Предатели обеих сторон

Этим летом Деа договорилась, что поедет к Гермионе. Она ещё хотела поехать к Уизли, но их семья выиграла путевку в Египет. И их не было целое лето в Англии. У Гермионы она побыла неделю. И вернулась домой. Габриэль каждый день отводила её в летнюю школу искусств, с которой тринадцатилетняя девочка возвращалась теперь сама. Она ходила домой через пустырь, так было быстрее, чем обходить по дороге. — Какой ужас! — воскликнул Амос, отбросив газету. Седрик посмотрел на отца. — Сириус Блэк сбежал из Азкабана. — А кто это? — Габриэль пришла на крик с кухни. — Это воистину ужасный человек. Представь, друзья со школы, пятнадцать лет знают и доверяют друг другу. Когда началась война, они вместе идут в отряд сопротивления. Война продолжается многие годы. Один из друзей заводит в это время семью. И прячется с женой и ребенком. А этот человек, нет, это не человек! Это обезумевший предатель! Он убивает своего лучшего друга и раскрывает тому-кого-нельзя-назвать место, где прячется семья Поттеров. Пятнадцать ЛЕТ! Пятнадцать лет вместе. И такое предательство… — Семья Поттеров? Этот тот мальчик? — Да, в ту ночь мальчик лишился родителей. А тот-кого-нельзя-назвать исчез. — Какой ужас…– тихо сказала Габриэль и с печальными глазами пошла обратно на кухню. Было ещё солнечно, хотя уже было пять вечера. Деа возвращалась со школы, шла по уже сухой траве. Как быстро наступает осень. На пустыре часто играли дети. Поэтому здесь посадили несколько деревьев и сделали детскую площадку. Одно дерево было очень старым. Его посадили ещё, когда возле пустыря не было дороги. Его посадили дети, которые сейчас с тростью провожают правнуков до двери. Деа нравилось это дерево. Это был невысокий дуб, но за годы он разросся в стороны, и крона дерева отлично спасала тенью в жаркий день. Дерево было достаточно широким и можно было сесть, облокотившись на ствол. Другие были пока молодыми саженцами. Их бы сломала даже кошка. Деа любила здесь сидеть после занятий. Ей это дерево напоминало Хогвартс. Девочка обернулась, услышав шелест травы. К ней шёл черный пёс. Он был очень истощён и еле передвигал ноги. Он шёл не первый день под жарким летним солнцем. Увидев тень, пёс стал идти быстрее, но остановился, увидев у корней дерева девочку. — Ты голодный? — Деа смотрела на его худобу. Девочка принялась что-то искать в сумке. Поглядывая, не ушла ли собака. Деа достала из сумки контейнер с едой. — Вот держи, я так сегодня и не успела пообедать, — она протянула собаке бутерброд. Пёс, пошатываясь, подошёл к контейнеру. Бутерброда как и не было. Деа налила в пустой контейнер воды. Собака, немного отпив, улеглась на колени девочки. Деамона гладила голову черного пса, он казался ей безобидным. — Ещё полтора месяца…– говорила она сама себе, — ещё полтора месяца и я снова уеду в Хогвартс. Что со мной не так? Я не скучаю по лету, как нормальные дети– я скучаю по школе. Мне всё напоминает о ней. Даже это дерево. Оно похоже на то, что растет возле озера… Деа запрокинула голову и закрыла глаза. Собака мирно сопела у неё на ногах. — Почему у всех моих друзей день рождения летом? Рона и Гермиону я уже поздравила. У Гарри день рождения только через две недели. А Драко придется поздравить в школе. Его родители меня не выносят. Как думаешь, Малфою понравится сфера Равира? Ей показалось, что пёс фыркнул. — Это стеклянная сфера, которая может показать любое место на планете. Достаточно только посмотреть и мысленно увеличить место, она выглядит, как маленькая модель земли. Как небольшой живой глобус. Знаю, вещь бесполезная, но, как по мне очень красивая. Деа ещё около получаса сидела возле дерева, глаза смыкались сами. Она проснулась от лая, пёс тянул её за рукав. — Солнце садится, сколько я спала? — заметила Деа. Собака зарычала в другую сторону. Со стороны дороги на пустырь шла какая-то компания. Деа пригляделась, она узнала местных хулиганов. Это были ученики средней школы, уже стоявшие на учёте в детской комнате милиции. На их счету много разбитых машин и костей. Пока нет только убийств, ограбления уже присутствуют. Имена их не так важны, да и они собственно тоже. Деа знала, что её они не тронут. Семью Диггори, как и любую семью волшебников, считали странной и обходили стороной. А ещё это компания издевалась только над мальчиками. Девочек они не били. Однако пересекаться с ними ей все равно не хотелось. Деа привыкла, за два года в школе волшебства, что не все животные простые, и никогда не угадаешь, когда перед тобой в школьном коридоре пробежала кошка, а когда профессор МакГонагал. — Спасибо, — Деа попрощалась с псом и побежала в сторону дома. Пёс же, допив воду из забытого контейнера, бодро пошел к дороге. В начале августа в окно постучала сова. В конверте Деамоны кроме письма о зачислении на третий курс, списка учебников лежала ещё анкета для подписи родителей. Она вспомнила, что такую же получил её брат три года назад. Это было разрешение на посещение Хогстмита. Это была деревня возле школы. Седрик часто приносил от туда конфеты. По обыкновению семья поехала за учебниками. — У тебя тоже был такой учебник? — Деа брала с прилавка волосатую глазастую книгу, которая была перевязана тугим ремнем. — Нет, живых книг у нас не было, — Седрик с опаской посмотрел на моргающий учебник. В зоомагазине Деа встретила Гермиону, та покупала себе сову. Она знала, что у Гарри тоже была сова. У Рона же была семейная крыса-долгожитель. Но в итоге вышла из лавки с большим рыжим котом в руках. — Ты только посмотри, какая прелесть, — говорили девочки Седрику. — Ой, что это? — Деа указала пальцем на движущиеся чёрно-белые фото в газете. В почти безоблачном небе летела фигура очень толстой женщины. Седрик купил газету, она лежала развернутой на прилавке. От туда они узнали, что «Гарри Поттер три дня назад проявил неконтролируемый выброс магии, в результате которого пострадал один из членов его приемной семьи. Женщину раздуло до состояния шара, и она пролетела несколько кварталов по улицам города». Эта статья была на последней странице, да и фото было маленьким. Видимо пророк не хотел делать из этого сенсацию, на первой странице была фотография сбежавшего Блэка. *** На вокзале Деа показалось, что она увидела туже собаку. Но мало ли, сколько черных собак в Лондоне? Увидев в коридоре своих друзей, она сразу бросилась в объятья. — Я тоже рад тебя видеть, отпусти, задушишь! — Гарри обнял её в ответ, — как я тогда через год СОВ сдам? — Рон, как в Египте? Четверо гриффиндорцев нашли почти свободное купе, все остальные были забиты, а здесь был только один человек, да и то уже спящий. Хотя поезд только тронулся. — Кто это? — с порога спросил Рон. — Это профессор Люпин. — Гермиона, откуда ты все знаешь? Она лишь показала на чемодан с биркой в углу. — Прошло только пара минут, как отъехали от станции, — заметил Гарри, смотря на спящего учителя. — Видимо, он не в первый раз в этом поезде, — Деа говорила тихо, таинственно, словно читая мысли, взгляд её был направлен в мокрое от моросившего дождя окно, — очевидно, что он ездил на нем одиннадцать лет, с этим поездом наверняка так много связано. Переживание, знакомство, смех друзей, тоска прощания. А сейчас он впервые едет в этом поезде совсем один, — друзья замолчали, услышав эти слова, будто почувствовали печаль этого человека. Профессор невольно сопел, это доказывало детям, что он спит. В коридоре уже зажгли лампы, солнце село. — Я выйду ненадолго, — предупредила друзей Деа. Она вышла в коридор, ей не терпелось отдать свой подарок. Почему-то именно сейчас. И ни минутой позже. Но, увы, именно через минуту она пожалела о своем решении. Драко она нашла быстро, но он был не один. — Привет, Деа, рад тебя видеть, — Малфой первым её заметил. — А это Блэквуд? — подала голос блондинка рядом с ним, Деа вспомнила её лицо, она была её однокурсницей, но с параллельного факультета, вечно садилась на задний ряд, в окружении своей «прозрачной» свиты. Она говорила так, словно видела её впервые. — Конечно Блэквуд, кто же её не знает в школе? Это же она в прошлом году спасла Поттера, — Драко говорил без издёвок, лишь подмечал факты. Деамона вгляделась в своих собеседников. Заметила, что у девочки рядом не все волосы были белыми– с обоих сторон симметрично свисали черные пряди. У нее было круглое лицо и своеобразно круглые глаза. Драко же… — Изменил прическу? — Деа обратилась к Драко, не заметив на его голове «прилизанных» волос. — Да, наверно на это повлияла сова, — он улыбнулся воспоминаниям. Девочка рядом хмыкнула. — Ой, познакомитесь. Патриция это Деамона Блэквуд, Деамона это Патриция Паркер, — Малфой счёл нужным познакомить девочек. — Вот и познакомились, наконец. Это же про нее говорил твой отец на прошлой неделе? — О чем ты? — Он возмущался, что школа катится в тартарары, и называл виновников этого. Малфой решил сменить тему, ему не нравилось, что на любое сказанное им слово, Патриция находила предлог для ссоры, причем не с ним, а с Деа. Деамона же только скептически наблюдала за поведением новой «подруги». Патриция всеми силами пыталась показать Деа, что она мешает. Патриция не выпускала руку Драко, смеялась над любой мелочью сказанную им. И как уже было сказано, пыталась быстро спровадить Блэквуд со своего пути. Но Деамона пользовалась мудрым советом, который утром записала в дневнике: «Улыбайся — людей это раздражает», она не подавала виду, что её слова как-то задевали, и продолжала участвовать в разговоре. Деамона чувствовала, как бесилась внутри Патриция. Словно демона загнали в церковь. Увы, любая броня не долговечна. — Ой, у меня похожая брошь есть, мне родители подарили, — писклявый голос Патриции был как кислота, — извини, я забыла, ты же сирота, — вина в её голосе была чесчур наигранной. — На, — Деа протянула коробочку Драко, — с прошедшим. Я собственно только за этим и пришла. — Что это? — снова этот кислотный голос. — Глобус Сатаны, — Деа отвечала сухо и раздражённо. Патриция поняла, что победила. На её лице расплылась довольная улыбка, словно внутри торжествовал бес. Драко не успел ничего спросить. Как поезд остановился. — Мы так скоро приехали? — озабочено спросила Пат. Они заметили, что в коридоре кроме них никого нет. В вагоне погас свет. — До замка ещё далеко, — голос Деамоны был тяжёлым и все ещё раздраженным после разговора. Она смотрела в окно, где сейчас стало видно горы. Поезд стоял на мосту. — Почему так холодно? — блондинка посмотрела на стекло, оно обрастало инеем, а изо рта выходил пар как зимой. За окном показались черные фигуры. Летающие и молчащие. Именно молчащие. Всё вокруг будто онемело и не издавало звуков. Как бы не звучало странно, но стало грустно. Не было не одной эмоции, кроме печали и страха. В начале коридора щёлкнул замок входной двери. Пат спрятались за спиной Драко. Эта забавная особенность, быть одновременно змеёй и пугливым котёнком. Но сейчас было не до колкостей. Страшно было всем. Дверь медленно открывалась. В вагоне появилось странное существо. От него разило разлагающиеся плотью. Существо парило над землёй, ноги, если они вообще были, были скрыты под рваной черной мантией. Голова была закрыта капюшоном. «Дементор», — пронеслось в мыслях Деа. И эту мысль будто заметили. Девочка почувствовала на себе взгляд этого существа, хоть и не видела его глаз. Дементор приближался. В начале вагона показался ещё один. Драко попытался рукой подвинуть Деа назад, но безуспешно. Она не двигалась, тогда он не нашел ничего лучше, чем выйти на шаг вперёд. Он пытался «закрыть» собой обоих подруг. Палочки остались в купе, даже если б кто-то из них знал нужное заклинание, они бы им не смогли воспользоваться. Первый дементор что-то прохрипел и отдалился от странной компании. Существа покинули этот вагон, переходя в другую часть поезда. Через пару минут зажёгся свет. Детям словно вернули жизнь, и они смогли нормально вздохнуть. Драко обернулся к девочкам. — Деа, держи, — он достал носовой платок, — у тебя кровь из носа пошла. — Спасибо. Взяв платок, она поняла, что у неё дрожат руки. Но вытереть капли крови она все же смогла. — Дети, всё нормально? — в вагон зашёл человек. Деа его узнала, это был тот спящий пассажир, — я Римус Люпин, ваш новый учитель по ЗОТИ. С вами, мы ещё успеем познакомиться… Ну, так, всё нормально? Дети закивали головами, сейчас многие повыходили в коридоры, пытаясь узнать, что случилось. — С тобой точно все хорошо? Ты очень бледная, — спросил Люпин у Деамоны. — Я всегда такая, не обращайте внимания.