Лишь Любовь

      Гэвин медленно поворачивается на бок не открывая глаз, тихо скулит от боли, которая разрывала все ноющее тело. Мягкая белоснежная простынь, все постельное было идеально чистое, поэтому, Рид вдруг подумал, что его тело на этой прекрасной постели будет выглядеть ничем в общей картине. Он бы так беззаботно и продолжал искать замученным телом удобную позу для сна, пока вдруг не нащупал рядом лежащего Ричарда. Всё тело резко ошарашило током и детектив за мгновения отлетает на другой край постели, открывая глаза. По всей руке пробежалась дикая боль, от сильного рывка и только сейчас сероглазый обнаружил, что был пристегнут запястьем к изголовью массивной постели. Мирно спящий Ричард спокойно лежал на спине, умостив одну руку у себя на животе, а другую выше головы на мягкой подушке. Подобное спокойствие просто бесило Рида. А может.? Может задушить его, пока этот гад спит? Гэвину не нужно было много времени, чтобы решиться, не смотря на ужасную боль, он быстро вскакивает на колени, хватает подушку на которой пару минут назад тихо посапывал и быстро прижимает её к лицу мучителя, наваливаясь всем весом. — Это тебе за вчерашнее, упырок, за все что ты сделал со мной, гад! Ушлепок, сдохни. Ричард для начала не сильно дёрнулся, видно проснувшись, потом вдруг приподнимает руку, будто замахивался. И Рид уже оказывается под брюнетом. Голубые глаза, смотрящие прямо в душу, вводили в дикий ужас. — И тебе, доброе утро, Гэви… — довольно улыбнувшись, облизуется Найнс, закусывая зубами перо от подушки, которое скоро летит прямо в лицо Гэвину резким выдохом, — не повторишь ли ещё раз то, когда накинулся на моё лицо с подушкой? — С удовольствием, ушлепок. — довольно шипит Рид скалясь, — да чтоб ты сдох. Ричард для начала молча смотрит в глаза Гэвина, потом прикрыв лицо рукой тихо хохочет и сильнее наклоняется к лицу Рида. — Совсем страх потерял, Гэвин? — голубоглазый осторожно приглаживает волосы детектива, но в какой-то момент довольно сильно сжимает его в кулаке. — Или после вчерашнего смелости набрался? Может попробовать тебя проучить? Видно, тебе понравилось. Недовольно фыркнул, Ричард отпускает заметно напуганного Гэвина и встав с постели, принялся переодеваться. Гэвину же по сей момент не дали никакого подобия сменной одежды, да и на вряд ли дадут, поэтому сейчас ему придётся спускаться, даже ползти вниз и искать ошметки своих вещей, после вчерашнего наказания. Как только запястье мужчины оказалось свободно, он проводит Найнса взглядом, с горем пополам приняв сидячие положение, закутывает свое измученное тело в одеяло и медленно сползает с постели направляясь к лестнице на второй этаж, совсем не помня, как он успел дойти с Ричардом до спальни. Лежать в постели желания не было никакого. Пусть он лучше спит на полу, чем в мягкой кровати со своим мучителем. Ричард изучающе следит за Гэвином, за тем, как он, обернутый в белое покрывало медленно сползает по ступенькам, за малым, не падая носом вперёд на ватных, ослабевших руках и преодалевает расстояние от лестницы до места вчерашних происшедствий, собирая свои вещи. В следующие секунды, подтягивая к себе брюки, Гэвин вскрикивает от боли, от того, как на него резко приземлилась, туша Ричарда, гладя по щекам. Господи, объясните кто-нибудь, что происходит с этим дебилом, который сейчас нежно гладит щеки замученного мужчины, приоткрыв рот, довольно облизывая влажным языком сухие губы, внимательно наблюдает за каждым своим действием, боится сделать что-то не так, боится зацепить его лицо своими же руками. В этот момент, сердце у несчастного Рида падает в самые пятки, он молча смотрит в голубые глаза, которые следят за руками владельца. Он прикрывает глаза, когда большой палец Найнса, осторожно оглаживает контур его искусанных губ, Рида приятно гладят костяшками по скулам, задевая пальчиками ушки детектива. Гэвин, готов к чему угодно, но и одновременно не готов, поэтому он теряет равновесие упираясь своими локтями и падает на пол, когда по щеке прилетает звонкая, жгучая пощёчина. В широко распахнутых глазах, постепенно появляются слезы, он так и лежит, открыв рот и пусто смотря куда-то вперёд. Больно? Обидно? Нет. На душе скребут кошки от других чувств, чем он заслужил такое? Ричард бесцеремонно хватает Рида за щеки и поворачивает его лицо к себе. На скуле красуется великолепный отпечаток Ричардовой руки, а самого мужчину потрясывает от боли, обиды, страха, не понимая… Слезы, ставшие в глазах быстрыми струйками, стекают по щекам и одна из них вспыхивает большем пожаром. Но не смотря даже на власть Ричарда сейчас, Рид усмехается и скалиться, смотря в глаза своего мученика, чему тот сумашедше улыбается, явно довольный реакцией. — Мой мальчик заслужил новые вещи? Или ты и в правду будешь носить эти ошметки? — порванные вещи не имели бы никакого толка на теле Гэвина, хотя он сейчас согласен на любое подобие одежды, даже на простыню. Ричард скрывается где-то на втором этаже, оставляя Рида самим с собой. Мужчина закрывает лицо руками. По щекам ручьём льются слезы. За что? За что ему все это.? Почему как остальные люди, он не заслуживает обыкновенной ласки в свою сторону, почему не может быть любим и любить кого захочется? Он совсем забывает о присутствие в этом доме брюнета, рыдает в голос, потому что по-другому никак, воет в истерике, оставаясь на полу, мысленно проклиная весь этот мир. Ричард молча стоит на лестнице, наблюдает за Гэвином. В какой-то из моментов, молча опускает взгляд в пол, садится на ступеньку и уперевшись руками в колени, зарывается пальцами в своей шевелюре, ероша великолепную причёску. Кто-то подумает, он наконец задумался о том, что творит? Нет… Он пытается понять, что делает не так. Он делает все для Гэвина, почему тот опять плачет при подвернувшейся возможности? Почему снова бьётся в истерике, ведь перед ним, под действием таблеток, которые ослабляли Рида и не давали думать, он… чертовски бесстрашен. Ричард тот ещё псих и изнасилование в его мыслях ещё цветочки. Вы видели шею Рида? Но Гэвин, который не знает даже, что может быть дальше, подчиняется только из-за того, что хочет жить. Гэвин видит приближающуюся фигуру Найнса и недовольно хмурит брови. Брюнет же бесцеремонно выпихивает в рот Гэвина пару-тройку таблеток и зажимает ему рот, чтобы тот проглотил, что Рид и делает, даже не сопротивляясь. Гэвин спокойно смотрит в глаза Ричарда и чувствуя, как проваливается в сумасшедший, бездозный сон, довольно улыбается и выдавливает из себя: — Пошёл нахуй, ублюдок. А Ричард молча смотрит на засыпающего, далеко не сопротивляющегося Рида, который спокойно закрывает глаза, как будто только и ждал, что его снова напичкают дозой таблеток, застявят заснуть. А может он рассчитывал так сдохнуть к хуям. *** Гэвин недовольно скулит от разговоров, от них же и заставляет себя проснуться и открыть глаза. Перед ним врач, мужчина пожилого возраста, который осматривает Рида. — В ребрах я сомневаюсь, детектив Найнс, слышатся хрипы, как говорите он упал? Разговор отдаётся в ушах звоном и Гэвин недовольно ерзает на месте и окончательно сосредотачивает свое внимание на враче, точнее, пытается, пока в его глаз не светят фонариком. — Зрение и рефлекс в порядке. — отзывается эхом в голове, а после, где-то справа, Рид слышит щелчки и от чего-то оборачивается на них. Точно такой же звук слышится с другой стороны и Гэвин снова пытается его застать, — слух в норме. — врач что-то пишет в блокнот, а после, подвигается ближе к Гэвину. Рид изучающе осмотрел комнату и помимо мужчины обнаружил рядом Найнса, второй голос, который какое-то время эхом играл в его голове. Он стоял никакой, бледный, зажатый. Руки, сложив на груди, крепко обнимал себя, его прическа была растрёпана, как и сам он. Но резкий взгляд голубых глаз, резкий зрительный контакт пугает Гэвина, заставляя вздрогнуть и он быстро отводит взгляд в сторону. — Слушай врача, Гэвин. — грубо отзывается Найнс, перемявшись с ноги на ногу. — Не ругайтесь, Ричард, он только что проснулся. — врач прикладывает руку ко лбу Гэвина и повернувшись в сторону Ричарда, говорит что-то о нормальной температуре, о том, что сотрясение нет и все хорошо. — Гэвин, скажи мне, как ты упал? — посмотрев в серые глаза и улыбнувшись. Рид мнется с пол минуты, прикладывает руку ко лбу, бегает взглядом, не зная на чем его остановить, а после, снова смотрит в карие глаза врача. — Что, простите? Упал...? — Гэвин неотрывно смотрит в глаза врача, но тот только говоря о частичной потери памяти, что-то чиркает в блокноте, а Ричард, он хмурится, сжимая кулаки до побеления костяшек. Рид шумно сглатывает — Меня тошнит… Но, я упал? — снова настойчиво повторяет свой вопрос мужчина и врач наконец кратко кивает, на что Гэвин растерянно осматривается. — Упал, Гэвин. — А после, мужчина в белом халате переводит взгляд на Ричарда, — Всё в норме, меня смущают его хрипы в лёгких, думаю нужен рентген, я не смогу его вылечить прямо тут. — но Ричард даже не слушает, шипит что-то в роде «лечи тут как можешь» и врач рвано выдыхает. — Ногу я посмотрел, пулевое ранение не сильное, сейчас сниму швы и скажу, что делать дальше. Мне нужно будет возможно полотенце, которое будет не жалко запачкать кровью. Ричард кивает и уходит на второй этаж, а врач садится как можно ближе к дивану и принимается осматривать ногу Рида, взяв в руки какой-то устрашающий инструмент в роде кривых ножниц. — Пожалуйста… — шепчет Рид — Этот тип похитил меня, Господи… Вы видите, что он делает со мной каждый день?! Пожалуйста, слышите меня, позвоните в полицию. Скажите… скажите им, что нашли детектива Гэвина Рида, умоляю! Скажите, что Андерсон старый хрыщ и он сразу поймёт, что это точно я. Пожал… — Рид жмурится и судорожно сглатывает, чувствуя холодное дуло пистолета у виска. Врач напугано откидывается назад, прямо в спинку стула, но одного холодного взгляда Ричарда было достаточно, чтобы понять, что это будет большой его ошибкой, рыпаться дальше. — Гэвин-Гэвин, ай, как не хорошо, ай, плохой мальчик. — Ричард угрожающе выставляет палец вперёд и машет им из стороны в сторону, сопровождая издевательским «ну-ну-ну» — Этот замечательный врач сейчас вылечит тебя, под моим наблюдением. — он косится на трясущегося мужчину и тут же наклоняется к уху сероглазого — а потом, Гэви, ты убьёшь его. Так и получается, мужчина с трясущимися от страха руками, сделал все нужное, что могло быть в его силах, с прислоненным револьвером у затылка. Он постоянно мямлил о семье, о внуках, о любимой жене, о дочке и двух сыновьях, говорил, что никому не скажет, но кто его слушал, так это точно не Ричард. Он только подгонял надавливая дулом на затылок седой головы. И как только врач заканчивает, сумасшедшая улыбка Найнса возвращается. Он вручает Гэвину пистолет демонстративно держит для него рыдающего врача. Рид трясущимися руками смотрит на седого, пожилого человека, в глазах появляются слезы, и он с ужасом смотрит в голубые глаза. Нет… Он не может. — Убей его, Гэвин. — довольно рычит Ричард Гэвин смотрит на пистолет в своих руках и в голову ударяет ужасная идея. А что если... он нацеляется на врача и тот взвыв не устаивает на ногах, моля не делать этого, но Ричард с силой держит его на весу. Выстрел. И врач, и Рид, жмурятся, а Ричард вскрикивает от боли. Что? Открыв глаза, Гэвин видит, как Нанйс откидывает от себя человека в белом халате и спешно зажимает свое плечо, а ведь чёрная рубашка заметно пропитывается кровью. От этого Гэвин довольно лыбится и даже смеётся. Точно! А может застрелить этого придурка и скинуть все это на самооборону, что ею и было. Второй выстрел. Сердце снова сваливается в пятки, и он в ужасе смотрит на врача, под которым по полу медленно растекалась лужа крови. Гэвин смотрит на взбесившегося Ричарда и с ужасом вскрикнув бежит с места с пистолетом, тут же падает, ступив на больную ногу и перекатившись на спину снова стреляет в Ричарда, но тот улыбнувшись, смотрит на Гэвина. Конечно! Этот урод подумывает все и в пистолете просто не было больше пуль, пуст магазин. Рид пытается бежать, ползти, а Ричард в этот момент отрывает от своей чёрной рубашки рукав и быстро перетягивает истекающее кровью плечо, а после, следует за Гэвином. Он снова прижимает его к полу, и резким движением разворачивает голову Рида на мёртвого врача с такой силой, что бедный Гэвин подумал, Найнс свернул ему шею или он проломит собственной щекой несчастный ламинат. — И что ты наделал, Гэвин? А ведь если бы ты молчал, он бы вышел отсюда живой. Ай, Гэвин. Если бы ты убил его сам, я бы похвалил тебя — Рид чувствует, как влажная от крови рука Ричарда медленно скользит по его щеке, оставляя кровавые полосы — Но ты ужасно себя повёл, Гэв. Неужели хочешь быть снова наказан? Если хочешь внимания, попроси, а не выпрашивай таким ужасным способом и тогда, я возможно буду по мягче и осторожнее с тобой во многом. — А у тебя наказания никак не отличаются друг от друга? — фырчит Рид, на что Ричард только смеётся Ричард ничего не отвечает и именно это пугает Рида. Он молча уходит куда-то в сторону кухни. А Рид, ничуть не отличается от своего мучителя. Не проронив ему вдогонку ни слова, остаётся на полу, смотря на мёртвого врача и медленно приближающуюся к нему лужу алой, тёмной крови.