Противостояние

— Ну что, омежки и альфачи, папочка вернулся, — омега запрыгивает на рампу, ставя руки в боки. — Сегодня я буду вас фотографировать, ясно, чтобы потом любоваться вами под покровом ночи, может и в интернет кого-нибудь скину, — Чимин начинает громко смеятся, поправляя рюкзачок, в котором лежал сам фотоаппарат. У омеги много дел, нужно всех достать, пофотографировать и все в таком духе. Хосок смотрит на Пака из-под ресниц, прожигая его стройные ноги ярым взглядом. Фигура у него шикарна, что уж говорить. — А больше ты ничего не хочешь? — рычит Джун, запуская в слишком громкого омегу полупустую бутылку от лимонада. Хорошо, что она пластиковой оказалась... Хосок лишь молча хмыкает и отводит от омеги взгляд, продолжая мулевать черной краской свой скейт. — Только попробуй. А если тебе так нужна модель, фотографируй задницу Тэхёна или сластливое ебало Чонгука. Кстати, а где Чонгук? Он, по просьбе Кима старшего, пошел в магазин за новыми напиткам и вот-вот уже должен вернуться. — Усек? — Да ну вас, вы слишком скучные, вот и буду фотографировать Чонгука, ясно? — Чимин кидает взгляд на Тэхена, но омега лишь фыркнул, отворачиваясь. Подросток прикусил губу, меняясь в настроение, неужели они поссорились из-за какого-то альфы, который Чимину даже не нравится. Сегодня со всеми что-то не то, они слишком отстраненно смотрят на омежку, цокая или тихо что-то бормоча, даже ребята из класса Чимина только закатили глаза, показывая свое безразличие к этому человеку. — Ну че вы все такие, а? Че не так-то? — Чимин правда не понимает. — Я вернулся. — Чонгук идет по тропинке и забирается на рампу, угощая каждого из ребят чем-то вкусным. Он и Чимина не обделил. — Привет, хен. Ты чего такой потерянный? — альфа протягивает другу кексик и улыбается. Чонгук тоже сегодня с очень хорошем настроении. Надеюсь, объяснять не надо? — Долго же ты ходил, слизняк. — Чон хмыкает и забирает свой лимонад, позвращаясь к раскраске скейта. — Вот и хапиздуйте отсюда, две счастливые рожи. Бесите. — Снова выпускает свои колючки, а Чонгук на это лишь тяжело вздыхает. Он хорошо знает своего друга. Это пройдет. — Не слушай его. Просто Хосоки встал не с той ноги. — Чонгук машет рукой и присаживается на свою пятую точку, принимаясь лакомиться вкусняшкой. — Я и не слушаю, сдался он мне, — омега фыркает, начиная сосать клубничный леденец. — Еще я буду из-за него нервничать, придурок, лучше бы за языком своим следи, а не пиздел, о чем попало. Достав из своего портфеля столь прекрасный аппарат, блондин начал фотографировать все подряд, включая милую мордаху младшего альфы. — Ты такой милый, Чонгуки, ну почему ты не омега, были бы с тобой классными друзями. — У дружбы нет гендерных различий. Омеги могут дружить с альфами, а альфы с омегами. — Чонгук смотрит четко в обтектив паковской камеры и улыбается, показывая знак «V». — Это уже дело каждого. — Я не верю в дружбу между омегой и альфой. По-любому кто-то начнет перетягивать на себя одеяло. Омега создан, чтобы альфа его любил. О другом речи идти не может. Какая, к черту, дружба? — отзывается по-прежнему хмурый голос Хосока. Чонгук смеется. — Каждый по-своему считает, хен. Не нужно высказываться так грубо. — А он по-другому и не умеет, у него же мозг, как у зародыша, — фыркает Чимин, снова фотографируя маленькую птичку, сидящую неподалеку от площадки. Вообще сейчас очень красиво на улице, все цветет, пахнет, хочется запечатлеть эту красоту, только хмурые альфы все портят. — Чимин, заткнись, если дорог собственный зад, — Намджун откидывает телефон в сторону, и только Чонгук сочувственно взглянул на друга, прекрасно понимая, что происходит у него в семье. — Да пошел ты, и вы все, пойдем, — он хватает Чона за руку, уводя подальше в лес, туда, где нет этих кислых мин, — задолбали. Чонгук лишь охнуть и успевает, прежде Чимин его уводит в сторону леса.

* * *

— Хен, вы с Хосоком поссорились? Я знаю, что он пригласил тебя на свидание позавчера. У вас что-то произошло? — тихо интересуется альфа и заканчивает плести венок из цветов, надевает его на пушистую макушку омеги, улыбается, — давай я тебя сфотографирую? — Я не дружу с камерой, она не любит меня, я не люблю ее, у нас взаимная ненависть, — Чимин садится на какой-то пенек, утыкаясь лбом в свои колени. Ну почему все всегда как обычно через жопу, — и про этого имбецила я даже слышать не хочу, избавь меня от страданий, — омега не хочет ничего, лучше бы он сегодня остался дома у хена, лучше бы дальше сидел и втыкал в телевизор, не трепя себе нервы. — А у тебя что с моим хёном? Неужели все настолько серьезно? Чонгук внезапно давится воздухом и роняет оставшиеся с венка цветы на траву. — У м... меня с т... твоим хеном ничего нет. Я просто добавил его аккаунт в какао, и все. Честно. — Альфа опускает голову, прикрывая свои румяные от смущения щеки длинной челкой. Неужели по нему все так прекрасно видно? Или это Юнги ему рассказал? О боже мой.. — А что, он тебе что-то рассказывал? — Ну знаешь, не каждый день тебе школьник отправляет милые ушки, и... кроп топ, серьезно? Откуда у тебя все это? — Чимин поднимает свои глаза, хитро улыбаясь, — малыш Чонгуки, — кажется, Чонгук сейчас сойдет с ума, его глаза слишком быстро бегают по разным местам, так еще и щеки покраснели, — ты ведь альфа, и мой дядя тоже, так что между вами? Чонгук молчит с минуту, потом до него, наконец, доходит. — Это все ты писал, да? Или вы вместе решили поиздеваться надо мной, да? — Чонгук быстро поднимается с пенька и обиженно смотрит на омегу, еле сдерживая дикие позывы расплакаться от обиды прямо здесь и сейчас. Его обманули таким отвратительным способом. А Чонгуку даже ответить нечем. Это позор. И сколько еще человек знает об этом? — Да ты такойже гнилой, как и друзья твои... — а после идет неразборчивый шмыг носом и топот больших кроссовок по тропинке. Срочно. Надо срочно домой. — Подбери свои булки, ясно! Я ведь и рассказать могу, что ты экзотику любишь, — Чимин громко фыркает, резко поднимаясь за альфой. Он же такой мелкий, еще подумает чего-то не того. И вообще, Пак не особо любит вмешиваться в чужие отношения, но сейчас дело касается его любимого дяди, его хена, его альфы number one. — Или ты так желаешь, чтобы твои друзья об этом узнали? А как ты думаешь, они вообще с тобой общаться будут? Чимин — маленькая сучка, не понимающая нормы приличия и тонкой грани дозволенности. — Не трогай меня. Я не хочу тебя больше видеть, обманщик. С какой вообще стати ты лезешь в мои дела, а? — Чонгук пускается на бег, лишь бы этот Чимин перестал его трогать. Да, Чонгук очень сильно похож на омегу, но давайте не забывать, что природа сделала его альфой. И перегни Чимин палку - терпение Чона лопнет и он наделает всякого. — А если я помогу тебе с хеном? — на этих словах омега замер, ожидая ответной реакции со стороны парня, но тот, кажется, убежал слишком далеко, и не факт, что он его вообще слышал, — хэй, да подожди ты, — старший вроде как нагоняет Чонгука, но вдалеке слышны голоса с площадки, а где-то неподалеку еще кто-то есть, но голоса точно два. Чонгук настроен против омеги и слушать его больше не станет, чтобы он не говорил и не предлагал ему. В глазах юного альфы Чимин и Юнги - предатели и обманщики, враги номер один. — Хосок, я домой. — Альфа забирает свою сумку из-под головы лучшего друга и спрыгивает с рапмы, под аккомпанемент тихого стона от боли. Хосок ударился головой. — Твою мать, Чонгук. Какая муха тебя укусила... — Да, кажись, ему Чимин что-то сказал, а может и просто не дал, — выдвигает свою теорию Джей, слыша маты в свою сторону. — Скорее всего, Чонгуки у нас слишком ранимый, а Чимин умеет отшивать, — Намджун тоже решил подколоть друга, только это услышали больше людей, чем вообще нужно было. — Придурки, Чонгук не по омегам. — Фыркает Хо, поднимаясь на ноги и кидая тяжелый взгляд на того, с кем его друг ушел еще полчаса назад с хорошим настроением. — О чем вы говорили? Хосок в курсе всех предпочтений младшего, да и сам Чонгук это никогда не скрывал(если только от родителей). Разве по нему это не видно? — О чем надо, что, тоже хочешь в слезах убежать? — фотоаппарат отправляется в портфель, так же, как и футляр и несколько цветочков. А кто бы ему подарил цветочек, а за что, собственно. — Отвали, меня дома ждут, — Чимин дергает головой, убирая челку с лица. Настроения никакого, ничего не хочется, он с самого начала хотел остаться дома. — Нет, Чимин, тебя никто не отпускал. — Хосок хватает омегу за руку и живо волочит за собой к автобусной остановке. Не дай бог Чонгук уже умчал на первой попавшейся попутке. — Над собой я позволяю тебе издеваться, но над Чонгуком даже не смей, понятно? Сейчас же извинишься перед ним, а если он не захочет принимать твои извинения, я тебе этот фотик в жопу запихну. Со всей любовью и заботой. — Альфа и так был не милым цветочком, а тут еще кто-то решил его друга обидеть... Чимину остается только молиться. И больше ничего.