясь в раздумьях о девушке, что спала и не могла уснуть всю ночь, ожидая, когда же Бруно, наконец, придет к ней.